Елена Звездная 
Подстава. Книга третья

Подстава – 3

https://www.litlib.net2023
Аннотация

Короче, в итоге о том, что я девственница, знали все. И больше всего это выбесило вдовствующую повелительницу, которая запинала бы последнего целителя до полусмерти, если бы не распахнувшаяся от удара дверь и громогласный возглас:
— Доченька!
Я охренела сходу. Нет, ну я все понимаю, но еще бы у меня гаракхай в матерях не водились. А это была именно гаракхай, причем звали ее Гвен, она у меня прикрытием в САПОГе была, и на свадьбе была сначала в роли представителя войск МПН, а потом в качестве представительницы войск МПЖ. В общем, короче, они мне, походу, прислали моральную поддержку.
И гаракхай, в шикарном пышном палом платье, которое затмило наряд вдовствующей повелительницы сходу, кинулась ко мне, технично раскидывая ринувшихся было ей наперерез наложниц, служанок и евнухов. Мы с Блондей просто сели. Молча. И я не знаю, о чем думала она, но я вот думала о том, что не зря нам на всех курсах выживания советовали при виде гаракхай просто тупо молча валить. Эта раскидала всех! Вообще всех!

Елена Звездная 
Подстава 3 

Глава 1

У Тамрана домик был… ну такое себе. Один потертый кожаный, но хоть широкий и просторный диван, а в остальном типичная берлога холостяка параноидальной наклонности – тристены из четырех составляли экраны, на которые выводилось видео со всех камер наблюдения на территории дома Эриха и с камер вокруг тоже. В общем Тамран выполнял свои тамрановские обязанности очень и очень педантично. И ему же пришлось сначала тащить меня в свою берлогу, а потом разбираться с охраной маман Эриха, с Эрихом, который как оказалось был сейчас не на планете, а по делам смылся на орбиту Тайрема, ну а в процессе всего этого он еще организовал нам доставку вкусняшек для девичника.
Но во всем этом был один очень печальный момент - мама Эриха, ровно как и Блондя, тупо не выносили мужских прикосновений. Вообще. Никак. И если Блондя была спецагентом и могла сдерживаться, то когда Тамран подал руку маман, женщина побледнела до смерти, и просто не смогла притронуться к его пальцам. Физически не смогла. Так что маму привела Блондя.
Потом мы закрыли двери, оставляя Тамрана на растерзание всем недовольным, но у него поддержка была в размере ста двадцати охранников преданных Эриху, так что я за него не волновалась. А вот за маму Эриха очень даже.
А она переживала за меня. Хрупкая, казавшаяся удивительно юной, медленно пьющая кофе, с трудом удерживая чашку дрожащими руками, она все время смотрела на меня, следила за каждым движением, за каждым жестом, за каждым поворотом головы. И все это с улыбкой, едва заметной, но очень счастливой.
Мы с Блондей на все это смотрели вообще в шоке, и шок не проходил.
А потом мать Эриха едва слышно спросила:
- Сколько ему уже? Двадцать, да? Архонты вступают в первый брак в двадцать. И если ты любишь его, значит, еще не познала боль измены. Ему двадцать или уже двадцать один?
Короче шок становился все масштабнее и масштабнее.
Как сказать этой женщине, что Эриху явно за сорок, хоть он и выглядит моим ровесником почти, но он все же существенно старше, я не знала. Решила привести куда более обтекаемый пример:
- Тамрану лет так под девяносто.
И мать Эриха стремительно побледнела.
Блондя успела перехватить падающую чашку с недопитым кофе, но сама мать Эриха этого даже не заметила. Она смотрела на меня совершенно черными глазами, и это притом, что она была натуральной блондинкой, но не суть, проблема была в том, что эти глаза становились все круглее и круглее. И там, во взгляде этом, плескался всепоглощающий ужас.
- Нет, - в отчаянии простонала женщина, - нет… Ты не можешь быть усилителем!
Я молча развела руками, намекая что как бы - я уже оно и есть, и в общем как-то так вот оно все.
Маман застонала, сжала виски, и застонала громче.
И мы с Блондей уже собирались звонить Кэлу, или там Тамрана позвать, но тут женщина взяла себя в руки, села ровнее, посмотрела на меня и… понеслась:
- В моем сознании мелькала картинка того, как на груди Эриха лежит темноволосая девушка, бледная как простынь, которой ее прикрывали, с трубками капельницы, подведенными к ее рукам, а сын с отчаянием говорит мне о том, что любит эту девушку и это его жена. Я надеялась, что это лишь кошмар, один из многих, отравляющих мои сны. Мне хотелось верить, что это кошмар, но тревога с того момента уже не отпускала. Что ж, я предамся отчаянию позже, а сейчас слушай меня внимательно, девочка. Первое - никогда не надевай второй браслет, как бы тебя к этому ни принуждали. Поверь, лучше умереть, чем… это. Второе – никогда не ешь ничего, что прислано шестым или пятым домом. Третье - не допускай серьезных травм, они сделают уязвимыми не только твое тело, но и твой разум.Четвертое - после соития с архонтом шестого дома, твой разум подвержен его влиянию еще четыре месяца, знай это и предупреди Эриха… я так и не сумела сказать сыну об этом, и это разъедает мою душу. Пятое…
Она вдруг побледнела до синевы, сжалась, открыв рот в немом крике, а затем черные глаза стремительно обрели темно-серый цвет и маман резко выпрямилась, вмиг обретя аристократическую осанку.
- Мелани, - произнесла она с достоинством и свысока, - мне интересно, как ты объяснишь моему сыну нападение на мою охрану и похищение меня?
И в этот момент я почувствовала злость. Такую всепоглощающую ярость, после которой сержант Страйк выливал на меня ведро ледяной воды, и орал «Мегера, вырубай режим берсерка». Так вот, сержанта тут не было, зато был тот, кому я могла предъявить за многое.
- Ну, здравствуй, шестой, - мрачно произнесла, глядя в эти глаза.
Глаза мгновенно яростно прищурились.
Но лишь на краткий миг. Уже в следующее мгновение, плавно поднявшись, женщина, которая пару минут назад была вполне себе нормальной, приблизилась вплотную ко мне и произнесла:
- Не шестой, милочка, а шестая. Как тебе такой поворот?
Зашибись!
Я посмотрела на Блондю. Блондя провела большим пальцем по своей шее, намекая на полнейший снос башки, но я отрицательно покачала головой, не давая добро на убийство. Блондя сникла.
Маман хрен его знает кого, ибо я не знала кого, с вызовом вскинула подбородок, насмешливо оглядела меня и произнесла:
- Паршиво выглядишь, девочка. В зеркало на себя еще не смотрела? Так посмотри. И запомни, контакты с архонтами усилителям обходятся дорого, очень дорого. Но есть два критических порога - первый, это когда ты выглядишь изможденной, вот как сейчас. И второй, из которого в одиночку не выбраться несмотря на все достижения медицины -это когда ты внешне станешь выглядеть как подросток лет пятнадцати.
- Да ладно! – не поверила я.
- Именно так, - высокомерно подтвердила… архонтиха?
Только они плохо знали с кем связались.
- Значит, когда буду выглядеть как в пятнадцать, да?
Мадама величественно кивнула.
Я прошла к системе видеонаблюдения Тамрана, быстро вышла на межгалактическую сеть, зашла в свой личный акк, торопливо перебрала фотки, и вывела на общий экран самую зашибенную.
- Ух ты! -воскликнула Блондя.
- Эээ… кто этот юноша? - поинтересовалась архонтка.

Глава 2

Я с восторгом окинула взглядом потрясающее изображение - могучий десантник, стоящий на фоне разгромленной вражеской базе уже без полного снаряжения. Короткий ежик волос, могучая шея, прокаченные плечи, выдающаяся грудь, трицепсы такие, что и Тамран бы обзавидовался и в целом - шикарная фотка.
- Я, - гордо призналась тайремской аристократии, - в пятнадцать лет.
И женщина позади меня рухнула на диван, не в силах принять такой поворот событий.
- Вот это бицуха! - восторженно высказалась Блондя.
- Три месяца стероидов на максимуме и тренировок по четырнадцать часов, но я сделала даже парней, - с гордостью призналась.
Но на этом шокировать архонтку я не перестала. Напротив, я собиралась нанести удар, причем сокрушительный.
- Шестой дом, вроде у вас там светло-голубые одеяния и усиленные возможности манипулирования, я не ошиблась?
И обернулась к мадаме, которая из состояния шока переходила в состояние тревоги, и тревога, кстати, была более чем обоснована. Мило улыбнулась ей и спокойно сообщила:
- Возможно, вы там еще не поняли, с кем имеете дело. Так я намекну.
И легко найдя по датам в архиве запись с корабля Эриха в тот момент, когда мы подверглись групповому нападению архонтов на Танарге, я повернулась к шестой, отслеживая ее реакцию.
И реакция была. И на появление архонта-манипулятора в голубых летящих одеяниях в поле зрения камер, и на мое появление в минимуме одежды, и мою ответку на его «Зов». И печальный для архонта итог использования на мне паранормальных способностей, то есть его жестокое убийство.
Когда запись закончилась, шестую трясло всем телом. Реально трясло.
- Мой… мой сын… - прохрипела архонтка.
Я безразлично пожала плечами - на меня напали, я ответила, Эрих его добил. Испытывала ли я жалость? Вообще нет.
- Ты! - прошипела женщина, вперив полный ненависти взгляд в меня. - Ты не просто усилитель, ты… дар богов.
Оу, неожиданная реакция.
- Дамочка, я вам только что показала запись того, как я грохнула вашего сыночка, - напомнила ей.
Женщина же, вместо того чтобы к примеру кинуться ко мне патлы повырывать и все такое, сделала кое-что гораздо худшее.
- Мой девятый сын. Я переживу. Но ты, девочка, показала мне то, что явно не следовало. Перекрути видео на момент, когда от прикосновения к твоему телу, его собственное начало стремительно регенерировать в ситуации, когда он должен был бы уже подыхать. Невероятно! О таких как ты сохранились лишь легенды… Но вот передо мной та, что способна даже оживлять… Мелани, ты сокровище.
И пока я сидела в полном ахере, Блондя еще раз намекнула на убийство. Я была на грани того, чтобы согласиться. Но… десант он такой десант, мы не сдаемся.
Схватив личный сейр Тамрана, я набрала номер Кэла.
Кот ответил почти сразу, и но еще до того, как он успел поздороваться, я сказала:
- Слушай, как с помощью амфетаминов откатить состояние человека до заводских настроек?
Бред бредовый сказала, сама понимаю, но у меня тут нервы сдавали уже. Кэл сходу это понял, и спросил:
- А что у вас есть?
- Сиська, - и это было чистой правдой. - Фло, дай свою грудь.
Это вслух. А без слов знак двумя пальцами и шестая, кем бы она там не была, схлопнулась на диван в бессознательном состоянии - Блондя была шикарным специалистом.
Кэл тоже.
А я крутым капитаном, потому как быстро припахала всех, кого только можно было. Даже до Удава дело дошло. Хотя до Удава я зря докатилась, только настроение испортил со своим: «Тебе видео надругательства во всех подробностях, или с цензурой, как для девственницы?». И пока я обтекала, нагло ржал. Не вслух, нет, но по морде лица все явно видно было.
Но на этом мой позор не закончился.
- Кот, - обратился Удав к Кэлу, - ты бы, кстати, прислал нашей мисс недотроге какое-либо пособие по сексуальному образованию, или там еще что-нибудь. Ты ж у нас спец в этом вопросе, ввиду полнейшей незаинтересованности в особях женского пола.
И после этого вырубился.
Мы теперь все остались обтекать, потому как осознали крайне неприятное - Зоопарк это вам не разведуправление.
- Парни, проверьте личные дела каждого, - напряженно попросила я.
И оказалась полностью права - Зоопарк вносил дополнения в виде сексуальной ориентации сотрудников. И у Кота значилось «гей». У Блонди было «временно не приемлет», но хуже всего досталось мне, в графе по сексуальной ориентации значилось - «Не знает, не пробовала».
Мои парни сделали вид, что все в порядке полном, просто у них-то все было в порядке, не то, что у нас.
- Падла джангуангийская! - нервы у меня в итоге таки сдали.
Потому что Удав реально прислал видео в двух экземплярах – «Для нормальных» и для «Скромных девственниц».
И фигня, что там и там все было одинаковым, потому что мне глаза мамы Эриха требовались, а не эротические похождения, собственно нарезку по глазам Удав и выслал, но это ж надо было так послать!
И вот вроде все, сели работать, видео осматриваем и анализируем, и тут Кэл возьми и спроси:
- Мегер, а что у тебя с мужем?
На это хотелось ответить матом, и посыланием в долгое пешее, ползущее, уползающее направление, но мы команда, а команда это серьезно.
- Дело во мне, -пояснила всем своим, потому как по сетке работали. - Я способна восстанавливать Эриха практически из любого состояния, и не только его -сын этой обморочной залатал себе дыру в груди просто подержавшись за мою ногу, но… Ничто ж не берется из неоткуда, так что я могу латать архонтов, но ценой своих собственных ресурсов. Так что… Эрих ко мне лишний раз прикоснуться боится, что уж говорить об остальном.
И все мои всё поняли, классная у меня команда была. Но тут снова влез Удав, прислав сообщение не лично Кэлу, а на общую сетку:
«Котяра, пропиши этому архонту успокоительное какое-нибудь, что ли. Жалко ж его болезного».
Тут уж выругались все наши, и в выражениях никто не стеснялся.
Да и я не сдержалась особо:
«Удав, я ж нахрен все твои личные мельчайшие детали предам огласке!» - отправила ему.
«Ой мне так страшно… -пришло в ответ. – В смысле страшно представить, как девственница именно будет рассуждать о моем органе. Но я готов послушать. А если занизишь размеры - с удовольствием предъявлю общественности так сказать оригинал».
Мы с парнями не стали развивать конфликт далее, просто отрубили Удава от сетки и забили на все это. Потому что работать нужно, а не обсуждать у кого, чего, как и почему в интимном плане. Но злые были все.
Потом делали забор крови у маман, потом анализ, потом Кэл сидел и ломал голову над результатами, пока мы с остальными пахали над куда более прозаическими вещами, прикидывая, откуда начнем действовать на Тайреме. Однозначно для этого подходили города, построенные Эрихом, и вообще не катили места концентрации архонтов, особенно шестых.
Потом Стэм и Нир нашли и скинули мне видео с похорон отца Эриха, и тут я… я зависла. Жуткая церемония, мрачная и серая, черный гроб и шестеро несущих его воинов, одиноко идущий за гробом Эрих. Молодой еще совсем. Тощенький. Черные волосы треплет ветер, на бледном лице боль утраты и в то же время - кулаки сжаты. Он уже готовился к предстоящей схватке. Он шел за гробом отца, искренне скорбя, но, не собираясь сдаваться.
Поняла, что скучаю по Эриху.
Очень скучаю.
И тут Кэл прислал сообщение лично мне:
«Мегер, это паразит».
«В смысле паразит?» -не поняла я.
«В прямом, -Кэл скинул какие-то мало понятные данные. – Бери питание под контроль, все обрабатывать. Абсолютно все - пищу, воду, одежду. По поводу матери седьмого архонта - нужна чистка организма. Основательная. И… я не удивлюсь, если шестые архонты контролируют не только часть населения Тайрема, но и часть фауны. Те же киты, на убой плыли походу самостоятельно».
А вот это было охренть мать его!
С другой стороны, у меня есть нехилый повод отвадить шестых архонтов от Танарга раз и навсегда.
И я, перейдя на межгалактическую сеть, написала первое послание своему новому отцу.
«Дорогой папочка, как преданная и ответственная дочь Танарга, усердно служу на благо отчизны и нашей семьи. Мне удалось выяснить, что шестые архонты Тайрема организованно распространяют паразитов, которые способны контролировать как людей, так и другие формы жизни. Информация чудовищна, очень пугает, однако как истинная Олидрад я готова смотреть в лицо опасности.
Ваша преданная дочь, Мелания Олидрад».
Послание ушло.
Пришла ругань на танаргском. Краткая, но очень емкая.
Затем последовало куда более вежливое послание:
«Моя дорогая дочь, информация крайне своевременная, я горжусь тобой. Варианты распространения паразитов?».
Частично скинула им результаты работы Кэла и спросила в конце:
«Информация действительно столь своевременна?»
Отче прислал в ответ:
«Да, глава дома шестых через два часа должен был встретиться с тремя риантанами внешней, военной и здравоохранительных отраслей. Твоя помощь оказалась бесценной. Еще раз -горжусь тем, что ты моя дочь!».
После этого я сидела с самой коварной улыбочкой, на которую только была способна.
Короче -один:один в моем противостоянии с шестыми.
А то понимаешь ли информацию им выдала, градус своей уникальности повысила, легенды про меня оказывается даже есть. В общем, получите и распишитесь, долбоящеры.
На этом я временно свернула деятельность по разработке агентурной сети, ибо в сон клонило невыносимо, и пошла помогать Блонде. И вот во всем агент была хороша, но ставить капельницы и высчитывать дозировки, это явно было не ее.
***
К утру мать Эриха вырвало раз так двадцать. Заботу о женщине я с чистым сердцем перекинула на Блондю, потому как даже меня саму притащил в спальню Тамран, на то чтобы ходить сил у меня не осталось. Но вот ползать я еще вполне могла, так что разов пять ползала до ванной и обратно, контролируя подачу препаратов в кровь женщины, которой определенно было херовее чем мне.
Где-то на пути из ванной в спальню меня и нашел Эрих, потому как я вырубилась прямо там, в процессе ползания, а холодный мрамор в качестве постели был очень даже пригоден.
Пока любимый архонт поднимал меня и относил на постель, пришла инфа от Кэла. И она не порадовала - короче, паразиты были выращены путем долгих манипуляций с генотипом, генокодом и прочими генами. В моем состоянии разобраться со всем этим было сложно, глаза закрывались несмотря на все попытки сосредоточиться на чтении, а потом моим вниманием завладел Эрих.
- Милая, - начал он, расстегивая мои брюки, - ты имеешь какое-либо отношение к тому, что сейчас всех представителей шестого дома довольно невежливо выдворяют с Танарга?
- М? - не поняла даже сразу. Потом дошло и я радостно ответила: - Естественно!
Непередаваемый взгляд седьмого архонта.
- Кстати, - я закрыла вкладку на сейре, потому что ну не было у меня сил на то чтобы сейчас все это читать, - почему ты мне не сказал, что я уникальная даже для усилителя?
Эрих помрачнел, и сдавленно произнес:
- Я надеялся, что ошибся.
Ну, что тут сказать.
- Во-первых, ты не ошибся. Во-вторых, твою мать контролировал даже не шестой, а какая-то там шестая, чьего девятого сына мы радостно грохнули во время нападения на нас на Танарге. В-третьих – ничего не есть без меня. Хотя я подозреваю, что на тебя как на архонта вообще нихрена не действует, но все же. И последнее… я спать. Ты там за Фло пригляди, ну и за матерью.
И на этом я вырубилась. Нет, я, конечно, десант и все такое, но даже я не железная.
***

Глава 3

Проснулась через три, мать его, дня!
С удивлением обнаружила, что окна у меня уже нет. И террасы нет. И вообще нихрена нет, кроме милой такой квадратной комнатки где-то явно глубоко под землей. Не знаю, что у них тут произошло, но спать ложиться теперь стало страшно - такими темпами я в следующий раз могу проснуться уже даже не в бункере, а где-нибудь в гробу там, или склепе, заживо погребенная.
Заклеив пластырями все отверстия, оставшиеся после капельниц, походила по помещению, обнаружила, что кроме бетонных стен нет больше вообще ничего, включая даже освещения. То есть тут имелись фосфорические херни по стенам, но больше вообще ничего не было.
Охренела.
Села на постель.
Подумала.
Мысленно позвала «Эрих».
И мой бункер содрогнулся. Вообще весь. Затем медленно, но верно, начал подниматься, сотрясая меня, мед оборудование, мебель и все прочее.
Минут так через десять бункер остановился. Затем у него отпала одна стена, и я увидела Эриха, спешащего ко мне из руин, которые ранее были нашим милым домиком у океана.
Охренеть вообще!
- И что я пропустила? - поинтересовалась у архонта, едва он приблизился.
- Да так, по мелочи, - Эрих опустился на колено передо мной. Быстро и уже практически профессионально обшманал на предмет ранений, повреждений и прочего. - Была небольшая заварушка, я тебя отправил спать поглубже, чтобы не разбудили. Выспалась?
Можно я больше вообще спать никогда не буду, а?!
- Эрих, просыпаться под землей это явно не мое! – категорично высказала Дагрэю.
Эрих вздохнул, сочувственно и выдал:
- Мелани, из всех архонтов управлять неживыми предметами способен только я. Так что… после того, как шестой узнал о твоей уникальности и организовал нападение, было единственным способом тебя уберечь.
Крутяк… Меня вот правда заинтересовал очень один момент - а если бы Эриха убили, мне там под землей в гробу навечно сидеть оставалось пожизненно или как? Но спрашивать я не стала. Просто, как бы смерть это штука еще нормальная, а всяческие сексуальные оргии с паразитообладающими как-то не очень.
Но вот что реально порадовало - сам Эрих. Он и выглядел нормально, и никаких повреждений на нем не обнаружилось и в целом вроде в норме мужик.
- Как мама? - спросила, оглядывая руины.
И тут мой архонт существенно так помрачнел и выдал:
- Она… она помнит только момент моего рождения и то, как плакала от счастья, узнав, что родился мальчик. И… - пауза, - ты ее интересуешь гораздо больше меня.
- Эрих, а чего ты хотел? - поинтересовалась я. - Меня она знает почти час, а тебя всего каких-то пару минут после рождения видела, так что… забей в общем.
Он забил, взял и обнял меня, прижал к своей груди как самое настоящее сокровище, как вообще в целом единственное в мире сокровище. Было даже в каком-то смысле приятно. А в каком-то не особо - я злилась адски. На Тайрем, архонтов в общем и шестых в частности. Что значит, они на нас напали? Вообще страх потеряли, или как?!
И еще момент с паразитами… А там точно паразиты? Интеллект от размера мозга не зависит, что уничтожить одну генетически измененную акулу, что внедренного в мозг паразита - действия в принципе одинаковые.
- Так, пусти, - потребовала я, вырываясь из объятий супруга.
И пока Дагрэй стоял, в некотором шоке взирая на меня, я рванула к руинам нашего дома.
Блондя появилась на подходе.
- Сейр, - сходу приказала я.
Спецагент молча передала мне гаджет, а дальше, подключившись к системе, я вызвала Кэла. И Кот сходу выдал мне вместо ответа, целое исследование.
И нихрена это не были паразиты!

Глава 4

«Шеф, мне перепроверить все еще раз?» — спросил Кэл.
«Неа, это объясняет, почему мать седьмого архонта контролировала какая-то тетка из клана шестых. И почему контроль продолжается всего шесть месяцев». «Да, меня тоже цапануло именно это» — сообщил Кот. И тут Эрих догнал меня. Я повернулась, посмотрела на любимого и улыбнулась — эти гады попали! О, они так попали, как им и не снилось!
— Мелани, милая, ты ничего не хочешь мне сказать? — очень вежливо, но явно на последней степени истощения терпения поинтересовался Эрих. О, я хотела, да.
- Шесть месяцев - период распада органического пластика, любимый, - и моя улыбка стала такой коварной, что кому-то пора было топать и закапываться самостоятельно и поглубже. - Это были паразиты, это искусственный интеллект. Хана шестому дому.
- Не понял, - напряженно произнес Эрих.
- Летим домой! – радостно объявила я.
- На… Гаэру? – Тамран технично выскользнул из-за ближайшей развалины.
- О нет, - я была вконец зла, - в таком состоянии я бы на родную планету лететь не стала. Мы летим на Тайрем.
И вот тут случилось то, на что я как-то не рассчитывала.
Эрих взял и сказал безапелляционное:
- Нет!
Я развернулась к любимому, посмотрела ему в глаза, похлопала ресничками прямо так, как нас на курсах социальной адаптации обучали, и поняла, что это не работает. То есть вообще не работает. По идее после таких манипуляций с органами зрения, жестоко подверженный глазоморгательным демонстрациям индивид, должен был, как минимум ошалеть и перестать связно мыслить, сосредоточившись на видениях различных порнографических сцен целью которых являлось бы продолжение рода. Но то ли я была на вид стремная, то ли у Эриха от стресса весь размножательный инстинкт отмер напрочь, но не сработало.
Но я из десанта, мы не сдаемся.
- Слушай, а что там Удав говорил про свадьбу на Тайреме?
- Это ты к чему? - напрягся Дагрэй.
- Я согласная! - решительно объявила ему.
И тут случилось странное.
- Правда? - с явным неверием вопросил Эрих.
- Абсолютно, - сказала я, но что-то мне во всей этой ситуации определенно перестало нравиться.
И Эрих только усилил мои подозрения, весело объявив:
- Ладно, летим на Тайрем.
Наклонился, стремительно поцеловал, и утопал в развалины, что-то весело насвистывая.
Проследив за его уходом, я, не отрывая взгляда от спины удаляющегося архонта, напряженно спросила у Тамрана:
- Слушай, и на что это я сейчас подписалась?
А ответа не последовало. Тамран взял, повернулся и утопал. Молча. Вообще молча.
- Ну и ладно, разберусь по ходу дела, - решила я.

Глава : Отбор невест по правилам и без. 
Я перевернула очередную страницу и уныло зачитала:
- Добродетельная жена ничтожна и смиренна, главная обязанность ее - подчинение старшим по роду, возрасту и положению. С раннего детства должна она привыкать к труду, а основной долг ее прилежание. В день рождения ее становится она жертвой, а вся жизнь ее - жертвоприношением.
- Мля… - протянула охреневшая не менее моего Блондя.
Закрыв книгу, я еще раз посмотрела на название «Краткие наставления для добродетельной жены». В этом кратком наставлении было четыре тысячи гребаных наставлений, и да – это краткое наставление. А существовало еще и среднее. И полное.
- Что там у нас с прилетом Алкесты? - поинтересовалась я, снова открывая учебник.
- Я так поняла, что на нее Исинхай надавил, так что она будет. Но, кэп, ты пока на ее сообщения не отвечай, не стоит.
- Да ладно, столько новых ругательств в прошлый раз узнали, - усмехнулась я.
Алкеста лететь на Тайрем отказалась. Напрочь отказалась. Потом лично позвонила, и сказала все что про нас думает, но Блондя у нас вообще психанутая, а я десантом на всю голову пристукнутая, так что разъяренная Алкеста была вынуждена столкнуться с крайне неожиданной для нее реакцией - мы похватали у кого что было и давай за ней записывать.
- Да что б вас! - постановила в итоге Алкеста.
- Да ты продолжай, мы не против, - высказала я ей.
Почему-то после этого агент Исинхая вырубилась и попыталась свалить в ближайшее астероидное братство, мотивируя тем, что с нее прошлого задания на Иристане хватило по гроб жизни, но новый шеф разведуправления каким-то образом на нее все же надавил. Так что теперь мы ждали. Без нее, честно говоря, как без рук было.
В дверь, хлипкую до безобразия, постучали и раздалось:
- Госпожа, прибыли наставники.
Я подавила тяжелый вздох, страдальчески провозгласила:
- Входите.
Надеялась отсидеться на кровати, но первой в мой дворец вплыла вдовствующая повелительница.
Мадама фантастической внешности с головным убором, предполагающим фантастическую крепость шеи, вплыла беззвучно, но нам с Блондей пришлось вскакивать с постели, так что совсем беззвучно у нее не вышло, грохот книг помешал.
- Ваше величество, - произнесла я, совершая традиционный поклон.
Блондя склонилась ниже и молча.
Ее величество коварно помолчала, доведя паузу до абсурда, а мою спину до напряга. Реально, в такой позе долго не простоишь, и стерва вдовствующая об этом знала.
- Госпожа Олидрад, рада видеть вас в добром расположении духа, - начала эта гадюка.
Но был и плюс - теперь мне можно было разогнуться.
Выпрямившись, я, склонив голову, произнесла традиционное:
- Как ваше здоровье?
- Да продлят небеса вашу жизнь, - не менее покорно вторила мне Блондя.
«Чтоб ты сдохла, карга треклятая!» - одновременно подумали мы.
А Эрих - скотина! Причем натуральная такая скотина! Сказал бы все сразу, я бы лучше еще где-нибудь под землей в бункере посидела, но он взял и ничего не сказал. Заручившись моим идиотским согласием, он в открытую сговорился с Первым домом, ныне занимающим место правящего на Тайреме, и сдал нас с Блондей с рук на руки вдовствующей правительнице, которая, согласно законам и традициям, занималась организацией традиционных браков архонтов правящего круга. И так как Дагрэй, чтоб его, правил седьмым домом, то он так же традиционно относился к правящему кругу.
В общем нас привезли сюда на крейсере, прямиком со спутника Тайрема, на котором теперь одни развалины и остались, и передали встречающим. А встретила нас сама вдовствующая правительница. Она, ее корона фантастического размера, платье фантастической неудобности и улыбка фантастической фальшивости. Помимо этой крысы высокородной в свите встречающих было примерно около двадцати служанок, десяти придворных наложниц (я так и не врубилась зачем они кому-то сдались) и сорока мужиков вполне себе исполинских размеров, зато без неродопродолжательных возможностей.
Я охренела. Блондя охренела. Эрих тоже охренел, сказал мне «До скорой свадьбы, любимая» и улетел.
Мы с Блондей проводили его охреневшими взглядами, и… в общем мы попали.

Глава 5

Мы поняли это еще до того, как вдовствующая карга со внешностью мисс Вселенной, расплывшись в красивой, но такой подленькой улыбке, произнесла:
- Отныне вы под защитой первого дома, мисс Элис. Никто не посмеет причинить вам вред, или же надеть браслет. Вы в полной безопасности. Добро пожаловать во дворец правящего повелителя. Сдайте все предметы связи, в случае отказа слугам придется вас обыскать.
Мы стояли во дворе, таком широком и просторном. Повсюду было дохрена дворцов, окруженных стенами пониже той, которая отрезала весь этот дворцовый комплекс от мира, и тишина такая под палящим солнцем. И нервы мои, которые сдавать начали.
И находчивость, которая сдаваться не собиралась.
- Короче так, - доставая сейр и набирая «папочку», сказала я, - начнем с того, что меня зовут Мелания Олидрад. Закончим тем, что средства связи я отдам лишь после того, как на это согласится моя семья.
И едва на том конце ответили, быстро высказала на танаргском:
- Отец, меня изолируют от внешнего мира на территории правящего дворца, я…
Тут у меня сейр отобрали. Кажется, я поняла для чего тут наложницы - они что-то типа отряда быстрого реагирования. То есть пока до слегка урезанных местами мужиков дойдет ситуация, они уже действуют. Сейры у нас отобрали. Оружие тоже. У Блонди отобрали даже сиськи, и это уже было совсем обидно.
Потом нас отнесли, так как идти мы отказывались, во дворец этой самой вдовствующей правительницы.
Потом заявился какой-то мужик в странной шапочке с крылышками, замерил пульс у Блонди и сказал, что она женщина с пониженной социальной ответственностью, и поимели ее мужиков за двести. За что был бит мной, и я с него не слезла, пока он не согласился изменить показания на «Блондя поимела мужиков по полной».
Мой пульс этот мужик проверять отказался, так что привели другого.
Второй был пошире в объемах, особенно в районе живота, и вот он взяв мою руку, огласил главный предмет насмешек Удава.
- Девственница.
От этого слова ожидаемо перекосило меня, и неожиданно перекосило вдовствующую повелительницу.
- Вы… уверены? - дрогнувшим голосом вопросила она.
Мужик был уверен, и предложил продемонстрировать все, так сказать на месте, даже полез трогать мою юбку. Был бит. Мной. И Блондей, которая тоже уже как-то не в настроении была.
Но не только у нас настроение испортилось - вдовствующая повелительница и та по мужику вдарила своей идеальной туфелькой и позвала следующего.
А потом следующего.
И еще следующего.
И еще какого-то.
Не знаю, откуда они их всех набрали, но в итоге на правой руке запястье у меня от массовых проверок вспухло, пришлось отдавать на растерзание левую руку.
Короче в итоге о том, что я девственница знали все. Вообще все. Абсолютно все!
И больше всего это выбесило вдовствующую повелительницу, которая запинала бы последнего целителя до полусмерти, если бы не распахнувшаяся от удара дверь и громогласный возглас:
- Доченька!
Я охренела сходу.
Нет, ну я все понимаю, но еще бы у меня гаракхай в матерях не водились. А это была именно гаракхай, причем звали ее Гвен, она у меня прикрытием в САПОГе была, и на свадьбе была сначала в роли представителя войск МПН, а потом в качестве представительницы войск МПЖ. В общем, короче, они мне, походу, прислали моральную поддержку.
- Мммама, - проблеяла я, осознавая как сильно попала.
Нахрена я вообще с «отцом» связывалась?! Дурость неимоверная.
- Деточка моя! - гаракхай, в шикарном пышном палом платье, которое затмило наряд вдовствующей повелительницы сходу, кинулась ко мне, технично раскидывая ринувшихся было ей наперерез наложниц, служанок и евнухов.
Мы с Блондей просто сели. Молча. И я не знаю, о чем думала она, но я вот думала о том, что не зря нам на всех курсах выживания советовали при виде гаракхай просто тупо молча валить. Эта раскидала всех! Вообще всех!
После чего сгребла меня с кровати, прижала к своей плоской разукрашенной золотыми узорами груди, и прошипела в самое мое ухо:
- Падла гаэрская, мне из-за тебя пришлось выйти замуж!
А, то есть не мне одной херово?
- Мамочка! - возопила я, обнимая ходячую машину для убийств.
Ходячая машина для убийств тихо спросила:
- Можно я тут кого-нибудь аккуратненько урою?
- Конечно, - просияла я, отстраняясь. - И скажи, пусть они Блонде сиськи вернут, а то отобрали, понимаешь, самое сокровенное.
Дальше все было почти прозаично – моя маман пошла выяснять отношения с моей наставницей по брачному обряду. Первая высокомерно высказывалась, вторая высокомерно отвечала. На стороне гаракхай была неимоверная выносливость и хладнокровность, на стороне второй воспитание, многолетнее ношение пыточных причесок на голове и тайремское упорство.
Мы с Блондей успели поспать, поесть, и снова немного вздремнуть, пока эти двое продолжали выяснять отношения.Отношения у них были высокие, должна признать – простоять вот так вот, поддерживая не самую приятную беседу на протяжении шести часов, это надо было уметь. Я вот лично так не умела. И Блондя не умела тоже. А местные служанки умели… это наталкивало на не самые приятные подозрения. Короче заподозрили мы неладное.
А потом Гвен, которая гаракхай, и которая теперь вроде как моя типа мать, раскланялась с вдовствующей повелительницей, приказала слугам свалить, закрыв за собой двери, и подвалила к нам с Блондей, еще не совсем проснувшимся.
Выглядела гаракхай не очень.
В принципе заметить, что дело не очень смогла только я, просто за время проведенное на Танарге я немного стала разбираться в гаракхай, и теперь мне уже не казалось что у них у всех одинаково безэмоциональные морды лиц, так что Блондя не поняла, почему я мгновенно помрачнела.
- Короче так, доча, - Гвен смерила меня злым взглядом, - почему твой мужик тебя сюда притащил мне понятно - сходу обезопасил тебя от всех остальных архонтов, ведь тут ни одного мужчины нет, и на территорию внутреннего дворца никто из полноценных представителей мужского пола не проникнет. Так что ты тут как в сейфе, причем сверхнадежном. Но если Дагрэй надеялся переиграть вдовствующую гадюку, то это он зря - она меня как малолетку уделала.
- Это как? - не поняла Блондя.
- К сожалению, не молча, - скривилась гаракхай.
Постояла, явно сдерживая ругательства, и сообщила итог многочасовых переговоров:
- Два часа - максимум, который я могу проводить с тобой в сутки. А время визитов - назначает вдовствующая повелительница. Отца и братьев к тебе не допустят. Мои… мать его пасынки, разместятся во внешнем дворце, меня же поселят во внутреннем, но… Дохлый викрианский глист! И она села на стул, сгорбив спину, и подперев подбородок кулаком.
- Я вышла замуж… Потрясающе! Я замужем, чтоб его! Нахрена ты сунулась на Тайрем, дура?
Это уже был вопрос ко мне.

Глава 6

Ну, пришлось признать:
- Эрих меня провел как идиотку последнюю.
- Да он всех провел! – психанула Гвен. - И тебя, и Танарг, а круче всех он провел вдовствующую повелительницу! У нее там нерв на морде защемило, когда она осознала насколько этот выродок ее поимел!
Прочистив горло, осторожно спросила:
- И насколько он ее… так сказать… эм?
- Поимел? - гаракхай мрачно воззрилась на меня. – Да по-полной, доча. Основательно и по-полной. Он ей вручил девственницу. Знаешь, что теперь будет со всем внутренним дворцом, если вдруг до свадебного обряда ты этой самой девственности лишишься?
- Что? - мне прямо вдруг как-то не по себе стало.
Гаракхай помолчала, сверля меня взглядом, и тихо ответила:
- Их убьют. Всех. Включая вдовствующую повелительницу и двенадцать ее дочерей, а так же других дам, находящихся на территории внутреннего дворца. Учитывая, что тут сейчас проходят обучение дочери практически всех домов… Вот и думай, за кого замуж собралась. Она запрокинула голову, посмотрела в потолок, и протянула:
- Этому ублюдку достаточно проникнуть сюда, радостно поиметь тебя уже физически и всей правящей верхушке Тайрема наступит конец. Основательный, кровавый и бесповоротный. Я бы поаплодировала, но не могу не признать, что проблему он решил потрясающе. Ты теперь под защитой всех тех, кто готовился заполучить тебя любой ценой. Любой, но не такой же. Дагрэй нашел самое безопасное место во вселенной, чтоб его. Пойду, напьюсь.
И она решительно встала, зашуршав тканью алого платья, которое имело штук десять нижних юбок.
А потом села, посмотрела на меня и спросила:
- Слушай, а ты ничего случаем не собиралась делать на Тайреме? Мстить там, кому-нибудь?
Честно созналась:
- Собиралась.
Гвен возоржала, вновь поднялась, и направившись к дверям, бросила через плечо:
- Значит, он и тебя поимел, девочка моя. Потому что, находясь ЗДЕСЬ, ты ничего не сможешь сделать.
И она взялась за ручку двери, но остановилась, обернулась и предупредила:
- Ничего не есть. Ничего не пить. Приду завтра. Не знаю во сколько, это, к сожалению, не мне решать.
На этом моя новообретенная мать ушла.
Блондя встала и пошла пинать стену кулаками.
А я мысленно позвала:
«Эрих!»
Ответом пришло очень даже ожидаемое:
«Прости».
Вот гад!
«Сссскотина!» - меня колотило от бешенства.
Скотина взял да и выдвинул тот еще аргумент:
«До брачной церемонии тебя пальцем никто не тронет. Никто, включая меня. Ты сможешь восстановиться, я управлять своей силой. Потерпи, пожалуйста».
Но, наверное, черта невозврата была пройдена.
«Слышать тебя не хочу», - и вся тяжесть произошедшего навалилась на меня гранитной плитой.
«Мелани…»
Я не ответила. Слышать его действительно не хотела больше. Достало это все.
«Любимая, шестой дом узнал о тебе то, что знать им не стоило. У меня не было другого выхода, потому что из-под земли, они бы тебя тоже достали».
«Да пошел ты!»
Пауза и убийственное:
«Твою злость и даже ненависть я выдержу. А твою гибель нет. Прости».
Я поняла, что сижу и реву только тогда, когда меня осторожно обняла за плечи Блондя. Так что окончательно я разревелась у нее на груди. В смысле на месте, где раньше была грудь. Короче все было настолько херово, что теперь у нас даже сисек не было.
- Мне очень жаль, - тихо сказала Блондя.
Кажется, я завыла.
И тогда Блондя взяла и сказала:
- Кэп, вы же кэп, вы справитесь.
Села, вытерла слезы-сопли, и поняла что да, я справлюсь. Я им так справлюсь, что им всем места мало будет! Я им устрою! Всем им!
И начну с шестых!
- Раздобудь мне двух служанок, - приказала, направляясь к воде, чтобы морду зареванную умыть.
Никогда же не плакала, что это со мной?
- Приказ ясен, - отозвалась Блондя.
И пошла взламывать стену.
И вот я думала она ее просто тогда избивала, чисто от злости, а оказалось нет – потайной ход нашла.
***
В потайном ходу обнаружились два скелета, что не обрадовало вообще. Парочка ядовитых змей тоже нам не обрадовалась, но мы были быстрее и тренированнее и в этой схватке одержали верх довольно быстро.
Поплутав по дворцу минут с двадцать обнаружили масштабную по своим размерам кухню. На дворе ночь была, так что на кухне никого не оказалось. Блондя разделала и зажарила змей, я покопалась в холодильных камерах и раздобыла сейр.
Потом мы молча схомячили ужин и вернулись во дворец вдовствующей повелительницы.
Вовремя вернулись, к нам как раз пожаловали наставники по учебной части и приволокли дохрена учебников на старинном тайремском, который я вообще не знала.
Но добила меня вдовствующая повелительница. Вплыв столь беззвучно, что мы с Блондей даже переглянулись невольно, очень уж эта дама при движении походила на привидение, она, сияя так, словно не было у нее тут шести часового вербального противостояния с моей новой маман, пропела:
- Дорогая Мелания.
Начало было так себе.
- Теперь, когда ты живешь во дворце, ты должна подчиняться правилам внутреннего дворца. Мы, несомненно, понимаем, что это не просто, и потому ты пройдешь полный курс обучения, чтобы затем, став воспитанной девушкой, могла стать достойной женой, что не опорочит имени своей семьи.
И тут мое сердце екнуло.
Нехорошо так екнуло.
И мигом забыв об обидах, я мысленно позвала:
«Эрих!»
Ответа не было, так что начав психовать, я повторила:
«Эрих, чтоб тебя! Ты там живой?!»
Просто не понравились мне слова про «полный курс обучения». Учитывая ситуацию, в которую их вляпал от всей широкой души седьмой архонт, с их стороны гораздо разумнее было бы избавиться от меня как можно быстрее. Но, зная Тайрем, я не могла исключать, что они решат избавиться от Эриха.
«Я в порядке, - спустя пару ударов моего дрогнувшего сердца, ответил Эрих. - Тамран ранен, но тоже жив».
Просто не понравились мне слова про «полный курс обучения». Учитывая ситуацию, в которую их вляпал от всей широкой души седьмой архонт, с их стороны гораздо разумнее было бы избавиться от меня как можно быстрее. Но, зная Тайрем, я не могла исключать, что они решат избавиться от Эриха.
«Я в порядке, - спустя пару ударов моего дрогнувшего сердца, ответил Эрих. - Тамран ранен, но тоже жив».
То есть я оказалась права - они попытались избавиться от Эриха.
Вдовствующая что-то там еще вещала, а я напряженно попросила:
«Прикинься дохлым на время, а?»
«Не могу, - ответил муж. - Если появится хоть малейший намек на мою безвременную гибель, тебя отдадут первому архонту в тот же день».
Вот вляпались.
«То есть, - я поняла, что начинаю закипать, - отправив меня сюда, ты сходу поставил под угрозу свою жизнь?!»
Вместо ответа, я услышала лишь:
«Я люблю тебя».
А вот я тебя, кажется, убью.
И Эрих, осознав, что я просто молчу в ответ, продолжил:
«Даже если я не справлюсь, и тебя отдадут первому архонту, на Тайреме твои «братья». Ты оповестила риантана Олидрада на пару минут раньше меня. Твоего брака с первым Танарг не допустит при любом раскладе. Но я справлюсь, Мелани. Я справлюсь, ты слышишь?»
Кажется, я знаю, чем займусь в нашу первую брачную ночь – буду убивать мужа. Медленно, мучительно, долго и приятно. Мне вот точно будет приятно!
И тут Блондя подала мне знак, означающий «Опасность».
Перестав мечтать о первой брачной ночи, я прислушалась к тому, что вещала вдовствующая повелительница и несколько… охренела.
- Первый брак седьмого архонта - дело ответственное, - вещала эта гадина в золотом. - Мы не можем отнестись халатно к этому. А потому каждый дом предоставит своих кандидаток на роль первой жены и на роль первой наложницы. К сожалению, у архонта Дагрэя отсутствует даже наложница… такая жалость, не думала, что в столь молодом возрасте могут возникать проблемы с мужественностью.
Внезапно подумала, что и этой гадюке ринопластика не повредит.Очень даже не повредит.
- Таким образом, - продолжала вдовствующая сводница, - после твоего полного курса обучения, будет организован отбор. И первый дом решит, кого мы предоставим архонту Дагрэю для окончательного выбора жены и наложницы. Ты, моя дорогая, в силу твоего не слишком высокого происхождения, можешь претендовать лишь на роль наложницы… Если пройдешь обучение.
Вот вам и ход конем! Блондя нервно глянула на меня, но я уже и так была злая.
- То есть, - весьма вежливо начала я, - вы пытаетесь мне сказать, что род Олидрат недостаточно знатный для вас?
Получи и распишись, гадина.
Гадина осознала, на что нарывается, прочистила горло и торопливо выговорила:
- Нет-нет, что вы, Мелания, несомненно положение вашей семьи не вызывает вопросов, исключительно уважение, и…
- Моя семья отдала меня в жены архонту Дагрэю. В жены, а не в наложницы, - с нажимом произнесла я.
Осознав, что с этой стороны не подкопаешься, вдовствующая улыбнулась и милостиво дозволила:
- Что ж, вы будете допущены к отбору жены седьмого архонта.
На этом и разошлись.
Она разошлась к двери, а я разошлась к постели.
Жаль, поспать не дали
Помимо и так заявившихся четырех наставников, после ухода вдовствующей повелительницы ко мне завалились еще семеро. И не важно, что уже ночь на дворе, в целом в ходе дебатов между наставниками, которые прямо при мне составляли мое расписание, выяснилось, что женщины аристократки на Тайреме ложатся поздно, а встают рано, и в целом во время подготовки к отбору, а отборы у них тут были в почете, спят по четыре часа в сутки. Именно тогда я и решила, что без Алкесты тут никак. Составленное расписание и количество выделенного времени тупо были несовместимы с жизнью, меня определенно не желали допускать к Эриху, в то время как я определенно хотела закончить этот гребаный курс, потому как было ясно, что Эриха сейчас будут убивать. И чем дольше я буду обучаться, тем больше времени на убийство седьмого архонта у них будет. Так что мне позарез нужна была Алкеста.
***

Глава 7

Мою новообретенную мать допустили ко мне на два выделенных для посещения часа, которые как раз пришлись на время моего сна. И когда гаракхай грациозно вплыла, посрамив походку вдовствующей повелительницы, я уже клевала носом над подушкой, до которой, наконец, доползла.
- Так и знала, - нехорошим тоном произнесла Гвен, протягивая Блонде упаковку таблеток и белковых батончиков.
Воду материнствующая гаракхай тоже к счастью принесла с собой – вообще дохрена юбок оказалось штукой полезной и вместительной.
Я что-то жевала и что-то пила, пока Гвен втолковывала Блонде что можно и чего нельзя. Где-то между пробуждениями и сновидениями, узнала что и мою маман и моих братанов уже раз пять пытались травануть, что не радовало. Еще что на Тайреме с ядами дело обстоит вообще весело. Но самой впечатляющей оказалась новость о том, что помимо отбора невест, меня ждет еще и отбор женихов.
Тут я даже проснулась.
- Эти тайремцы один другого стоят, - подсовывая мне танаргскую шоколадку, сообщила гаракхай, - Дагрэй подставил их, подсунув им девственницу и обеспечив твою неприкосновенность, а они выкатили в качестве аргумента твою уникальность, уникальная ты наша, и по древнему закону, ты, как легендарный усилитель, имеешь право выбрать себе мужа сама.
- Так я уже выбрала! - выпалила, чуть не подавившись шоколадкой.
Гвен смерила меня печальным взглядом, и сказала:
- Это ты им будешь рассказывать. С завтрашнего дня у тебя будут встречи с женихами. Мы с «сыночками» так прикинули, что тебе предоставят на выбор сначала из первого дома. Потом четвертый и шестой. У них тут слегка нелогичная иерархия. Однако будь уверена, они сделают все, чтобы ты выбрала кого-нибудь из первого дома.
- Достали! – прошипела я.
И завалилась спать.
Вроде мне еще снилось, что Блондя себе грудь пристегивает, которую гаракхай принесла. Это она зря. На данный момент Танарг, конечно, на нашей стороне, но мы как служили Гаэре, так и будем служить, а Танаргу об этом знать точно не следует. Так что придется поискать Блонде другие нагрудные носители, ибо я сомневаюсь, что в этих никакой прослушки не поставлено.
***
Утро началось в пять часов с ледяной воды для умывания.
Вода странно чем-то попахивала, что не внушило мне никакого доверия, и потому Блондя сгоняла за ведром воды из колодца. Судя по лицам двух десятков приставленных ко мне служанок, это им как-то вовсе не понравилось. Да и по навигатору мне на их недовольство. Умывшись, я благополучно облилась холодной водой и отдалась на растерзание.
Растерзывали меня со вкусом.
Нижнее белье, кальсоны, нижняя сорочка, четыре нижние юбки, четыре средние юбки, две верхние юбки, нижнее платье, основное платье, широкий пояс, накидка с рукавами, накидка без рукавов. Все. Можно было стоять с трудом, про сесть лучше было бы не заикаться, но меня заставили сесть.
Прическа как отдельный вид пыток - Блондя заценила и в конце концов отобрала гребень к служанки. Та попыталась было воззвать на помощь, но спецагент есть спецагент – один удар ребром ладони по горлу женщины, и дара речи служанка лишилась на пару часиков. Нас устраивало. И вот после всего этого, несмотря на то, что мне лично хотелось уже сдохнуть, меня поволокли на урок этикета. Сегодня в программе было обучение хождению. Как дите малое. И поволокли меня туда держа под руки, ибо ходить во всем этом было почти невозможно.
***
Минут двадцать меня волокли по аллеям, окутанным ароматом цветущих растений и потрясающих цветов. А потом взяли и привели в цветник, где цвели уже не цветы, а дамочки.
И тут я познала то, о чем вообще всю свою жизнь даже не подозревала - ощущение собственного уродства.
Нет, ну комплекс неполноценности у меня впервые возник при встрече с Кейсиди Моррис, но так чтобы я четко осознала свое собственное уродство - это случилось только сейчас.
Двенадцать охренительных девушек.
Шесть золотоволосых блондинок в одеяниях наподобие моих, и шесть знойных брюнеток в платьях с гораздо меньшим количеством ткани и гораздо большим количеством обнаженной кожи. И вот они все, просто вот ВСЕ были охренительными!Я так сходу поняла, что первые это кандидатки в жены, а вторы кандидатки в наложницы.
А я тут так, просто для прикола, млять!
Зато у меня было больше всего слуг. Вот у меня одной их было больше, чем у них у всех. Жены имели по две служанки, наложницы по одной, а у меня было под сорок, если я правильно посчитала. Так что обернулась, посчитала, чтобы знать точно – и поняла, что таки да, таки сорок. Если считать и Блондю, то сорок один. Ну и в общем я поняла, что у меня самая грандиозная группа поддержки, ибо для моих слуг я все равно своя, так что болеть будут за меня.
И тут прозвучало:
- Доброе утро, ваше высочество.
И мне все поклонились. Все. Включая знойных брюнеток и потрясных блондинок, а так же их прислуги. Надо же, я тут целое высочество.
- И вам не хворать, - пожелал вполне вежливо.
И на меня странно посмотрели. Причем все. А это не очень приятно, когда на тебя все странно смотрят.
- Типа привет, - добавила я.
Посмотрели еще страннее.
Так все, они не потрясные, они тупые.
- Приступим к уроку, - сказала женщина в жутком костюме из верхней фиолетовой кофты и нижних черных широких юбко-брюк.
И дернула отвратно звучащим колокольчиком.
Звон был вообще неприятным.
Дальнейшее тоже так себе.
Сначала шагали кандидатки в невесты. Красиво, плавно, прямо как вдовствующая повелительница, с фарфоровыми блюдцами на головах, в колодках на платформе нехилой, во всей этой неимоверной одежде, но зато так, что ни одной посудины не разбили.
Потом прошлась я.
Несмотря на опыт хождения в экзоскелете, я побила весь запас неизрасходованных блюдечек, так что моя группа поддержки в итоге стояла с каменными лицами, а служанки невест не особо сдерживали язвительные усмешки.
Потом прошлись наложницы.
У них обувь была не на платформе, а на каблуках, причем шпилька такая нехилая была, и шагали они так, что по телу словно волна проходила. Красиво, в общем. И блюдца не разбила ни одна.
Потом пришла моя очередь.
Молча взяла поднос у служанки, которая держала фарфоровые блюдца, и короче швыранула сходу все на пол. Чтобы скопом разбились и не бесили меня уже.
Но никто не растерялся, и тут же еще два подноса этой маразоты притарабанили. Шикарно, что сказать. Последующие два часа мне было что бить. Зрителей к тому моменту стало больше, лица у моей группы поддержки стали скорбнее, Блондя кажется начала ругаться на языке астероидного братства, потому что остальные ругательства у нее закончились.
А у меня нервы.
К последней проходке я готовилась заранее.
Пока плыли лебедями мои соперницы, я стояла с закрытыми глазами, просчитывая уровень балансировки туфель на платформе. По всему выходило, что сбалансированы они были погано. Короче диверсия была налицо. И на блюдца, которым грозила безвременная и жестокая гибель в самое ближайшее будущее.
С каблуками дело обстояло получше, но нормально передвигаться на них мешала та туева куча ткани, которую на меня напялили. Но, и не с таким справлялись.
Когда пришла моя очередь делать проходку невест, я взяла сразу весь поднос с блюдцами, но бить не стала, хотя ожидали от меня определенно именно этого. Не дождались.
Разобравшись с балансом, я очаровательно улыбнулась ожидающему представления народу, распустила волосы, чтобы прическа не мешала, водрузила поднос с блюдцами на голове, постояла, ловя баланс.
А вот затем плавно, невозмутимо, грациозно и в целом нормально так прошлась по ковру, не разбив ни единого блюдца с этого подноса.
Когда я дошла до точки поворота, развернулась и пошла обратно по толпе зрителей пролетел изумленный шепот. А лица моих слуг определенно посветлели, и в целом мной явно начали гордиться.
И только Блондя почему-то мой триумф встретила не радостно.
- Не нравится мне все это, - сказала она, едва мы поравнялись.
Ну меня это не сильно расстроило, и дойдя до финала, я сняла поднос с головы, передала служанке, и переобулась. Проходка на каблуках тоже была достойна оваций. Я десантник, они что думали, что с гребаными каблуками не разберусь?!
Но вот когда я совершила поворот в поворотной точке, вдруг поняла, что не понравилось Блонде. Здесь кто-то был. Не из слуг и кандидаток на постель и руку с сердцем, а кто-то посторонний. Так что дойдя до финала, я передала поднос с целыми блюдцами восторженно взирающей на меня служанке и огляделась.
Так и есть – в отдалении, на полукруглом мостике через пруд, заложив руки за спину, стоял мужчина в белом. И не отрывал откровенно восхищенного взгляда от меня. И когда наши взгляды встретились, он, неожиданно, улыбнулся. Мне улыбнулся. Причем так, что как-то даже нехорошо стало.
И тут все увидели куда я смотрю, и как-то разом все поклонились.
Ну, кроме меня. Мы вообще знакомы не были, так что кланяться не видела смысла.
- Старший принц первого дома, - шепотом сообщила мне служанка с подносом.- Названный брат архонта Дагрэя, много лет странствовал, отказавшись от своего положения и силы. Удивительно, что он вернулся.
Ничего удивительного. Если он названный брат Эриха, значит они друзья. А из меня как из усилителя шикарный такой камень преткновения получится. Вот гады же.Раздраженно скинув с ног туфли на каблуках, я не стала надевать те тапки, что мне настойчиво так подсовывали, и подхватив юбки, направилась обратно к себе в комнату, причем быстрым шагом.
Блондя как девушка тренированная догнала меня очень быстро, в отличие от остальных она бегать не стеснялась.
- И давно он там стоял?
- А он не хотел, - прошипела Блондя, - но его вдовствующая правительница привела на тот мостик. И я вам так скажу, кэп, вы его взяли азартом.
- В смысле? – не врубилась я.
- А ему не интересно было смотреть на остальных, но вот когда у тебя с головы начала посуда падать, он остановился и стал наблюдать. И даже не заметил, как свалила с горизонта вдовствующая гадюка.
- Сюда же нельзя мужикам! - я в бешенстве вообще была.
- Ну я так поняла, что ему можно, он же шел к матери. А вдовствующей это единственный сын, остальные дочери.
И я остановилась.
Эрих думал, что провел их, а единственным кто тут окажется из мужиков будет тот, кому Дагрэй доверяет. Этот вот похоже и от силы своей оказался прямо как Эрих когда-то. Они наверное были собратьями по убеждениям. Были…
Бракованный навигатор!
«Эрих, ты живой?!»
Ответ пришел тут же:
«Да. Я в порядке. Береги силы. На счет Алкесты я договорился, ее проведут к тебе мои люди. Хорошее решение, распознать где ты, а где поддельная ты смогут только архонты, но их на территории внутреннего дворца нет».
«Обломись, Эрих. Они мне мало того что собираются смотрины устроить, так тут еще шляется сын вдовствующей гадины».
И мой любимый определенно напрягся.
«Что? - вопрос прозвучал вроде бы спокойно, но я Эриха уже знала, когда он спокойный он так не спрашивает».
«Высокий, выше тебя, черные длинные волосы, белые одежды, держится так, словно проглотил стальной штырь, - начала я».
«Нгоэн», - сходу опознал Эрих.
И тишина.
И только я злющая иду. «Что, довыпендривался?» - поинтересовалась.

Глава 8

Молчание и максимально спокойное:
«Я приму меры».
И тут я поняла, что он ведь и соврать мог, на счет того, что он в полном порядке. И в целом - если бы он был в порядке, он бы не стал говорить об этом практически дважды, старательно это подчеркивая. Что б его, а!
«Глубоко ранили?» - спросила невинно.
«Рана не смерте… Ну ты зараза!» - понял, что провалился, но поздно.
«От заразы слышу. Ну и какая падаль тебя ранила?».
«Я разберусь! - произнес с нажимом. И вдруг взял и добавил: - Нгоэн хорошая партия».
«Иди нахрен! - я психанула. - Слышь ты, сутенерка тайремская, тот факт, что я как идиотка в тебя влюбилась, вовсе не значит, что у тебя есть право решать за меня, кто хорошая партия. Я, между прочим, вообще замуж не хотела! И брак не хотела! И мужиков у меня без тебя хватало - целая моя команда и вот сейчас еще трое подвалило, так что завались этими мужиками! И не смей, просто вот даже не смей!»
И тут он сказал:
«Мэл…»
«Что?» - если мысленно можно было рычать, то я вот сейчас рычала.
«Он впереди. За кустом белых тростниковых роз. Ждет тебя. Остановись, пусть подойдут слуги, при них он не посмеет с тобой заговорить».
«Серьезно?» - мне вот сейчас очень даже хотелось бы с кем-нибудь «поговорить». И уж я бы сейчас поговорила бы до самых тяжких телесных.
«Серьезно. Остановись. Пожалуйста».
Я остановилась.
Потрясенная Блондя остановилась тоже.
А остальные слуги бежали к нам, шагом, конечно, но бежали.
- Слушай, а как зовут вон ту, самую полненькую, у которой лицо как у злого мопса?
- Эту? – Блондя нахмурилась, припоминая.
Просто из нас двоих Блондя спала больше, пока меня ночью истязали новыми знаниями она-то как раз и спала себе.
- Наложница Миртен.
Наложница эта была старше моей бабушки, зато целая наложница. Вообще не понимаю местной системы распределения кадров, ну да мелочи.
- Наложница Миртен, - повысив голос, громко сказала я, - а вы знаете, на планете, откуда я родом, вот в таких парках, как здесь, встречаются извращенцы!
- Ну…- наложница спешила домчать до меня и потому слегка задыхалась, - во внутреннем дворце мужчин нет.
- Точно? - спросила я, несмотря на приближение собеседницы заговорив еще громче. - А то обычно, за вот такими белыми кустами и прячутся самые натуральные извращенцы. Обычно они прикрывают свои органы длинным одеянием, иногда плащом, и когда жертва вожделения подходит ближе, выскакивают и раскрывают полы одеяния, выставляя себя напоказ. Ужас, скажу я вам! Натуральный ужас!
- О, - дама наконец добежала до меня, - поверьте, ваше высочество, в нашем высокоморальном обществе такого не происходит!
И она говорила абсолютно убежденно.
- Серьезно? - наивно вопросила я. - Тогда скажите мне, пожалуйста, а кто это там за этим кустом белых роз?!
- Там? - пытающаяся отдышаться женщина недоуменно посмотрела на кусты. - Там никого нет. Господин Линсо, не могли бы вы?
Названный евнух махнул рукой двум евнухам званием пониже. Те поспешили к кустам.
Осознав, что неизбежного не избежать, из кустов медленно вышел первый принц. В белых длинных одеждах. И нервно их оправил, явно непреднамеренным жестом, но было поздно - все всё увидели.
- Нет! Стойте! Не нужно ничего выставлять напоказ! - возопила я. И понимая, что этого недостаточно, коварно добавила: - Не смотрите сюда, тут голый мужик!
Ни разу не голый, но определенно мужик, заложил руки за спину, распрямился так, словно теперь у него не один проглоченный штырь, а сразу два, и мрачно посмотрел на меня.
В то время как все остальные смотрели на него, и зрителей все прибавлялось и прибавлялось.
- Но, ваше высочество, - нервно начала наложница Миртен, - это же его высочество первый принц!
На этом, репутацию мужика еще можно было спасти, но десант такой десант - мы тупо никогда не сдаемся.
- И вы серьезно полагаете, что среди принцев извращенцы не встречаются? – громко вопросила я.
И вот насколько я знаю аристократию – точно встречаются! И народ тут тоже знал, что такое аристократы. И даже аристократы знали, что такое аристократы. Короче взгляд у принца стал такой пристальный, что мне даже немного поплохело.
- Ах, моя голова! - воскликнула я, собираясь картинно упасть в обморок.
- Ваше высочество!
- Ваше высочество!
- Ваше высочество! Позвать лекаря!
Послышалось отовсюду.
И только от одного вконец охамевшего мужика донеслось пугающее:
- Я сам отнесу ее высочество в ее покои.
И мне прямо сразу в обморок падать передумалось. Продемонстрировав принцу то, что как теперь полагали все окружающие собирался продемонстрировать мне он, я гордо проследовала дальше, теперь уже в спасительном окружении слуг.
Когда шла, от Эриха донеслось:
«Милая, ты нечто, но лучше так больше не делай, а то у меня швы разойдутся».
То есть даже швы наложили. Значит одним гелликсом все не обошлось, и со мной он не хочет разговаривать, потому что в таком состоянии даже при мысленном общении тянет из меня силу. Эрих, вот как можно быть таким?!
«Эрих, если ты умрешь, я сдохну, - сказала ему совершенно серьезно. - Ты все понял?»
Понял, и произнес:
«Само заживет».
Так значит, да? Ну, ультиматумы выдвигать я вполне себе тоже умею.
«Либо устанавливаешь связь и лечишь себя, либо я отсюда сбегаю, нахожу тебя, прибиваю на месте, а потом лечу!» - высказала я.
И он понял.
Я вот даже мысленно почувствовала, что он все понял.
«Сначала ложись, - сдался устало».
И я сорвалась на бег.
Промчалась до конца аллеи, оставив позади даже Блондю, вбежала во дворец вдовствующей повелительницы, промчалась мимо слуг и евнухов, ворвалась в свою комнату, с разбегу прыгнула в кровать, задернула занавески и едва балдахин упал, протянула руку в пустоту.
Эрих, тускло-мерцающей голограммой, проявился сидящим напротив меня. Выглядел он не очень. Половина лица перевязана. Левая рука сильно повреждена, кожа виднеющаяся из-под бинтов покрасневшая. Судя по всему, был взрыв.
- Эрих… - простонала я, чувствуя, что сейчас опять разревусь.
Он протянул мерцающую правую руку и коснулся моей ладони. Он смотрел на меня так, что мне хотелось пойти и всех тут поубивать всем скопом.
- Я люблю тебя, - прошептала, чувствуя, как дрожит подбородок.
«Тебе нельзя слабеть» - мысленно сказал Эрих.
- А тебе умирать, - вслух сказала я.
И сжала его пальцы, на миг показавшиеся почти материальными.
А потом сидела, кусая губы и стараясь не показать, какой силы была охватившая меня боль. Но я готова была терпеть молча и беззвучно, я готова была сидеть так вечно и не важно какой силы боль, главное это на глазах отрастающие пальцы левой руки у Эриха, отрываемые им с раздражением бинты, и второй глаз, который теперь открылся и смотрел на меня. А с двумя глазами Эриху определенно было лучше, чем с одним. И он так был красивее.
А еще упрямее, потому что попытался забрать свою руку, но я не дала.
«Все, хватит, ты слабеешь, - занервничал он».
«Отосплюсь, когда прибудет Алкеста, мы тут с Блондей нашли дивный потайной ход, у меня там будет даже компания из двух милых скелетиков»,- улыбнулась я.
И тут Эрих стремительно изменился в лице и хрипло переспросил:
«Что?!»
Не врубилась с чего он так занервничал, но война дело такое, лучше все говорить сразу.
«Два скелета, женских, внешних повреждений не замечено, - начала планомерный ответ.»
И вот я не знаю с чего так, но Эрих взял и начал заматывать все бинты обратно.
«А ты чего делаешь?» - заволновалась я.
«Для конспирации, - мрачно ответил он. - Спи».
И тут меня вырубило. Вот как лежала на постели, так и вырубилась.
***
Приходила вдовствующая - шипела и плевалась ядом минут сорок прежде, чем заметила, что со мной что-то не так. Прекратила плеваться, отдернула полог, начала меня стремительно раздевать, сопровождая процесс воплями:
- Лекаря!
Прискакал лекарь. Это был тот самый, которого эта вдовствующая накануне совсем не женственно и не величественно пинала ногами. Лекарь поцеплялся за мой пульс, и вынес вердикт:
- Ее величеству не хватает энергии Шо!
- Да ладно, - не выдержала я, - вот как раз со всяческим «шо» у меня полный порядок - количество вопросов растет в геометрической прогрессии, а конкретный вопрос «Что тут происходит?» вообще уже превысил все мыслимые и немыслимые грани.
Повелительница внутреннего двора, узрев, что я пришла в себя, мгновенно приняла величественную позу, и высокомерно заявила:
- Мой сын изъявил желание участвовать в отборе. Это великая честь для тебя, госпожа Олидрад. А потому, с этого дня, как твоя названная мать…
Договорить она не успела, как в дверях появилась та, кто на звание моей матери мог претендовать с гораздо большим количеством аргументов. Великолепная Гвен ныне Олидрад предстала в золотом платье. В настолько золотом, что сверкало оно не менее ослепительно, чем золотые украшения, коих тоже было в избытке. Прическа, серьги, три ряда стремных бус, золотые кольца, золотые браслеты и даже золотой пояс. Короче встретились два золотых запаса целых стран. Танарг, как и всегда, победил сходу и основательно, Тайрему пришлось кусать локти от зависти и делать вид, что они-де за духовность больше, а не за всяческие украшения. Но не сработало – гаракхай есть гаракхай, с ними даже на Танарге не связываются.
- Какого долбанного местного божка, моя дочь вдруг потеряла сознание? – сходу начала моя условно мать.прода от 21.06
Посрамленная количеством золота, вдовствующая повелительница несколько стушевалась, затем нервно заулыбалась и выдала:
- Брак с архонтом Дагрэем будет оспорен. Отныне мой сын…
- Да начхать! – отрезала Гвен. - Мелания принадлежит к семье Олидрад, и мне плевать кого вы, ваше величество, решили оспорить. И если вы еще ничего не поняли, то я поясню - в настоящий момент гражданка Танарга находится на территории ВАШЕГО дворца по СОБСТВЕННОМУ ЖЕЛАНИЮ. В случае же, если моя дочь пожелает вернуться домой, вы хоть всем вашим родом удавитесь, но я заберу ее на Танарг. Вопросы есть?
Вопросы если и были, то отпали мгновенно.
Вдовствующая стояла, и на ее лице вежливая улыбка хаотично мигрировала то в очень вежливую, то в очень-очень вежливую.
- Госпожа Олидрад, - начала она в итоге, - должна признать, у меня возникли… некоторые вопросы и к вашему браку. В частности, нас интересует, насколько он законен. Ведь ваш союз, насколько мне известно, не был консуммирован.
И вдовствующая улыбнулась. Открыто, нагло и при этом весьма так оригинально, типа чисто из вежливости спросила.
И я уже было даже занервничала, но тут дело такое – Гвен из гаракхай. И если у нас в десанте интимные связи были запрещены, да и не до них как-то было, то гаракхай готовили в корне иначе, и сексуальные связи для них под запретом никогда не были. Так что смутить чем-то Гвен было сложно.
Она и не смутилась.
Приблизившись к вдовствующей, она чуток склонилась, ну потому что была выше ростом, как и все гаракхай, и прошептала практически:
- Слушай ты, несчастная женщина скованная цепями жестко патриархального мира, в отличие от твоей убогой планетки, на моей родине у женщин есть права. Так что это мне решать, когда мой брак будет скреплен сексом, а когда мне еще этого не хочется. Брак заключен по всем законам Танарга, Тайрем обязан уважать законы Танарга, а мой муж обязан уважать мои желания. Так что, в следующий раз, когда попытаешься вякнуть что-либо в направлении данной темы, подумай трижды. И да – ознакомься с законами. Ну и последнее – если моя дочь еще раз потеряет сознание, какая-нибудь из твоих потеряет голову. В самом прямом смысле. И доказательств у тебя не будет. Еще вопросы?
Вопросов особо не было.
Тайремская аристократия могла выеживаться сколько угодно, но на стороне Танарга была сила и мощь. Откровенно говоря, я вообще не понимала с чего первому дому и этой вдовствующей понадобилось выпендриваться - Танарг был сильнее. Могущественнее. Развитее в плане цивилизации и технологий. Я реально чисто с позиции наблюдателя не могла понять, где мозги у Тайрема и от чего они решили тявкать на хозяина положения.
Однако, они решили.
- Вы мне… угрожаете? - вскинув подбородок, вопросила вдовствующая повелительница.
- Малышка, - Гвен смерила ее уничижительным взглядом, - я - гаракхай. Я никогда не угрожаю, я честно и открыто предупреждаю. И да, там в супчике, который варят тебе к обеду, мясо особенное. Не удивляйся, если выловишь ноготь там, или зубчик… А если вкус тебе не понравится, то отправляй ко мне в следующий раз убийц помоложе, а то старые, знаешь ли, варятся дольше, и вкус у них, полагаю, похуже.
Повелительница отшатнулась.
Гвен улыбнулась.
Ядовитая гадюка встретилась лицом к лицу со стальным киборгом, и поняла, что хана всем ее клыкам, а яд вообще не поможет.И все, что оставалось гадюке, так это свалить втихую, и вообще валить пока живая.
Слуги и евнухи вымелись следом.
А киборг развернулся ко мне, и я поняла, что мы переходим к сладкому.
Для начала Гвен извлекла пульсатор. Один разряд, и все электронные устройства в радиусе ста метров накрылись медным тазом. На шипение выведенной из строя камеры наблюдения, кинулась Блондя, стремясь предотвратить вполне имеющий шансы пожар. А вот сама Гвен стояла, отслеживая где, чего и сколько.
- С первым принцем ты провернула тот еще номер, - сказала он, продолжая отсчитывать количество обнаруженных и выведенных из строя устройств. - Даже мои служанки шушукались по данному поводу. Оказывается, он и раньше имел привычку стоять где-нибудь в кустах, и созерцать дев. Так, дело дрянь.
Я просто уже сидела на кровати и не отсвечивала, тупо внимая происходящему.
- На технику они полагались слабо, - пояснила мне гаракхай, - значит здесь тонна механических прослушек, вероятно старинных. Уши закрой.
Я закрыла.
Звуковой импульс разнесся тоже по радиусу, и в различных местах послышались стоны, вопли и стенания.
- Семнадцать человек на прослушке, - констатировала Гвен.
Бракованный навигатор, эта женщина начинала меня пугать.Хотя гаракхай они такие, пугающие.
- Что за нападение было? - не могла не спросить.
Дернув плечом, Гвен кратко рассказала:
- За пределами внутреннего двора. Я шла к «сыночкам». А эти напали, полагаясь на психологическое давление, ну помнишь как в парке?
Кивнула.
- Зря они с собой сабли взяли, - продолжила Гвен. - Я и так злая была, а тут эти. Нашинковала, потом стою, смотрю - мясо. Не пропадать же добру.
Меня передернуло. Блондю передернуло тоже.
А тут Гвен возьми да и скажи:
- Так, я решила проблему с твоим питанием.
- Только не мясо! - возопила я.
Гаракхай усмехнулась, оценив реакцию, и выдала:
- Мелания, ты же бывший десантник, откуда такая щепетильность? Я, конечно, десантник, но это не отменяло того, что человечность была мне не чужда, а вот каннибализм определенно чужд.
- Дите ты еще, - опустила ниже некуда меня «маман». - Ушки.
Мы с Блондей закрыли, Гвен повторно активировала звуковую волну. Крики и вопли раздались снова, но теперь уже в меньшем количестве.
- У кого увидите кровь из ушей - эти служат персонально вдовствующей гадине, - гаракхай была спокойна, ну как гаракхай – то есть вообще спокойна. – Мелания, мы не можем забрать тебя сейчас, до выяснения особых возможностей шестого, четвертого и пятого домов. А первым это известно и поэтому здесь ты в большей безопасности. Постарайся сохранить интерес первого принца к себе, поддержка вдовствующей повелительницы все же нам не повредит. И отдыхай, выглядишь не очень. Блондя, ты со мной.
И тут я похолодела. Блондя похолодела тоже.
Дело в том, что для всех мой агент была под именем Флоренс. В доме Эриха мы соблюдали это правило, тут я так же не обращалась к ней по кодовой кличке. Так какого?
- Блондя? Фло брюнетка, - произнесла я.
И оказалась под пристальным вниманием гаракхай. Интересно, какой у Гвен чин? Я думала что она рядовая, раз ее вообще в мою охрану на Танарге засунули, ну вот до сих пор и думала. А увидев данный взгляд врубилась, что это было ошибкой. Вряд ли Гвен имела чин риантана, конечно, но, похоже, где-то очень недалеко была.
Долбанный бракованный навигатор.
- Флоренс, - протянула гаракхай, очень понимающе усмехаясь, - ты идешь со мной.
Блондя напряженно посмотрела на меня, я не менее напряженно смотрела на «мать». Дело в том, что Танарг помимо военной мощи славился еще умением промывать мозг. Основательно так. После их камер предварительного содержания наших спецов помещали в психиатрические лечебницы, потому что никто и никогда не мог предсказать, в какой момент психологические установки, вбитые на Танарге, активируются. Теперь, когда я была в курсе возможностей архонтов, я догадывалась, откуда у танаргских спецслужб подобные возможности, но отдавать им Блондю - через мой труп.
- Она останется со мной, мама, - произнесла очень тихо, но отчетливо.
Усмешка Гвен стала шире.
- Присяга для десантника ничего не значит, не так ли? – весьма проницательно поинтересовалась гаракхай. - Реально думала, что мы не узнаем?
Вот черт.
Гвен медленно подошла к моей кровати, склонилась, заставляя отпрянуть назад, и упираясь ладонями в покрывало, прошептала:
- Знаешь, почему ты до сих пор жива? Потому что кишка тонка, Мелания. Там, в Парке Героев ты пыталась защитить меня и мой отряд. Ты защищала своего врага, капитан Элис. И ладно бы гражданских, это мы бы еще поняли, но ты пыталась защитить гаракхай. Так кто ты после этого? Когда она развернулась и ушла, я все еще сидела на кровати.
Когда за ней захлопнулась дверь - тоже сидела.
Когда Блондя подошла ко мне – продолжала сидеть молча.
- Кэп, - тихо позвала Блондя.
Наверное, она хотела спросить, правда ли это. Наверное, хотела верить в то, что это все ложь. Наверное…
Но Блондя села рядом, взяла меня за руку и тихо сказала:
- Вы просто толком не работали под прикрытием, кэп. Поэтому так сложно морально.
И она была права. Под прикрытием я толком и не работала. Десант - это всегда честный бой. Работа в разведке - достаточно кратковременное пребывание в чужой шкуре, а по факту я всегда оставалась собой, мне не приходилось выживать любой ценой как Шнуру, Бугаю и Блонде на Деране. И играть в двойную, а то и тройную игру сразу не приходилось тоже. А вот сейчас я попала. Мне нужно было выжить во дворце. Мне нужно было достойно имитировать работу на Танарг, но с этим боюсь будут трудности. Мне нужно будет создать агентурную сеть на Тайреме, и так как операция будет долговременной, моей основной команде тоже придется не просто. И ко всему прочему мне нужно как-то помочь Эриху…
Миссия невыполнима.
Но из десанта, я не умею сдаваться. Я взяла ладонь Блонди, и вывела по буквам то, что говорить вслух было бы опасно:
«Нужно передать сообщение Исинхаю. Танаргцы не могли узнать твое кодовое имя сами, мы не прокололись нигде. Значит это крыса. И ее поиски нужно ставить в основной приоритет».
Блондя молча кивнула.
«Отправляйся к матушке. Но не иди к ней. Выйдя за пределы внутреннего дворца раздобудь сейр».
«Так у нас есть, - растерянно отписалась Блондя».
«Угу, думаешь он остался в рабочем состоянии после электромангитного импульса? Сомневаюсь».
«То есть… - Блонда помрачнела, - они тоже играют на два фронта».
«Это Танарг», - ответила я.
И подумала о том, что сама как-то слегка упустила из внимания тот факт, что это Танарг. А зря.
И тут Блондя написала:
«На Деране я хотела сдохнуть. Много раз. Но я знала, что Гаэра своих не бросает и я держалась. Мы справимся. До вашей операции на Франциске и захвата тайремского офицера, никто в принципе не знал что у Танарга есть такой козырь. Теперь знаем. В конечном итоге нам нужна технология блокирования психологического программирования».
Она была права, конечно. Только вот мне этого было мало… мне нужен был еще и Эрих. Вот и начались первые конфликты между личной жизнью и карьерой.
«Выполнять», - приказала я Блонде. И ушла в ванную комнату.
***

Глава 9

Теплая вода с ароматом роз, они же тут и плавали, прилипая к коже. Массирующая эфирным маслом шею и плечи служанка, еще две колдовали над моими ногтями, а я лежала и… думала.
Подумать было о чем.
Гаракхай была права - кишка у меня тонка. Потому что даже сейчас, я прикидывала план действий, не планируя никаких массовых смертей. И это при том, что Гвен мне сходу подсказала идеальный по ее мнению план – мне было достаточно подставить Первый дом и тем самым развязать руки Эриху. И ведь провокация была намеренная, а я… у меня просто кишка тонка, это факт.
С другой стороны – а на кой навигатор мне кишки толстые? А ни на какой. И так кошмары по ночам снятся порой адские, но при этом моя совесть чиста. Даже массовые казни на Деране с моральной точки зрения были оправданы, так что я по этому поводу не парилась.
- Ваше высочество, добавить горячей воды?
Или парюсь?
- Да, будьте так любезны, - устало ответила.
Короче парюсь я. В самом прямом смысле данного выражения.
Но по факту надо как-то это дело решать. И с какой стороны не посмотри, идеальным будет приход к власти на Тайреме Эриха. Это с ходу решит проблему с построением агентурной сети - мне не нужно будет ее выстраивать, я просто поставлю на некоторые должности своих людей.
И только это решит проблему с Танаргом - у Гаэры растет влияние за счет браков между ведущими агентами S-класса и правителями государств. И это такой негласный, но плюс всегда, и все больше союзников вступают в Галлактический союз, усиливая позиции моей страны. Для Танарга делом чести будет то, что их «дочь» станет женой главы Тайрема. И вот тогда они закроют глаза на многое, в том числе и на мои дела с Гаэрой.
В общем, цель поставлена.
Попарившись еще немного, я сначала долго гоняла всех, кто с нездоровым азартом ждал, когда я вылезу из воды, словно они женского тела не видели, в общем после пары удачных попаданий мылом в народ, мне таки удалось выдворить всех из ванной комнаты. А потом я вылезла и скромно замотавшись в полотенце, начала с приседаний.
На свете в принципе мало вещей, которые нельзя не исправить приседаниями. И планкой. И отжиманиями. И еще приседаниями.
После соточки упражнений, пришла Блондя.
Я по-быстрому ополоснулась в воде еще раз, и засела с сейром в углу, пока мыться пошла Блондя.
А Исинхай был хорош. Я как-то стремалась того, что теперь главой разведуправления стал он, но просматривая присланные новым шефом сообщения, постепенно проникалась все большим уважением.
«Мы отработали все связи капитана Реги, зацепок нет. Но я сместил его, поставив под руководство Шайтана».
Это вот прямо была новость так новость! Шайтан теперь капитан в разведке. Круто! А главное у Шайтана интуиция настоящего десантника, так что… он докопается.
«Мной лично изучены полученные вами материалы по Тайрему, - то есть Исинхай лично просмотрел все, что мы скачали из сознания тайремского офицера. – Выделил пару моментов. Пришлю наработки. Алкеста на подлете».
Это вот вообще очень радовало, она мне сейчас позарез нужна была.
А дальше началось то, за что я окончательно зауважала Исинхая, но не надолго:
«Полагаю, вы уже пришли к выводу о необходимости возведения седьмого архонта Эриха Дагрэя на пост правителя Тайрема. Это было бы логично для вас, насколько я вас знаю. На случай, если я предугадал ваши намерения, я прилагаю краткий курс традиционного тайремского, а так же информацию по этике, истории и традициям. Информации не так много, как хотелось бы, но вам придется выучить все. И запомните - правитель Тайрема не может занять трон, не имея сильной, дальновидной и умной правительницы. Короля делает свита, а правителя Тайрема делает его жена. В вашем случае я рекомендовал бы выбрать супругу из числа дочерей великих домов, сохранив за собой позиции наложницы. Это даст большую свободу действий, а брак с дочерью одного из домов укрепит позиции архонта Дагрэя».
- Госпожа, у вас такое лицо, словно вы сейчас кого-нибудь… эм… нашинкуете, - осторожно сказала Блондя.
Но как-то не очень получилось. С чисто профессиональной точки зрения Исинхай был прав - как наложница я пользовалась бы большей свободой, в том числе и в одежде. Но тут тема такая - во-первых, Танарг на такое не пойдет, у них особое отношение к женщинам, и наложница это унизительно. А я официально дочь Танарга теперь. А, во-вторых, мне как-то не улыбается видеть Эриха с другой. И это странно, конечно, но… мой и точка!
Но момент про то, что на Тайреме правителя делает правительница, мне не очень понравился. Чувствую, будет не просто.
- Кэп? - перешла на гаэрский Блондя.
Я отложила сейр, быстро переоделась в ночную сорочку, она тут была максимально короткая, по сравнению со всеми другими одеяниями, и пошла отжиматься дальше.
Ситуация была сложной. Ситуация бесила. Ситуация требовала чтобы ее оформили в приемлемую задачу и решили. Но пока что в этом уравнении неизвестных было слишком много, так что, едва подсохли волосы, я оставила Блондю спать на моей кровати и ушла к скелетикам, мне в данный момент несколько импонировала их молчаливая компания.
***
Всю ночь я учила традиционный тайремский язык. Каждое упражнение ставила на повтор как минимум один раз, а то и четыре раза - язык оказался адски сложным. Не удивительно, что владели им в основном только аристократы, у остальных явно имелись дела поинтереснее, чем изучение мертвого языка.
Но тут такая херня - все «Наставления» были написаны на традиционном тайремском. И жена архонта обязана была знать их наизусть. Только вот что интересно - то, что втолковывали учителя мне, несколько различалось с языком, который я изучала по программе присланной Исинхаем. Исинхай мне точно врать не будет, он свой, а вот учителя присланные вдовствующей правительницей врут как дышат, так что я доверяла больше новому шефу. И да, я просекла фишку, которую вдовствующая гадина определенно оставила как козырь в рукаве - жена архонта должна знать все «Наставления», в ином случае ей не позволяется войти в круг правящих женщин. И я так полагаю, что пройди я все испытания и выбери в конечном итоге Эриха, мне радостно подсунут эти гребаные «Наставления», и если я ошибусь, брака мне не видать, как и Эриха. Но не дождутся.
***
Утро началось с традиционного умывания, но я проигнорила тазик с водой на поверхности, которой плавали цветы, видимо для придания умыванию соблазнительного вида. Не соблазнили. Я ушла в ванную, налила себе ванну холодной воды и продрожала там пару минут, пытаясь прийти в себя, потому как ночь я не спала от слова вообще.
Потом меня одевали и причесывали.
Потом красили.
Потом повели на тренировку по проходке.
Так как особого настроения у меня сегодня не было, я тупо сходу перебила всю посуду, которую заготовили, и завалилась в обморок. В смысле спать.
И даже уже почти благополучно заснула, мне вообще не мешали вопли на тему:«Ее высочеству плохо, позовите лекаря», как вдруг меня подняли на руки, и это были не служанки, наложницы или евнухи. У вышеперечисленных с бицухой все не так круто, как у того, кто взял меня на руки.
Мгновенно пробудившись, я открыла глаза и уставилась на принца. Принц, держа меня на руках, с интересом смотрел на меня, причем взгляд его не был таким, как у остальных архонтов - сходу втюриным, о нет - он смотрел внимательно и, мать его, проницательно очень.
- Ваше высочеств, - глубоким шикарно поставленным голосом произнес он, - возможно, вам это неизвестно, но состояние сна несколько отличается от состояния обморока.
Да ладно!
- Ваше высочество, - не менее шикарным голосом протянула я, - возможно, вам это неизвестно, но извращенцам эксбиционистам полагается максим выпрыгивать из-за кустов, а не становиться экспертом в деле сна и его разновидностей. И да – руки убрал.
Вместо того, чтобы реально убрать руки, этот длинноволосик улыбнулся и произнес:
- Мне всегда было интересно, что именно увидел в вас Эрих. Что ж, начинаю догадываться - чувство юмора.
И вот это было уже обидно, если честно.
- Чувство юмора тут не причем, я просто целуюсь классно, - нагло завила этому гаду.- А теперь руки убрал, пока на ринопластику не нарвался. Шокированный моим заявлением, первый принц чинно позволил мне встать на ноги, а после не менее чинно взял и рывком прижался к моим губам.
И на этом вся моя выдержка сдохла!
Резкий удар ребром ладони в гортань принц перехватил, но когда меня такие мелочи останавливали? Удар в солнечное сплетение вышел скользящим, все же этот черт в боевых искусствах толк знал, а еще у него имелся кинжал на поясе. А мы, десантники, от дармового оружия никогда не отказываемся.
Удар, удар, поворот, блок, уход от захвата, перехват оружия левой рукой, выпад - и на белых одеждах расплывается алое пятно.
Взглянув на свое плечо, принц нахмурился и произнес:
- Неплохо.
И на этом не остановился.
Попытка захвата голыми руками для него закончилась вторым ранением, для меня потерей первой накидки. Мы замерли на миг, он, пронаблюдав за тем как на каменные плиты опадают капли его крови, я, отметив, что одежды на мне стало меньше, и сандалии не лучший вариант обуви для схватки - быстро разулась.
- Третий раунд? - поинтересовался принц.
Да легко!
- И по сложившейся уже традиции уступаю вам, как мужчине, право напасть первым, - произнесла я.
Ну давай, скотина, шагай в удачно расставленные сети.
И скотина шагнул.
- А я, как мужчина, предоставляю право первого шага вам, - вежливо произнес принц.
Чувак, ты же не Эрих, ты же не в курсе с кем имеешь дело.
- Как вам угодно, - мило пролепетала я.
Рывок, от которого моя вторая накидка полетела вправо. Чисто рефлекторное движение принца, в попытке перехватить. Мое падение на колено, перехват кинжала в правую руку и резким движением я перерезала чуваку сухожилия на правой ноге.
Когда я встала, вокруг была охреневшая тишина. На одном колене передо мной стоял охреневший принц. Я сменила захват кинжала, демонстративно-нагло вытерла лезвие о белые одеяния извращенца, и вернула ему оружие, со словами:
- На первый раз - прощаю.

Глава 10

- Благодарю за прекрасный урок, - забирая лезвие, вежливо произнес принц.
И вот ему бы выть сейчас от боли, а он весь такой… вежливый.
- Надеюсь, будет впрок, - понадеялась я.
- Надейтесь, - нагло улыбнулся он.
Может урыть тут на месте, чтобы уже не рыпался?
И тут он встал.
Я отшатнулась, охренело глядя на это нечто, который взял и встал. А после спокойно улыбнулся мне.
Черт, я же абсолютно точно перерезала ему сухожилия. Сто пудово. Там когда режешь, ощущение такое непередаваемое, ни с чем не спутаешь. И я перерезала!
- Полагаю, для вас будет менее травматично, если в ваши покои вас отнесу я, - все так же странно улыбаясь, произнес принц.
И у меня подогнулась правая нога, оглушая все тело болью как от раны.
Принц же неотвратимо шагнул ко мне, и едва увернулся, от прямого удара в гортань, а потом я взвыла, нанеся ему удар в корпус. Потому что ударила я его, а боль настигла меня.
И я не знаю, чем бы все это закончилось, но в дело вмешалась Блондя. Ловко вклинившись между мной и этим клиническим мудаком, она приказала позвать лекаря, уложила меня на траву, и быстро перевязала мою ногу, останавливая кровопотерю.
Вообще Блондя была шикарным агентом, хорошо, что я послушалась Эриха и взяла ее в команду.
Где-то на этом я реально начала терять сознание.
И тут я поняла, что место нанесения удара у меня с принцем разнятся. Я нанесла ему глубокий горизонтальный разрез, он свалил меня вертикальным, чуть выше лодыжки. И падать в обморок я передумала.
Наплевав на зрителей этого спектакля, я задрала юбки, затем нижние шелковые штаны, которые тут таскали невзирая на наличие кучи юбок, и игнорируя боль совала повязку и осмотрела ранение. Тогда, на корабле, когда архонты атаковали, и тот с дырой в груди схватился за мою ногу, я ощущала боль как от того ранения, что было у него. А здесь и сейчас все было иначе.
Напряженно глядя на принца, который стоял, заложив руки за спину и взирая на меня свысока, я промотала в памяти нашу короткую схватку и поняла, что моей ноги он лишь коснулся. Причем рукой. Игнорируя боль, заставила себя четко вспомнить последовательность касаний и поняла – ткани разошлись без нанесения повреждений. Кажется, я словила пренеприятное знакомство с силой первых.
Разъяренно глядя на урода, спросила:
- Закроете рану самостоятельно, или все еще надеетесь на мое согласие по отнесению меня в мои покои?
Делать вид, что я ничего не поняла, даже не собиралась.
И поняла что зря.
Принц перевел взгляд на Блондю, изучающее оглядел ее, и затем выразительно посмотрел на меня.
Тварь! Он мне угрожал! Нагло и совершенно по-хамски!
- Избегай прикосновений принца, - на деранском тихо сказала я.
И плавно сдвинув Блондю с траектории его высочества, я поднялась. По ноге противно текла теплая кровь, боль пульсировала в висках.
Дальше был поединок взглядов, и победа была за мной.
- Постойте спокойно, я заживлю ранение, - произнес принц.
И шагнул было ко мне.
Я от него.
- Мелани, - укоризненно произнес он, остановившись, - ваша боль меня убивает. Позвольте мне все исправить.
Так значит, да?
- Мы возвращаемся, - напряженно глядя на принца, приказала я своей свите. - Сейчас.
У его высочества задергались желваки на скулах, но едва он сделал шаг, в моей руке оказалась заколка. Выразительно прижав ее к своей шее, холодно спросила:
- Любите рисковать?
Не любил. Остановился, напряженно глядя на меня, и, кажется, начав воспринимать происходящее уже не как игру.
- Вам больно, - констатация факта, да.
Но кто сказал, что все будет просто?!
- Я сообщу своей матери об имевшем место инциденте, - я тоже умею угрожать безопасности близких, если меня поставить в безвыходное положение.
Его взгляд потемнел. О да, мамашка у меня гаракхай, так что за произошедшее придется платить кровью твоих сестер, мудак.
- Я принесу личные извинения госпоже Олидрад и приму наказание, - произнес принц.
Значит, сестры для него имеют значение. Ну, вот и шикарно. Сестер то у тебя, чувак, двенадцать, а Блондя у меня одна. Так что у меня лично простор для отмщения и шантажа будет пошире.
- Удачи, - пожелала я.
И развернувшись, отправилась к себе. Идти было больно. Кровь лилась, ткань вокруг раны намокала и ощущения были не самыми приятными.
Призрачный Эрих появился неожиданно.
Бледный, полуголый, весь покрытый каплями воды, и находившийся где-то в снегах.
Одним взглядом он выхватил суть всего произошедшего, шагнул ко мне, и сказал:
«Соберись! Повторяй каждое касание!»
«В комнате, - не согласилась я».
«Ты не дойдешь», - прямо сказал он.
Я гордо доковыляла до ближайшего полукруглого мостика, переброшенного через пруд с красными рыбками, села, сорвала до колена ткань. Призрак Эриха опустился передо мной как принц из сказки, только туфельки в руках ему не хватало, положил пальцы на мою рану, напряженно посмотрел мне в глаза.
Три, четыре, три, два, один, легкое смещение и еще два касания.
Дрожащими пальцами повторила все его касания, и закусила кусок ткани с рукава, чтобы не взвыть. Рана затянулась, кровь остановилась, но боль все еще пульсировала.
Эрих с тревогой вгляделся в мои глаза, нежно коснулся щеки и задал всего один вопрос:
«Нгоэн?»
И я себя такой жалкой почувствовала. И такой слабой. И такой ничтожной. И… я что, с каким-то одним уродом разобраться не могу?
«Прикосновения, значит? Через ткань, значит?»
«Через семь слоев ткани, - обозначил количество Эрих».
И тут я отмотала воспоминания до утренних сборов. И если так подумать, то вчера на мне одежды было… больше. Вчера было четыре нижние юбки, четыре средние, и две верхние, потом нижнее платье и верхнее платье. Сегодня имелись две нижние юбки, две верхние, платье, второе платье, ну и ткань на кальсонах, которые нижние штаны. Семь! Семь слоев ткани! Все это было спланировано!
- Так, мы возвращаемся, - обрывая нижнюю юбку, объявила я.
Сорок лиц разом вытянулось.
Блондя на меня посмотрела как на ненормальную.
А Эрих… Эрих сказал:
«С меня хватит, я заберу тебя сегодня».
Серьезно? До этого было нападение на Танарге, потом на спутнике, потом наш славный домик разрушили до основания, так что.
«Ты реально думаешь, что я им спущу все это? - вопросила у любимого. – Обойдутся. И да – внезапно поняла, что я очень люблю руины. Просто вот очень. Как тебе пейзаж вокруг?»
Эрих с трудом улыбнулся и спросил:
«Полагаешь, дворец будет неплохо смотреться в виде руин?»
«По-моему, шикарное дизайнерское решение», - подтвердила я.
И тут у Эриха что-то произошло. Я увидела, как он дернулся и вскинул бластер. Звук выстрела не услышала, но поняла, что дело плохо. И вот у него все плохо, а он все равно ко мне рванул.
«С тебя поцелуй!» - потребовала самым наглым образом.
«Нет, тебе нужны силы», - безапелляционно ответил он.
И можно было бы согласиться, только вот:
«Меня Нгоэн поцеловал. Тошно так, что хоть кидайся с головой в этот пруд, и то вряд ли отмоется», - сообщила любимому.
Он знал, что это уловка. Я знала, что он знает, но реально противно было, и он мне сейчас был очень нужен.
Призрачный Эрих потянулся и прижался к моим губам, и у меня пропало желание стереть эти самые губы, чтобы смыть с себя чужие прикосновения, но я не привыкла только брать, ничего не отдавая взамен. И от дополнительных сил Эрих не отвертелся. А потом все это прервали, и Эриху пришлось от кого-то там отстреливаться.
А мне вставать и топать обратно на занятия.
И я такая злая была!
***
Кандидатки в жены изучали «Наставления». Девы в шикарных не приспособленных для нормального существования платьях корпели над конспектами, стараясь выводить натуральными кистями натуральные рунописные знаки. В соседнем павильоне обучение проходили наложницы - даже издали было видно, что они там синхронно что-то в рот засовывают, ну и я поняла, что туда не пойду, с меня хватило краткого эротического курса на Джангуа, больше не тянет.
Когда я заявилась на урок для жен, на меня странно посмотрели, но выгнать не рискнули.
Хорошо что верхняя юбка у меня была красная, так что кровавые пятна никто не заметил, а то что я босиком… ну, будем откровенны, пока еще ни одной деве не отказали в браке по причины любви к босоногости, тем более на мне еще носки имелись.
Дальше началась натуральная борьба.
Я боролась со сном, кисти с чернилами боролись с бумагой, преподаватель по наставлениям боролся с желанием убить меня чем-нибудь, потому как мои руны и иероглифы были больше походи на картинки – домик, птичка, улиточка. Между прочим, так было проще запоминать, но кто бы меня слушал.
- Что это? - верещал евнух-наставник.
- Бумага, - раздраженно ответила я.
- Я не о бумаге! Я об этом! – вопил он, указывая на мои каракули. - Что это?
- Чернила.
- Я не о чернилах!
- Кисть.
- Я не о ней!
На этом мои нервы закончились, я посмотрела на препода и спокойно спросила:
- Если я этой кистью пробью вам глаз и поковыряюсь в мозгах, вы, наконец, перестанете задавать тупые вопросы?
И тут где-то вдали послышался вопль. Мы все с интересом посмотрели в сторону, откуда доносился вопль, и когда в классный павильон ввалилась запыхавшаяся служанка, мы ожидали чего-то действительно интересного.
Но все было банально.
- Там! - вопила служанка. - Ее высочество принцесса Мелания предается интимным утехам со своей служанкой!
Ничего так заявление.
Даже я офигела.
- На постели! Обнаженные! Какой ужас! Неприличие!
И она не одна была такая охамевшая.
За ней последовал евнух, который заявил:
- Такой позор для почтенной семьи Олидрад! Им придется отказаться от дочери!
Ааа, так вот к чему все это было. Меня решили лишить защиты танаргских родственничков.
- Ммм, и что прямо предаются разврату? – вежливо поинтересовалась я у служанки.
- Своими глазами ви… Ваше высочество…
Ну я уже и так была злая неимоверно.
- Своими глазами, говоришь? - меланхолично поинтересовалась я, недвусмысленно рассматривая кисточку для письма в своей руке.
Но совершить злодеяние мне не дали – гаракхай передвигаются очень быстро. Даже если на них традиционное аристократическое тайремское платье и золота килограмм на десять - Гвен пылая алым расшитым золотом платьем и неимоверным гневом, а разозлить гаракхай это надо еще уметь, заявилась в учебный павильон, воззрилась на меня. Затем на Блондю. Потом на всю мою свиту, которая попыталась сделать вид, что их тут не было вообще никогда.
А вот после моя «мать» воззрилась на стремительно бледнеющую служанку, и нехорошо так переспросила:
- Так значит ты тот свидетель, что видел все собственными глазами?
Я молча передала матушке кисточку.
Евнух-наставник грохнулся в обморок. Служанка поняла, что ей пришел конец. Евнух-свидетель попытался уползти, но его перехватила Блондя и технично швырнула под ноги Гвен. Гвен перехватила кисть самым травматичным для всех окружающих образом, служанка-свидетель завыла, понимая, чем все это ей грозит, и я уже было собиралась вмешаться, как вдруг раздался голос первого принца:
- Остановитесь!
Принц Нгоэн вошел в павильон столь величественно, словно небожитель спустился с облаков, одарив своим величием ничтожных смертных.
- Госпожа Олидрад, я прошу вас предоставить это дело мне, - произнес он, подойдя к моей матушке.
Они были почти одного роста. Оба темноволосые. Оба гораздо более опасные, чем казалось с первого взгляда. Она определенно собиралась выковырять глаза служанке, он собирался это предотвратить силовыми методами. А я могла сказать всего одно слово, и тогда гаракхай не просто перешла бы к действиям, но и сократила количество сестер этого самого принца.
Но в одном Гвен была права - кишка у меня тонка для таких дел.
- Матушка, - позвала я, - произошло недоразумение. Меня, несомненно, пытались опорочить, но столь варварским способом, что даже слов нет.
«Маман», недовольно глянув на меня, высказала, обращаясь к принцу:
- Подобные связи для Танарга не являются чем-либо… постыдным или же запретным. Передайте вашей матушке, что я спущу подобное исключительно один раз. И да - у нее явно устаревшее законодательство Танарга. Озаботьтесь тем, чтобы вдовствующая повелительница получила более соответствующую реальности информацию. И последнее - у нас не отказываются от детей. Никогда. Хватить пытаться применять к нам мерки вашего отсталого варварского мирка!
У принца дернулась щека, и он сделал было шаг к гаракхай, но тут была я.
- Вот это вполне справедливое оскорбление вы сейчас проглотите молча, принц Нгоэн, только в этом случае вы можете рассчитывать на мое молчание — тихо произнесла. И обратилась к Блонде: — Флоренс, вы не могли бы дать мне новую кисть? Блондя подошла, взяла кисть из стопки, до которой мне было рукой подать, с поклоном подала. Принц смотрел на меня. Я холодно посмотрела на него. Гвен определенно была недовольна и меня точно ждала еще одна словесная порка, но тут дело такое — мне нужнее не враги, а союзники. Так что придется завоевывать сердца. — Матушка, у этой служанки определенно проблемы со зрением. Ко всему прочему всем ясно, что она лишь исполнитель. Отпустите ее, пожалуйста. Гаракхай определенно была в режиме «всех если не зарежу, то на части порву», однако пойти против моего слова, значит выставить на всеобщее обозрение проблемы семьи. На Танарге сор из избы не выносят. — Ты слишком добра, — все же сочла необходимым сообщить мне мать. Изломала кисть, швырнула ею в служанку, и гордо покинула павильон.

Глава 11

Когда стих цокот ее каблуков, а она специально уходила громко, демонстрирую всем свою ярость, его высочество склонил голову, и произнес, обращаясь ко мне: — Благодарю вас. Ему было за что благодарить. Поправив рукав, я обмакнула кисть в чернила, и не глядя на его высочество, холодно ответила: — Против меня можете интриговать сколько угодно, но если с Эрихом еще хоть что-то случится, я начну убивать. И как вы понимаете, это не пустая угроза. Ему следовало бы заткнуться, но принц решил повыпендриваться.
— Вам нравится убивать, Мелани? — Нет, — приступая к начертанию символов, ответила я, — но я отлично умею это делать. И я выразительно улыбнулась его высочеству. Принц молча поклонился и покинул павильон под восторженные взгляды кандидаток в жены Эриху. И так они на этого Нгоэна смотрели, что я… Я не удержалась.
— Ваше высочество! — окликнула величественно удаляющегося мужика. Он остановился. Я быстро написала два похожих сообщения, оторвала одно, и передала Блонде. Блондя сходила и отнесла записку принцу. Принц прочел, посмотрел на меня, улыбнулся и склонил голову. Предложение свидания было прочитано и принято. Когда он уходил, я с самой коварной улыбкой, оторвала второе сообщение и передала «невесте» сидящей за столом справа от меня. Девушка прочла, вспыхнула, неверяще посмотрела на меня и кивнула, принимая предложение. До того как слуги успели записку отобрать, девица уже обильно затерла написанное кистью. Будет весело. Евнуха-наставника подняли, привели в чувство и заставили вести урок дальше. Служанка-свидетельница смылась, но полный благодарности взгляд на меня кинула, и благодарный низкий поклон отвесила, как и евнух-свидетель. Далее продолжилась вечная борьба между желанием поспать и необходимостью учиться.
***
Завтрака не было. Обед нам подали там же в учебном павильоне, но пока остальные наворачивали что-то определенно вкусненькое, а подали по двадцать блюд, мне Блондя категорично выдала бутылку воды и протеиновый батончик. Бракованный навигатор, я тут сдохну! В итоге пока все чавкали вокруг, я грызла батончик и строчила в тетради. Такими темпами я тут самая умная буду. К закату нас распустили. Девушки после долгого сидения на жестких стульях переваливались словно уточки. Все кроме девицы из шестого дома, которая, оправив свои зеленые одеяния каким-то весьма изобретательным образом, поспешила на место встречи.
— Слушай, — Блондя склонилась ко мне, в отличие от остальных оставшейся сидеть за столом, — кажется обнаженка будет.
— В смысле? – не поняла я.
— Да она швы распустила, — объяснила спецагент.
— Так это она сейчас что, будет голая? — встревожилась я.
— Ну как голая, — Блондя скептически поглядела вслед девице, — по их меркам да, голая, а так-то на ней останется белье, и кальсоны, и нижняя юбка…
— Нам бы свидетелей… — протянула я.
— Сейчас оформим, — понятливо усмехнулась агент.
И воскликнула максимально громко:
- Я чувствую, что жизнь принцессы шестого дома в опасности!
Мда, эдак они могут во всем обвинить Блондю. Пришлось апеллировать к высшим силам.
- Флоренс, высшие силы послали тебе видение? - испуганно возопила я.
- Дааа! - агент мгновенно вошла в роль. - Вижу куст… Белые тростниковые розы… Вижу опавшие на смятую траву юбки… Вижу мужчину! Там!
Толпа сорвалась с места с таким видом, словно только «там» прозвучало как «фас» и топот многочисленных ног понесся в совершенно верном направлении.
Дальше был визг, крики, вопли про «Какой позор!», «Обесчестили!», «Первый принц обязан жениться!».
- Вот слушала бы и слушала, - мечтательно протянула я.
- Кэп, как вы поняли, что у девицы на него виды? - спросила Блондя.
Мдам, я на всю голову тупая в этих вопросах, но Блонде досталось так, что в сфере межполовых взаимоотношений она совершенно перестала разбираться.
- Ну, давай зайдем с логической точки зрения - Эрих седьмой архонт, а этот относится к первым. Так кого выберет любая амбициозная девица?
— Логично, — согласилась Блондя.
Уровень воплей нарастал. Скандал тоже разрастался.
- Слушай, так есть хочу, - призналась я. - Пошли к матери.
- Эм… она злая на вас, кэп.
- Переживем, - беззаботно решила я.
***
Еще никогда мне не приходилось так давиться едой.
Еда, конечно, была. И много. И вкусная. И в основном зелень и фрукты, еще рыба и морские чего-то там, но, главное, не было мяса. Мясо я бы сейчас не потянула.
А гаракхай между тем вещала.
«Не оставляй врага за спиной!»
«Между убить и убить жестоко выбирай всегда второй вариант!»
«Жалость недопустима!»
«Как ты могла?»
Ну и все в таком духе. Блондя «наелась» минут за пять, после чего свалила в сад, сочувственно поглядывая на меня, и не имея никакой возможности вызволить меня из плена разъяренной гаракхай. А я давилась и думала о том, что Гвен определенно не стоит быть матерью. Хреновая с нее мать. Реально хреновая.
И тут вдали на дорожке показался разъяренный первый принц.
Как я поняла, что разъяренный? Ну, потому что у него была слегка порванная одежда, слегка растрепанная прическа, и слегка перекошенная от гнева морда лица.
Мгновенно заценившая все это Гвен, тихо спросила:
- Что вытворила?
- Да слушай, он девицу из шестого дома обесчестил прямо у всех на глазах. Видимо идет приглашать на неотвратимую свадьбу. А где тут у тебя туалет?
- Там, как зайдешь третья дверь налево, - отмахнулась Гвен, с интересом ожидая визита его высочества.
Я вот в отличие от нее не горела желанием выслушивать истерику мужика, которого чуть не обесчестили у всех на глазах, и в целом я думаю с него хватило - сначала извращенцем назвали, после вот чуть не изнасиловали. Но Гвен ждала с нетерпением.
В туалете я провела не так уж много времени, но все же пока кровь с ноги отмывала, пока с руки, пока макияж поправила - короче долго.
Когда вышла - принц уходил.
А маман моя сидела и ржала, прикрываясь хрен откуда взятым веером.
- Ну, и как все прошло? - поинтересовалась я, решив, что уж теперь-то можно поесть.
- Зашибись, - вытирая слезы, ответила Гвен, - он пытался доказать, что ты применила к даме из шестого дома легендарное танаргское программирование. Одна маленькая деталь – мы не используем эту технику письменно. Никогда. Это чисто вербальная технология… Аааа!
И она заржала так, что почти ушедший было принц остановился и медленно повернулся.
А я ем. А Гвен ржет. А Блондя прикидывается кустиком. А все четыре десятка моих слуг делают вид, что они тут предмет интерьера.
А еще есть два десятка слуг Гвен, и им тоже весело. И принцу все же пришлось уйти. Гвен же достала платочек, демонстративно промокнула глаза, и призналась: — Мне еще никогда в жизни не было так весело. Оказывается, быть матерью это угарно. Может ребенка завести? Нужно будет подать заявку в общество защиты прав младенцев, может и согласятся разрешить мне усыновление, все же я теперь Олидрад. Прожевав порцию рыбы, я сглотнула и спросила: — А самой родить? Просто как по мне так проще родить, тем более Гвен — быть приемной матерью это определенно не ее, у нее может выжить только тот, кто на нее будет хоть наполовину похож.
— А самой никак, — очень тихо, и мгновенно изменившись в лице, произнесла она.
— Я гаракхай, Мел, у меня… нечем рожать.
И веселье словно ледяным ветром смело.
- Слушай, - начала невнятно, - но современные технологии сейчас же…
- Заткнись, - отрезала Гвен.
Схватила воду, выпила залпом, поставила бокал на стол с такой силой, что он треснул и осыпался осколками, и все же сказала:
- Я читала твое дело. Я примерно представляю, что такое гаэрский десант. Я так же в курсе основ подготовки кадетов S-класса. Но давай откровенно – что рекомендуется таким как вы, при встрече с такими как я?
И мне пришлось ответить:
- Бежать.
- Вот именно – бежать, - Гвен посмотрела вдаль невидящим взглядом. - Здесь шестьдесят человек. Мне хватит десяти минут, чтобы убить их всех, и не получить при этом ни единого ранения. И я благодарна своим наставникам, но… я бы отдала все, за то чтобы суметь родить хотя бы одного… человека. У вас не так, Мэл, на Гаэре нет культа матери и ты в свои двадцать семь едва ли ощущаешь потребность дать жизнь. А я… ощущаю. Уже сорок лет как. Но все что мне дано – убивать.
Надо было уходить на этапе разноса моей морали и психики.
- Гвен… - растерянно произнесла я.
Утешать как-то вообще не мое было, не умела я этого.
- Ну да ничего, - она словно снова натянула маску ничего не чувствующего извечно опасного гаракхай, - у меня ты есть, глядишь и внуки скоро появятся. Я буду шикарной бабушкой, да?
Ни за что!
- Ничто не заменит радости материнства, - высказала, выдав нервную улыбку.
Гвен прищурила глаза, как и всегда проявив излишнюю проницательность.
Я постаралась улыбнуться шире и безмятежнее.
А потом спросила, словно невзначай:
- У вас так все сурово с подготовкой? Вкалывают что-то особенное?
И натолкнулась на холодный взгляд живого киборга.
Усмехнувшись, гаракхай подалась ко мне, и тихо сказала:
- Ни-че-го.
- Да ладно! - не поверила я.
Гвен лишь улыбнулась шире, и высказала:
- Человеческий организм скрывает в себе неимоверный потенциал. Нужно лишь определить стимул, для его раскрытия.
- Угу, - сказала я, наливая себе чай, - а психологическое программирование это тоже исключительно естественная хрень, до которой вы додумались самостоятельно, простимулировав свой потенциал.
Просто я то уже точно знала, что к легендарным техникам психологического программирования Танарга приложил свою аристократическую лапку Тайрем. Так что имелись все причины сомневаться в том, что гаракхай результат естественных процессов. Ко всему прочему мало какие тренировки способны сделать женщину бесплодной.
- А ты точно из десанта? - спросила язвительно Гвен. - Больно ты какая-то умная, для тупого десантника.
Чуть было не сболтнула, что на Гаэре тупых десантников нет, потому что мы обязаны превосходить машины не только физически, но и интеллектуально, однако – раскрывать врагу военные сведения было бы глупо.
- Нахваталась за два года в разведке, - ответила, невинно улыбаясь.
И вернулась к ягодам, напряженно думая о том, что свои психологические наработки Танарг уже ясно откуда взял, а вот физические… Надо будет подкинуть вопрос Удаву, у него уже почти три головы вместо одной, вот он пусть и думает.
И тут на арене возник новый герой.
Еще издали, когда дама в зеленых одеждах сияя золотыми волосами и тонной золотых украшений явилась на дорожке, она показалась мне какой-то знакомой что ли. Походка, жесты, взгляд… такое ощущение, что я ее знала.
- Знакомая личность? - лениво поинтересовалась Гвен.
- Да, - ответила я, порадовавшись тому, что оставила переданный Исинхаем сейр у себя в комнате, - шестой дом. Отличается многочисленностью. У шестого архонта более двадцати официальных сыновей, незаконнорожденных втрое больше. Направляющаяся к нам дама - мать одного из убитых на Танарге архонтов, но расстроилась она не сильно, это был ее девятый сын. И да – это шестой дом.
- Я поняла, - кивнула гаракхай.- Она контролировала последний усилитель, я права?
Молча кивнула, подтверждая.
Гвен улыбнулась, из-под многочисленных юбок достала пульсар, и внаглую, не скрываясь, запустила электромагнитный импульс.
На саму шестую это не произвело никакого действия от слова вообще, но половина слуг в ее свите пошатнулась и начала заваливаться на правый бок прямо в процессе хождения, да и часть прислуги моей маман повела себя так же.
- Ммм, так значит они захватывают левое полушарие мозга, - протянула Гвен.
- Удалось выяснить, что это? - есть мне перехотелось, едва я поняла, что тут тоже есть слуги подчиненные шестому дому.
- Да, это оказались симбионты. Недолговечные - полимерное покрытие распадается через шесть стандартных месяцев, не оставляя следов в организме, но вклиниваться между синапсами они вполне способны, и управлять так же. По сути, они использовали нашу разработку, адаптировав ее под реалии своего энергетического поля.
У Танарга есть подобные технологии?! Хорошо, что я ничего уже не ела, а то подавилась бы.
К этому моменту дама из шестого дома приблизилась к террасе, оглянулась, обнаружив аномалии в поведении своей прислуги, вновь развернулась к нам и пропела мерзким голоском:
- Мелани, девочка моя, вот мы и встретились.
Это она, конечно, зря.
- Начнем с того, что это МОЯ девочка, - сходу расставила приоритеты Гвен. - И на этом закончим. Вали отсюда, недоразумение паразитарное.
Шестая улыбаться перестала мгновенно.
- Так где, говоришь, тут туалет? - спросила я, поднимаясь.
Гаракхай лишь пристально посмотрела на меня, и повысив голос, приказала:
- Флоренс, проводите ее высочество.
Блондя поспешно подошла ко мне. Помогла встать, хотя в помощи я не нуждалась, и мы благополучно свалили во дворец, который отдали во временное пользование моей, условно говоря, матери.
Но едва Блондя попыталась мне что-то сказать, я мгновенно подала сигнал - два сведенных вместе пальца. И агент догадалась, что здесь стоит прослушка. Причем танаргская. Так и живем, даже поговорить негде.
И пока Блондя стояла, вопросительно глядя на меня в ожидании дальнейших приказаний, я стояла, прислонившись спиной к стене, и продумывала следующий шаг.
Попала я, конечно, по полной программе.
С одной стороны Танарг, с другой Гаэра, с третьей Тайрем, а где-то посередине я, и мое желание быть с Эрихом. И даже больше, чем желание - после разговора с Гвен, я поняла, что хочу ребенка. Маленького, моего, которого буду любить больше жизни, и для которого сделаю все, вообще все что угодно. Только вот для этого надо как-то выкрутиться из текущей ситуации. Но я пока толком не знала как.
- Мне нужно свалить отсюда. Хотя бы на час, - постановила я.
Блондя отрицательно покачала головой, и сказала:
- Кэп, вы - усилитель. Дагрэй засунул вас сюда, чтобы вы не пострадали, а зная вашего мужа… просто так он этого делать бы не стал.
Да по навигатору.
- Мне нужно выйти! Просто нужно. И да - это приказ.
***
Сваливали мы эпично.
В спальне моей новообретенной маман одна служанка осталась спать в моей одежде на кровати, прикрытая балдахином. Вторая служанка прикорнула в одежде Блонди, прикрывшись опахалом.
Затем спатки отправились два евнуха.
Внутренний дворец мы покинули с трудом и минимумом комфорта - в объедках с кухни прятаться была та еще идея, но план сработал.
Весь дворцовый комплекс покинуть оказалось сложнее - но я уложила шестерых стражников, Блондя троих и мы выбрались. Двух молодых людей в шелковых одеяниях, намекающих на их явно не бедствующее положение, уложили спать на ближайшем чердаке. Грабанули на деньги.
И в итоге цель была достигнута - мы, переодевшись в парней, выскользнули между домами аккурат на столичный рынок.
И вот казалось бы - два высококлассных агента попадают в торговые ряды, что может пойти не так?
Как оказалось - все!
- Не рыпайся, - прошипел кто-то позади меня, приставив кинжал к шее. - Давай сюда кошелек.
Ну что тут сказать… я когда наличность первого усыпленного просматривала, я сразу подумала, что там как-то малова-то денег. Что ж, теперь ясно почему.
Посмотрела на Блондю, та стояла с криво приклеенными усами - а я говорила, не уродуй парня, оставь ты ему всю его растительность.
Тяжело вздохнув, произвела захват конечности нападающего, применила болевой прием, под вопль несчастного обыскала ворюгу, своровала всю его добычу, и поняла что все, вот теперь мы богаты.
- Благодарю, уважаемый, - я девушка вежливая иногда.
- Сладких снов, - тоже проявила вежливость Блондя.
И мужик вороватой наружности был оставлен прислоненным к стене ближайшего дома, типа перегрелся слегка.
Но мы толком не успели его разместить на отдых, как к нам подвалили еще три кошелька на ножках. А мы что? Мы от денег никогда не отказывались, мы ж спец агенты.
***

Глава 12

За последующие два часа Блондя успела объесться и перепить, в следствие чего пару раз приставала к девицам легкого поведения, немного подзабыв, что и сама в общем-то девушка. Нужно будет поговорить с Кэлом, ей определенно требуется лечение.
А мне требовалось успокоительное! Очень-очень-очень сильное успокоительное.
- Первый дом выставил на отбор Аю! - шептались в толпе. - Она так прекрасна, что небеса при виде ее улыбки становятся ярче!
Услышав это в первый раз, я значения не придала от слова совсем.
Но спустя три торговых ряда, я уловила откровенно шокирующее:
- Седьмой архонт был влюблен в нее с детства. Конечно он выберет принцессу Аю, она самая красивая девушка Тайрема!
Блондя, к этому времени уже изрядно подвыпившая, решила:
- Точно, я ее видела на отборе. Красотка. Надо бы подкатить.
Нормально так.
К счастью в этот момент нас снова попытались ограбить, так что я хоть злость сорвала.
- При виде ее глаз солнце бледнеет от зависти, - донеслось от еще одного торговца.
- Красивые глазки, - мечтательно подтвердила Блондя. – Голубые такие, глубокие.
- У меня тоже голубые, - заметила раздраженно.
- Ну, кэп, скажете тоже. У вас обычные, а вот там… там такие гоооолуууубыыые.
- Хорош бухать! – потребовала я.
И пошла искать книжную лавку.
В целом народ на Тайреме оказался отсталым, убогим и едва ли вкусившим блага цивилизации. Минимум электричества, и беспрерывно гудящие и чадящие портативные электростанции, выглядевшие так, словно кто-то массово грабанул мусорные завалы Танарга, причем мусоки были примерно так столетней давности. Рука Танарга вообще чувствовалась везде. «Танаргский шоколад!», «Ткани из Танарга», «Танаргские лекарства» - они были повсюду. И самые дорогие. Мимо таких заведений местный народ проходил с восторженным, но полным сожаления вздохом - в смысле они были бы рады зайти, да денег не было на такую роскошь. Что примечательно - судя по тому, что я наблюдала в витринах, это были самые дешевые и некачественные товары, по моему даже запрещенные к продаже по ГОСТу. Да и в общем - разница между жизнью аристократии и простого народа потрясала. Во дворцовом комплексе подсветка была встроена в дорожки, подсвечивая тротуары, в цветы, вплетена в деревья, виднелась по краям весьма высокотехнологичных домов, здесь же имелась в лучшем случае одна работающая лампочка на весь магазин, и дай небо чтобы она работала бесперебойно.
А, и еще нюанс – они здесь поклонялись Небу. В целом для поклонения были представлены четыре стихии - огонь, вода, земля, ветер, но так как небо содержало в себе три из четырех благословенных даров, то оно было в приоритете. Занятный был эпос, да.
В книжной лавке лампочка светила из рук вон погано – постоянно гасла и трещала, так что пришлось большую часть книг таскать к запыленному окошку, чтобы разглядеть написанное.
- Молодые люди, да благословит вас Небо, интересуются какой-то определенной темой? - спустя минут двадцать моих поисков, обнаружился владелец лавки.
- Ик! - подтвердила Блондя.
- Ик, - поприветствовал ее не менее выпивший дедок.
- Вввыпьем? - предложила мой пьяный вхлам агент.
- Кто платит? - живо поинтересовался дедок.
- Я! – гордо заверила Блондя.
И они ушатались на выход.
Сопродив взглядом их исход в сторону питейного заведения, я окончательно осознала насколько высококлассным агентом является Блондя - она влилась в подвыпивший контингент местного населения так легко и естественно, словно тоже была местной. Причем это я, занятая делом и переживаниями ничего не подметила, а Блондя определила сходу - здесь все бухие. Вообще все. Старики, народ среднего возраста, и даже девицы с косичками, намекающими на их незамужнее, но поисковое положение. Пили понемногу, тара была едва ли не размером с наперсток, но все! Купил что-то – обмыл на месте с продавцом. Продал что-то – обмыл с покупателем. У питейных заведений вообще не иссякала очередь. Капец странное местечко. Но я об этом после подумаю.
«Эрих», - позвала мысленно.
Любимый где-то спал. Судя по всему на постели, что радовало, но что не очень – рубцы на коже, ныне стремительно затягивающиеся. И вот где он без меня шастал, спрашивается?
Но, как оказалось, он думал о том же самом.
«Ты где шастаешь? - попросил, окончательно проснувшись».
«В книжном магазине», - ответила совершенно честно.
«Книги? - переспросил Эрих. - Они же дорогие. Откуда деньги?»
«Да слушай, вот деньги вообще не проблема, сами в руки идут. Короче деньги есть, не переживай. А мне нужна твоя помощь».
Но вместо помощи, Эрих рывком переместился ко мне, явившись полупрозрачным призраком, и стараясь говорить спокойно, но явно терпя в этом крах, вопросил:
- Милая, вы ведь… не грабили воров?
Вообще-то грабили.
- Они первые начали! - сходу заявила я.
Эрих чуть не взвыл. Он реально чуть не взвыл, даже за голову схватился.
- Так, - у меня не было сил на споры, - просто скажи, что не так.
Мой любимый архонт посмотрел на меня очень мрачно, и тихо поинтересовался:
- Мэл, а ты не заметила, что все они были… трезвыми?
- Оу… - только и сказала я.
Вообще так, если подумать, то да – были трезвыми. Если еще лучше подумать, то для богатых парней, гуляющих в шелковых одеяниях, ограбленные нами носили слишком мало денег и вообще никаких украшений. Так, я вот не поняла - здесь что, воровство узаконено?
- Нет, - Эрих без труда прочитал мои мысли, - но у клана Оттара преимущественное право грабежа на столичных рынках. Мелани, когда грабанули первого?
Прикинув, ответила:
- Примерно час назад.
Непередаваемый взгляд Эриха, и почти сходу послышавшееся на улице:
- Одного нашел!
Я выглянула в грязное окошко – ну что ж, мы влипли. Причем основательно так влипли – на улице собралась приличная толпа воров. Человек в сто, а может и в сто пятьдесят. В следующее мгновение двое громил выволокли из питейной перепуганную Блондю, у которой усы окончательно отклеились.
- Мелани! – простонал Эрих. И тут грянул гром! С неба ударили молнии! А затем, кто-то из воров заорал:
- Второй уходит! И первый! Вперед!
И вся толпа, вооруженная, кстати, нехило так, ломанулась в сторону дворцового комплекса, снося все на своем пути. Обалдевшая Блондя потрясенно уставилась им вслед, потому как про нее все как-то синхронно забыли, так и оставив в пыли дороги, на которую швырнули.
- Спасибо, - смущенно сказала я.
- У тебя примерно час, - сказал любимый.
- Люблю тебя, - честно призналась я.
Улыбнулся, с нежностью глядя на меня, и поинтересовался:
- Что ищем?
Приключений на свою голову, если уж честно, но я была профессионалом, и потому профессионально перечислила:
- Наставления для жены на традиционном тайремском, он сильно отличается от современного. Книги по истории Тайрема. По этикету. Все что не позволит вдовствующей повелительнице объявить меня недостойной звания твоей жены.
И пока Эрих соображал, тихо добавила:
- Так что у тебя там было с принцессой Аю?
И вот я много ожидала, но того, что мой, между прочим, муж, отведет взгляд и сделает вид, что вопроса не услышал, не ожидала вообще. Я такого не ожидала в принципе.
И того, что следующими будут его слова:
- Не трогай ее.
Не ожидала тоже.
Ощутила новое для себя странное желание прервать разговор с Эрихом. И вообще послать его к нестабильной плазме. И еще что-то… что-то неприятное. Настолько, что накрыло полным ощущением того, что у меня руки опустились. И вот только что вроде все было шикарно, да проблемно, но я точно знала, что справлюсь, а теперь вдруг… руки опустились.
- Наставления здесь, - Эрих прошел куда-то вглубь лавки. - Сейчас выберу на старом языке.
Я оставалась стоять, разве что руки, те самые которые опустились, сложила на груди.
Ощущение на душе было гадское. Очень гадское.
Я… никогда не чувствовала себя женщиной до вот этого самого момента. А теперь почувствовала. Причем в полной мере. Потому что кристально ясно осознала - я пошла на все ради него. Вообще на все ради него. Потому что любила. Потому что хотела, чтобы он жил. Потому что он был дорог мне, гораздо дороже моей жизни. И для меня константой в этой ситуации была его любовь. Его желание быть рядом со мной и отдать все за меня я считала данностью. Основой. Той железобетонной опорой, на которой держался весь мой новый мир. Его любовь ко мне казалась незыблемой и определенно точно существующей.
А теперь что?
Он - мужчина. И да, большинство мужчин, которых я знала, были верны своему выбору и своим чувствам. Гэс который за свою жену готов был мир порвать. Нир обожающий свою половинку. Эвин ради жены переселившийся из уединенного горного селения в столицу, которую тихо ненавидел, но там была счастлива его жена, так что… он был счастлив тоже.
Верных мужчин я знала. Но и неверных знала тоже. И последних было большинство. Сегодня они любят, а завтра на горизонте появляется другая.
И где гарантии того, что завтра на горизонте Эриха не появится какая-нибудь принцесса Аю, и я не услышу приказного «Не трогай ее».
- Мелани, - позвал Эрих. - Иди сюда.
Еще скажи «К ноге» так вернее будет!
Но Эрих не сказал. Словно почувствовав мое настроение, он вышел из-за стеллажей со стопкой книг. Подошел к прилавку, сгрузил все, повернулся ко мне и сказал:
- Аю мне как сестра. Она и Нгоэн были единственными близкими людьми для меня многие годы. Между нами никогда не было никаких романтических отношений, я никогда не испытывал к ней ничего, кроме братской привязанности. Для нее я тоже всегда был старшим братиком и только.
Я промолчала, пристально глядя на него.
Я промолчала, пристально глядя на него.
- Мелани, - он сделал шаг ко мне.
Я сделала шаг назад.
Было между ними что-то или не было, но это его «Не трогай ее» меня словно отрезвило. И похмелье было чудовищным.
- Уходи, - безапелляционно потребовала я.
- Мел? - взволнованно позвал архонт Дагрэй.
- Просто, уходи, - я развернулась под шипение гудящей и потрескивающей лампочки, отправилась бродить по запыленной книжной лавке.
Эрих проявился через мгновение, возникнув у меня на пути.
- Мелани, что не так? Что с тобой? Что я сделал?
Мне не хотелось с ним говорить. И не хотелось на него смотреть. И не хотелось вообще ничего. Но…
- Ты сделал все правильно, Эрих, ты вернул меня к реальности. Мне, в данный конкретный момент, тяжело, конечно, но когда-нибудь потом я обязательно поблагодарю тебя за это.
- За что? – разъяренно спросил он.
- За то, что заставил правильно расставить приоритеты, - я вскинула подбородок и посмотрела в его глаза. - А теперь будь так любезен – исчезни.
Промолчал, сверкая темными глазами.
Пыльная лампочка под пыльным потолком натужно трещала.
Потрясенный непониманием ситуации, Эрих исчез.
Я осталась.
Вскоре вернулись Блондя и владелец лавки. И если второй пошел считать сколько стоит выбранный мной товар, то агент подошла ко мне, сходу заметив, что что-то явно не так, и спросила:
- Кэп, что случилось?
Все еще чувствуя себя так, словно меня растоптали тут напрочь, я тихо спросила:
- Вот скажи мне, стоит ли верить мужчине. Не как человеку, тут все понятно, а как мужчине.
Блондя посмотрела на меня почти трезвыми глазами и сказала уверенное:
- Нет.
- Ну вот и так подумала.
Блондя постояла, посмотрела на меня, и еще тише на деранском произнесла:
- Кэп, вы не работали под прикрытием продолжительное время, лишь кратковременно и эпизодически. Поэтому вы рассматриваете ситуацию крайне однобоко. С одной стороны да - мужикам доверять тупо, спорить с этим не буду. А с другой стороны мы с вами на Тайреме, под полным покровительством Танарга. Вы так только прикиньте масштаб - агентов Гаэры на Тайреме прикрывает и поддерживает Танарг, а формирующуюся агентурную сеть покрывает целый седьмой архонт. Так что это не вас поимели, это вы всех поимели по полной программе.
Хм, а это уже интересно. И главное - звучит здорово. И мне все нравится.
- Я ведь права? - вопросила Блондя.
Сдержанно улыбнулась в ответ.
В принципе Блондя была права по всем фронтам. Да, я отдала себя и свое сердце Эриху, и это было пугающе и обидно, но с другой стороны я вполне себе успешно служу Гаэре, так что какие проблемы вообще?
- Нужно будет с Удавом связаться.
- Кэп, ну вы палку то не перегибайте! - возмутилась агент. - Что-то вас прямо из крайности в крайность!
- Нужно связаться, - бескомпромиссно повторила я. - У Танарга не один стратегически важный союзник, а как минимум два в основе их силы. Откуда взялось их легендарное психологическое программирование мы теперь знаем. Осталось понять, как с этим бороться, но будем решать по мере дела. А вот откуда столь феноменальная сила у их гаракхай…
- Запредельные тренировки, выживает в лучшем случае десяток из сотни, это всем давно известно, - скучающе произнесла Блондя.
- Нет, - я отрицательно покачала головой, - одними технологиями и тренировками такое не объяснить. Гвен существенно старше меня, но она все еще в строю. Никакой человеческий организм не имеет подобных резервов, у нас из десанта не зря в двадцать пять уходят на пенсию. Так что мне потребуется дополнительный сейр для связи с Удавом.
- Почему не использовать уже имеющийся? – вопросила Блондя.
- Ибо, - ответила я, и пошла расплачиваться за книги.
Не стану же я объяснять, что Удав вполне способен взломать устройство, с которого ему был отправлен сигнал, а на сейре от Исинхая дохрена полезной и нужной мне информации, терять которую я не собиралась, как, впрочем, и раскрывать свой план что Гаэре, что Удаву, что всем остальным.Десант он такой десант, мы все держим в себе.
***

Глава 13

Судя по всему, Эрих срывал злость на несчастных представителях воровских кланов. Мы еще пару часов пошастали по рынку, слушая о том, как почти три тысячи человек проходят марафон по забегу вокруг дворцового комплекса. А там по окружности километров пятьдесят было, так что не всем было суждено добежать до финиша, то есть вернуться в исходную точку на столичный рынок. Но тех кто добежал ждал крайне сомнительный приз - мое поганое настроение!
Очень поганое настроение.
Я бы даже сказала - зашкаливающее поганое.
А когда у меня настроение поганое, со мной лучше вообще не связываться.
Спустя еще час я знала, где воровской общак, что это реально клан, а не так просто отбросы общества сбились в банду, и что один из главных в клане, не вождь, а его дядя, радостно трудится под прикрытием во внутреннем дворце. Даже евнухом стать не погнушался.
Организовала чуваку экстренный вызов в родной клан, чувак повелся и к ночи у меня была масштабная информация по дворцу и всем его обитателям. Сканировала сознание практически напрямую, без жалости, сочувствия и прочей чепухи, потому что грабеж это я еще могу понять, а вот массовые убийства как-то не очень. Клан Ханидов же оказался вполне себе любящим причинить смерть соседу, а еще слегка каннибализмом страдали. Но не суть - мне нужна была информация и я ее получила. Закачала на храны и оставила для личного изучения.
Потом слегка поэкспериментировала с местной медициной уровня – «Я по пульсу определю, в каком месте у вас бьется сердце», совмещенной с… барабанная дробь - танаргскими технологиями! Все эти лекари таскали вполне себе компактный, подстраивающийся не просто под палец, а в сам отпечаток пальца, в бороздки микроскопические, целый системный анализатор. Но вот имея в своем распоряжении новейшие разработки Танарга, и четко определяя болезни, тайремские целители лечили их, так сказать, крайне оригинально. Типа «Мужик, у тебя глаза не видят? Сожри глаза орла, зрение станет орлиное! Что, не стало? Сожри еще орла, видимо у того что сожрал со зрением был не порядок, найди чистую птицу и сожри уже ее!». Ну и так далее. Милый мирок. Мне вот одно было интересно, а если у мужика там, в интересном месте проблемы, ему этот орган у орла жрать надо или как?
И вот оно пагубное влияние любопытства - я таки полезла и узнала, что надо жрать при интимных проблемах уровня «Сегодня он не встал. И вчера не вставал. И завтра не встанет». Зря. Вот зря узнала. Реально зря.
В итоге пока тащились ко дворцу позади двух повозок, да, закупилась я основательно, смотрела на осликов и практически слезы утирала.
- Кэп, вы чего? - не выдержала Блондя.
- Осликов… жалко, - честно призналась я.
- Только осликов? - переспросила агент. - Вы упустили момент с частью прилавка аптекаря, которая была, так сказать, на витрине.
- А что было на витрине? - я просто занималась самим аптекарем, не до витрин было.
Блондя поняла это, и объяснила:
- Они от ревматизма жрут сверчков. Живыми.
- Это не сверчки были, а саранча, - поправила я.
- О, нет, кэп, сверчки. А саранча тут умная - она от поселений валит на максимальной скорости, образованная у них саранча, должна признать. Надо выпить.
Вливаться в местное население Блондя умела, этого у нее было не отнять.
- Ладно, сгоняй в ближайшую питейную, мне спирт. Чистый спирт. Очень чистый.
- Чистого тут нет, и пьют в основном вино. Есть даже вино из осликов. Отдельно вино из их… Мне продолжать?
Под моим пристальным взглядом осеклась.
- Бухло возьмем у родственников, - постановила я.
- У каких? - не поняла агент.
- Ближайших.
И это было почти правдой.
***
Стража на внешних воротах отказывалась пропускать нас ровно до слов:
- Мы к танаргцам.
Ворота открылись мгновенно. Но, самым неимоверным образом, и народу набежало порядочно. А извозчики, посмотрели на нас, на себя, снова на нас и заявили:
- А берите телеги даром. И ослов тоже.
И свалили.
И я вот не поняла к чему все это было, пока четверо из моих «братиков» не вышли на главную внутреннюю площадь. И когда они появились – сильные, рослые, с военной выправкой, местными мечами и каменными выражениями на мордах, я поняла, что сейчас они стресс снимать будут. И пострадают вовсе не ослики.
- Взятку привезли, значит? - нехорошим тоном, с заметным акцентом произнес старший брательник.
Прибалдела даже Блондя, и шаг назад сделала. И я поняла причину поведения местных стражников – взятки на Танарге уголовное преступление, за которым следует неотвратимое наказание. А судя по тому, что я наблюдала на рынке - взятки на Тайреме вполне себе распространенное явление, и ничем зазорным не считается. Так что, полагаю, танаргцев подкупить пытались уже не раз, не понимая, что для гордого военизированного населения этой тоталитарной планетки, попытка дать взятку, это все равно что плевок в лицо. За такое плюнувший расплачивается кровью.
Такое вот, расхождение менталитета.
Но я сегодня и так была злая, как не знаю кто.
- Да, взятку, - объявила гордо.
И потопала к ошалевшему «старшему братику».
Проходя мимо, добавила на танаргском:
- Братан, мне бы выпить.
Браток сходу определил кто я, и раздраженно запихивая клинок в ножны, прошипел:
- Роднуля, в таких объемах, как ты потребляешь, у нас нет. Но есть шоколад. Будешь?
- Буду, - сдалась я.
***
Для начала я вымылась. Почти весь день на запыленном рынке породил ощущение, что у меня везде пыль, грязь и песок, а в волосах паутина. Я уже даже не удивилась бы, если бы там парочку пауков обнаружила, но к счастью обошлось.
Пока стояла в душевой кабинке (танаргцы тут, оказывается, целое диппредставительство имели, так что все было максимально цивильно), старший братан обретался за дверцей.
- А ты вообще в курсе, для чего они ослов выращивают? – в третий раз намыливаясь, спросила я.
- Да, - «брата» звали Роен, и он был в чине риантана, а это охренеть как круто для Танарга. – Но при всем понимании идиотизма и варварства данного… хм, подхода к медицине, вынужден признать, что данное средство работает.
Чуть приглушив звук воды, потрясенно переспросила:
- Ты сейчас серьезно?
- Абсолютно, - шутить на Танарге вообще не любили, и я это вообще-то знала, даже не знаю, почему в принципе спросила.
Вернула напор воды на прежний показатель и принялась смывать пену.
Работает, значит…
Подумала, вырубила воду, и захватив полотенце, спросила, подсушивая волосы:
- А что еще работает?
Помолчав, Роен ответил:
- Скажем так - в плане секса у них тут работает абсолютно все. У меня жена на Танарге. Я уважаю ее, люблю и чту как мать своих детей, но так чтобы от заката и до рассвета получать удовольствие - это только с моими тайремскими наложницами. И не сказать, чтобы это было их заслугой, две рабыни у меня на Танарге, и с ними все тоже не столь… хм… насыщенно. Тайремские наложницы используют благовония, масла, снадобья и много чего еще, что превращает процесс в неповторимое наслаждение.
Короче я как стояла в душе, там и осталась стоять.
Братан у меня был – тот еще кобель.
И тут он еще и добавил:
- Кстати, я отдам тебе одну из своих наложниц.
- И что мне с ней делать? - поинтересовалась раздраженно. - По назначению использовать?
Роен хмыкнул, и тихо заметил:
- Хотел бы я на это посмотреть.
Вот урод, а!
Но, как оказалось, это как раз было шуткой.
- Ты подставила принцессу шестого дома. В принципе, она нас мало волнует, да и дочерей у них навалом, так что переживут, но вот принцесса Аю…
Менее всего я сейчас желала слышать про принцессу Аю.
- Она росла с Дагрэем, - не зная о моем нежелании слушать данную информацию, продолжил «брат», - то есть она старше тебя примерно вдвое. Учитывая, что девиц тут выдают замуж с шестнадцати, это у них называется «достигла брачного возраста», это кажется очень странным.
Мне вообще не хотелось говорить о ней, но я все же десантник.
- Почему? - спросила, заворачиваясь в полотенце.
- Ммм… потому что принцесса Аю, невзирая на свое положение благородной и потому обязанной выйти замуж девушки, до сих пор слала к дерсенгам всех желающих покуситься на ее руку и сердце. И тут вдруг первый дом выдвигает ее кандидатуру на отбор. Ты действительно не находишь это странным?
И я обессилено прислонилась спиной к холодной плитке душевой кабинки. Думай, Мегера, думай. Ты мало что знаешь о чувствах, но вот опасность ощущаешь отменно. И я вот сейчас не поняла, у меня к этой Аю было что-то типа ревности, или… я почувствовала опасность?! Так ведь если прикинуть, то я ревновала к Кей Морис. Реально ревновала. И успокоилась, едва Эрих вообще никак на нее не отреагировал.
Но в ситуации с Эрихом меня выбила именно его фраза «Не трогай ее». Он же мне сказал, что принцесса ему как сестра, и сказал искренне, но мне как-то только херовее на душе от этого стало. И вот теперь я поняла почему - Аю была опасна. Для Эриха опасна. Просто он этого не видел, а я это отчетливо чувствовала.
- Чего молчишь? - спросил Роен.
- Думаю о том, как херово быть женщиной, и как классно быть десантником, - честно призналась я.
- Да, женщиной быть паршиво, спорить не стану, - усмехнулся «брат».
- Рабынь отпусти! - потребовала я, раз уж он согласился с тем, что быть женщиной плохо.
Хохотнув, риантан Танарга поинтересовался:
- Куда? Одна с Байтурага, там у женщин прав нет вообще, и даже если я обеспечу ее деньгами - их отберет ее отец. Вторая с Иррута, ее забьют камнями на пороге родного дома, потому как она не сгорела с умершим во время их первой ночи мужем, там муж словил инфаркт от радости, не дойдя до брачного ложа, а сбежала со мной. Оставить их на Танарге в свободном статусе я не могу, они не потянут ни обучение танаргскому языку, ни обучение в принципе.
Я вышла из душевой кабинки, кутаясь в длинное мужское полотенце, и пристально посмотрела на брательника.
- Это отговорки, - сказала прямо.
Роен протянул руку, убрал с моего плеча мокрую прядь волос, и тихо сказал:
- Мелания, у женщин на Танарге прав много, даже слишком. Я люблю свою жену, я добивался ее много лет, у меня чин риантана только потому, что я не спал годами, превосходя свои возможности и возможности своего организма. И я был счастлив в день нашей свадьбы. Я был счастлив в наш первый месяц. Знаешь, что произошло после?
Не знала, и поэтому продолжила молчать.
- Она забеременела, - каким-то тусклым и безжизненным голосом сообщил Роен. - И произошло то, чего я даже в кошмарном сне не предполагал - я стал ей не нужен. На Танарге культ материнства, она стала матерью, а я… довеском. Никому особо не нужным. У нее на первом месте дети. Для детей мать всегда будет важнее отца. А я получаю уведомления о благоприятных для зачатия днях и посещаю все детские мероприятия, чтобы быть хорошим отцом. Это все, что ей от меня нужно - чтобы я был примерным отцом. Как тебе?
- Погано, - была вынуждена признать.
- Такая она - образцовая семья на Танарге, - усмехнулся он.
И вдруг взял и повысил градус откровенности:
- Когда ты находишься там, в социуме родины, считаешь это нормой. Нормально, что она выбрала тебя лишь потому, что ты сумел доказать, что ты лучший. Нормально, что материнство главное для женщины. Нормально, что секс необходим для продолжения рода. Но едва вырываешься в иную реальность, видишь другие отношения и сталкиваешься с иным мировоззрением, приходится принять очевидное - та, кого ты любил столько лет, никогда не любила тебя. И не полюбит.
Вздохнул и спросил:
- Возвращаемся к принцессе Аю?
Я смотрела на целого танаргского риантана и… да, возвращаемся к принцессе Аю, потому что семья у моего брата поганая. Это как-то ненормально, что мужик в своей родной семье чувствует себя лишним. И ненормально и неправильно. И, насколько я в курсе, на Гаэре все вообще не так. А с другой стороны, кто бы говорил – меня мои предки вообще взяли и сдали бабушке, а после бросили в военной школе и забыли, как меня зовут. Так что в моей семье лишней была я, и никому не нужной тоже я. И…
- Знаешь что? - я послала к викрианским глистам всю жалость. - Вместо того, чтобы сидеть и жалеть себя, обжимаясь с очередной бабой, возьми и влюби в себя жену. Сам сказал - тут дохрена реально эффективных средств. Ну и там… подарки, ужин при свечах, романтика и тп. Ты сумел доказать ей, что ты лучший и получил ее в жены. Так сказать руку ты заполучил, осталось сердце. Ты риантан армии Танарга, для твоего возраста это вообще что-то недостижимое, так что вытер слезы, намотал на кулак сопли и вперед на амбразуры, страдалец.
Роен окаменел, и разъяренно выговорил:
- Я не рыдал!
- Ага, ты ныл и себя оправдывал. Соберись, мужик, и в бой, намотай сопли на кулак и вперед. Нам так всегда сержант говорил, и ты знаешь – работало.
- Ты не мужик, - выдвинул контр аргумент братан.
- А когда и кого в десанте волновали такие мелочи? - философски вопросила я.
И ушла переодеваться.
***

Глава 14

У моих братьев были очень своеобразные представления о том, что едят женщины. Когда я пришла в столовую там была одна очень напряженная и протрезвевшая Блондя, четыре моих братана, откровенно рассматривающих агента, но не как особь для подката, а так, серьезно и основательно, как умеют эти на всё голову тоталитаризмом пристукнутые, и полный стол сладостей. Тут было все - от печенек и мороженного, до шоколадных плиток, батончиков и конфет с ликером.
Две определенно наложницы, ну потому что слуги так не одеваются и не ходят, донесли еще выпивку и торт, судя по всему только что испеченный. Поклонились, стрельнули глазками каждая в своего хахаля, и удалились, позванивая украшениями.
Блондя сидела так, словно сожрала штырь. Ну и я догадывалась почему.
- Флоренс, братик Роен отдает нам одну из своих наложниц.
- Самую опытную, - подсказал братец, в задумчивости сидевший чуть в отдалении от остальных.
- Самую опытную, - поправилась я. - Сходи, растолкуй даме, что да как. Перетрите там, чисто по-женски.
Агент вскочила мгновенно и быстро вышла.
- Что это с ней? - спросил, едва она вышла, один их братьев.
Надо бы их по именам запомнить, а то неудобно как-то, семья все же.
- Ну, - сказала я, присаживаясь за стол с мало пригодным содержимым, - она это…
- Больше по женщинам, - предположил походу второй по старшинству.
- Что-то вроде этого, - согласилась я, сковыривая ножом ягоды с торта.
- Это заметно, - сказал третий брат. - Она очень явно реагировала на наши движения, но в отношении наложниц вообще не дергалась. Да, впервые такое вижу. Не то чтобы в публичных домах не было девочек, которые по девочкам, но это какой-то особый случай.
Долбанные танаргцы. Приличные люди сделали бы вид, что не заметили, а эти…
- Мелания, а что ты делаешь? - поинтересовались эти.
- Ем, - сообщила очевидное.
- Пить будешь? - спросил Роен.
- Нет, - краткость сестра моего таланта к односложным ответам.
И прожевав очередную ягодку, произнесла:
- Так что там у нас с принцессой Аю?
Мои танаргские родственники поступили как истинные танаргцы - старший брат достал пульт, средний выбрал нужный файл, второй средний подкинул фактов, четвертый по ходу повествования подкидывал факты.
Принцесса Аю была совершенством по местным меркам, и весьма привлекательна по меркам вселенной. Идеальная белая кожа, темно-золотые идеально прямые практически глянцевые волосы, насыщенного цвета темно-голубые глаза, черные брови и ресницы, тонкие черты лица, гибкость и грация в каждом движении. И я бы ей лет семнадцать дала, не больше. Но, так чисто, по-моему, мнению, та же Алкеста в свои хрен знает сколько могла выглядеть и на семнадцать и на пятнадцать, в зависимости от поставленной задачи, и красоткой тоже вполне себе могла быть. Но Алкеста являлась уникальным спецом, а тут просто какая-то принцесса.
Но, принцесса оказалась не простая.
- У нее несколько высших образований, - младший из старших братиков отсалютовал мне бокалом с вином, - в том числе и танаргское. Специалист в молекулярной неорганической химии, две докторские по данной тематике. Психология, общая социология, клиническая психология - и все это на Танарге. Несколько лет вела прием пациентов. Несомненно, никаких дел с армейскими чинами, но в работе с гражданским населением показала себя отменным специалистом. Не принадлежи она к первому дому и в целом к архонтам, получила бы весьма выгодные брачные предложения. Но, мы не заключаем браков с врагами.
- Тайрем - ваш основной союзник, - возразила я.
- Тайрем - наш козырь, - вставил из своего угла Роен. – И мы используем его при необходимости и по мере необходимости.Не более.
Надо же, нас потянуло на откровенность.
- И у ее высочества за все эти годы не было ни одного романа на Танарге? - поинтересовалась я.
- С кем? - усмехнулся второй братик. – Она дочь Тайрема, с не до конца выясненными способностями. Естественно ни один мужчина не стал бы рисковать своим положением, связываясь с… союзником.
И пока я сидела, осмысливая, Роен пояснил:
- Гражданскими она не интересовалась, но и процент гражданских у нас… на грани мизера. Ее высочество сходу сделала ставку на высшее военное руководство. Просчиталась.
Попивая вино, я смотрела на сияющий во всю стену экран и словно наблюдала за чужой жизнью. Девочка, девушка… все еще девушка. Прекрасная принцесса с непомерными амбициями. Несколько изображений, где она, Эрих и Нгоэн вместе, и Эрих был тогда еще в белом. А потом только в черном. И больше не улыбался. Вообще.
Прекрасная принцесса стала взрослой, рядом с ней величественный старший брат в белых одеяниях, и тот, на чьем лице больше не было улыбки в черном мундире.
- День совершеннолетия принцессы, - пояснил для меня младший брат. - По слухам повелитель первого дома должен был объявить об их помолвке, но что-то пошло не так…
Интересно, что?
И со снимков исчезают Эрих и Нгоэн.
Теперь прекрасная принцесса одна, больше без белых летящих платьев, перьев, драгоценностей и мишуры. И все равно красивая. Учебная форма – форма выпускника. И так по кругу. Менялись университеты, факультеты, прекрасная принцесса упорно грызла гранит науки.Только вот блеск в ее глазах - медленно, но исчезал.
- Так, есть последние фотки?
Старший средний брат вывел на экран. Что ж – прекрасная принцесса вернулась. Снова счастливая улыбка на губах, снова завораживающий взгляд в глазах.
- Короче, у амбициозной принцессы были большие планы, но на Танарге она обломалась. Сейчас у нее в наличие последний шанс, как я понимаю?
- Угу, - подтвердил младший. - Догадываешься, кто цель?
- Да все очевиднее некуда, - вздохнула я.
На Эриха она нацелилась. Конкретно и основательно на Эриха. У него к ней отношение особое, и в ней он ни врага ни опасности не увидит, к тому же у Аю походу есть аргумент типа «Я все эти годы только тебя ждала», так что… у меня проблемы. Трону ее - Эрих расстроится. Не трону… есть шанс, что эта умная сволочь, а ума тут палата, не меньше, доберется до меня. Ибо амбиций у дамочки - завались.
- И кто был ее целью на Танарге? - спросила напряженно.
- Один их партийных лидеров, - обозначил степень амбиций брат Роен.
- Твою ж мать… - ошалело пробормотала я.
Правители Танарга не только могущественны, они еще и преклонного возраста. Очень преклонного. Такого возраста, в котором не волнуют такие мелочи как женщины, к примеру. Короче, если она хотела лечь под старика, это уже говорит о многом. Об очень многом. К примеру, о том, что ради власти она пойдет на все. Вообще на все!
- Так, мне хана, - сделала закономерный вывод я.
- Мы тоже так подумали, поэтому отец принял непростое решение и женился, - поддержал меня второй средний брат.
- Все ради тебя, - добавил младший.
- Так что не смей сдаваться, - подытожил старший.
- Да я и не собиралась, - чего уж там. - Просто противник… серьезный.
Роен вскинул руку и средний брат перекинул ему пульт. Появившееся на экране видео продемонстрировало какой-то банкет на Танарге. Прекрасная принцесса в мундире смотрелась как-то… жалко. Она подходила то к одной компании, то к другой… Она была красива как топ-модель, она была мила, улыбка - безупречна. Но едва она подходила - танаргцы умолкали, и все расходились оставляя ее одну. Раз за разом. Год за годом. В какой-то момент принцесса не выдержала, и на прекрасном лице появился поистине жуткий полный ярости оскал.
- Ох ты ж… даже спать расхотелось! - воскликнула я.
А то так вообще хотелось, ночь без сна, день полный событий, в общем… устала я.
- Да, за маской милой принцессы скрывается вот такой звериный оскал, - Роен бросил пульт обратно младшему брату.
Тот легко поймал.
Так в целом братья мне достались отборные, с такими и в бой не страшно… ну если ты их сестра.
Я же задумалась вот о чем - судя по видеосъемке с Танарга, принцесса ни в психологии, ни в социуме особо не преуспела. Конечно, тут можно делать скидку на особенности менталитета Танаргцев, но вот в чем это тоталитарное государство преуспело, так это в точных науках.
- Неорганическая химия, значит, - задумчиво протянула я.
Значит к местной медицине она относится примерно так же, как и я - в смысле считает отсталой и не эффективной. Что ж, вот и первое слабое место в броне идеальной принцессы.
- Я справлюсь, - сообщила, решительно поднимаясь.
Братья переглянулись и Роен произнес:
- Начинаю понимать, почему отец решил тебя удочерить. Что делать с твоими «покупками»?
- Передать посредством нашей матушки.
На этих словах скривились все четверо. Судя по всему кандидатура «матушки» их явно не устраивала.
- Да нормальная она, - почему-то решила я вступиться за Гвен.
- Полагаю, ты еще не слишком хорошо знаешь танаргский, - мягко ушел от конфликта Роен.
Спорить не буду.
***
Наложница моего старшего брата оказалась ожидаемо красивой до одури. Невысокая, изящная, грациозная, пленительная, с темными волосами, глазами черными как бусинки, даже зрачка не было видно, с формами, которые можно было назвать истинно женскими, и тонюсенькой талией. Красивая в общем. И да - до одури.
Перетереть им с Блондей толком ничего не удалось явно, потому что мой агент стояла с видом «я выше всего этого», а вот наложница делала из себя нечто робко-невинно-приторно-милое. Короче лицемерие наше все.
Но Блондя была агентом с опытом, я командиром с опытом, наложница сволочью с опытом - так что шанс сработаться был.
- Добираемся раздельно, - скомандовала я. - Фло, ты со мной. Эстер, - наложница мгновенно голову склонила, намекая, что слушает со всем вниманием, - ты как-нибудь сама.
И тут кошечка выпустила когти:
- Но господин приказал следовать за вами тенью, - голосок был тоже милый и приторный.
- Ты не потянешь, - сходу обрубила я все намеки на игры. - Не тот уровень физической подготовки. К утру, чтобы была у меня. И да, подготовься, устранение принцессы Аю будет целиком и полностью на тебе.
Наложница вскинула голову, не скрывая ни потрясения, ни понимания уровня поставленной задачи.
- Я ей не соперник, - предельно честно и откровенно. - Фло так же. Принцесса у нас спец в точных науках и неорганической химии, и ее знания в данных областях стопроцентно превосходят мои. Так что остается лишь вариант схватки на уровне местной тайремской традиционной медицины. Обмозгуй данный вопрос. Мне не важно, чем ты будешь ее травить - жабьим камнем или супом из языков канареек, да даже если ты ей геморрой тараканьих лапок устроишь, но Аю на тебе.
***
Выбирались довольно легко, но от недосыпа с координацией лично у меня начались проблемы, а потому, когда мы натолкнулись на трех убийц в черном, бесшумной схватки не вышло. Был стандартный мордобой, с шумовым эффектом в виде посыпавшейся черепицы, воплями нарвавшихся на недоспавшего десантника и не слишком вежливым обыском поверженного противника. После обыска выяснилось, что это вообще-то были не убийцы, это была охрана внутреннего дворца. В общем, накладочка вышла.
Пришлось спешно грабить неспособных к размножению стражей и валить во дворец вдовствующей гадины, потому что спать я хотела уже не просто до невозможности, а откровенно зверски.
***
По прибытию на место мы обнаружили Гвен и Алкесту. Гвен изображала себя в гневе, Алкеста изображала меня, да так качественно, что у моей мачехи не возникло никаких подозрений, и ее глаза почти округлились, едва через тайный вход ввалились мы с Блондей.
- Мелания?! – переспросила гаракхай, узрев, как я с ожесточением сдираю с себя обмундирование тайной стражи внутреннего дворца.
- Я спать, - кратко поставила в известность присутствующих.
И захватив себе одеяло и подушку, ушла к скелетам. Не то, чтобы я любила человеческие останки, но иногда наступает такой предел, после которого уже абсолютно все равно где, как и рядом с кем спать. Потому что сон становится делом первой необходимости.
И вот, свернув в тот угол, где эти самые скелеты ранее лежали вместе со змейками, которые себе ранее вполне ползали, пока мы с Блондей их не умяли, я испытала странное чувство накрывшей меня нереальности - здесь больше не было скелетов. Не было мрачного грязного помещения. Не было запустения, паутины и прочего. Здесь стояла кровать. Небольшая, но удобная. Кулер с водой, причем система обеззараживания работала явно. Небольшой холодильный агрегат с питьем и едой. Полки с книгами на местном. Несколько сейров. Мобильные системы медкапельниц.
И Эрих.
Эрих стоял посреди всего этого очень маленького, но ныне такого уютного и многофункционального пространства, и смотрел на меня.
Я на него.
Он на меня.
Из нас двоих кое-кто очень хотел спать, кое-кто другой - явно поговорить.
- Не сегодня, - сказала я, рывком развязывая пояс на брюках.
Он молча кивнул.
На слова благодарности, несмотря на имеющуюся благодарность, меня не хватило. Кажется, он это понял. И все же, главный вопрос Дагрэй задал:
- Мэл, по отношению к Аю, это ревность?
Стягивая рубашку через голову, устало ответила:
- Не уверена, Эрих. Я в принципе плохо понимаю, что такое ревность, но мне было неприятно. Просто неприятно.
Он промолчал, пристально глядя на меня. Я же молчать не стала.
- Подумаю об этом завтра, - и рубашка полетела на пол.
- Почему мне кажется, что ты уже подумала об этом сегодня? - Тихо спросил архонт. - И почему я чувствую, что свой выбор ты тоже сделала уже сегодня. И этот выбор был… не в мою пользу.
На это я отвечать не стала.
- Вопрос доверия? – умел этот гад аристократический задавать вопросы правильно и точно.
Пауза, и еще тише:
- Я проиграл?
Я могла бы солгать, и все же ответила как есть:
- Да.
Его изображение пошло рябью, а затем исчезло, оставляя меня в одиночестве в тщательно обустроенном помещении.
На этом силы меня покинули, и я прошла и села, не в состоянии более стоять ровно. Седьмой архонт Тайрема все понял правильно - сегодня он проиграл. И проиграл окончательно. Я пожертвовала всем ради него. Абсолютно всем. Я отказалась от себя, страны, да даже гордости, в конце концов, я отдала ему все что у меня было, и то, чего не было так же отдала ему. А он?
«Не трогай ее»…
Я что, монстр? Может, я чудовище какое? Или маньяк-садист? Если кто-то кого-то и трогал, особенно из ревности, так это Эрих! Эрих, но точно не я. Я и пальцем никого из его близких не тронула!
Блондя появилась беззвучно, как и полагается агенту.
Подошла, постояла рядом, тихо заметила:
- Кэп, вы собирались поспать.
- Угу, - подтвердила я.
- Но ты тут уже минут пятнадцать пялишься в стенку, - Блондя говорила все прямо, без ухода в двусмысленности.
Что ж, тяжело вздохнув, я тихо ответила:
- Когда все это закончится, мы свалим с тобой на Акарду. Вот там шикарные стены. Чем дольше смотришь, тем больше деталей возникает. Уникальная была культура, жаль все сдохли.
Агент на все сказанное, отреагировала всего одним вопросом:
- Вы сказали «когда все это закончится»?
И я поняла, в чем проиграл Эрих. Его больше не было в моих планах на будущее. Я его вычеркнула. Теперь это была работа и только работа.Ничего кроме работы. Наверное, я только сейчас поняла, как много для меня значил Эрих. Он для меня значил всё. Вообще всё. Но, видимо, я для него всем не являлась. Что ж, больно, но не смертельно. Я справлюсь. Я сильная. Я очень сильная, главное никогда не забывать об этом.
Блондя постояла рядом, затем кивнула и вышла.
***

Глава 15

Час занятия, пятнадцать минут сон.
Час занятий, пять минут сон.
Час занятий, снова пятнадцать минут сон.
Древний тайремский давался мне непросто.
Мораль и суть древних писаний тайремского давалась так же с огромным трудом. Чем больше я погружалась в наставления для женщин и жен Тайрема, тем больше понимала Гвен с ее демонстративным презрением к женщинам этого мира.
Потому как здесь девочка уже была должна, едва родилась на свет.
Должна была бы быть мальчиком, но принесла горе и позор в семью, родившись девочкой.
На пятый день после родов, люльку с девочкой вешали ниже, почти до уровня пола, сходу, еще крохе, определяя место ниже уровня плинтуса, и тот факт что теперь она должна.
Должна служить семье, должна быть ничтожна и смиренна, должна быть трудолюбива, должна уступать другим, должна проявлять уважение вообще ко всем кто старше, должна скромно уступать, должна ставить интересы семьи выше своих, должна пребывать в страхе и трепете, должна вечно ощущать себя ничтожной. Должна поздно ложиться и вставать еще затемно. Должна быть целомудренна, угождать мужу, пребывать в покое, не позволять себе проявления каких-либо ярких эмоций, смех и развлечения для нее запрещены.
И только вот таким вот тернистым путем смирения, изничтожения и в общем весьма поганой жизни, женщине можно было соблюсти честь семьи, и ее, семью, не опозорить.
А потом случилось страшное - мне позвонил Удав.
Отвечать на второй сейр из двух собранных практически на коленке не хотелось, во-первых, потому что коленку было жаль, а на ней теперь точно новое связное устройство собирать придется, это уже ни к чему не пригодное будет, ибо Удав он такой Удав - открыл ему дверь и считай что сдал с рук на руки даже не крепость, а парочку планетарных систем.
Но ответила, деваться было некуда.
Самый психанутый агент гаэрских спецслужб встретил меня радостным:
- Херово выглядишь!
- Начнем с того, что по твоему замыслу я уже должна была выглядеть трупом, - прошипела я, - закончим тем, что - какого атома ты звонишь?
Удав хмыкнул, уже серьезно посмотрел на меня, и сообщил:
- Дело в Реге.
Что ж, на этом я вся превратилась в одно сплошное внимание.
- Четыре допроса, полное погружение в гипноз, тотальный контроль и… мы ничего не нашли, - ввел в курс дела Удав.
А дела были погаными.
Я отложила трактат, который читала параллельно словарь открыв, ибо нихрена толком ясно не было, поразмыслила, и спросила:
- Что дальше?
Агент откинулся на спинку кресла, судя по всему в его корабле, слегка выпав из пятна света, подумал и произнес:
- Всего два прокола, Мегер. Первый с тобой – его попытка связи в момент, когда вы валили с Франциски. Второй, опять с тобой же связанный, - то, что заявился в полицейский участок делать тебе предложение руки, сердца, брюлика и веника.
- Веник был зачетный, - признала я.
- Брюлик тоже не простой, - поддержал Удав.
На этом мы еще помолчали.
- Короче он чист, - агент Сэддер вновь подался вперед, сложив ладони на приборной панели.
- Определенно - нет! – доказательств у меня, конечно, не было, но интуиция была.
Поразмыслив, спросила:
- Где Рега сейчас?
- Изолятор, - мрачно ответил Удав.
Его мрачное настроение можно было понять – фактически разобрали чела по косточкам и ничего не нашли, от слова вообще.
- По закону, должны отпустить, - агент помрачнел еще основательнее.
Это да – по закону должны были. Учитывая все, через что его прогнали, так же должны были восстановить в должности, принести извинения, выплатить компенсацию и признать в высшей степени благонадежным сотрудником. И Багор должен был бы поступить именно так.
Но сейчас у руля был Исинхай.
И тут такая штука – Исинхай мог пойти, скажем так, не совсем законным путем. Прецедентов подобного было мало, но учитывая мои недавние изыскания по части кодекса Зоопарка, я знала, что достаточно слов трех спецагентов. И это не то чтобы простое слово, которое хочешь - дал, хочешь – взял обратно. От моего решения зависела моя карьера. А учитывая мой возросший штат сотрудников – уже не только моя. - Кто еще готов высказать свое слово? - прямо спросила.
- Я и Шайтан, - ответил Удав.
Вот как. Дело дрянь, значит.
- Я в деле, - одним махом подписала себе приговор.
Удав криво ухмыльнулся, и поинтересовался:
- Не пожалеешь?
Отрицательно покачала головой.
Еще одна усмешка, и довольно неожиданный вопрос:
- Вы с Шайтаном приняли решение практически мгновенно. Мне просто интересны параметры, на которые вы опирались? Реально интересно.
Пожав плечами, устало ответила:
- Удав - ты агент класса Титан. Ты – элита спецвойск. Ты один, как парочка атомных бомб, и поэтому привык рассчитывать только на себя. А мы с Шайтаном из десанта, у нас нет твоей силы и твоих возможностей, поэтому выжить мы можем исключительно работая только в команде. Поэтому, когда возникает вопрос о доверии к тому или иному челу, мы оцениваем его с позиции – подбитый шаттл.
- Не понял, - честно признал Удав.
Да что ж тут непонятного?!
- Ну, прикинь, что ты и весь десантный отряд попадаете под обстрел. Ваш шатл подбили. Горит огонь, воняет горелым мясом, взрываются снаряды, твои товарищи горят заживо. Вот теперь представь интересующего тебя чела в подобных условиях, и все поймешь.
- Теперь… понял, - уже без ухмылок произнес Удав.
Помолчал немного, и спросил:
- И сколько раз ты была… ммм… так сказать с дымком?
- Не смешно, - жестко отрезала.
- Прости, - мгновенно извинился агент.
А затем негромко добавил:
- Полагаю, стоит поднять вопрос о закрытии десанта как такового. Одно дело элитные спецвойска, и совсем другое десант. Как минимум в десанте нечего делать женщинам.
- В десанте нет женщин, - напомнила я ему прописную истину. – И мужчин тоже нет. В десанте есть солдаты. И сержант. И долг. И цели. И умение достигать поставленные цели с минимальным количеством жертв среди мирного населения.
Помолчала, и тихо добавила:
- Гаэре необходимы все виды войск. Абсолютно все возможные вариации. Потому что противостоять державам вроде Танарга полагаясь только на что-то одно – нереально.
Вновь откинувшись на спинку кресла, Удав вдруг совершенно серьезным, без шуток и насмешек тоном, практически попросил:
- С этого момента поподробнее.
С подробностями было туго. С обоснованием всех подробностей тоже туго. И все же я попыталась.
- Мы всегда знали, что Танарг располагает уникальными технологиями психологического программирования, но связывали это исключительно с наукой. Ведь в точных науках атеистическому материалистическому Танаргу нет равных и это факт. До операции на Франциске никто и представить себе не мог, что Тайрем, который Танарг милостиво держал при себе как слабого союзника, на самом деле - козырь, причем феноменальный. Сейчас я практически на сто процентов уверена, что в основе научного метода психологического программирования стоит вовсе не научный тайремский подход. А теперь еще и гаракхай.
- Что не так с гаракхай? - напряженно спросил Удав.
- Сами гаракхай, - я мрачно посмотрела на агента Сэддера. - Они ведь не люди, Удав. Не совсем люди. Здесь как и с психологическим программированием что-то определенно не так. Сам подумай - никакими тренировками не объяснить феноменальные способности гаракхай, просто никакими.
Он помолчал, размышляя, затем молча кивнул.
- Есть еще кое-что, - и вот об этом мне было совсем невесело говорить, - Танарг поставляет на Тайрем товары худшего качества, и это уже готовые товары. Население Тайрема в массе своей пьет без просыха. Аристократия – погрязла в борьбе за власть и престол. Учитывая осведомленность моей мачехи в делах двора, а так же присутствия на территории дворцового комплекса танаргского дома, можно даже не сомневаться, что грызню за власть Танарг поддерживает, провоцирует, спонсирует и в целом держит под контролем. Им это выгодно – пока правительство занято интригами, Танарг отбирает лучших специалистов со способностями архонтов, и предоставляет им возможность служить новому государству. Тайрем остается чем-то вроде… питомника, фермы, рассадника. Можно подобрать любой из терминов, каждый соответствует печальной действительности.
Помолчав, Удав тихо произнес:
- Не знаю, в курсе ли ты, но захват и допрос тайремцев был на повестке разведуправления более десяти лет. Вопрос откладывался по большей части из-за того, что миссии проваливались, а действовать приходилось очень осторожно, ведь за своих тайремцы мстили, стирая целые планеты. Твоя команда стала первой, кому удалось не только захватить, но и произвести допрос тайремского офицера. Но, вот что не дает мне покоя - почему от этого дела отказался капитан Рега.
Чуть было привычно не высказалась в духе типа «слабак потому что», но капитан Мегера, кажется, слегка повзрослела. И так, если прикинуть, если хорошо прикинуть – у нас с командой Реги шансы были равны. Да, задание являлось практически невыполнимым, но ставки были слишком высоки, чтобы Рега так просто сдался.
- Чем Дагрэй отличается от остальных архонтов? - вдруг спросил Удав.
«Самый красивый», - подумала я.
И от этого стало как-то горько. Пришлось отбросить сентиментальные мысли и ответить четко по делу:
- Многократные покушения сделали его осторожным, внимательным к деталям, способным действовать в любой обстановке и при этом Эрих являлся, похоже, единственным архонтом, не полагающимся на свои способности.
- Ясно, - сказал Удав.
- Что ясно? – не поняла я.
- Что нихрена не ясно и придется в этом разбираться. Но я понял твою мысль – нужно искать еще одного зависимого «союзника» Танарга. Кажется, подкинув нам архонта Дагрэя, этот «союзник» явно попросил о помощи.
И тут агент взял и спросил:
- А что у тебя с носатым твоим случилось?
Чуть не рухнула.
- Удав, у тебя нос, между прочим, не меньше! - возмутилась я.
- Да, но мне он идет, а твоему носатому ринопластика точно не помешала бы, - гордо ответил этот гад ползучий. И глубокомысленно добавил: - Знаешь, чем отличаются все представители элитных боевых спецслужб? Такие как мы, Мегер, не умеют жить. Мы умеем умирать - это да, в этом мы асы. А вот жить… И особенно жить ради кого-то - с этим возникают трудности. Ты ради своего архонта готова сдохнуть в любой миг, этого у тебя не отнять. Но сможешь ли ты ради него жить - уже вопрос. Все, страдай дальше, у тебя это неплохо получается.
Когда он отключился, я так и осталась сидеть.
Сидеть и тупо смотреть в стену.
А потом психанула на Удава за его «страдай дальше» и мрачно позвала:
«Эрих!»
Мой, напрашивающийся на ринопластику, появился мгновенно. Словно вообще никуда не уходил. И даже не спал, потому что был все еще в той же одежде, летящей, черной, с широким поясом. А еще Эрих пил, причем пил он вовсе не вино, а воду – бутылка была пластиковая и с танаргской этикеткой.
- А я думала, ты бухаешь с горя, - высказала невинно.
Тяжело вздохнув, Эрих поднял с колен книгу, которую читал, и мне довелось узреть «Основы женской психологии».
- И как, помогает? - скептически поинтересовалась.
Молча закрыл книгу и отшвырнул в сторону.
- Не нравится, когда на тебя злюсь? - вопрос внаглую.
Но на провокацию Дагрэй не ответил.Помолчав, он отвел взгляд и тихо сказал:
- Мне не нравится, когда тебе плохо. Злиться можешь сколько угодно, но когда я чувствую как больно тебе в душе, мне хочется свое сердце выдернуть и на куски порвать. Извини, я не силен в выражениях, когда дело касается… нас. Но это невыносимо - чувствовать твою боль. И ко всему прочему осознавать, во что я тебя втянул.
Судорожно сглотнув, невозмутимо заметила:
- А надо было слушаться Тамрана. Тамран, между прочим, сразу сказал, что это все паршивая идея. Но нет, ты же у нас самый умный!
Эрих с болью посмотрел на меня.
Отложив книги, молча потянулась к нему и, наплевав на все на свете, просто обняла. Просто обняла, пусть даже и полупризрачного. И на душе сразу так хорошо стало.
- Серьезно? Ты вот так просто простила меня, не знаю за что? – осторожно обнимая и прижимая к себе крепче, хрипло спросил Эрих. - Кстати, было бы неплохо, если бы ты в принципе хотя бы намекнула, что вот это вот все было?!
- А, просто заткнись, - посоветовала я. - Как нам говорили на курсах социальной адаптации – отношения существуют ровно до того, пока их не начинают выяснять. Так что давай не будем выяснять отношения.
Он хотел было что-то сказать, но резко выдохнул и промолчал. Ух ты, кажется я начала приручать мужика, подвида – необыкновенного. Вау. Надо бы еще кнут попробовать.
- Может и хлыст заодно? – прошипел Эрих.
Напомнив, что на мне как бы его браслет, а часть моих мыслей для него вполне себе открытая книга.
- Угу, только написана атом его пойми каким языком, я его явно еще не выучил, - пересаживая меня к себе на колени, вздохнул мой архонт.
- Это потому что херней маешься, вместо, чтобы нормально женскую психологию изучать, - высказала я свое весьма авторитетное мнение.
Скрежет зубов, но сдержался мужик - уважаю.
А раз уважаю, придется играть на равных.
Я отстранилась, ласково провела пальцами по его впалой от всех жизненных перипетий щеке, коснулась носа, которому и так было хорошо, без ринопластики, Удав вообще в носах ничего не понимает, и, глядя в его темно-серые глаза, серьезно сказала:
- Эрих, я люблю тебя, ты это знаешь. Но я не социопатка психованная, чтобы из-за своих чувств к тебе кого-либо убивать чисто из ревности. Твое рефлекторное «Не трогай ее» - как пощечина наотмашь. Я не убийца. В отличие от тебя, кстати.
Помрачнел, но пришлось стерпеть молча - мы оба знали, кто из нас реально убивец.
- Что касается принцессы Аю, - продолжила я, - скажу один раз и прямо – если она попытается причинить тебе вред, она сдохнет. От моей руки. Мне вредить эта психопатка, а она психопатка, уж поверь, мне предоставленной братьями информации вполне хватило, чтобы сделать верные выводы, может сколько угодно, я справлюсь. Но один выпад в твою сторону – и я перережу ей горло. Лично. И безжалостно.
Молча выслушав, Дагрэй спорить не стал, лишь высказал свою позицию:
- Я тебя услышал.
- Вот и чудесно, - и я просияла самой счастливой улыбкой.
Эрих не улыбался, он просто смотрел на меня. И взгляд его… мне очень не понравился.
- Так, и в чем дело? - мгновенно напряглась я.
Грустная улыбка тронула самые нежные губы во вселенной, и Эрих тихо процитировал мои слова:
- «Мне вредить эта психопатка может сколько угодно»…
- Ну, да, так я и сказала, - подтвердила, недоуменно глядя на него.
- Я слышал, - Эрих смотрел в мои глаза, не отрываясь, - но так не пойдет, Мелани. Сегодня ты сказала «Ты сделал все правильно, Эрих, ты вернул меня к реальности». Так вот… ты тоже вернула меня к реальности.
Я напряглась.
Эрих улыбнулся, как-то удивительно, почти нереально и немного странно. Потянулся к моим губам, нежно поцеловал, и тихо произнес:
- Никто не посмеет тебе вредить. Никто. Ты у меня сильная, упрямая, своевольная, никогда не отступающая и не сдающаяся, но ты лишь девушка. Моя милая, нежная и ранимая девушка. Я знаю, что ты можешь многое, я знаю, что ты способна постоять за себя и не только. Но так не пойдет, Мелани. Больше никто не посмеет тебе вредить. Никто и никогда. С меня хватит. Они разбудили дракона!
И осторожно поцеловав меня, Эрих исчез.
Я осталась сидеть.
Сижу я такая, сижу. Думаю.
Фраза про дракона мне была непонятна. Вообще в целом весь словесный выпад был неясен, но слова про дракона особенно.
Поднявшись, сходила к тайной двери, приоткрыла и услышала уже поднадоевшее:
- Да чтоб их всех разорвало! Да чтоб им глист викрианский другом был! Да чтоб их навигатор врал пожизненно! Да чтоб им кость поперек горла! Да чтоб…
Короче Алкеста ругалась даже во сне, и ногами пиналась, но вот последнее - очень осторожно. Дело в том, что вдовствующая гадина перевела ее в режим «спать с достоинством», так что спала Алкеста в полном боевом облачении, с помпезной прической и даже с украшениями. Подушкой ей служил деревянный брусок обтянутый шелком, был этот брусок жесток и в целом не комфортен, но спать полагалось именно на нем и при этом лежать неподвижно, чтобы не свалиться в рассыпанный на кровати белый рис, обваленный в белой же пудре. В общем Алкесте можно было только посочувствовать, и точно не позавидовать.
- Эстер, - шепотом позвала я наложницу старшего брата.
Девушка, коротающая ночь на ступеньках у кровати, мгновенно проснулась и бесшумно подошла ко мне. Блондя тоже проснулась, но осталась сидеть на месте.
- Эстер, что означает выражение «Они разбудили дракона»?
Немного подумав, наложница тихо ответила:
- Если на современном тайремском, то перевести можно как «Разозлили».
Ну, примерно так я и подумала.
- А если на древнем? – спросила на всякий случай.
Заметно помрачнев, Эстер прошептала:
- А на древнем это плохо.
Ничего не поняла, но стало как-то тревожно.
- Насколько плохо? - уточнила у девушки.
Поразмыслив, та выдала несколько эпитетов:
- Реки окрасятся кровью, кости тела покроют землю, кости обратятся пеплом… Это из легенд. И, если вы увидели эту фразу в книге – не произносите ее вслух… пожалуйста. Плохая фраза. Как проклятие. Только не читайте вслух.
- Почему? – мысленно решила найти и прочесть.
- Это пароль, фраза - ключ из Книги Мертвых, - прошептала Эстер.
Обалдеть у них пароли – из знают все подряд вообще. Или не все?
- О пароле все знают? – уточнила на всякий случай.
Эстер кивнула.
- Но никто не произносит, - продолжила я.
Эстер снова кивнула.
- А почему? - я правда понять не могла.
Просто будь мне лет десять и знай я такую вот капец-опасную-запрещенную фразу, я бы ее точно произнесла, чисто из любопытства. Но зато я поняла, что Эрих явно произнес что-то другое, значит, просто разозлился. Ну вот и славненько, можно не переживать.
- Да чтоб вы все подохли в мучениях! - продолжала ругаться во сне Алкеста.
Ругалась она, к счастью, на одном из диалектов астероидного братства, так что понимала ее только я, ну и Блондя немного.
- Простите, а что это госпожа говорит? - с любопытством поинтересовалась Эстер.
- А, она… эм… Желает всем долгой и счастливой жизни, - врать я умею, это же я.
- Госпожа такая добрая, - с придыханием произнесла наложница. - Надо же, даже пребывая в мучениях хранить милосердие и добродетель. Удивительная девушка. Она вызывает истинное восхищение!
Блондя с трудом сдержала усмешку. «Доброй» Алкеста не бывала даже во сне, милосердной тоже. Не знаю, каким образом Исинхаю удавалось держать давнего потомка морфов под контролем, но до того как начала работать на короля галактического преступного мира, Алкеста могла за ночь вырезать пассажирский крейсер начисто, не щадя вообще никого, включая зверюшек, рыбок… ну и так далее. В итоге въезд на большинство цивилизованных планет, включая Гаэру, Алкесте был запрещен.
- Кэп, до рассвета два часа, идите спать, - сказала Блондя, устраиваясь удобнее.
Я хотела было сказать, что потом посплю, но тут агент добавила:
- Она утром не встанет, это я точно говорю.
Алкеста во сне выдала еще какое-то ругательство.
- Откуда такая уверенность? - насторожилась я.
- У вас утром встреча с двумя претендентами. Первым и седьмым. Делайте выводы.
Я сделала. И вот в чем точно уверена – они не дадут мне увидеться с Эрихом, это сто процентов! А встречу с первым архонтом по их мнению можно и пропустить, Нгоэн все равно тут постоянно ошивается.
Но они могут думать все, что им вздумается, а я от встречи с Эрихом ни за что не откажусь.
- Поняла тебя. Разбудишь, - приказала Блонде.
И утопала спать, отрубив будильник с режимом фрагментарного сна.

Глава 16

Утро началось в четыре по местному времени, но это был так сказать «фальшстарт». Вдовствующая гадина заявилась, с неудовольствием обозрела идеальную прическу идеально спящей Алкесты, прослушала спитч на тему «Чтоб ты подохла», естественно ничего не поняла, языки астероидных братств вообще штука запутанная и мало понятная. И потому обратилась к Эстер.
- Что это значит?
- Ее высочество усердно молится даже во сне! - истово заверила наложница.
Как ни странно, ей поверили.
- Что ж, пусть отдохнет еще час, - смилостивилась повелительница.
И вот гарантированно сама дрыхнуть пошла.
- Чтоб тебя на Сатаре по кругу пустили, вобла напудренная, - пожелала ей вслед Алкеста.
Я порадовалась, что астероидные диалекты никто не знает, и тоже пошла.
В пять утра - ситуация не изменилась.
В смысле гадина вдовствующая пришла, порчи прическовой не обнаружила и ушла.
В шесть утра гадина заявилась окончательно, с толпой слуг, наложниц, евнухов и целителей. К
Мы с Блондей уже было занервничали по поводу того, что эти заточенные под определение количества мужиков у женщины костоправы сейчас просекут всю подмену, но боялись зря – измерения пульсов не последовало, начались банальные пытки иглами.
И куда только их не совали… разве что под ногти не стали.
После этого Алкеста с трудом поднялась с кровати, сделала шаг, пошатнулась и рухнула.
- Ваше высочество, вы переутомились, - промурлыкала таким тоном, что сходу стало ясно насколько это «переутомление» было запланировано, пропела вдовствующая. - Полагаю, вам стоит принять ванну и отдохнуть еще несколько часов.
Судя по взгляду Алкесты, тут некоторым требовалось не отдохнуть, а подохнуть, причем мучительно. Но решать было не специалистке Исинхая.
- С радостью приму ванну, ваше величество, - сдержанно ответила Алкеста.
Так что ванна с лепестками роз в полной мере досталась мне. И, возможно, лишь именно поэтому я заметила одну странность - внезапно вода в широкой круглой бадье пошла рябью. Это… насторожило. Оглядевшись, я заметила, что точно так же подрагивает вода в ведрах, в тазу который приготовили для того, чтобы ополоснуть мои волосы. И даже пыль в воздухе, заметная в свете солнечных лучей, тоже повела себя странно.
- Что происходит? - напряженно спросила Блондя, нервно перейдя на гаэрский.
«Они разбудили дракона» - почему-то вспомнилось мне.
«Драконов не существует, - подумала нервно».
Но мысль, которая по идее должна была успокоить, вообще никак не успокоила. Я сидела в теплой ванне, видя, но, совершенно не ощущая дрожь земли, и чувствовала абсолютно иррациональный страх. Почему-то в груди росла уверенность, что вчера Эрих принял какое-то совершенно невозвратное решение.
Мои слова - «Ты сделал все правильно, Эрих, ты вернул меня к реальности. Мне, в данный конкретный момент, тяжело, конечно, но когда-нибудь потом я обязательно поблагодарю тебя за это».
Его слова - «Ты тоже вернула меня к реальности»...
Почему у меня такое ощущение, что я совершила что-то чудовищное? Даже не так, я подтолкнула Эриха к совершению чего-то чудовищного.
«Никто не посмеет тебе вредить. Никто. Ты у меня сильная, упрямая, своевольная, никогда не отступающая и не сдающаяся, но ты лишь девушка. Моя милая, нежная и ранимая девушка. Я знаю, что ты можешь многое, я знаю, что ты способна постоять за себя и не только. Но так не пойдет, Мелани. Больше никто не посмеет тебе вредить. Никто и никогда»…
Вроде всего лишь слова, но почему так тревожно на душе?!
- Что-то не так, - напряженно произнесла Блондя, - я чувствую вибрацию, но каким-то внутренним шестым чувством, все остальные не задействованы. Нервирует.
А меня пугает. Очень. И пугает все сильнее с каждой секундой.
«Эрих…» - взволновано позвала я.
«Все… хорошо», - почти сразу ответил он.
«Эрих, что-то не так, - молчать я не стала. - Что-то совсем не так, я же чувствую».
А ответом было едва различимое:
«Я люблю тебя»…
И тишина.
- Так, мы идем к Эриху, - решительно поднимаясь из воды, заявила я.
Блондя молча подала полотенце.
Я решила, что сегодня одеваться буду сама, потому что обстановка нервировала и стоило поторопиться.
***
Сердце билось все быстрее, паника накатывала, я нервничала, служанки медлили, наложницы подавали одеяния изысканно и грациозно, но адски медленно, и я… нервничала все сильнее. Да меня уже просто трясло!
В какой-то момент инициативу перехватила наложница Эстер, под нее подстроилась Блондя и дело пошло быстрее. Ровно до того момента, как мне подали верхнее платье. Блондя, не став церемонничать, присела передо мной и быстро пересчитала количество напяленной одежды - тканей было семь слоев. Наплевав на возмущение свиты, агент молча стащила с меня одну из нижних юбок. Когда один из евнухов попытался помешать, получил удар в горло и присел отдохнуть там, кровью похаркать и все такое. Остальной прислуге пришлось смириться с текущим положением дел.
Из комнаты я вылетала, несмотря на убогие туфли и неподъемные наряды, но едва выбежала, столкнулась с гребанными наставниками.
Двенадцать идиотов в идиотских шляпах с подвязочками под бородами, у каждого она была хоть и жиденькая, но очень длинненькая. Сильно подозреваю, что длина бороды тут была чем-то вроде предмета гордости.
- Время утренних занятий, - с поклоном сообщил мне самый тощий из них.
Может урыть на месте и не париться? Реально, а что я теряю?
Но тут из бокового прохода выметнулся евнух с фарфоровым блюдцем и мне напялили его на голову с такой сноровкой, что я заподозрила наличие самоубийственных намерений у всех окружающих.
- Главное качество женщины? - елейным голоском вопросил наставник.
Мне очень хотелось выругаться, но я ответила:
- Добродетель.
И двинулась к выходу из дворца, не разбивая блюдца, водруженного на мою многострадальную голову.
Ошарашенные правильным ответом наставники, попереглядывавшись, и в полусклоненном положении поспешили за мной.
- Что включает в себя добродетель в кратком изложении? - новый вопрос.
Ну прямо как на экзамене себя почувствовала.
- Смирение, трудолюбие, послушание.
И выдала я все это, даже не задумываясь. Нехило так.
- Что включает в себя добродетель в полном изложении? - подобострастно вопросил второй наставник.
- Учтивость, почитание, смирение, мягкость, сдержанность, служение.
Вот, подавитесь!
И тут я различила шелест листьев на деревьях. И пропади я пропадом, но это не от ветра явно было. А следом дрогнула и земля.
Эрих, да что же ты творишь?!
И блюдце с головы я чуть не обронила, удержала равновесие лишь в последний момент.
- Обязанности женщины? - третий наставник. - Краткий вариант.
Убивать! Вот я бы начала с тебя, козлобородый, и на тебе бы не закончила.
Но мне сейчас было как-то не до убийств, я совсем не за себя боялась.
- Добродетельное поведение, нравственность, долг, смирение, сострадание к нуждающимся, соблюдение этикета, ежедневное самосовершенствование, служение мужу и родителям мужа, ведение хозяйства, учет расходов, приготовление пищи, рукоделие, прислуживание мужу и родителям мужа. Выполнение супружеского долга, рождение детей, истинная верность умершему супругу. Выполнение всех религиозных обязанностей, соблюдение траура, приношение религиозных жертвоприношений.
Судя по всему, подобного ответа они не ожидали вовсе. Или наставники вчера обучали Алкесту чему-то кардинально неправильному, и сейчас слегка не врубались, откуда у меня взялась достоверная информация, или они поняли, что не на ту напали, и им хана, галактического масштаба. В любом случае наставники пришли в замешательство, не найдя в себе сил ни возразить, ни похвалить. Я же дошла до конца коридора, молча двумя руками сняла чашу с головы, отдала евнуху и ринулась к мужу.Входные двери распахнула сама, ждать пока для меня это сделает стража не стала.
Выйдя на террасу, нервно глянула на покрытые гравием клумбы - гравий подрагивал. Едва заметно, но я десантник, я такие вещи вижу. Четыре месяца службы на планете, где из-под земли выныривают десантниковожрущие черви с клыками, титан разгрызть способными, и не такому научишься. Но то, что происходило сейчас, определенно было раз в миллиард страшнее любых видов десантниковопожирающих созданий.
Я на миг прикрыла глаза, прижав руку к груди, и сходу поняла, куда идти. Просто почувствовала.
- Ваше высочество, утреннее чаепитие! - попыталась произвести сдержанную попытку громкого крика наложница Миртен.
Но ну его к нестабильной плазме - я подхватила юбки и сорвалась на бег.
И где-то на этом моменте странности обратились конкретными неприятностями!
Две наложницы, спешившие в направление дворца, схватились одна за пиалу с чаем, вторая за спрессованное из теста печенье, и начали это жрать, заталкивая в себя явно не по собственному желанию. Я было замедлилась, в ужасе глядя на их марионеточные движения, но с дерева у дорожки рухнул евнух в черном и принялся самоубиваться ножиком! И полный атас на этом не закончился – служанки, начищавшие перила дворца мыльным раствором, это самое мыло начали заглатывать. Садовники, сажающие цветы - жрать их. Часть бегущей за мной свиты - валиться на землю с различными степенями повреждения, причем у кого-то слоями сходила кожа, у кого-то ломались конечности, а один лекарь начал засовывать в себя иглы из лекарского набора.
- Кккэп, какого викрианского глиста происходит? – Блондя мой темп бега выдерживала легко, все же спец агент как-никак.
Я не смогла ответить.
Не смогла и все.
Вокруг меня падали, причиняя себе вред различной тяжести люди, и учитывая, что ничего смертельного он не делали, можно было предположить, что все это… предназначалось мне. В той или иной степени, но мне.
«Больше никто не посмеет тебе вредить. Никто и никогда. С меня хватит. Они разбудили дракона!»
Эрих! Эрих, твою мать, что же ты делаешь?!Додумать на эту тему не успела – на дороге впереди показалась Гвен.
Гаракхай, как и всегда блистала, демонстрируя всем женщинам этого мира превосходство Танарга даже в вопросах стиля и осанки, но вот то, что она пыталась сделать – было странно.
За ней, как и полагается, следовала свита, однако вместо того, чтобы придерживать юбки, как полагалось знатной даме, Гвен придерживала поднос с чашкой чая, прикрытой фарфоровой крышечкой. И держала она это исключительно благодаря железной силе воли. И то – одна рука уже потерпела сокрушительное поражение, и потому второй рукой Гвен сейчас не позволяла первой руке выдержать содержимое чашки.
- Что там? - я остановилась, отдергивая юбки.
Гаракхай увиливать не стала, и ответила прямо:
- Настой, предотвращающий твою беременность. Приказ твоего, чтоб его, отца. Мелани, я тут подумываю подать на развод, и заграбастать себе все права на тебя. Что скажешь?
Что тут сказать?
- Забей на настой, у меня вшита капсула, я еще как минимум полтора месяца абсолютно бесплодна.
- Тьфу ты, - и Гвен с чистой совестью швырнула подносом с чашкой в кусты.
В кустах кто-то взвыл.
- Раньше сказать не могла? - возмутилась мать.
- Ты не спрашивала, - резонно сообщила ей. - Ко всему прочему у тебя, как у моей «матери» по идее должен быть доступ к результатам моего осмотра в медцентре на Танарге.
- Хм, а это мысль. Пошла узнаю детали. Если удастся доказать, что Олидрад плохо заботился о своем ребенке, я его всех родительских прав лишу за пару суток!И она ушагала в одну сторону, подавая всем пример идеальной плавной летящей и гордой походки, а я ломанулась в другую, совершенно не заботясь о том, как все это выглядит со стороны.
А потом, прорвавшись через заросли камыша, перебежав полукруглому мостику какой-то пруд, миновав два хоздвора, где узреть кого-то не в одеждах служанок никто явно не ожидал, я выскочила из-за угла и остановилась, чувствуя, как сердце рвется из груди.
Эрих был там.

Глава 17

В этом павильоне Эрих смотрелся одновременно и чуждо и так естественно. Темные слегка растрепанные волосы, чуть ниже ушей. Высокий стоячий воротник расстегнутого черного жесткого пальто. Черная рубашка под горло. Черные перчатки. Черные брюки. Широкая черная пряжка черного пояса. Бледное лицо, и нос заострился как никогда. Никаких украшений. Никаких компромиссов. Никаких полумер и полутонов. И прямой жесткий непримиримый взгляд на того, кто смотрелся совершенно иначе. Принц Нгоэн – летящие, колышущиеся на ветру белые одеяния, черные волосы идеально-гладкие почти до пояса, широкие плечи, сложенные за спиной руки, с небанальным веером, хотя кто его знает, может у них тут так принято было, и чувство растущего между этими двумя напряжения, которое можно было кромсать на фрагменты и там это, оружие нового поколения из него сооружать.
А затем раздались тихие слова принца.
- У совершенного тобой нет оправдания.
Эрих… промолчал.
- Ты предал свою семью, - произнес Нгоэн.
Сейчас он казался старшим братом, мудрым, сильным, уверенным. Эрих по сравнению с ним казался мальчишкой и был на полголовы ниже, да и в плечах поуже, несмотря на все тренировки Тамрана. Хотя может это белые одеяния Нгоэна такой эффект создавали, атом его знает.
И атом знает, что там сейчас между этими двумя происходило.
Но происходило… что-то основательно.
- А была ли у меня семья? - тихо спросил Эрих.
И по его губам скользнула горькая усмешка, за которую лично я готова была убивать всех и вся, только бы… Эриху не было больно.
Нгоэн как-то распрямился еще сильнее, чем был. И в плечах тоже неуловимо стал шире. И в целом мне его поведение очень не нравилось, зря оружие с собой не взяла.
- Ты полагаешь, что не было? Я покровительствовал тебе с самого детства, - холодно и свысока произнес Нгоэн. - И никогда ничего не просил за это.
- Да, - согласился Эрих, - ведь ты, как истинный сын своего отца, не мог не знать, что в один далеко не прекрасный день, я стану единственным гарантом твоей жизни. И ты виртуозно использовал меня, устроив все таким образом, что это я предложил помощь, и это я настоял на том, чтобы встать на твою сторону. Так что просить не пришлось, я сделал все сам. Ты лишь аккуратно подтолкнул меня к верному решению, не так ли?
Подобного принц определенно не ожидал.
Вероятно, Нгоэн считал, что он выдержал удар с невозмутимым достоинством. Возможно, со стороны Эриха все так и выглядело, но ко мне принц стоял спиной, и я видела, с какой силой он сжал свой веер. Но мне было как-то плевать на эмоции Нгоэна, в голове пульсировала фраза Эриха «Ты тоже вернула меня к реальности».
И гори все в нестабильной плазме, и я понимала, что Эрих сейчас прав, да и с принцессой Аю права уже я, но… менее всего я хотела бы вернуть Эриха к такой реальности. Потому что сейчас ему было… больно.
- Моя мать – стала тебе матерью, - выплевывая с яростью каждое слово, произнес принц.
- Ммм, - усмехнулся Эрих, и жестко добавил, - что ж, она это продемонстрировала в полной мере, едва я доверил ей самое ценное, что у меня есть. Единственное ценное, что у меня есть. И если таковы поступки настоящей матери, то я предпочту остаться сиротой.
Нгоэн продолжал хранить невозмутимость, но веер в его руках затрещал и треск был слышен.
- Аю… Моя гордая Аю, - принц почти задыхался от ненависти, - стала тебе сестрой.
Эрих усмехнулся, сложил руки на груди и спокойно ответил:
- Сестрой? Серьезно? Ну что ж, тогда впору заговорить об инцесте, ведь моя, как ты говоришь «сестра» каким-то невероятным образом стала претендовать на положение моей жены.
А Эрих был крут!
Я прямо такой прилив гордости ощутила.Еще немного и пойду рисовать плакат «Эрих крутой, ты мой герой!». Кстати, у меня теперь свита есть, так что мы можем много плакатов организовать и по всему дворцу развесить, так скажем - правильно расставим приоритеты.
- Что ж, - медленно, по слогам произнес Нгоэн, - я вижу разговаривать бессмысленно. Ты до безумия ослеплен страстью и любовью к своей женщине, это простительно, возможно.
От очередной усмешки Эриха у меня немножко сильнее сердце забилось - красивый он у меня все же. Самодовольный, наглый, нахальный, коварный, носатый, вредный… но такой шикарный, смотрела бы и смотрела.
- Что ж, возможно, ты прав, разговаривать со мной уже бессмысленно. Особенно тому, кто напал на мою женщину.
И вроде сказано было с некоторой даже ленцой, но в воздухе почувствовался привкус смерти, а веер в руках Нгоэна с треском сломался надвое.
- Ты не посмеешь! - кажется, вовсе не заметив случившегося с веером, прошипел Нгоэн.
И тут Эрих сделал шаг.
Он все так же был ниже и стройнее величественного белого принца, но вместе с ним словно шагнула сама реальность, сдвинулись тектонические плиты, сгустились тучи.
- Я не причинил бы ей вреда, она усилитель! - Нгоэн устоял на месте, но он нервничал.
- Ты. Причинил. Ей. Боль! - еще шаг, и тут мне как-то тоже не по себе стало, потому что… Эрих был страшен.
А его глаза – через них смотрела, словно сама смерть.
- Ты. Пролил. Ее. Кровь! – слова, от которых пробирало до дрожи.
И Нгоэн дрогнул.
Резко отшатнувшись назад, он выставил ладонь, четко вертикально вверх, не просто загораживаясь от определенно смертельной угрозы, но и судорожно планируя нанести ответный удар.
- Эрих, опомнись, - нервно потребовал «старший брат».
- Нгоэн, ты, кажется, так и не понял, - спокойно произнес Эрих. – Я уже именно это и сделал. И опомнился, и одумался, и оценил ситуацию. У меня не было семьи, Нгоэн, ее никогда не было. Я цеплялся за то, чего не существовало и я, наконец, это осознал. Но ты заплатишь мне не за это, я был идиотом, так что виноват сам. Но за ее боль, и за ее кровь - ты заплатишь. А если Аю тебе действительно дорога - держи ее подальше от моей женщины. Потому что за свою женщину я буду убивать без жалости и сожалений. Все понял?
Боженька, о котором вещал сержант Страйк, с кем я связалась?
«Со мной, - ответил мне вовсе не боженька. - Давно там стоишь?»
«Да не особо, - почти не соврала даже, - но если ты уже закончил творить из мужика невротика, то можно я уже обниму тебя хоть ненадолго. А потом так и быть, пойду малевать пошлые транспаранты на тему того, как ты крут».
«Предпочту объятия, - высказался о своих предпочтениях Эрих».
Ну, сам выбрал.
И придерживая платье, я быстро потопала к нему. Но уже где-то с момента, как поднялась в мраморный павильон, сорвалась на бег, игнорируя и стоящего тут принца в белом, и настигнувшую меня свиту, и вообще всех вокруг, и с разбегу поймалась в нежные крепкие объятия Эриха. И гори все оно синим пламенем, я за этого мужика уже не только умереть готова, я с ним еще вполне и пожить могу, он шикарный.
«Ну и какого ты меня разыскивала?» - поинтересовался этот шикарный.
«По поводу разбуженного дракона перетереть пару вопросов», - раздражено ответила ему, уткнувшись носом в тонкую полоску между воротником рубашки и подбородком.
Дожилась вообще, у меня уже такой недостаток окситоцина образовался, что я готова заменить обнимашки на прикосновение самым кончиком носа. Подумала, решила, что наглеть так наглеть и прижалась носом сильнее, вдыхая запах самого любимого мужчины. И только сейчас поняла, насколько мне не хватала его запаха, его присутствия, и вообще его. И сто пудово уверена, что Удав прав - мне будет тяжело жить ради Дагрэя, просто Удав практически всегда прав, но с другой стороны, катись все в плазменное пекло - я не хочу жить без Эриха, не хочу и все. А еще… я не хочу, чтобы ему было больно. Кажется, я поняла что он имел ввиду вчера ночью - боль любимого человека ощущаешь в сотни раз сильнее собственной, и это убивает, тупо мучительно убивает.
- Ваше высочество, вы нарушаете этикет! - послышался возмущенный голос вдовствующей повелительницы.
Черт, этикет гребаный. Ненавижу все эти правила, но если я хочу стать его женой и по местным законам, то…
И тут Эрих взял и обнял меня сильнее. Сжал так, словно я его единственная опора во всем этом проклятом мире. Единственная константа. Вообще единственное, что имеет значение.
Одно движение вместо тысячи слов… и мне больше ничего не было нужно.
Чуть отстранившись, взглянула в его сейчас почти черные глаза с едва уловимым темно-серым ободком, который почти терялся в сумраке отчаяния моего мужчины. И мысленно сказала:
«Не будет никаких «после», я останусь с тобой. Навсегда. Прости за дурацкие мысли и решения».
И темнота в его глазах начала рассеиваться. Не знаю, как это работало, но темнота медленно возвращала привычный серый оттенок его удивительным глазам.
«Что-то типа присяги?» - он понял все, но попытался обратить в шутку, титаническим усилием предоставляя мне шанс к отступлению.
Заботливый он у меня… гад.
«Клятва, - серьезно ответила, все так же не отрывая взгляда от его глаз. - Моя тебе клятва».
Он судорожно сглотнул, глядя на меня почти с неверием в то, что услышал.
«Просто пообещай мне только одно, - я прикоснулась ладонью к его щеке. - Пообещай, что тебе больше не будет так… больно».
Закрыл глаза.
Вдохнул всей грудью, выдохнул. Открыл глаза, посмотрел на меня, и мысленно произнес:
«На спутнике я пытался договориться снова и снова, ты видела».
Видела, да, и я бы так не смогла, а Эрих умудрялся как-то пытаться договориться с теми, кто пытался его убить, причем не раз. Но он наступал на горло своей гордости, и продолжал вести дела посредством дипломатии.
«Да, - подтвердил, с нескрываемой горечью. – Тогда я не видел другого выхода, но я видел твой взгляд и в нем была… жалость, Мелани».
«Да жалко тебя было, - не стала отпираться. - Серьезно, хоть из нас двоих к убийствам склонности все же больше у тебя, но у меня нет и сотой доли твоего терпения. Я бы перестреляла их вообще без особой жалости, а ты пытался договориться. Эрих, в моей жалости, была и изрядная доля восхищения, мог бы и заметить, раз ты такой замечательный».
Улыбнулся.
Потом улыбка исчезла.
«Но из нас двоих ты была права – стоило сразу всех перестрелять, - вот так прямо и конкретно».
Я провела пальцами п его щеке, прижала ладонь чуть сильнее и спросила:
«Что произошло?». Он не хотел отвечать. Не хотел, но видимо я для него стала чем-то большим, чем вообще все во вселенной.
«Аю, - мысленный стон, ощущение боли в его груди, которая отозвалась болью и в моей. - Ты заставила меня увидеть истинное лицо Аю».
Плазма нестабильная, вот нахрена вообще спросила о ней?! Надо было забить. В смысле Аю эту, забить чем-нибудь там, тем более выбор инструментов для забивания наличествует отменный - камни там, палки, деревья, принц Нгоэн в конце концов. Забила бы я ее, вообще без проблем.
- Ты неисправима, - произнес вслух Эрих.
Но на его губах появилась пусть и слабая, но все же улыбка.
А затем, отпустив меня, Эрих отошел на шаг, церемонно поклонился и не менее церемонно произнес:
- Ваше высочество Мелания, вы не откажетесь прогуляться со мной по саду в это дивное утро?
«Ммм, про этикет вспомнил», - догадалась я.
Молча кивнул.
«Нахрен вали со своим этикетом!» - высказалась я по поводу всего происходящего.
Дальше было дело техники:
- О, моя голова! О, нога подвернулась! О, мне нехорошо! О, меня истыкали иглами с утреца пораньше! О, шея затекла! О… Седьмой архонт, вы не ранены?
- Нет, - ответил Эрих, и его улыбка становилась все шире.
- В таком случае, не соблаговолите ли вы понести меня на руках? Подустала, знаете ли, после всех испытаний.
Эрих чуть склонил голову, больше из желания скрыть усмешку, нежели проявить почтение, а затем, шагнув ко мне, подхватил на руки.
Рывок, сильные руки нежно прижали меня к твердой груди, порыв ветра и мы реально взлетели прямо с места в карьер, в смысле вверх. И, кажется, я поняла, зачем им тут под платьями штаны нужны – когда тебя вот так вот по небу таскают, в любом другом одеянии все ноги на показ были бы, прямо до самых неприличных мест.
***
Мы взлетели и зависли над всем дворцовым комплексом, и Эрих медленно повернулся, позволяя мне увидеть все с высоты птичьего полета. Птицы тут кстати тоже летали, и вот они были слегка смущенны нашим появлением, но нас это вообще не смущало.
- Ты на дворцовый комплекс смотришь, или на меня? – с улыбкой спросил мой архонт.
- Да что я, дворцов не видела что ли? – хмыкнула насмешливо.
На него я смотрела. Исключительно на него. По сравнению с ним все эти дворцы мелочь существенная.
- По сравнению с тобой тоже, - и Эрих посмотрел на меня, уже совершенно серьезно.
Несколько ударов моего сердца и его тихие слова:
- Если ты захочешь уйти от меня - я пойму и приму твой выбор.
И я задохнулась.
От его слов, от того что они значили, и от того, что больше он не был для меня тупым тайремским аристократом с проблемами на почве самовлюбленности, вседозволенности и безнаказанности. Таким он не был. И, похоже, таким он не был вообще никогда.
- Никогда, - тихо подтвердил Эрих. - Но мне хотелось было бы быть тем, кем ты сочла меня при нашей первой, второй и даже третьей встрече. Мне хотелось бы этого, правда, но я не такой.
- А жаль, было весело, - улыбнулась я.
- Очень, до тех пор, пока ты не ломанулась на Деран, - улыбка с его губ исчезла.
Тихий вздох, и слова которые мне не хотелось слышать он произнес вновь:
- Если ты захочешь уйти от меня - я пойму и приму твой выбор.
Долбанный глюченный навигатор.
- Я услышала, - глупо было бы изображать проблемы со слухом. - Но раз ты это сказал, я обязана ответить тем же: Если ты захочешь уйти от меня - я пойму и приму твой выбор.
- Никогда! – резко и не задумываясь, выдохнул Эрих.
Искренний ответ, прямой и искренний. Он ответил, даже не задумываясь, и гори оно все синим пламенем, сомнения там, сожаления, и все прочее, но я тоже сказала правду:
- Я сильная и справлюсь со всем, я же из десанта, мы не сдаемся, мы выживаем везде, всегда и при любых условиях, ты знаешь.
- Знаю, - подтвердил напряженно.
- Но когда я подумала о том, что сделаю это просто очередным выполнением боевой задачи и уйду… Мне будет сложно жить с тобой, Эрих, но без тебя жить будет просто невыносимо и я не знаю, как я это вынесу – жизнь без тебя.
Он судорожно сглотнул, глядя на меня так, что даже как-то неловко стало.Я даже смутилась… слегка так. Так что, перешла к делу, начав видами на дворцы любоваться.
- Так что там у нас с пробуждением дракона?
- А что ты успела увидеть? - вопросом на вопрос ответил Эроих.
Гад он, излишне носатый.
- Аномалии в природе, чем-то сходные с глубинным землетрясением, но это точно были не свихнувшиеся тектонические плиты. Аномалии в поведении людей на территории внутреннего дворца. Откровенный страх принца Нгоэна. Полагаю, ты решил защитить меня, но методы, если честно… - я взглянула на моего бледного архонта, - пугают.
- Это все? - ровный вопрос.
- Могу приступить к построению выводов, но предпочла бы услышать все от тебя, - честность мое все.
Эрих кивнул, принимая просьбу, помолчал, и, глядя вдаль, ответил:
- Ты была права, я не седьмой архонт, я - первый. И по происхождению и по силе. И права на престол Тайрема принадлежат мне.
- Нихрена себе я умная, - сказала, откровенно говоря, с досадой. Взглянул на меня, улыбнулся. Мгновенно решила, что быть умной круто.
- Забавно, - все так же улыбаясь мне, произнес Эрих, - мной виртуозно манипулировали, мне с детства навязали чувство вины, меня заставили отказаться от своей силы, положения, прав, амбиций, используя веками отточенное искусство интриг. А один маленький прямолинейный и крайне симпатичный десантник, разрушил то, что плели сотнями лет лучшие умы не только Тайрема, но и Танарга. Счастье мое, ты даже близко не представляешь себе, что сделала.

Глава 18

- Так, тормози! - потребовала я.
- Голова закружилась? – издевательски вопросил Эрих.
- Типа того, высоковато забралась все-таки.
- И это мне говорит бывший десантник? Ты и не с такой высоты прыгала, - издевался он, да.
Напряженно посмотрев на него, не менее напряженно ответила:
- Эрих, я в принципе умная-то, спорить не буду, не дура точно, только… Я вдруг вот о чем подумала - ты ведь у нас единственный представитель ныне седьмого дома. Единственный, Эрих. И я так понимаю, твой отец стал жертвой все тех же манипуляций, интриг и тайремцы на всю голову пристукнутые ведают, чем еще. Но ты сам сказал, что отец был крайне аккуратен с оставлением потомства. У тебя, насколько я понимаю, детей тоже нет.
- Ты это к чему? - напряженно спросил он.
Развела бы руками, но они были заняты – за шею чужую держались.
- Я к тому, что у них численный перевес. Основательный численный перевес. А ты взялся защищать меня, не понимая, что от твоей смерти их уже ничего не отделяет. Соображай давай, безамбициозный мой. Ты - один. Наследников нет. И вот ты применяешь свою очередную суперспособность, чтоб тебя этими способностями, достал уже, аристократ чрезмерно нестандартный, и что-то мне подсказывает, что этим ты сходу поставил под удар себя.
- Это вряд ли, - сказал Эрих.
- Серьезно? - скептически переспросила. - Ну давай мыслить логически. Я так понимаю, родился ты лишь потому, что архонты хотели девочку от усилителя, я права?
Промолчал.
- Выжил ты потому, - я кивнула на дворец внизу, - что кое-кто, догадываюсь, что вдовствующая гадина, скрывала и оберегала тебя, чтобы в дальнейшем ты стал гарантом жизни ее сына, а так же гарантом ее положения.
Эрих промолчал.
Затем все же спросил:
- Как ты догадалась?
Пожала плечами на весу, неудобно конечно, но что есть то есть.
- А я умная, Эрих, - напомнила ему об очевидном. - Она вдовствующая повелительница, но вовсе не ее сын правит Тайремом. Зато у нее положение вдовствующей, власть и привилегии, позволяющие ее сыночку шляться там, куда остальным мужикам вход запрещен. Выводы напрашиваются сами собой. Ну и плюс в детстве ты ходил в белом. А для других архонтов, ты сам говорил, ты своеобразное «слепое» пятно, так что…
Эрих совсем помрачнел.
- Я куда-то не туда свернула, прости, - жалко его так было, но и основную мысль следовало донести. - Эрих, они избавились от всех вас, сильнейших. От всех, включая твоего отца, который в отличие от тебя способности развивал с детства, а не как ты – хаотично, судорожно и без знаний, поддержки, наставлений. Вообще сам, в одиночку. Догадываюсь, что нежелание развивать способности архонтов тебе тоже навязали, но не суть. Суть в том, что твои способности здесь, на Тайреме, твое слабое место. Потому что в области паранормальных способностей у них огромное информационное преимущество. И им хватило этого преимущества, чтобы практически уничтожить весь твой род подчистую.
Он промолчал, но молчание это было мрачным.
- У нас шаткое положение, - продолжила я. - С одной стороны Тайрем, и его архонтов я интересую как усилитель. Мерзкое чувство, но оставим это как факт и перейдем к следующим. Второе - это Гаэра. Я никогда не откажусь от служения родине, но Исинхай ясно дал понять, что в качестве твоей наложницы, я смогу добиться для своей страны большего.
- Нет! – мгновенно отрезал Эрих.
Не став высказывать свое мнение, продолжила:
- Но есть еще и Танарг. С одной стороны его поддержка нам сейчас необходима. С другой именно Танарг наш главный союзник в деле заключения брака. Но при этом Танарг сделает все, чтобы не допустить появления у нас детей, это, во-первых, а во-вторых, чтобы устранить агентов гаэры когда они появятся, а они появятся. Ну и еще Танаргу не выгодно ни твое возвышение, ни прекращение междоусобной борьбы за власть на Тайреме. Короче пока аристократы грызутся между собой, Танарг славно снимает сливки со всей твоей планеты.
Выражение лица у Эриха стало непередаваемым.
- А здорово ты летать умеешь, - и я мило улыбнулась ему.
Мой летающий, медленно произнес:
- В противостоянии с Тайремом мне глупо полагаться на свои способности архонта. В противостоянии с Танаргом - способности в плюс, но с технической точки зрения преимущества у них. А Гаэра то, что мне придется скрывать. Правильно все понял?
Молча кивнула.
И тут возле нас как-то очень технично нарисовался Нгоен. Принц, все так же в белом, с новым между прочим веером, завис в паре метров и величественно произнес:
- Архонт Дагрэй, ее высочество Мелания находится под защитой первого дома в статусе, не позволяющем вам находиться наедине.
- Так, а мы не одни тут, с нами птицы! - мгновенно среагировала я, раздумывая над тем, что это как-то ненормально, когда всяческие люди свободно себе летают без каких-либо вспомогательных средств.
Сплошное насилие над природой.
Эрих промолчал, но так как он меня держал, я его напряжение на собственной шкуре ощутила.
- Птицы - это не свидетели, - лично мне высказал Нгоэн.
- То есть птиц вы за людей не считаете, - догадалась я. - Жестоко. Защитников животных на вас нет!
На это его высочество мрачно возразил:
- Птицы – не животные.
Тут уж я окончательно не сдержалась:
- У вас по отношению к птицам что-то личное? Птичий расизм или как?
Поскрежетав зубами, Нгоэн произнес, уже обращаясь исключительно к Эриху:
- Не заставляй меня применять силу.
Я улыбнулась и послала мысленное «Заставляй».
«Не могу, у меня ты», - ответил Эрих.
«Роняй меня», - весело предложила.
Мы переглянулись. Эрих разжал руки и я полетела вниз. Ветер в ушах, ткань многочисленных юбок трепещущая на ветру, крики птиц и кайф, которого я давно не испытывала - все же есть в десанте что-то улетное, момент десантирования к примеру.
И сноровка, которая во время десантирования вырабатывается.
Нгоэн ринулся за мной, но в режиме свободного падения я была техничнее, и плавно ушла в сторону, скорректировав траекторию. Эрих явно так же имел нехилый опыт в этом деле, и потому подхватил, едва я покинула зону облаков. А зря, мне понравилось.
- Давай еще попадаем? – предложила ему.
- Давай, - согласился Эрих.
И стремительно прижался к моим губам…
Да, есть вещи поулетнее прыжков с высоты. Где-то почти сразу закружилась голова. Руки обхватили его плечи, пальцы левой руки скользнули к темным волосам, дыхание перехватило, и я даже не заметила, в какой момент мы оказались в облаке. Осознавать окружающую реальность начала лишь ощутив, что его плечи под моими руками мокрые совершенно. Того, что я вся тоже мокрая даже не почувствовала.Чуть отстранившись от его теплых губ, взглянула в потемневшие от страсти глаза и прошептала:
- Эрих…
Да, что-то мы увлеклись. Что-то вконец.
- Где Нгоэн? - спросила хриплым от помутнения гормонов голосом.
Дагрэй на миг прикрыл глаза, прикинул и ответил, вновь взглянув на меня:
- Ловит нас над дворцовым комплексом.
То есть за голограммами гоняется.
- Пусть ловит, - решила я.
И рывком прижалась к губам Эриха снова. Обжигающее дыхание, неистово бьющееся сердце, напрочь мокрые платье и юбки и чувство удивительного единения с тем, кто становится нужнее и важнее с каждой секундой.
Потом в нас чуть не врезались птицы. Они бы врезались, но Эрих перехватил в полете обеих за крылья, и отпустил, сместив с траектории полета.
А потом появился Нгоэн. И если кто-то здесь и смутился, то это был он. На с Эрихом всяческие Нгоэны в принципе интересовали мало. К тому моменту Эрих уже поддерживал меня где-то на уровне середины бедер, а я обнимая его за шею, самозабвенно продолжала целовать самые красивые губы во вселенной, стараясь примириться с внушительным размером носа.
- Может все-таки ринопластику? - поинтересовалась, пытаясь перевести дыхание.
- Ты уверена, что хочешь поговорить сейчас об этом? - спросил он.
Пожала плечами, подумала, что нос как нос, потом обсудим, и снова прижалась к его губам.
- Гхм! - напомнил о своем присутствии Нгоэн.
И в него полетела шпилька. Моя. У Эриха руки были заняты, ему меня держать приходилось, а вот у меня простор для маневров имелся.
- Сочту это… подарком! – хрен его знает как перехватив то, что было направлено прямо в левый глаз, процедил принц.
Ну я ему второй подарок отправила, чтоб не скучал, пока нормальные люди нормальной выработкой окситоцина заняты.
И тут где-то рядом громыхнуло. Сначала молния была, потом грохот. Но гром это мелочи, а вот попасть под удар молнии меня как-то не впечатляло.
- Спускаемся, - приняла я волевое решение.
И мы рухнули вниз. Потом в беседке, той самой черной, я сидела на коленях у мокрого насквозь Эриха, который закутал меня в свой оставленный здесь и потому сухой плащ, и смотрела на тропический ливень. Мне было классно. Эриху было классно. Природе тоже было классно.
Немного раздражали, правда, присутствующие здесь же в беседке принц, вдовствующая повелительница, два десятка слуг, евнухи, стража, и вся моя свита, которую оставили мокнуть под дождем, а все остальное меня вполне устраивало.
- Ты почти перестала меня бояться, - прошептал, касаясь губами моего уха Эрих.
- Почти, - согласилась я, устраивая голову на его плече.
И старательно не замечая присутствующих. Вообще вот какого навигатора они тут присутствуют.
- Осталась минута! - прошипела вдовствующая повелительница. Продолжая игнорировать ее разукрашенное золотом величество, я тихо спросила у Эриха:
- А почему мы раньше так не сидели вместе?
- Да по разным причинам. То ты отказывалась, то я опасался тебе навредить, то нас пытались убить.
- Да, нескучно живем, - была вынуждена признать.
Тихо рассмеявшись, Эрих с силой прижал к себе и прошептал:
- Мне досталась самая невероятная девушка во всей вселенной. Люблю тебя.
- Я тебя, - ответила, чувствуя, как от счастья замирает сердце.
- Время вышло! - обломала весь кайф вдовствующая. - Ваше высочество, проследуйте в цветочную беседку!
Молча показала ей самый неприличный из всех жестов.
- Это… что? - переспросила гадина.
- Я вам позже… дам пояснения, - ответствовал ей принц.
- Да вы не отказывайте себе в общении с матерью, идите, поговорите по душам прямо сейчас. Зачем откладывать на завтра то, что можно сделать после завтра? - язвительно предложила я.
И снова обняла Эриха. Не хочу уходить. Не хочу оставлять его одного. Не хочу оставаться без него…
И атом его ведает, чем бы все это закончилось, но тут Блондя произнесла:
- Ваше высочество.
Мгновенно выпрямившись, нашла ее взглядом и поняла, что что-то не так. Вообще не так. Блондя стояла под дождем, как и все торжественно намокая, но судя по дыханию она только что подошла. И вообще сюда бежала. Что-то не так с Алкестой?
- Извини, - сказала я, быстро слезая с колен Эриха.
Он отпустил нехотя, но все же отпустил.
Плащ я сбросила ему же на колени, обувь уже на пороге, а дальше рванула в сторону дворца вдовствующей практически не оглядываясь. Блондя уверенно держала темп рядом, сказывалась отличная физическая подготовка. Остальные безнадежно отстали.
***
Алкеста обнаружилась в тайной комнате, но вовсе не на кровати – обхватив живот, спец Исинхая лежала скрючившись на полу и почти выла. Рядом валялись капсулы с обезболивающими, уже пустые. И от количества анаболиков плохо стало мне - я бы такой дозы чисто физически не потянула.
- Оставайся снаружи! - сходу приказала Блонде.
И захлопнула дверь, отрезая нас с моей сильно потрепанной копией.
На то чтобы связаться с Кэлом ушло около минуты, в это время я судорожно перебирала мобильные системы медкапельниц, которые оставил Эрих. Физраствор и глюкоза с витаминами в основном, но были и те, что спасали в случаях отравлений. Однако я не была уверена в том, что Алкесту отравили.
Кэл подключившись, мгновенно среагировал.
- Слизистые? – было первым вопросом.
Быстро вернувшись к Алкесте проверила ее глаза и губы.
- В норме, бледности нет – ответила Коту.
- Пульс?
Проверила.
- Ускоренный.
Следующий вопрос был уже не мне:
- Алкеста, уровень боли от одного до десяти?
- Сто! - прохрипела специалистка.
Мы с Кэлом напряженно переглянулись.
Алкеста не новичок, и учитывая ее стаж в непростой профессии, к боли относилась вполне профессионально, а тут такой ответ.
- Это не яд, - решил Кэл.
Я ничего не решала, я сидела и ждала его решений. Потому что лично я понятия не имела, что сейчас делать. Кот же судорожно размышлял, просматривая попутно информацию на втором сейре.
- Алкеста, что у тебя с фертильностью?
- Сссс… скотина, - выдала специалист, явно не став озвучивать куда более впечатляющие ругательства, - мне семьдесят, ты не там копаешь, урод!
Кэл на «урода» не обиделся совершенно, и приказал мне:
- Проверь.
- Что конкретно? – не поняла я.
Мне молча указали взглядом на то, что надо было проверить. Я не поняла. Мне указали повторно. Я вообще ничего не поняла. Алкеста выла. Я поняла, что придется лапать другую женщину за самые интимные места, быстро поднялась, взяла перчатку, натянула, вернулась к специалистке, полезла под юбки и обнаружила кровь.
На эту самую кровь потрясенно уставилась сама Алкеста, перестав подвывать, и Кэл, заметно помрачнев.
- Ну, - помолчав немного, начал мой агент, - Алкеста, с возвращением в мир менструаций, гормональных скачков и вероятности забеременеть.
- Да пошел ты к… на… вместе… что б тебя… - дальше спец выдала такие словосочетания, что смутился даже Кэл, а его было непросто смутить.
Я так и вовсе осторожно стащила с руки перчатку, и сидела на полу, не зная, что теперь делать.
- Спазмолитики, - подсказал Кот.
Спустя три укола и одно успокоительное, Алкеста перестала пополнять наш список ругательств, и затихла, явно собираясь с силами, чтобы снова начать описывать наше невообразимо разнообразное эротическое будущее, в котором нас, по ее предположениям, должны были поиметь все, вообще все, Коту интим с целым военным крейсером напророчествовали. Прямо вот с самим кораблем, а не всей его командой.
Потом я перетащила девушку на кровать, устроила там, прикрыла, и посидела рядом, пока Алкеста проваливалась в совсем не нормальный сон.
- Мэг, у нас проблемы, - едва Алкеста отъехала, сказал Кот. - Они восстановили ей фертильную функцию. Я в принципе не представляю, как можно было провернуть подобное.
Я тоже себе подобное представляла плохо, как впрочем и последствия - мои менструации начались в двадцать пять и тогда же благополучно закончились, мир гормональных скачков меня не порадовал, так что я поступила как большинство военных – вшитая под кожу капсула и никаких проблем. Но пару месяцев пока подобрали подходящий лично мне препарат, пока тело подстроилось, пока все наладилось… Атом нестабильный, мне еще невменяемой на пару месяцев Алкесты сейчас не хватало.
- Вот твари! – высказалась в сердцах.
- Что б им с целым военным крейсером и по полной, - высказался все еще находящийся под впечатлением пожеланий Кэл.
Посидели, помолчали.
Я лично думала о том, что мне хана. У Алкесты и так характер не подарок, а теперь с гормональными скачками она и вовсе слетит с катушек.
- Если так прикинуть, то у нее через пару дней начнется овуляция, - задумчиво предположил Кэл.
- И чем это мне грозит? – напряженно спросила я.
- Ну… так лично тебе в целом ничем. Но всех индивидов мужского пола постарайся держать от нее подальше. Учитывая наблюдаемое, похоже… будет непросто.
Охренеть! Чем дальше, тем веселее!
- Я могу подобрать препараты, - сказал Кэл.
- Можешь, да, - кивнула я, - только мне их как-то нужно забрать. И сделать это так, чтобы Танарг не просек. И…
И тут я вспомнила о своем главном преимуществе - об Эрихе.
- Готовь все, - решительно поднимаясь, приказала Кэлу. - Затребуй у Исинхая дело Алкесты, у нас нет права на ошибку и времени на подбор нужных гормонов, так что…
- Сделаю анализ на основе ее медпоказателей, - сходу понял меня Кот. - А ты как?
- Да зашибись! – честно ответила я.
И отрубила связь.
Алкеста на моей кровати отрубилась тоже, и по идее проспать она должна была часа четыре, не меньше. Я вот только одного понять не могла - это они ей все процессы перезагрузили одним иглоукалыванием? А такое вообще возможно? Потом вспомнила, что мы на Тайреме, у них тут принцы и архонты наравне с птицами летают себе, так что… к сожалению, приходилось рассматривать факт невероятной вероятности. Во что я ввязалась вообще?!

Глава 19

Покидать тайную комнату пришлось в два приема. Сначала стремительно перемещаться в уборную, под прикрытием ширмы, которую таскала Блондя, потом сидя в комнатке для уединений, слушать информацию о том, что расстройство пищеварения это серьезно, и вдовствующая гадина непременно должна узреть результат того, что я нагадила. Вопрос неприкосновенности личных границ тут похоже вообще не ставился.
- Воды! - крикнула я.
Блондя, судя по звукам сдвинув с пути не одного человека, и даже не двух, ворвалась ко мне с бутылкой чистейшей танаргской воды. Почему-то посмотрела на белого друга, призванного сделать общение с природой теснее и полноценнее.
- Она еще там? – открывая бутылку, шепотом спросила я.
- Есть опасение, что они заменят унитаз обычным горшком, чтобы так сказать… контролировать отходы твоей жизнедеятельности, - напряженно сообщила Блондя.
- Потрясающе! Будем ходить и гадить Танаргу в самом прямом смысле данного выражения, - хоть плачь, чтоб его!
- Звучит неплохо, - вздохнула Блондя.
- Ваше высочество, как вы себя чувствуете? – громко воззвала вдовствующая восстановительных фертильных функций.
- Замечательно! Просто замечательно! Спасибо! За все, мать вашу! – выпалила в ответ.
И я бы добавила, но под осуждающим взглядом Блонди успокоилась, конечно. Ровно до тех пор, пока не вспомнила как должна, по мнению вдовствующей, гадины спать ночью!
У двери меня Блондя перехватила, она же и удержала и высказала очевидное:
- Кэп, у вас платье мокрое.
- А у Алкесты месячные, ей хуже! – прошипела я.
И да, попыталась успокоиться. Хоть как-нибудь.
- Ннннормально так, - потрясенно выдохнула Блондя.
Постояла, посмотрела на меня и спросила:
- Мы ей это спустим?
Вот, наш человек.
- Не, мстить будем, - решила я.
Блондя едва заметно улыбнулась. Я допила воду.
А потом мы пошли мстить.
***
Меня переодели в платье нежного сине-голубого оттенка, почти под цвет глаз, ну если я бы я линзы одела. В голову понатыкали шпилек тяжелых настолько, что умные волосы вполне себе задумались о покидании тупой головы. И все вот это под четким и неусыпным надзором вдовствующей повелительницы, которая старательно вглядывалась в некое место, все время пока я переодевалась, явно в ожидании реакции моего организма на крайне подлое вмешательство.
И она, и вся ее свита.
А когда тебе в панталоны пялится тридцать человек, удовольствие то еще.
- Ничего не болит? - вежливо в сотый раз поинтересовалась повелительница.
Шпилька которую я взяла чисто на посмотреть, хрустнула в моих руках.
- Нет, все чудесно, - пытаясь хоть как-то превратить озверевший оскал в милую улыбку, ответила я.
- Вот и замечательно, - заметно расстроилась гадина.
Промотала в воображении сто хрен его знает какой способ убийства этой сволочи. Немного отпустило. Служанки осторожно убрали в сторону сломанную шпильку, и продолжили заниматься моей прической.
- А мне идет, - задумчиво поделилась с окружающими. - Больно зверски, так волосы тянет, что сразу перестаешь думать о мужиках. И о постели.
Служанки замерли, потом напряженно посмотрели на вдовствующую, которая тоже слегка в лице переменилась. Но только слегка - приторно-вежливая улыбка, по моему скромному мнению, уже пристала к ее морде так, что хрен смоешь даже растворителем.
- О, только что вспомнила – девушкам положено носить волосы распущенными! - как-то очень вовремя «вспомнила» повелительница.
И мою многострадальную шевелюру распустили, чтобы присобрав пряди наверху, и в них натыкать заколок, так что теперь страдали уже не все волосы, а только часть. С ностальгией вспомнила славные времена переодеваний в скромную серую и неприметную переводчицу господина Эгвера. Как же круто изменилась моя жизнь с тех пор.
- Принцесса, - обратилась ко мне вдовствующая, - оставшись наедине с архонтом Дагрэем, вы вынуждаете нас поставить в равные условия и прочих… претендентов.
И тут я перестала вспоминать о славном прошлом и перешла к бесславному настоящему. Вдовствующая по идее могла бы мне этого и не говорить. Но она сказала. Вопрос заключается лишь в одном - «Зачем?».
Я посмотрела на повелительницу. Повелительница мило и покровительственно улыбалась мне. Судя по всему, со мной пытались договориться.
- Ваши условия? – прямо спросила я, сил на подковерные игры особо не было.
Улыбка вдовствующей золотоносительницы стала лучезарнее и мне сообщили:
- Мы можем сохранить в тайне от всех прочих ваши маленькие шалости. Так будет лучше. Для всех.
Угу, верю. Догоняю и снова верю.
- И для кого конкретно так будет лучше? - осведомилась я.
Осознав, что улыбаться бессмысленно, вдовствующая все равно продолжила данное неблагодарное дело, и высказала:
- От принца Нгоэна скрыть данный факт не представляется возможным.
Мне не представлялось возможным как вообще можно улыбаться еще лицемернее, но она сумела.Я посмотрела на повелительницу. Повелительница мило и покровительственно улыбалась мне. Судя по всему, со мной пытались договориться.
- Ваши условия? – прямо спросила я, сил на подковерные игры особо не было.
Улыбка вдовствующей золотоносительницы стала лучезарнее и мне сообщили:
- Мы можем сохранить втайне от всех прочих ваши маленькие шалости. Так будет лучше. Для всех.
Угу, верю. Догоняю и снова верю.
- И для кого конкретно так будет лучше? - осведомилась я.
Осознав, что улыбаться бессмысленно, вдовствующая все равно продолжила данное неблагодарное дело, и высказала:
- От принца Нгоэна скрыть данный факт не представляется возможным.
Мне не представлялось возможным как вообще можно улыбаться еще лицемернее, но она сумела.
Что ж, выбора особо не было.
- Как вам будет угодно, ваше величество, - вежливо ответила я.
- Правильное решение, ваше высочество, - еще более вежливо ответила она.
И улыбаться перестала. А я и вовсе не начинала.
На том и разошлись.
***
В Цветочной беседке шел дождь из лепестков цветов растущих рядом деревьев. Зрелище было волшебные – нежные бело-розовые лепестки на фоне яркой зелени. Непрекращающийся цветопад, словно из реальности я перешагнула куда-то в фантастическую нереальность. Но увы – вполне реальной фигурой тут был принц Нгоэн, ожидавший моего появления стоя лицом к пейзажу и спиной ко мне. Судя по тому, что вдовствующая отсюда поспешно и нервно ушагала едва я появилась, между сыном и матерью состоялся разговор. Нервозность повелительницы и напряженная спина принца свидетельствовали о том, что разговор был определенно неприятным.
Вся моя свита отступила от беседки на церемонные сорок шагов, а потом еще шагов на десять, почти скрывшись за ровными рядами деревьев, а мне была предоставлена возможность развлекаться как я того пожелаю – хочешь стоя, а хочешь сидя. Прямо все для меня.
Выбрала вариант «прогуливаясь» и прогулялась до края беседки. Она была прямоугольная, принц Нгоэн негодующе возвышался с северной стороны, я остановилась у западной, наслаждаясь видом полностью игнорируя его высочество.
Меня бы вполне устроило, если бы и он меня проигнорировал, но, увы.
- На вашем месте, я бы не был столь… категоричен в демонстрации вашего ко мне отношения, - холодно произнес принц.
Нагло проигнорировала не только свое отношение, но и его попытку завязать беседу.
- И я бы рекомендовал вам подойти, иначе… пропустите самое интересное.
Зацепил, признаю.
Подошла, остановилась шагах в пяти от него, и посмотрела туда, куда величественно взирал его высочество. И похолодела вся, вмиг!
Я так сразу и не разглядела ее среди кандидаток в жены, да и в танаргской форме она несколько терялась, а вот так, в традиционном тайремском платье девушки принцесса Аю была фантастически красива. Не так, как Кейсиди Морис, правда, но… тоже впечатляла. Особенно в таком нежно-розовом платье, под дождем из лепестков цветов, танцуя под тихую музыку. И ладно бы просто себе упражнялась в танцевальном искусстве, но, увы - с северной стороны Цветочной беседки имелась еще одна, протяженностью раза в три больше, и ныне полностью заполненная, я так понимаю, архонтами. Не знаю, что у них происходило до моего появления, но вот сейчас все сидели и взирали на изящно танцующую Аю, которой играла похоже вся природа, а не только одна музыка. И принцесса была сногсшибательна. А меня едва не свалил всего один, но убийственный факт – до моего появления Эрих, сидевший с другими архонтами, тоже смотрел на нее.
Теперь вот на меня, но это как-то не очень успокаивало.
«Ты и Нгоэн наедине?» - пришел мгновенный вопрос.
Я бы ответила. Я бы сейчас так ответила…
Но пришлось признать очевидное:
«Красиво танцует».
Убила бы, правда, а так да – красиво танцует.
«Ты с бутылкой вина в нашу первую брачную ночь – танцевала намного лучше», - я почти ощутила его нежную улыбку.
Вспомнила ту ночь, его взгляд, и подумала - вот как мы до такого докатились, а? Хорошо ведь все было. Да, нас периодически пытались убить, но справлялись же как-то.И вполне себе неплохо справлялись.
«Подстава не удалась», - вдруг сообщил Эрих.
«Мм?» - я оперлась на перила, вглядываясь в силуэты находящихся в другой беседке мужчин.
«Тебя расположили так, чтобы в просвете между зданиями ты была видна. Но сделано было так, чтобы едва ты появилась, все внимание оказалось обращено на Аю. Вдовствующая повелительница определенно надеялась, что ее дочь, словно луна, отразит часть твоего притяжения. Напрасно. Притяжение усилителя не отразить даже зеркалом».
Еще бы я хоть что-то поняла.«Ты самая красивая», - весьма по-своему объяснил Эрих.
«А ты не пялься на других красивых, а то, знаешь ли…» - продолжать не стала. Сложно продолжать, когда еще не определился с угрозами.
- Моя сестра с детства отличалась изяществом, - очень некстати обратил на себя внимание Нгоэн.
- Так любуйтесь, не стоит отвлекаться на меня, - раздраженно посоветовала его высочеству. Но принц взял и развернулся ко мне всем корпусом. На лице его негодование читалось прямо открытым текстом.
«Нгоэн негодует», - продолжила я общаться с тем, с кем действительно хотелось.
«С его точки зрения ты повела себя несколько… эммм… ну…»
«Ну?!»
«Своевольно», - выкрутился Эрих.
Хотя мы оба поняли, что он хотел сказать что-то вроде «распутно».
«То есть он на меня зол?» - ухватила я суть происходящее.
«На тебя сложно злиться, - уклончиво ответил мой архонт».
Посмотрела на Нгоэна – этот определенно любил сложные задачки и сейчас злился. Даже особо не скрывая этого.И вообще злой был. Злющий даже. Весь такой белый, ни разу не пушистый, и злой. Я невольно улыбнулась…
«Не нужно так делать», - мгновенно встрял Эрих.
Улыбка моя стала шире.
«Мегерой не будь!», - потребовал фактически муж.
«Мегерой была, есть и буду, - парировала я».
И с улыбкой начала созерцать танец Аю. Красиво девчонка танцевала, очень даже. Плавно так, словно цветок покачивающийся на ветру и волнах.
- Действительно изящный танец, - согласилась я со злым Нгоэном.
- Только глаз не оторвать от вас! – со внезапной яростью произнес он.
- Дам хороший совет - лучше оторвите. Не ваше, и заглядываться не стоит, - холодно ответила я.
Усмехнувшись, архонт тихо сказал:
- В таком случае, рекомендую вам последовать вашему же совету, и перестать смотреть на того, кто никогда не будет вашим.
Я испуганно взглянула на Эриха.
Именно в этот момент сработал какой-то механизм, и неизвестно откуда взявшаяся бамбуковая стена отрезала от нас и танцующую принцессу, и явно совет архонтов численностью мужиков в двадцать. И вообще мне как-то не по себе стало.
«Урою!» - внезапно выругался Эрих.
А раньше он до подобных выражений не опускался. Вот что значит со мной пообщался.
Развернулась к принцу, мило улыбнулась и не менее мило посоветовала:
- Самоубийство куда более гуманный метод лишения себя жизни, нежели попытки подкатить ко мне. Серьезно. Поверьте, то, что я спускаю Эриху, я не позволю более никому. Особенно вам.
- И что же во мне особенного? - вопросил Нгоэн.
Что ж, сказала как есть:
- Он считал вас братом.
Помолчав, тихо добавила:
- Боль, которую вы причинили мне - мелочи, я и не с таким сталкивалась. Но вот за ту боль, что испытал Эрих, вам придется заплатить.
И я подняла взгляд на принца. Принц неотрывно смотрел на меня. Вокруг беззвучно падали лепестки цветов, вдали шумел тростник.
Нгоэн, все так же неотрывно глядя на меня, едва слышно сказал:
- Примерно так сейчас, у вас остановится кровотечение и начнется овуляция. Несомненно, забеременеть в этот цикл вы не сможете, как впрочем, не смогу и я сегодня познать вас как женщину. И все же именно мне сейчас… будет весело.
- Твою мать! - потрясенно прошептала я.
Принц усмехнулся.
Затем сделав три шага, пересек разделяющее нас расстояние, чуть склонился ко мне, и прошептал:
- Бравому десантнику, я полагаю, будет весьма непросто умолять мужчину о близости. Особенно практически на глазах у того, с кем вы сегодня предавались разврату.
- Летала в облаках, - машинально поправила, кусая губы.
- Называйте как угодно - суть от этого не меняется, - отчеканил он.
Ну, не меняется, так не меняется, сам напросился.
Удар ребром ладони по шее принц пропустил скорее от неожиданности, чем от недостатка навыков в боевых искусствах, а потому лично для него было сюрпризом свалиться на пол в бессознательном состоянии. Что примечательно – Эрих бы не свалился. Даже если бы нападения не ожидал.
Я же, не дожидаясь пока его высочество придет в себя, торопливо переступила груду тайремских мышцев в белых хламидах, и теряя туфли рванула ко дворцу вдовствующей повелительницы. Если этот ублюдок был прав, то Алкеста сейчас проснется. Если Алкеста проснется в том состоянии, которое описал Нгоэн, я потеряю свой дубликат и рехнусь тут. Да и в целом, сложно представить, что может сделать обученная, но неадекватная Алкеста, в свои семьдесят получившая вторую молодость со всем причитающимся гормональным взрывом.
И тут я остановилась.
Прямо между свитой, что тихарилась в отдалении и беседкой, в которой пребывал бессознательный Нгоэн.
Семьдесят? Алкесте? Что-то не сходится!
Шагнувшей мне навстречу Блонде пришлось разворачиваться и мчать следом, по ходу дела вместе со мной вспоминая, где тут этот гребаный дворец повелительницы. И главное - так сразу и не вспомнишь.
Ммы мотались туда-сюда, пару раз наворачивая круги там, где вообще не надо было. Раз чуть не столкнулись с принцем, неизвестно каким образом, пришедшим в себя так быстро, и ушли от встречи, лишь резко свернув на другую дорожку. Но преимущество Нгоэна было в том, что эти места в отличие от нас он знал, а потому быстро соорентировавшись, принц внаглую перелетел на мост, который мы должны были пересечь в самом ближайшем будущем… секунд через сорок.Остановившись, мы с Блондей осознали, что повторное столкновение неизбежно.
Почти было расстроились, но тут обнаружили, что к тому же мосту церемонно направляется закончившая свой изящный танец принцесса. Не сговариваясь, решили что принцессу пора мочить. Нет, ну может Блондя и не решала, зато решила я, а кто у нас тут главный?
Торжествующе ожидающий меня на середине моста Нгоэн, вовсе не ожидал, что со спины к нему приближается Аю. Он в целом проявил излишнюю самоуверенность, даже руки держал за спиной, выражая всем своим видом нерушимость и несокрушимость. Ну так его никто сокрушать и не собирался.
- Чудесный танец, ваше высочество! - возопила я, делая бросок и минуя столп демонстративной самоуверенности.
До столпа дошло не сразу. Он потерял долю секунды, оглянувшись на сестру, и в этом была его ошибка - я успела проскочить, Блондя перехватить мой приказ, переданный жестами, и поставить подножку изящно шествующей принцессе. Я перехватила падающее тело, и перекинув через плечо, отправила белокурую деву прямиком в пруд, через который был переброшен мост. Нгоэн издал странный звук, как если бы это его швырнули с моста в воду, и ринулся спасать сестру.
А мы ринулись спасать весь этот дворцовый комплекс от Алкесты.Если, конечно, она Алкеста.
***

Глава 20

Во дворец мы ворвались без боя, потому что бой шел где-то позади него. И мы как-то сразу поняли, что опоздали.
- Помогите! - орал какой-то мужик.
- Насилуют! – добавил почему-то второй.
Как одна женщина может изнасиловать двух мужиков одновременно – это уже вопрос, но у нас не было времени им задаваться.
Оббежав дворец, мы проскользнули мимо стражи с обнаженными клинками, и как-то не сразу обратили внимание, что тут по стенам пытаются слиться с окружающей обстановкой евнухи в рваных штанах. Сильно рваных. Порванных в самых стратегических местах, я бы даже сказала. А потом я узрела ЭТО.
Алкеста не была морфом. Алкеста являлась практически чистокровным метаморфом. Видела я этих тварей на Сиртоне, так что сходу остановила пытающуюся было прорваться к специалистке Блондю. Потому как форма черного двуного муравья… это не самая конечная стадия трансформации метаморфов. И не самая начальная. До начальной Алкеста мутировала вот прямо сейчас.
- Отходим! - приказала я еще не сообразившему что происходит агенту.
Блондя недоуменно посмотрела на меня, затем встревожено на Алкесту, и все равно не поняла о чем я.
- Отходим, - тихо повторила на гаэрском.
Вздрогнув, словно от сна очнулась, Блондя молча кивнула и мы было начали отступать.
А потом я спиной врезалась во что-то, от чего прямо веяло самоуверенностью и запахом протухшей воды.
- Далеко собрались? – вопросила эта груда мокрого негодования.
Ну, сам виноват.
- Алкеста, ко мне! – крикнула я.
И едва огромная змея с шипением бросилась в атаку, плавно ушла с курса, предоставляя его высочество неудовлетворенной женщине, которая умолять не умела, а вот настоять на продолжении рода очень даже. И да - у метаморфов в период гона шкура непробивная абсолютно. Так что…
- Удачи, успехов, сил вам на нелегком пути познания женщины, - от чистого сердца пожелала я принцу.
Ответить Нгоэн не смог. Вообще в его ситуации мало кто смог бы ответить хоть что-то, все же не каждый день огромная змея валит тебя на гравий с весьма конкретной целью, и цель эта не гастрономическая.
***
Во дворец вдовствующей повелительницы мы вошли через парадный вход, там все равно сейчас никого не было – кто-то сбегал, сверкая пятками, кто-то звал на помощь, некоторые безголовые спешили узнать, кто там крушит все на заднем дворе.
Мы с Блондей уже никуда не спешили.
Пройдя в мою комнату, заперли двери и пошли обозревать уровень нанесенного урона. В тайной комнате обнаружили хлам, призывно пиликающий сейр и заныкавшихся под разгромленную кровать ядовитых змей. Этих есть не стали, но выгнали с трудом - змеи покидать безопасные развалины напрочь отказывались. Они шипели, плевались ядом и всячески демонстрировали, что тут им нравится гораздо больше, чем снаружи, где все явно было неспокойно, и в тайном проходе устроили лежачую забастовку.
В итоге я уселась отвечать Кэлу, на его взволнованное сообщение «С Алкестой что-то не так!», а Блондя найдя веник, все же попыталась вступить в недипломатические переговоры со змеями.Не то, чтобы процесс проходил гладко, у змей даже вполне себе появился шанс стать нашим обедом там, или ужином, но в итоге сторонам удалось договориться.
А я как раз переговаривалась с Кэлом.
«Не совпадают некоторые анализы и дата рождения, - писал наш штатный уже врач. - Есть подозрения, что она полноценный морф».
«Она полноценный морф», - написала в ответ.
От Кота пришло несколько непечатных выражений, и как только напечатал?!
Мы помолчали.
Потом Кэл спросил:
«Что будем делать?»
Это был хороший вопрос. Если бы я еще и знала на него ответ.
Но тут вернулась Блондя, которой все же удалось выдворить змей, и агент сообщила первую хорошую новость за сегодня:
- Тайный выход не был раскрыт. Она взломала дверь и осторожно вернула все на месте, так что тайную комнату можно считать активом и далее.
Да, это действительно хорошая новость была.
- Кот, просчитай вероятности восстановления Алкесты, - приказала я. - Фло, тут нужно прибраться.
И отложив сейр, принялась за уборку с ней вместе. Работали быстро и слаженно, оставаться без тайной комнаты в этом адском местечке не хотелось, так что делали что могли.
Через семнадцать минут Кэл сообщил:
- Период овуляции у морфов скоротечен. Там счет идет на минуты. В момент соития организм защищен по максимуму, поэтому все так быстро.
Мы с Блондей переглянулись. Она отрицательно покачала головой, но капитан тут я - я и приняла решение. Сходив до конца тайного хода, приоткрыла дверь, и постояла в ожидании.
Огромная черная змея долго себя ждать, к счастью, не заставила. Алкеста проскользнула внутрь, ее заметно трясло и меня только рефлексы спасли от столкновения, но спасли же.
Часть пути Алкеста проползла, потом проковыляла в виде муравья, затем рухнула обнаженной девушкой и задергалась в конвульсиях. Удивительно вообще, что она существует. Я думала, что всю цивилизацию уничтожили. Опасные были ребята, непредсказуемые, агрессивные и чрезмерно любвеобильные, а изнасилование в Галактическом союзе приравнивается к убийству, так что цивилизация была уничтожена. Осталась всего одна планета с полным запретом на право космических полетов. Как выбралась Алкеста это уже вопрос.
И тут, лежащая на животе девушка, тоненькая, темноволосая, с заужено-миндалевидными змеиными глазами, повернула голову на все сто восемьдесят градусов, посмотрела на меня, и хрипло спросила:
- Что, даже пристрелить не попытаешься?
Пожав плечами, ответила как есть:
- У всех свои недостатки. Я понятия не имею откуда ты, какая у тебя история жизни и как ты пришла ко всему этому, но ты теперь в моей команде.
Алкеста с хрустом вернула голову в более нормальное для гуманоидов положение, и прохрипела:
- Исинхай не простит…
Мда, это уже проблема. Но из любой ситуации есть выход.
- Я более не являюсь сотрудником разведуправления, и подчиняюсь напрямую Бульдогу. А ты в данный момент член моей команды, так что… Если понадобится прикрытие от Исинхая, я прикрою.Спец замерла, затем повторила жутковатый маневр с поворотом шейных позвонков на сто восемьдесят градусов, взглянула на меня сказала невероятное:
- Спасибо, Мегера.
- Да мелочи, - ответила я.
И пошла помогать ей встать там, и все прочее.
Когда я дотащила Алкесту до кровати, кое-как собранной Блондей, морф уже почти потеряла сознание, так что мы ее уложили, укрыли, после провели первичный осмотр - внешних повреждений не обнаружилось. Внутренних тоже. Истощение, перегиб с гормональным фоном, конвульсии которые Кэл назвал типичными для ее расы, и в общем-то легко отделались.
Большинство наших медикаментов для Алкесты не подходили, так что мы ограничились обычным физраствором с глюкозой, чтобы она восстановилась быстрее. Потом я химичила практически яд, под не слишком уверенным руководством Кота, а Блондя обтирала Алкесту щелочным раствором, помыть мы ее не могли, но выяснилось, что после мутации могут возникать проблемы с кожей, так что делали что могли. Потом я поила Алкесту ядом, «змейка» забавно причмокивала во сне и болтала на своем, морфном. Я так на их языке пару слов знала, мы в свое время проводили зачистку двух планет от этих стремительно меняющихся, и они нас тогда основательно потрепали, но десант такой десант - победа осталась за нами. И вот сейчас, отпаивая Алкесту, я вспоминала мой тихий ужас даже не от боя, а от его последствий - убивали мы монстров, а они после смерти брали и становились людьми. Черепушка с Челкой по началу шутили, как и всегда, а потом, после того как мы упаковали сороковой по счету труп, уже всем было не до смеха, возвращались на базу в тягостном молчании.
- Капитан, вы ранее сталкивались с морфами? - вдруг спросила Блондя.
- Да, - один короткий ответ, за которым скрывалось чудовищно много всего.
И Блондя все сходу поняла, и больше вопросов не задавала.
Зато вопрос задал Эрих:
«Мелани, на территорию внутреннего дворца пробрался морф. Знаешь, кто это?»
«Знаю, - уходить от ответа не стала. - Эта Алкеста. И нет, не выдам. И да - это член моей команды, так что в это не вмешивайся».
Пауза и старательно спокойное:
«Морфы неуправляемы, непредсказуемы и крайне опасны».
«Знаю, - ответила ему, но рассказывать о том, что я знаю и то, как убивать морфов, я не стала. - Тему закрыли».
Эрих промолчал. Но его внутреннее несогласие я все равно чувствовала, и потому мысленно добавила:
«Наш отряд зачищал две планеты от морфов. Так что… не нужно мне рассказывать, насколько они опасны. Я знаю. Я все это знаю. Но Алкеста член моей команды».
Ответом мне снова было молчание. И все же я чувствовала - он меня понял.
***
Оставив Алкесту отдыхать и восстанавливаться, мы вернулись в мои комнаты, засекли слуг, пришедших сменить мне толчок на горшок, вежливо попросили их этого не делать, они не менее вежливо отказались, мы еще более вежливо вышвырнули их в окно, под их же дикие вопли «Нет, перемещение по внутреннему дворцу запрещено, там интимно озабоченный монстр!!!».
Интимно озабоченных во внутреннем дворце и вправду оказалось множество - сюда нагнали не только дворцовую стражу, но и представителей каких-то войск в черных доспехах. Все искали монстра. Обыскивали вообще каждый камень, проверяли всех слуг сканерами, и даже мои танаргские братья оказались здесь же - я увидела Роена, который о чем-то переговаривался с сильно потрепанным принцем Нгоэном, и на этом наблюдений из туалетной комнаты решено было прекратить. Чего мы там не видели-то, в сплошной панике?
- Пошли спать, - предложила я Блонде.
И мы пошли, с самой чистой совестью.
***
Чудовище на территории сначала внутреннего дворца, затем дворцового комплекса, а после и во всей столице искали еще четыре дня. У нас был введен круглосуточный комендантский час и выходить было категорически запрещено. Я не возражала - хоть выспаться удалось. Два дня я высыпалась, а потом Алкеста полностью пришла в себя, мы поменялись местами, и теперь уже я сидела в потайной комнате, и упорно учила древний тайремский, попутно курируя расселение моих агентов на Тайреме. Базой мы выбрали Цион, один из городов основанных Эрихом и являющихся оплотом развития цивилизации на данной сильно странной на всю голову планете.
К нашему всеобщему удивлению Исинхай не отдал приказа об устранении Алкесты.
Связавшись со мной, новый глава разведуправления лишь долго смотрел на меня, с минуту, наверное, затем произнес:
- Под вашу ответственность, капитан Элис.
Меня такой поворот событий вполне себе устраивал. Бульдог так милостив не был, он на меня смотрел все мнут пять, но я тут во дворце как-то понабралась от местных умения сохранять бесстрастную морду лица в любой ситуации, так что я молча просидела все то время, пока начальство упорно сверлило взглядом.
И в итоге сдался Бульдог.
- Капитан, - взгляд его сделался уже, - у вас имеется опыт боевого столкновения с морфами. Ваши товарищи понесли существенные потери во время операции. Неужели, после всего этого… - он позволил себе еще одну долгую паузу.
Я осталась сидеть молча. На самом деле отряд сержанта Страйка во время той боевой операции понес наименьшие потери. Мы были командой, слаженной, отлично подготовленной, одной из лучших в подразделении. У нас по итогу были только раненные. А вот что действительно потрясло нас, семнадцатилетних молокососов, так это тот факт, что убивать пришлось таких же… молокососов. Они были не старше нас. Просто нам блокирнули гормональную перестройку, а им – нет.
- Да, у меня есть опыт, - подтвердила я то, что начальству уже было известно. - Поэтому я справлюсь с ситуацией при любом раскладе.
Бульдог помрачнел, но кивнул, принимая и мое решение, и мою ответственность за это решение. А я молча отключилась. Мне и так хреново было, и воспоминания нахлынули основательно и конкретно. В десанте практически нет разницы между парнями и девушками - у нас равные тренировки, равные дозы стероидов и анаболиков, равное положение. Парни отличались только тем, что были слегка выше, все же различия полов сказывалось. В остальном мы были солдатами, так сказать бравыми парнями. И когда за мной начала бегать местная девчушка, я даже внимания не особо обратила - нас часто путали с парнями, так что я не удивилась. А она украшала волосы цветами, смотрела на меня влюбленными глазами, вышила для меня шелковый платок… Ее убили во время ночного нападения на базу. Мы ожидали атаку, прикрыли деревню, вообще всех гражданских прикрыли. А я как-то не сообразила, что эта девушка окажется не в деревне, а возле базы, ожидая момента, когда сможет увидеть меня хоть мельком.Я так и не решилась сказать ее убитым горем родным, что я… не парень.
И я только сейчас начала понимать мотивы ее идиотского и безрассудного поведения. Тогда вообще не понимала, а вот сейчас поняла – я бы тоже моталась посмотреть на Эриха. Я бы и сейчас смоталась посмотреть на Эриха. Когда любишь, приоритеты сильно меняются. Меняются настолько, что это даже пугает.
И я только сейчас начала понимать мотивы ее идиотского и безрассудного поведения. Тогда вообще не понимала, а вот сейчас поняла – я бы тоже моталась посмотреть на Эриха. Я бы и сейчас смоталась посмотреть на Эриха. Когда любишь, приоритеты сильно меняются. Меняются настолько, что это даже пугает.
И на предполагаемый план действий легли новые строки, потому как я, как дерсенг недоученный, крайне тупо и недальновидно раскрыла перед всеми свои истинные чувства по отношению к Эриху. Это было глупо. Очень глупо. Крайне глупо. И я только сейчас начала понимать, насколько подставилась.
«Кэп, забавный момент - в Ционе продажа и распитие алкоголя запрещены до двадцати пяти лет», - прислал Шорох.
«Что радует, - добавил в общую переписку Шнур, - в столице пьют даже дети».
«Дети всегда подражают взрослым», - вставил Нир.
Ему виднее, он отец со стажем.
«Давно запрещено?» - поинтересовалась я.
«Да, уже лет двадцать как. С момента основания поселения по факту. Архонт Дагрэй многое изменил на своих территориях».
А Эрих у меня молодец, и это вот единственное, что радует - сразу ощущение появляется, что сражаешься на правильной стороне. А это очень боевой дух поднимает. И тут Стэм добавил:
«Люди архонта предоставили нам карту города, схемы систем безопасности, план тайных проходов. И полный доступ к информационной базе всем, кроме меня. Чем я не угодил?»
Точного ответа я не знала, но предположения были.
«Ты человек Исинхая. Вероятно есть что-то, что Эрих не хочет рассказывать мне о тебе и твоей преданности шефу», - честность в нашей команде всегда была превыше всего.
Пауза, и Стэм прислал:
«Я понял». Ну вот, еще и Стэм у меня неблагонадежный. Впрочем, и я недалеко от него ушла, так что и судить не мне.
«Что по Танаргу?» - кинула в общий чат.
«Бугай успешно внедрился», - отчитался Эвин.
Ммм, шикарно.
«Внедрился куда?» - уточнила на всякий случай.
«Поваром, - огорошил Эвин».
Чуть с постели не свалилась.
«А Боров умеет готовить? – просто лично я об этом не знала».
«Научится, - заверил меня Шорох».
Так, это все конечно весело, но:
«Шнур, проверь исходящие из диппредставительства Танарга».
Шнур проверил. Там в основном были шифровки, но у меня был самый законченный наркоманистый гений хакерского промысла, так что вскоре мы узнали, что за эти четыре дня в танаргском диппредставительстве все резко перешли на веганскую пищу. Еще были инициированы два расследования на тему, откуда в танаргской колбасе появилось крысиное ДНК, и кто решил, что жаренные сверчки отлично сочетаются с черносливом.
«Они уволили всех тайремских поваров, диверсия удалась», - отчитался Шнур.
Так, запомнить на будущее – больше нихрена не жрать у «братиков».

Глава 21

По окончанию четырехдневной зачистки всеми спецслужбами Тайрема было установлено, что монстра на территории дворцового комплекса не обнаружено. Танарг со скрипом, но был вынужден признать имеющееся.
Алкеста была необычно тиха и покладиста, но все чаще очень оценивающе поглядывала на меня, что лично меня слегка напрягать начало. Блондя и Эстер во времена занятий Алкесты, а занятия никто ей не отменял, готовили пакости разной степени вредоносности. Ежедневно кто-нибудь в моих покоях пытался травануться, лишить себя части скальпа, нанести порезы разной степени тяжести – в общем не знаю, что сделал Эрих, но каждый кто желал нанести вред мне, в итоге театрально калечил себя. «Разбудить дракона» в целом оказалось не такой уж и плохой идеей, хотя наблюдать толпы калечащей себя прислуги было тем еще удовольствием. Ну, или я не ценитель.
В любом случае мне повезло - в отличие от Алкесты, я видела лишь небольшую часть психанутых, проводя время в тайной комнате, с интервальным сном и стопками древних тайремских трактатов. И не то, чтобы я сильно хотела познать великие мудрости Тайрема, но основные принципы, правила и особенности следовало знать – на территории врага лучше быть в курсе правил по которым он играет.И моей главной задачей было эти правила определить, оформить в нечто приемлемое для меня, и выучить.
Откровенно не хватало сержанта Страйка и всех наших ребят из отряда. Обычно, перед любой сложной операцией, нам проводили курс подготовки по культуре, языку, особенностям и менталитету народа, сейчас же… я была одна.
«Красота женщины в ее слабости».
«Красота женщины должна быть скрыта».
«Красота женщины в целомудрии».
И это не все.
В женщине на Тайреме ценились четыре качества - добродетельность, речи, женственная внешность, женское мастерство.
И тут вроде все понятно.
Но в более полном трактовании начинались основательные непонятки.
То, что именуется женскими добродетелями, не означает наличие поразительных способностей, что должны удивлять других.
Женские речи совершенно не означают мастерство в спорах и искусность в словах.
Женственная внешность это вовсе не привлекательность лица и красота форм.
В своем женском мастерстве женщина не должна превосходить умелость других женщин.
За попытками понять, что же эта вся хрень по итогу означает, я сделала две сотни приседаний в четыре подхода, не погнушалась отжиманиями, прокачала бег на месте, и даже опустилась до растяжки, способствующей успокоению.
Где-то на этапе растяжки меня и накрыло пониманием, что у всей этой хрени есть если не смысл, то определенно цель.
Вернувшись на кровать, часть из которой была превращена в подобие письменного стола, я отложила «Добродетели» и занялась конкретно историей Тайрема.Где копать я примерно догадывалась – нужно было понять, чем обусловлены подобные требования к женам архонтов. И почему они были столь конкретны и практически несовместимы.
Разгадку я нашла в четвертом веке ныне наличествующей на Тайреме цивилизации, и начинались они с разделения народов по двум основным видам деятельности – земледелие и скотоводство. А далее понеслось закономерное – земледельцы ведут оседлый образ жизни, они строят города и развивают культуру, экономику, социум. Скотоводство предполагает кочевой образ жизни – и тут уж не до книг и культурного развития - у земледелия свои циклы, есть периоды так сказать «отдыха», а вот животные требуют внимания каждый день, без отдыха, отпуска и возможности что-либо сидеть и обмозговывать. Таким образом на Тайреме началось жесткое разделение фактически на два народа. У земледельцев прогрессировало историческое развитие, и смена формы правления от родоплеменной до существующей ныне монархии.
У кочевников естественно все затормозилось на родоплеменной стадии.
Но и те и другие развивались. Причем численность и воинственность кочевников росла стремительно, землевозделывателей же штормило политическими и социальными трансформациями, как подростков в период гормональной перестройки. И опять же - закономерно то, что в конце концов кочевники начали активные набеги на города и деревни. Земледельцам пришлось защищаться. На стороне кочевников были сила, маневренность, агрессивность и стремительно увеличивающаяся численность. Плюсом кочевников так же было полнейшее равенство между мужчинами и женщинами, так что в бой отправлялись практически все. У земледельцев роль женщины была опущена ниже плинтуса, таким образом даже если у нападавших было равное количество с защищающимися, кочевники все равно имели численное превосходство воинов вдвое, ведь их женщины превосходно умели держать оружие, а женщины земледельцев и голову ровно держать не всегда умели, с детства приученные только служить и не высовываться.
В итоге две сотни лет хватило кочевникам, чтобы практически полностью уничтожить цивилизацию, созданную теми, кто выбрал оседлый способ существования. Земледельцам, чтобы защитить свои богатства, приходилось идти на договорные браки с вождями кочевых племен.
Где-то в этот момент и начинает зарождаться система двоеженства. Причем первой женой должна была быть светловолосая, соответствующая всем практически несовместимым канонам, изучить которые могла бы только девушка, которую с ранних лет обучают всему этому, а уже второй женой темноволосая, насколько я поняла чаще всего на роль вторых жен кочевники брали своих же, из племени. И так, если поразмыслить, становится очевидным, что более цивилизованная часть тайремского населения, сделала все, чтобы именно и их дочери получали привилегии в браке, в частности - финансовые. Ведь в ведении первой жены был дом, прислуга, все имущество и все деньги.
А после происходит что-то странное.
Сначала это были лишь упоминания, какие-то сноски в древних тайремских летописях, а после я прочла почти невероятное «И направил он люд, словно скот. И подчинились люди безропотно». И это было уже… хм.
Совсем хм.
И где-то в течение века после этого четко выделились семь правящих родов - архонты. И ситуация с воинственными кочевниками плавно сошла на нет. Не в том смысле, что кочевники исчезли – они остались, и ныне три четверти населения Тайрема являлись скотоводами, ведя кочевой образ жизни, но вот проблемы с нападениями – они исчезли. Я просматривала страницу за страницей, многочисленные конфликты внутри цивилизованной части тайремского общества наличествовали, но вот военных столкновений с кочевниками более не было. Вообще. Постепенно всю власть на планете захватили архонты, сместив почти десяток правящих династий разной степени именитости, династия Дайеддин существовала вообще почти две тысячи лет, но и ее сместили.
«И направил он люд, словно скот. И подчинились люди безропотно»…
Не прослужи я в десанте столько лет, пропустила бы эту фразу, а так… Служа в десанте, видишь многое. Нам доводилось высаживаться в пустыне, которая днем была пустыней, а к ночи покрывалась морем и высота воды достигала сорока метров. Доводилось сталкиваться с горами, которые становились насекомыми, внося очевидную ясность в вопрос «А почему тут все вокруг дохлые и даже трава не растет?». Так что я имела один несомненный плюс – пластичность сознания.
И именно пластичность сознания, привыкшего воспринимать все не так однозначно, как хотелось бы, и позволила задаться вопросом - а как кочевники управляли своим многочисленным скотом? На Тайреме степи почти бесконечные, в целом планета не изобилует лесами, но вот степь травами в полной мере. То есть – проблема корма не существовала, а вот проблема управления скотом и еще как – если нет деревьев, загон не построишь. А если не построишь загон, то скот может – свалить, быть украден, подвергнуться нападению хищников, испугаться чего-либо и радостно многотысячноголовым стадом сигануть с какой-нибудь скалы прямо в пропасть. Не то чтобы подобное было просто представить, но вот наблюдать приходилось, так что… Им нужен был навык, или способ, или же способности, чтобы управлять скотом.
«И направил он люд, словно скот. И подчинились люди безропотно»…
Я уже видела, как архонты управляют людьми. Тамрану вон сколько раз доставалось. И я видела, как Эрих управлял животными на той же Джангуа - с трудом, но он справлялся с теми, кто вообще в песках как в воде плавал, и сильно мирными не выглядел. А генномодифицированная акула по его приказу вообще сдохла.
Короче приходим к вполне разумному выводу - в какой-то момент некоторые из кочевников обрели способность управлять животными. Соответственно, их стада множились, их доходы росли, их племя набирало силу. Наиболее сильные племена вступали в союзы с богатейшими земледельческими родами, а те поколениями накапливали не только богатства, но и знания. И стремления сохранить как богатства, так и знания. Таким образом «Женские добродетели» это пороговая грань, отделяющая дочерей землевладельцев, имевших возможность учиться с детства и посвящать обучению до десяти часов ежедневно на протяжении всей своей жизни, от дочерей кочевых племен, которые при всем своем желании, просто не имели ни возможности, ни времени учить всю эту дребедень.
И в этой ситуации, я скорее дочь кочевого племени, для которой «пороговая грань» это скорее как глухая гранитная стена, в смысле… не пройду испытания, не видать мне позиции законной жены архонта Дагрэя.
Блондя появилась в тот момент, когда я лежала на полу в позе кобры. Хорошая поза, успокоительная, чтоб ее.
- Все плохо? - сходу врубилась агент.
Все было хуже некуда. И Гаэра мне в этом деле не поможет, и на Танарг лучше не рассчитывать. Если я хочу добиться приемлемого результата, мне нужно чтобы Тайрем и вся его аристократия с их вековыми устоями приняла меня как супругу Эриха. Только в этом случае я могла начинать бороться за власть, послав к нестабильному атому Танарг с его оригинальным подходом к союзникам.
- Какие новости? - переходя на планку, спросила я.
Не став допытываться о причинах моего херового настроения, Блондя кратко отчиталась:
- Завтра у вас три свидания с архонтами.
- Шикаррррррррррррно, - ответила я, продолжая упражнение.
- Кэп, вы как-нибудь определитесь уже – или шипите, или рычите, но лучше что-то одно, - поддела Блондя.
Вот прибила бы, но ей и так по жизни досталось.
И тут мне лично досталось озарение!
- Фло, а есть запись занятий Алкесты с наставниками?
Блондя молча кивнула, подтверждая, что есть. Я запросила записи, с ними рванула к книгам и…. в общем я поняла, почему наставники в день эпического возвращения к фертильных функций Алкесты так удивились моим ответам – они готовили ее как вторую жену! Не как первую! А именно как вторую, что фактически приравнивалась к наложницам.
- Уррррроды! – нервы мои сдавать начали. Момент истины, в который остается сидеть и думать на тему – и что мне с этой истиной теперь делать? С одной стороны хотелось урыть этих «наставничков», а с другой – победа чаще всего достается тому, кто вытаскивает козыри последним. Мои знания – мой козырь. Проблема лишь в том, что сокрытие данного козыря будет стоить мне дорого – придется учить и то, чему обучают Алкесту, чтобы скрыть свое преимущество до нужного времени.
- И вдовствующая чтоб ее сто раз приложило чем-нибудь или кем-нибудь повелительница, желает чтобы вы отужинали с ней в Вонючем саду, - добавила Блондя.
- Ты хотела сказать «Цветущем»? – уточнила я.
- Да без разницы, - агент явно тоже была не в настроении.
- Согласна, разницы особо нет – где бы ни появилась вдовствующая, там все равно воняет всей той толпой благовоний, которые она с собой таскает и…
И тут я рухнула на пол из поднадоевшей планки, а Блондя улыбнулась, наверное, впервые за все прошедшие четыре дня.
- Благовония, - улыбка Блонди становилась все шире.
- Люблю благовония, - мой оскал по широте не уступал оскалу спецагента.
***
Алкеста обрадовалась нам как родным, и без слов и вопросов юркнула в тайную комнату, предоставляя мне возможность самостоятельно представлять себя же. Довольный храп раздался сразу же, как только морф рухнула на кровать. Что ж, давно пора была задуматься о звукоизоляции моего убежища.
Наложница моего «старшего братика» несколько удивилась четырем капсулам, которые ей незаметно подсунула в декольте Блондя, но пары слов на танаргском хватило, чтобы она поняла суть замысла. Так что вдовствующую гадину ждала подстава.
Меня тоже.
Это стало ясно, едва мне принесли «наряд». Вообще-то в таких спят обычно, а не разгуливают по дворцу, но наложница Миртен смущаясь объяснила, что ужин неофициальный, только для девочек, в неформальной обстановке и робко добавила, что будет еще и халатик сверху. Угу, плавали – знаем.
В итоге я, послушно напялив прозрачно-кружевные одеяния накинула халат, и ушла в туалет, скромно собираясь пообщаться с природой. Хорошо хоть туалетная комната была просторной, так что переоделась я в нормальное заготовленное Блондей платье уже там, а вот потом скромно на все это накинула халатик, так уж и быть. Макияж мне сделала Эстер, скромно и без изысков, правда не совсем понимая, какого бракованного навигатора я втихаря смешала сурьму для подведения глаз с фосфорицирующим составом. Но вопросов девушка не задавала – натаскал ее Роен знатно. Прямо появилось желание пойти дать «братику» в морду, и желательно с ноги.
Особое мое почтение вызвала обувь – хрень на двадцати пяти сантиметровой платформе, удерживаемая двумя тоненькими кожаными ремешками. Это не обувь была, это были ноголомы, ходить на них без посторонней помощи вообще не представлялось возможным, и короче я сразу поняла, что в итоге придется смываться с места событий босиком.
Цветочная беседка располагалась в Цветочном саду, но Блондя была полностью права дав ей иное название – воняло за километр.
Так что этот километр дался мне не просто не только по причине необходимости идти, опираясь на служанок, но и из-за вони… Кто вообще придумал обозвать это благовонием?
Но основная подстава заключалась даже не в запахе, требующей от любого здравомыслящего человека как минимум нос зажать, в том, что едва мне помогли подняться в беседку, где еще издали виднелся накрытый к ужину стол, свечи, бумажные фонарики и прочая дребедень, как из кустов повалил народ, подхвативший мою свиту под белы рученьки, и молча уволокший их всех в сторону дворца.
Эстер только что и успела, так это сунуть мне палочки с благовониями, после чего ее уволокли вообще перекинув через плечо.
Осталась я, беседка, накрытый к ужину стол, свечи, фонарики… между прочим красные, что уже несколько напрягало, и обувь, от которой не так-то просто было избавиться – кожаные шнурки оказались прочными, так что мне как минимум требовался нож.
И тут позади раздалось:
- Мелани, какая приятная встреча.
А чтоб тебя!
«Эрих, а ты сейчас где?» - напряженно воззвала я к любимому.
«В нирване, - пришел несколько размытый ответ».
«Везет, - раздраженно высказалась я. - Судя по всему, я тут скоро тоже буду… в нирване!»
И любимый сходу понял, что мне определенно весело.
«Час продержишься?» - напряженно спросил.
«Да не вопрос, - беспечно ответила я. - Если надо, я и два продержусь. И даже три. Ты же меня знаешь. Кстати, как тебе нос Нгоэна?»
«Никогда не нравился, - осторожно высказался Эрих».
«На том и порешили», - заключила я.
И грациозно обернулась к принцу.
Грациозность сильно подвели ноголомы, потому как вот я поворачиваюсь, а вот я уже падаю и меня картинно подхватывают на сильные принцевые конечности. А сам «спаситель прекрасной дамы в ноголомах» склоняется к спасенной деве, черные волосы красиво обрамляют его точеное лицо, темный взгляд выражает обеспокоенность и готовность защитить, помочь, спасти там…
Полагаю, со стороны смотрелось красиво, прямо хоть бери и лепи на постер к фильму - народ бы ломанулся в кинотеатры толпами.
- Как ты? Ты не поранилась? – на все сто отыграл идеального принца Нгоэн.
Мило улыбнувшись, язвительно ответила:
- И не надейся.
«Идеальный» принц заметно помрачнел, но определенно не отчаялся… а жаль. - Я искренне рад, что ты согласилась со мной поужинать, - произнес Нгоэн, помогая мне встать на ноги.
- Сильно сомневаюсь, что ты вообще способен быть искренним, а ужинать я согласилась с твоей матерью. Тебя в списке приглашенных персон вообще не значилось!
И на этом, гордо оправив халатик, я сделала шаг даже не к столу - я вообще-то к благовониям намылилась, но всего один шаг, и ситуация «беспомощная принцесса шагу самостоятельно ступить не может» вновь повторилась.
- Нет, я не против всегда подхватывать тебя, - да, он снова успел предотвратить мое тесное знакомство с полом, - но мне кажется, ты уже слегка переигрываешь.
То есть… Он что, намекнул, что это я его тут соблазняю?! Серьезно?!
- Милый халатик, - между тем добавил Нгоэн. Так, кажется, я воткну благовония не в горшок с песком. А примерно так в глаз. И я даже знаю какой и кому! - Твоя мать постаралась, - уведомила придурка. - К слову, меня уже можно отпустить.
- Моя мать? – отпускать меня походу даже и не планировали.- Мелания, подобное белье на Тайреме не производят, так что благодарить следует скорее твою мать. Но в целом, мне любопытно – ты так просишь прощения?
На этом я чуть было не сказала «Стоп!». Потому что себя Нгоэн выдал с головой. Во-первых, танаргского белья на мне не было, в туалете я переоделась в традиционное тайремское платье, сверху был плотный тайремский традиционный халат, так что даже будь сейчас на мне кружевное белье, принц бы этого не увидел. Но он был явно уверен, что я в непристойном одеянии, что уже само по себе указывает на многое. И второе - откуда вообще идея о том, что я должна извиняться?
- Нгоэн, ты с облака рухнул? – поинтересовалась я.

Глава 22

Вообще так в целом я то понимала, что не рухнул, а тупо продолжает расследование на тему появления полноценного морфа на территории внутреннего дворца, но я еще ни на одном допросе не раскалывалась, вот и сейчас не собиралась.
- А почему ты спрашиваешь? – поинтересовался принц, вновь ставя меня на ноги.
- Да так, просто из любопытства, - я пошевелила пальцами левой ноги, пытаясь оценить степень неотвратимости последующего падения.
И вот только сейчас врубилась в уровень подставы - сами по себе эти ноголомы на платформе уже были тем еще испытанием, но вот в сочетании с носками… это примерно как оказаться на не особо устойчивых и вообще не сбалансированных ходулях на адски скользком льду.
- Сможешь идти? - с самым искренним участием поинтересовался Нгоэн.
Лицедей недоделанный.
- Конечно, - я мило улыбнулась в ответ.
Вообще всю жизнь мечтала так ходить, прямо с рождения.
- Мне запрещено прикасаться к тебе, - между тем продолжил принц, - но ты можешь держаться за мою руку.И мне протянули руку…
Помнится, был один архонт, за ногу мою подержался и целую пробоину в груди себе неплохо так зарастил.
- Благодарю за предложение, но я в полном порядке, - вообще не ощущая никакого порядка, ответила ему, и попыталась не впадать в отчаяние.
Потому что даже стоять в этой обуви оказалось нереально! Так сразу и не заметишь, но походу носки были чем-то пропитаны, ну или подошва у этих сандалет, и вот сейчас данный слой от тепла моей ноги стал податливее, и я скользила, даже просто стоя на месте.
Гребаная вдовствующая гадина!
- Ладно, к нестабильной плазме мою гордость, мне действительно потребуется ваша помощь, чтобы дойти до стола, - наступила на горло своей гордости.
Гордость от подобного обращения кашляла и корчилась, как и все кому на горло наступили, но выбора особого не было.
Нгоэн мгновенно галантно подал мне левую руку, правой же обхватил за талию, со всей аккуратностью бережно повел к столу. Но, помимо дикого желания скинуть с себя его прикосновения, мне требовалось еще к благовониям податься.
- Ваше высочество, - пытаясь затормозить транспортировку своего тела к столу, поспешила обратиться я к принцу, - я приготовила несколько ароматических палочек, дабы порадовать вашу матушку. Мое передвижение было остановлено, и принц галантно произнес:
- Не стоит преподносить мне в дар то, что предназначалось моей матери. Оставьте это.
Ссссскотина.
- Мне что, ужинать с этими палками? - возмутилась я.
Смирившись с неизбежным, Нгоэн подхватил меня на руки и замер…
Прекрасный принц, весь в белом, черные волосы развеваются на ветру, красивое лицо завораживает в полумраке, лепестки цветов кружатся в воздухе, он смотрит в мои глаза, я в его… Красиво со стороны, наверное.
- Мы, вроде, куда-то шли, - несколько смутившись, напомнила я. Нгоэн медленно перевел взгляд на мои губы, затем взгляд его вновь вернулся к моим глазам, и выглядел он в этот миг таким… голодным. Адски голодным. Словно его вообще никогда не кормили. Словно он где-то в пустыне прошлялся дня так четыре, без еды и воды, и сейчас вообще на грани находится.
- Столик с благовониями, - напомнила я.
Нгоэн молча сглотнул.
Гулко так.
Отчетливо слышимо.
У меня появилось желание истерично позвать Эриха, но он сказал, что ему нужен час. Зная моего архонта, я даже не сомневалась, что этот час ему реально позарез необходим, а значит… я должна справиться без него.
- Вы в порядке? - поинтересовалась у принца, стараясь выглядеть максимально невинно и мило. Не говоря ни слова, Нгоэн шагнул к столику с благовониями, но взгляда от моих глаз так и не отводил.
Плавное перемещение к горшку с песком, стоящему перед изваянием змея тянущегося к нарождающемуся месяцу, и меня отпустили на ноги. А сандалии, чтоб их, становились все более скользкими с каждой, мать его, секундой. Кажется, мое столкновение с принцессой специализирующейся на неорганической химии уже произошло.
- Вам удобно? - мягко вопросил Нгоэн.
И ведь точно знает, что нет.
- Уверена, если я начну падать - вы меня поймаете, - старательно сдерживаясь от желания врезать кое-кому, а конкретно ему, ответила я.
- Всегда, - произнес принц, пристально глядя на меня, - я всегда буду ловить тебя.
Ааа, аж передернуло!
В белый песок запихнула все благовония разом. Изначально я планировала устроить последовательное зажигание, по типу падающих фишек домино, но интимные времена требуют быстрых решений.
Когда я запихнула все палочки и подожгла разом, Нгоэн, уже не дожидаясь ни моего падения, ни моих просьб помочь, подхватил и понес к столику.
Он нес меня размеренно и легко, создавая ирреальное ощущение нереальности происходящего, и эти свечи, свет фонариков, лепестки цветов в воздухе… В какой-то момент я вдруг поняла, что мне здесь, в этом моменте, как-то очень… нравится. Едва Нгоэн усадил меня и пододвинул стул к столу с едой, я вспомнила, как когда-то, еще до того как я свалила от него, почти так же вел себя Эрих. Но в галантности, сдержанности и нежности - Эрих проигрывал Нгоэну и существенно. Нгоэн несмотря ни на что был сдержан, Эрих себя никогда не сдерживал.
Нгоэн ценил каждое прикосновение, Эрих с первой встречи облапал все что можно было.
Нгоэн пытался найти точки соприкосновения, и, стараясь заинтересовать начал рассказывать мне о каждом из присутствующих на столе блюдах, Эрих точек соприкосновения не искал, он брал, не спрашивая о согласии, и шел напролом, вообще никак не интересуясь моим мнением по данному поводу.
- Это кимми, - беря странные изогнутые кусочки какого-то диковинного мяса тремя тонкими каменными палочками, орудовать коими я еще не научилась, произнес Нгоэн, - океаническая рыба, один из самых излюбленных деликатесов на Тайреме.
И обмакнув кусочек мяса в соус, архонт поднес его к моим губам…
Запах был чудный, соус этот я уже пробовала в Гвен, он тоже был неплох. Только вот одно мааааленькое «но»:
- Извините, но я не буду это есть, - сообщила его высочеству, плавно отстраняясь.
Не убирая руку, и все так же держа кусочек с которого собирался капать соус, Нгоэн вежливо поинтересовался:
- Что-то не так?
- Да, - ответила я, - вы.
- И что же со мной не так? - Нгоэн демонстративно засунул ранее мне предложенный кусочек в рот, прожевал и сглотнул. Типа «Ну вот видишь, не отравлено, зря переживала». Я просчитала его следующее движение почти досконально. То как откинул длинный широкий рукав, изящно захватил новый кусочек рыбы, обстоятельно и грациозно обмакнул его в соус, и, удерживая палочками, вновь протянул руку, поднося деликатес к моим губам.
И все это столь естественно и непринужденно, словно он меня так каждый день кормит. Подавила почти рефлекторное желание потянуться губами, и взять этот кусочек с палочек, но…
«Парни, за столом с врагом ничего не жрем» - одно из правил введенных сержантом Страйком.
Мы всем отрядом поняли, насколько он был прав, когда один из отрядов живущих в соседней казарме на нашей базе, присоединился к пиру радостно встретивших их туземцев с нецивилизованной планеты. Все было бы ничего, и туземцы ничего плохого не замышляли, но мясо что жители северной планетки ели с ранних лет, для нас оказалось ядовитым - весь отряд полег. Так что:
- Спасибо, воздержусь, - упрямо высказала я.
Нгоэн улыбнулся и плавно поднялся. Мне почему-то тоже захотелось резко встать и бежать, имелась только одна проблема – обувь. То, что по идее должно было легко сниматься, с ноги сползать отказывалось. Я не знаю, что это был за состав, но с одной стороны носки намертво прилипли к ноге, хоть отрезай со стопой вместе, а с другой обувь тоже оказалась хрен стянешь.
И можно было бы уже начинать нервничать, но к тому моменту, как его высочество мудак всея планетка, приблизившись, склонился надо мной, я максимально отогнулась подальше от этого придурка и ощутила запах цветущего жасмина.
Игра началась!
- Ты улыбнулась, - вдруг произнес Нгоэн.
О да, малыш, я улыбнулась. И у меня для этого вполне себе имеется прекрасный повод.
- Что за запах? - выпрямившись, вопросил принц.
Догадливый. Не люблю таких.
- Что с благовониями? – резко обернувшись к столику с ароматическими палочками, продолжил задавать вопросы принц.
Да твою ж мать, быстро ж ты соображаешь. Слишком быстро!
Нужно было действовать.
- Ваше высочество, - я перестала изображать брезгливую монашку из внезапно мужского монастыря, и ухватила принца за рукав прежде, чем тот решительно двинулся к столику.
И это сработало - Нгоэн остановился. Но вовсе не потому, что мне удалось провести этого догадливого – дело было в ногтях. Моих. Нас в десанте учили многому, включая убийство противника прикосновением к определенным точкам тела. Никогда не практиковала, в бою до противника хрен доберешься, в скрытой операции проще использовать парализаторы, так что эти знания были из разряда «так, на всякий случай», вот случай и представился.
- Забавно, - Нгоэн развернулся ко мне всем телом, а оно у него было здоровое, прямо как у тайремских офицеров… мне кажется, Эрих из них всех вообще был самый стройный и нормальный, - Мелания, вы осознаете, что сейчас угрожаете лицу принадлежащему к правящей семье?
Да ладно, сообразил значит! Мои овации. Вот только докажи сначала…
- О чем вы? - невинно похлопав ресницами, и уже начиная ощущать аромат химозной розы, поинтересовалась я. - Простите, если ухватила вас слишком крепко, но, боюсь, в данной ситуации вы моя единственная опора… Учитывая то, как славно ваша сестричка потрудилась над моей обувью! Кстати, лично у меня, в отличие от вас, имеются все доказательства. Интересно, как к данной информации отнесется моя танаргская семья?
Вот, получи, мразь!И можешь даже не расписываться.
Нгоэн и не стал.
Медленно опустившись на колено перед моей скамьей, он плавно перехватил мои пальцы, сместил их чуть ниже по своему запястью, избавляясь от угрозы для собственной жизни, и задумчиво изучив взглядом мое лицо, задал весьма неожиданный вопрос:
- Почему вы выбрали Эриха?
Вопрос действительно был крайне неожиданным.
Почему я выбрала Эриха… Так если подумать, то… бракованный навигатор его ведает. Но как бы я не отрицала все свои чувства, одно происшествие на Франциске мне до сих пор было непонятно – почему я поцеловала его тогда? Я ведь была в бешенстве, когда выяснилось, что весь наш план, и даже не один, рухнул по причине этого долбанутого на всю голову адмирала. Но кроме ярости и досады, было кое-что еще - восхищение. До Эриха я никогда не сталкивалась с тем, кто мог бы в скрытом противостоянии меня обыграть. Эрих смог. Так что да, помимо раздражения и злости, я невольно испытала еще и восхищение. А потом ко всему этому подключился какой-то нездоровый азарт, иначе хрен бы я ответила на его вызов тогда, на пиратском корабле. Отвечать определенно не стоило, но мне хотелось. Я не сдержалась. И вот передо мной на колене стоит галантный и прекрасный тайремский принц, реально красивый мужик, с этим не поспоришь, но Эрих для меня почти весь мир, практически вся вселенная, а Нгоэн так - очередное досадное препятствие. Но это препятствие уже попало в сети, просто еще не знает об этом.
- А почему его выбрала ваша сестра? - поинтересовалась я, мягко убирая руку с запястья Нгоэна.
Несколько секунд, весьма долгих и неуважительных, принц молчал, а затем произнес:
- Вы ведь уже догадались, Мелани. Аю влюблена в Эриха с детства, между ними всегда была какая-то особая связь…
Взгляд на меня, определенно имеющий целью отследить, насколько мне станет больно от его не слов. Но мне не станет – мы с Эрихом уже разобрались с данным моментом. А после всех видосов, что мне продемонстрировали мои танаргские «братики», боюсь, я теперь знала Аю гораздо лучше, чем ее родной брат.
- Я не спрашивала о связи и их чувствах, - предельно мило улыбаясь, проговариваю, отчетливо ощущая как запах химозной розы сменяется запахом не менее химозных апельсинов. - Я задала вопрос о причине ее выбора.
Нгоэн едва заметно улыбнулся, чуть склонив голову, в попытке скрыть свои эмоции, и начал тихо говорить:
- Эрих единственный представитель рода Дагрэй. Предполагалось, что он ничего не унаследовал от отца, но сейчас, когда седьмой архонт продемонстрировал свои способности… - он поднял пристальный взгляд черных глаз на меня, - Мелани, после обнародования способностей Эриха, никто из архонтов не удовлетворится наличием у него одного или же двух наследников. На текущем отборе, его поставят в весьма ситуацию, единственным выходом из которой будет взять не одну, а всех предоставленных жен. И большинство наложниц. У Дагрэя будет много… очень много детей. И теперь, когда вы знаете об этом, позвольте спросить: Вы все еще желаете стать супругой седьмого архонта? Так, отбор значит. В каком случае может возникнуть необходимость согласиться со всеми кандидатурами? Тут два возможных варианта. Первый – одинаковое количество баллов. Второй - угроза жизни, и не важно моей или его. Но в одном Нгоэн был прав – у Эриха феноменальные способности. А эти тайремские аристократы терять такой генофонд определенно не пожелают. Значит, по факту, мне можно перестать беспокоиться о сохранности жизни Эриха. Это радовало. Не радовало другое – они его вынудят, нутром чую. Просто вынудят и впарят ему всю эту толпу жаждущих выносить от него ребенка, а еще лучше многих детей.
Черт, мне нужно победить.
Хрен его ведает как, и каким образом, но я это сделаю.
И вдохнув полной грудью, я ощутила самый долгожданный из ароматов - озона. Такой аромат витает в воздухе перед дождем. И чем сильнее запах, тем основательнее будет гроза.
И гром грянул, едва Нгоэн попытался вновь приблизиться ко мне.
Оглушительный взрыв, который услышали только мы вдвоем! Галюны они такие, их испытывают либо в одиночестве, либо вдохнув галлюциногенов. Но в одном мы с Нгоэном различались – я к галлюцинациям была готова, а вот он нет.
- Небеса! - воскликнул принц, галантно закрывая меня от неведомой угрозы.
Я к слову тоже покричала испуганно, надо же соответствовать ситуации.
- Мелани, как вы? - озаботился моим испугом принц.
- Что происходит? - я старательно изображала испуг. - На нас напали?!
Второй взрыв, и молния сверкнула в полуметре от нас, но прямо по направлению к выходу, демонстрируя, что выхода практически нет.
- Шестой архонт! – прошипел Нгоэн, подхватывая меня на руки. - Кроме него больше некому. Мерзавец, он пошел ва-банк…
Ммм, а наш Нгоэн, судя по его лексикону, похоже успел потусоваться на криминальных планетках нелегальных азартных игр… Интересненько.
- Шестой? - я содрогнулась в объятиях Нгоэна.
- Вы знакомы с этой семьей? - сходу сделал совершенно верный вывод он.
- Да, - я дрожала всем телом. - И я знаю, что у них способности архонтов имеются не только у мужчин, но и у… их женщин.
По прекрасному лицу прекрасного принца мелькнула судорога яростного понимания ситуации, и стремительно опустив меня на стол, с которого предварительно смахнул все тарелки и бокалы, Нгоэн, опустившись на колено… у него красиво это получалось, на колени опускаться, торопливо избавил меня от моих ноголомов.
А в следующее мгновение, мигом закрыл собой, выудив из своего длинного рукава вполне нехилый меч. Так, это было уже интересно, но я предпочитала позицию наблюдателя, а не участника, поэтому невозмутимо активировала фильтры в носу. Галюны развеялись не сразу, замес все же мы составили основательный, но развеялись. И мне представилась потрясающая картина - Нгоэн сражался. Со всем чем мог, и всем чем мог. В какой-то момент он отбросил меч, словно тот вдруг стал ядовитой змеей, потом в сторону полетела и одежда.
Потом с обратной стороны беседки ко мне подвалила Блондя.
- Даже обидно, - протягивая мне глиняный кувшинчик с местным фруктовым вином, сказала агент. - Я вообще-то это для вдовствующей гадины готовила.
- Так, наслаждаемся тем, что есть, - я устроилась за каменным столиком. Стол был монолитным, вырезанным из то ли нефрита, то ли еще чего-то монументально-дорогого, но главное он был прочным и позволял не опасаться получения тяжких телесных. - Меня и мучения Нгоэна устраивают.
- Меня нет, я бы им всем «благовоний» подсунула! - иногда Блондя даже меня пугала своей кровожадностью.
А с другой стороны… Мне неожиданно понравилась эта мысль.
- Скорее всего сюда сейчас народ подвалит, - задумчиво потягивая вино, констатировала очевидное.
- И будут адски заняты противостоянием с принцем, - Блондя выразительно посмотрела на меня.
Я подумала, что набухалась основательно, но когда меня останавливали подобные мелочи? Блондя разумно подумала, что благовония надо забирать и срочно, иначе есть шанс быть пойманными с поличным, а нас такое не устраивало.
Наш побег от временно невменяемого принца был осуществлен технично и быстро.
Первое платье я «обронила» в пруду, второе на его берегу, пара шпилек была запутана в зарослях – все должно было выглядеть так, словно перепуганная я уматывала на скорости, невзирая на все препятствия. Но это было не так – вместо того, чтобы бежать далеко, мы с Блондей добежали до ближайшего поста евнухов-охранников. Их было двое, нас было двое… идеальная комбинация. Одежда правда была для нас слегка великовата, но сумерки, покрепче перевязанный пояс и в принципе терпимо.
***

Глава 23

Первой кто подвергся нашей атаке была вдовствующая гадина. Сама нарвалась, так что мстили мы за дело.
Плавно и беззвучно пробравшись в будуар государыни, на удивление малолюдный, в смысле ни евнухов, ни рабынь, ни служанок, ни наложниц тут не было, мы с Блондей зависли прямо в момент пролезания через окно, услышав плавную, словно журчание ручейка речь:
- Поверьте, матушка, сегодня Нгоэн овладеет этой женщиной.
Я охренела.
Блондя охренела тоже.
Да и окно решило охренеть и издало едва слышный скрип.
- Аю, тише! - прикрикнула вдовствующая. – И откуда, позволь спросить, подобные предположения?
Тихая усмешка, поднявшейся и направившейся к троице в охренении принцессы, и спокойный ответ:
- Носки, матушка. Состав безупречен, следов не останется. А камеры подтвердят тот факт, что интимный акт был спровоцирован самой Меланией Олидрад. Танаргу будет совершенно нечего предложить нам.. Архонт Дагрэй так же будет вынужден принять данный факт молча. Это, несомненно, ранит его, но… я утешу.
Тут я поняла, что Блондя чисто физически сильнее меня, потому как она умудрилась сдержать мой порыв по направлению к утешительнице хреновой, и даже охреневшее окно агент тоже придержала. Так что мы проскользнули в спальню государыни, а Аю осталось лишь констатировать очевидное:
- Окно давно пора заменить. Матушка, вся эта древняя рухлядь абсолютно неприспособленна для жизни. На Танарге ни одно окно не скрипело, и уж тем более не открывалось из-за порыва ветра.
- Это не рухлядь, это антиквариат! - не согласилась вдовствующая.
Тем временем я, залегшая под ее кроватью, яростно сдирала с себя носки. Состав безупречен, значит? И даже следов не останется? Ну вот и чудненько, ваше высочество, сделаем вид, что вы просто споткнулись на каком-нибудь мужике. Тварь!
- Кэп, вы шипите похлеще болотных гадюк, - едва слышно прошептала Блондя.
Это потому что я была в бешенстве! Просто представила себе, что бы почувствовал Эрих, увидев как я настойчиво отдаюсь Нгоэну. И вот за себя мне бы после такого было бы обидно, это факт, но в сто раз было бы больнее, если бы подобное пришлось наблюдать Эриху. Он и так понаблюдался за всю свою жизнь за тем, как используют тело его матери. Его бы это просто уничтожило. Так что никакая Аю его бы не утешила, и я это отчетливо понимаю. Мне непонятно лишь, как этого может не понимать та, что росла с Дагрэем с детства?
- Нужен анализатор химических веществ, я хочу определить состав этих… носочков, - сообщила я.
- Анализатора нет, но можно попробовать определить по запаху. У меня отличный нюх.
Молча передала агенту «объекты изучения». Пока Блондя паковала носки в пластиковую упаковку, я лежа под кроватью государыни, а тут, между прочим было пыльно, яростно стругала состав с палочек для благовоний. Блондя покосилась неодобрительно, но капитан тут я, и решения принимать тоже мне –требовалось получить эффект максимально быстро.
- Верни фильтры на место, начинаем, - приказала, аккуратно собирая наструганное.За время нашей возни под кроватью, принцесса Аю вернулась к матери в спальню, сходила поправила свечи, штук так пять из тех сорока, что горели в массивном подсвечнике, и пройдя к матери, села рядом с ней… чтобы выбесить меня окончательно!
- Я стану его первой женой. И мне бы хотелось остаться единственной. Не собираюсь делить своего мужчину с кем-либо еще.
Вот… падла тайремская! Да я ее раньше задушу.
- Кэп… - прошептала Блондя.
И да, я постаралась успокоиться.
Ровно до продолжения доверительной беседы между матерью и дочерью.
- Ты знаешь о наших традициях, он архонт, он обязан иметь жен обеих рас, - сказала вдовствующая.
- Вторые могут быть лишь наложницами! – вызверилась Аю.
И основательно так вызверилась… я даже не ожидала подобных эмоций.
- Аю, нашим традициям более десяти тысяч лет. Я понимаю твою амбициозность, но как дочь правящего рода ты обязана следовать традициям и быть примером для всех прочих дочерей Тайрема.
- Мать, ты единственная, перед кем мне не хотелось бы врать! – высказалась Аю.
- Дочь, это неизбежно. Единственное, что ты можешь сделать в такой ситуации – смиренно принять ее. В любом случае три ночи в месяц будут принадлежать только тебе, и никто не сможет помешать этому, - добавила государыня.
Ну как сказать «никто»? Я могу помешать. О, я вообще много чего могу.
И избежав захвата Блонди, попытавшейся меня остановить, я сделала то, о чем уже пару минут мечтала как ни о чем ином в своей жизни – отодвинула занавесь, ведущую в спальню, и метнула наструганный порошок прямо в пирамидообразный светильник в котором горело чуть более сорока свечей.
Эффект был моментальным!
Когда мы покидали место событий, надрывно визжала перепуганная государыня, верещала на тему «Стража!» сама Аю, а я решительно шла конкретно по ее следу. Да, первоначальный план был немного иным, но так если разобраться – как много всего Аю могла привезти с собой на родину? Танарг не из тех планет, что пренебрегают таможенным досмотром, так что вещества с «отличным составом, от которого следов не останется» провезти было явно не так просто. Но в данный момент меня интересовало скорее не то, как она сумела провезти что хотела, а где все то, что она притащила на Тайрем вместе с собой.
- Кэп, тут поворот на право, - подсказала Блондя.
- Мы идем к Аю, - ответила я.
Объяснять причины своего решения смысла не видела, может как-нибудь потом. Сейчас целью было уничтожить все, что есть. А дальше сообщить «братикам» об имевшей место контрабанде химических веществ. Роен со всем этим разберется, причем жестко, безапелляционно и быстро – риантаны, они такие. Элита элит на Танарге. Выше только гаракхай, но гаракхай обязаны подчиняться риантанам, так что… Роен разберется, в этом можно было не сомневаться.
А позади нас раздавались крики все более громкие, кто-то завопил «Пожар» и я была не удивлена – если тот светильник обронили, огню вообще без проблем было подобраться к занавесям, так что вполне имелся шанс узреть как до утра от дворца государыни останутся лишь руины. Конечно это не весело, мне же тоже придется переезжать, а мы только нормально тайную комнату отстроили… но подстава с носками мне слишком сильно не понравилась!
***
Покои принцессы обнаружились по запаху. Где-то здесь варили метамфетамин. Гадская вещица, во время службы мы пару раз сталкивались с бойцами, накачанными этой дрянью – берегов для них не существовало, как впрочем и пути назад. Эти шли в бой, чтобы сдохнуть и точка. Психостимуляторы гадская вещь, особенно те, что почти мгновенно формируют наркотическую зависимость. Мы в десанте ненавидели эту дрянь. Просто тупо ненавидели. Бой это всегда сложно, но когда ты вынужден убивать неадекватов, которые не то чтобы не в себе, но даже не соображают, что это им только что руку с плечом вместе оторвало, или ногу отрезало… просто жуть.
Мой градус неприязни к принцессе Аю повысился до основательной ненависти.
- Кэп, вы меня пугаете, - внезапно призналась Блондя.
Не ответив на это, я приказала:
- Замотай лицо шарфом, одних фильтров будет недостаточно. Увидишь белое кристаллическое вещество - не прикасайся.
И первая шагнула в распахнутые ударом с ноги двери.
Служанок тут не было, только евнухи-охранники и все оказались вооружены. Оригинально.
- Уходи! - приказала агенту, и приспустила шарф.
Ненавижу это делать, но как бы… и оставить все так не могу.
На лицах евнухов были полномасштабные противогазы, причем высококлассные, танаргского производства, так что использовать галлюциногенный порошок не имело смысла. Еще на их стороне было численное превосходство и наличие оружия. Так что все что мне оставалось – перейти к самым крайним мерам.
И я начала дышать.
Полной грудью.
Не только существенно повышая уровень кислорода в крови, но и вдыхая пары метамфетамина. Гребаный взрыв центрального двигателя – ненавижу это делать!
Первым напал евнух справа. Бил сразу на поражение, допрашивать «кто, зачем и почему» явно не собирался, целью этих ребят было уничтожение любого, кто окажется в покоях принцессы. И эта дрань с каждой секундой нравилась мне все меньше, хотя казалось бы куда уж меньше.
Ломающий кости удар ногой по колену евнуха слева, перехват его руки с оружием, и клинок плавно вошел в тело евнуха справа, который не успел ни увернуться от удара, ни остановить свое падение по инерции на евнуха слева, убивая того, кто сейчас вопил от боли. Только этого крика никто не слышал, и не услышит.
Я хорошо знала эту модель танаргских противогазов. У нас, в десанте, их называли «Маска смертника». Говорящее название, и очень точное – снять самостоятельно данную конструкцию невозможно. В полевых условиях так же хрен снимешь. Есть лишь один шанс выжить - получить очередную дозу кислорода, который для этой модели противогазов изготовлялся в минимальном количестве. Одна капсула. Даже не баллончик размером с палец, хоть самый маленький. Только капсулка… мизерная. Два часа жизни. И ограниченное количество перезаправок. Так что я даже не знала, назвать происходящее убийством или актом милосердия.
«Расскажи мне, что такое бойня…»
Одна из прикольных песен Челки с Черепушкой. Прикол был в том, что невозможно рассказать о том, что такое бойня. Это не описать словами, просто никак. И я перехватила оба меча рухнувших на пол мертвыми евнухов, чтобы точно так же уложить все прочих здесь.
Росчерки стали, оставляющие кровавые картины из алых капель на стенах, окнах, занавесях. Метамфетамин довел мои рефлексы до максимального уровня, боль я не ощущала вовсе, в какой-то момент с трудом начала осознавать и происходящее. Удар – блеск стали - кровавый след на стене. Очередное тело с глухим стуком падает на пол, но я уже этого не вижу и не слышу, я наношу новый удар.
Евнухи-стражи гибли молча. Возможности кричать у них не было. Возможности выжить так же. В какой-то момент я заметила, что «Маски смертников» были не первой свежести, в общем пользованные. Танаргцы их никогда не использовали повторно, отдавая своеобразную дань уважения, у местной принцесски принципов не было вообще. Судя по всему, одни евнухи гибли и их маски надевали на других. Не хочу даже думать о том, что эти парни испытывали в этот момент. Бесчеловечно это, просто бесчеловечно. Бойня и то как-то честнее.
Голова закружилась, когда до входа в доморощенную лабораторию принцессы Аю оставалось всего три смертника.
А я уже как бы основательно переоценила свои силы, да и главное мое преимущество - скорость, уже сошло на «нет». Метамфетамин на меня действовал, как и все в десанте я проходила испытания по воздействию психотропных веществ, поэтому я конкретно и четко знала, что ускорение рефлексов для меня всегда было кратковременным, а вот последствия накрывали основательно.
Сейчас началась стадия опьянения.
Я шагнула к евнухам, и поняла, что шатаюсь основательно. Еще что у меня ранение в плечо, бедро и условно «царапина» в районе живота. А неплохо так меня тут нашинковали, чтоб их!
Вся троица евнухов атаковала одновременно, и гораздо быстрее чем я успела поднять оба меча, чтобы блокировать удары…
В какой-то миг мелькнула странная мысль, что я могу сейчас здесь умереть.
Очень странная мысль, но при этом какая-то логичная, если критично оценить происходящее.
То, что я все же подняла оба меча, скорее было сделано из чувства упорства, которое в нас вдолбили с восьми лет так, что хрен выдолбишь, вот только ударов не последовало.
Для начала дрогнул пол, причем дрогнул основательно, а затем все три евнуха синхронно перерезали себе шеи и рухнули к моим ногам уже бездыханными.
«Эрих» - мгновенно догадалась я.
«Девочка моя, где ты?» - взволнованный вопрос.
А я не смогла ответить. Надышалась во время боя, и вот крайне печальный итог… А еще я истекаю кровью и с этим нужно что-то делать.
«Мелани?!» - почти крик.
Но все что я могу сделать, это пытаться удержаться на мечах как на костылях, и прошептать всего одно слово:
- Эрих…
А дальше все как в тумане…
Взлом кодового замка танаргской постройки, вход в лабораторию и полнейшее охренение от увиденного. Четыре стола, где дымились реактивы, бурлила жидкость в ретортах, формировались кристаллы в колбах. И шкафы, специализированные, с полной изоляцией, поддержкой нужной температуры и четким разграничением на потрясающие надписи «Первый день отбора. Второй день. Третий»… У бутылочек с готовым составом тоже были отличия… по цветам. По цветам правящих архонтов! И отдельно целый шкаф с моим именем. Заполненный до основания. Там не то что яблоку упасть негде было, туда и листочек с дерева вместился бы с трудом.
Короче, эта «принцеска» мелочиться явно не привыкла.
На стене, при входе, имелись нормальные и очень современные противогазы, и даже костюм химзащиты вполне себе практически не ношенный. Аю пользовалась другим - абсолютно черным, этот же был классического желтого цвета. Но я не гордая.
Что-то там почти кричал Эрих, я не могла разобрать его слов.
Движения давно стали дерганными и рефлекторными, взлом системы защиты лабораторных хранилищ проходил как во сне, причем сон был определенно кошмарным, потому что в какой-то момент передо мной появилась огромная черная змеюка, разъяренная до такой степени, что даже капюшон раскинула.
- О, ты вовремя, - поприветствовала я Алкесту, будучи вообще не в состоянии разобрать ее шипения. - Возьми четырех смертников. Действуй аккуратно, они не должны заподозрить, что тела двигали уже после смерти. И мне нужен термит. Много. Сейчас.
Огромный плохо управляемый морф в состоянии полной боевой бронированности, прошипел что-то явно непечатное, и уполз. Мой воспаленный мозг шипение сумел перевести далеко не сразу, но в суть я врубилась – не было тут термита. Херово, короче.
Пошатнувшись в очередной раз, я очнулась уже на полу, вообще не помня, как свалилась.
Одна радость - блок системного управления я все же взломала. А это была танаргская система хранения химических веществ, и у нее, как и у любой танаргской системы, имелся режим тотального, безвредного для окружающей среды, основательного самоуничтожения. Забавно, и Эрих и Аю поймались на одном и том же - они своих союзников знали гораздо хуже, чем мы своих врагов, вот и просчитались в итоге оба.
Алкеста приползла, когда система самоуничтожения уже была запущена. Помогла мне выбраться из костюма химзащиты, отшвырнула его в начавшийся пожар, проводимый под строгим контролем системы уничтожения пламенем – натужно работали системы вентиляции, втягивались ядовитые пары, уничтожался осадок и примеси. Танаргцы такие танаргцы, они ко всему подходили основательно и конкретно. Уважаю.
***
Алкеста превзошла себя раз двадцать, пока волокла меня обратно к Цветочной беседке, которая вполне была достойна в переименование Руиновая беседка. В ней все так же бесновался Нгоэн, добивая последнего из четырех подкинутых ему Алкестой евнухов-смертников.
А дальше меня перехватила Блондя и где-то в этот момент я вырубилась.
Как давала ЦУ я не запомнила, но радует, что все же смогла их выдать. И команда у меня была отличная - я даже в состоянии полной бессознанки знала, что они справятся.
И они справились.
***
- Мелани… Мэг, тысяча нестабильных атомов, ответь мне! Пожалуйста, Мэлани!
Открыть глаза получилось с трудом, но когда получилось, на сердце стало светлее - меня обнимал Эрих. И это был дворец моей типа матери. Даже спальня ее. Еще тут имелся геликс, и видимо его работа только что закончилась. Рядом возвышалась Гвен, которая даже молча и стоя с каменным выражением лица, умудрялась выглядеть угрожающе-агрессивной, и основательно яростно взбешенной. Чуть дальше на коленях стояла Аю, вокруг нее красиво лежала ткань ее платья, и вообще она была красивая, но, сомневаюсь, что ей это сейчас поможет - партия уже была разыграна и разыграна как по нотам. У меня все же шикарная команда, может вообще на повышение в итоге пойдем и в целом вернемся в разведупраление… Хотя нет, там же Исинхай.

Глава 24

- Посмотри на меня, - нежно попросил Эрих.
Я посмотрела. Мне сразу так хорошо стало, и кайфово, и радостно.
Откуда-то из-за занавеси, вдруг выступил Роен. Не родной братан молча надел мне на руку кольцо. Внешне вообще безопасное - очень тоненький золотой ободочек, ничего угрожающего… Это, конечно, если не знать, что это новейшая разработка Танарга применяемая для допросов.
Повернув глаза, я увидела, что Аю стоит на коленях точно с таким же кольцом на левой руке. Остальные ее перстни сняли и те сиротливо лежали на ярко-розовой широкой юбке. Сама принцесса, практически дрожала, и это было весьма заметно.
И тут Эрих мысленно передал мне:
«Это допрос. Все серьезно».
Ну, я так и поняла.
- Архонт Дагрэй, потрудитесь отойти от моей дочери! - официально и безапелляционно потребовала Гвен.
Эрих посмотрел на меня, явно не собираясь следовать приказу.
Но тут дверь в спальню моей гаракхаевой матери распахнулся и появилось двое - Нгоэн, весь в белом, да еще и кожа на лице имела неожиданно бледный оттенок, и какой-то величественный тип в белых расшитых золотом хламидах. Судя по количеству золота он тут был или самый главный или с личным дизайнером чуваку не повезло. Но тут все как-то синхронно поклонились и я поняла, что оба предположения верны.
Попыталась привстать, изобразив желание присоединиться ко всеобщему поклону, и услышала доброжелательное:
- Лежи-лежи, девочка. Не нужно вставать.
А затем уже вовсе недоброжелательно и обращаясь ко всем:
- Это неформальное разбирательство, но все мы понимаем серьезность обвинений, не так ли?
Принцесса Аю после этих слов заметно побледнела. Нгоэн тоже выглядел не лучшим образом. Обнаружившаяся в углу в пафосном кресле вдовствующая государыня вообще молчала и уже даже не улыбалась.
- Итак, - охрана приволокла кресло невезучему по части личных дизайнеров чуваку в бело-золотых одеяниях, и кресло было куда как пафоснее, чем у государыни. - Для начала, я хотел бы выслушать версию ее высочества Мелании Олидрад.
А вот это уже обидно.
Я посмотрела на брательника. Риантан армии Танарга мило улыбнулся в ответ, демонстрируя, что в этом разбирательстве Танарг будет держать собственную позицию, не становясь на мою сторону. Вот зря он так. Мы же все-таки родственники.
- Я рядом, - напомнил Эрих.
То чувство, когда единственным родственником является твой собственный муж.
- Архонт Дагрэй, потрудитесь отойти от моей дочери! – повторила свое требование Гвен.
В общем, пора было переходить к представлению, тянуть время смысла не было.
- Я… - голос был охрипшим, голова болела неимоверно, и вообще отходняк по полной, не самые приятные ощущения, - была приглашена на ужин к вдовствующей государыне… - Мой надрывный кашель, который даже изображать не пришлось, и слабым голосом, - однако ее не оказалось в Цветочной беседке…
Далее было нечто - все посмотрели на мою бледную длань, безвольно покоящуюся на белоснежной простыни, и узрели зеленый отблеск моего кольца.
- Это правда, - констатировал для всех Роен.
Естественно правда - я курс по работе с детекторами лжи сдавала трижды. Просто с первого раза не сдала… В любом случае теперь справиться с этим кольцом проблемой не являлось вовсе.
И все вновь уставились на меня, в ожидании продолжения.
Ладно, отыгрываем дальше.
- На мне была странная обувь… очень неудобная… и от нее несло чем-то странным, с химическим привкусом… От нее и от носков. Я плохо разбираюсь в химии, но знаю кто здесь является специалистом в неорганической и молекулярной химии…
Разъяренный взгляд Аю привел к тому, что она сама схватилась за горло, пытаясь вернуть себе возможность дышать. Видимо придушить меня хотела, но тут был Эрих, а его «Пробуждение дракона» или «раздраконивание дракона» уже произошло… Гребаный навигатор, не помню как это правильно называлось.
Но шоу должно продолжаться и я продолжила.
- Потом что-то произошло, и принц Нгоэн… оказавшийся почему-то в той беседке вместо государыни, предпринял все возможное, чтобы защитить меня.
Помрачневший Нгоэн молча сложил руки на груди. Судя по всему, он боялся именно этого - что ему реально пришлось меня защищать. А я что? Я не против раздавать лавры спасителей направо и налево, мне это вообще не сложно.
- Дальше, - приказал первый архонт.
- Дальше… - вид умирающей лебеди я явно отыгрывала на все сто, потому что даже вдовствующая посмотрела с нескрываемым волнением. - Дальше…. Я смутно помню, что происходило…
Кольцо ожидаемо окрасилось зеленым сиянием.
- Помню… я… кажется, слышала слова ее высочества о том, что она собирается стать единственной женой Эриха и не собирается делить его с кем-либо…
- НЕТ!!! - возопила вмиг осознавшая, что ее положение стало хуже чем было, принцесса Аю. - Я бы никогда… Я этого не говорила!
И спокойный голос Роена:
- Это ложь.
Мы все посмотрели на Аю, та в ужасе смотрела на кольцо, пульсирующее алым цветом. Ммм, похоже это совсем новая разработка, раз столь явная реакция.
- Я… я… - принцессу трясло все сильнее. - Я никогда не посмела бы причинить вред ее высочеству Мелании.
И снова яркая алая вспышка, выдающая лгунью с головой.
В этот миг, Аю вновь посмотрела на меня, а затем внезапно картинно упала в обморок. Красиво так упала. Так чтобы золотые волосы разметались, широкие рукава обнажили тонкие запястья, и в целом неимоверно красивая принцесска была. Не Кей Моррис, конечно, но вот с подопечной Багора потягаться в красоте она вполне могла бы.
Однако не вышло.
- Обморок ложный, - безучастно объявил всем Роен.
Повелитель молча отослал бросившихся к девушке слуг, Аю пришлось вновь вернуться в позу «стою на коленях с опущенной повинной головою», а меня вернули к допросу.
- Дальше! – потребовал риантан армии Танарга.
Вот скотина бесчувственная, мне, между прочим, плохо.
- Воды, - мгновенно потребовал Эрих.
Гвен лично подала ему бутилированную, и мой любимый, приподняв меня, позволил напиться, а то сушняк был зверский, все горло першило.
Но только я напилась, Роен повторил свое требовательное:
- Дальше!
Мне вот уже даже стало интересно, какой интерес сейчас в данном вопросе у Танарга. Как-то слишком сильно давил Роен. Но дальше так дальше.
- Смутно помню, как оказалась в лаборатории принцессы Аю… - прошептала я.
А помнилось то реально очень смутно, так что зеленый сигнал демонстрирующий правдивость моих слов мне был обеспечен.
- К этому моменту я была ранена и истекала кровью… - жалобно так получилось, но опять же - чистая правда. - Потеряла сознание… очнулась на полу… Меня спасла моя служанка…
И снова чистая правда. Абсолютно кристально чистая правда.
Но в глазах Аю появилась надежда. Зря, у этой надежды не имелось ни шанса.
- Лаборатория, - прошептала я, снова хрипло, потому что голос реально опять охрип, - она была очень… танаргская.
И вот теперь Роен резко развернулся и воззрился на меня. Кажется, я врубилась, в чем причина допроса. Что ж, лови правду, «братец».
- Судя по моему состоянию, это отравление парами метамфетамина, - и вот это я сказала совершенно уверенно и четко. - Учитывая мое прошлое, отношение к подобным веществам у меня… соответствующее. Вероятно, систему самоуничтожения лаборатории активировала я.
Зеленый отблеск кольца, и вопрос риантана:
- Сколько дохранов там имелось?
Прикрыв глаза, я с трудом восстановила в памяти весьма туманные воспоминания, и ответила:
- Не менее восьми…
Когда открыла глаза, все смотрели на мое кольцо. Оно, вполне отвечало моим ожиданиям, и светилось самым нужным мне сиянием.
А дальше все прошло как по нотам.
Роен молча выступил вперед, встав между кроватью на которой лежала я, и возле которой находились Эрих и Гвен, и глядя на первого повелительного архонта, отчетливо произнес:
- Кража информации уже является преступлением, караемым лишь одной мерой пресечения - смертной казнью. В случае вашей племянницы, речь идет не только об информации, но и о технологиях, ингредиентах, веществах. Танарг требует предоставления полного доступа к покоям принцессы Аю для проведения расследования.
Первый архонт помрачнел и с яростью произнес:
- Вы можете казнить Аю на месте. По законам Тайрема нападение на усилитель уже смертельное преступление, и я не вижу смысла проводить расследование.
- Я вижу, - отчеканил Роен. - Танарг должен получить всеобъемлющую информацию о том, каким образом принцесса Аю сумела вывести все вышеуказанное с территории Танарга. Вероятно, головы полетят и среди ваших, и среди наших людей. Но подобные преступления никогда не остаются не расследованными - это политика Танарга и вам о ней известно.
Первому архонту явно было об этом очень хорошо известно, и похоже он даже был в курсе кто из его людей останется без головы по итогам данного расследования.
- Что касается положения моей сестры, - продолжил Роен, - мы вынуждены заявить, что дворец вдовствующей государыни полностью дискредитировал себя. До конца отбора… в том случае, если моя сестра все еще желает в нем участвовать, Мелания будет проживать во дворце нашей матери.
Вдовствующая было дернулась, но тут же вновь обмякла в своем кресле.
Правящий первый архонт величественно поднялся, и нехотя произнес:
- Да будет так!
После того, как он вышел, в спальне прозвучали тихие слова Нгоэна, обращенные к сестре:
- Как ты могла?!
Принцесса стремительно обернулась, слезы в ее глазах тронули даже меня, я-то знала, что они были искренними, и попыталась было что-то сказать, но Нгоэн не позволил, припечатав ожесточенным:
- Ты знаешь, как много она для меня значит. Ты единственная, кто знал. Как ты могла?!
И резко повернувшись, Нгоэн вышел из спальни.
Аю молча захлебывалась слезами, но судьба ее теперь полностью зависела от Танарга, и судьба была незавидна.
Посмотрела на Эриха, тот молча смотрел на меня… Не осуждал, мы уже разобрались с этим вопросом, но слезы Аю явно тронули и его. Да они и меня безучастной не оставили, но кроме эмоций имелись еще и факты.
«Я вчера убивала смертников, Эрих. И те маски на них… они уже использовались и явно не раз. Поэтому у меня не будет жалости, никакой жалости. Прости».
И тут свой ход неожиданно совершила Аю.
- Я готова полностью и всесторонне сотрудничать с Танаргом в данном расследовании. Несмотря на мой статус, вы получите мое согласие на полномасштабный допрос с использованием танаргских систем психологического разделения сознания и самоидентичности.
Слова принцессы прозвучали как гром среди ясного неба. По факту имея статус аристократки, она реально могла избежать допросов с применением насилия и психологических методов вредящих разуму допрашиваемого, но она одним махом обеспечила себе нечто, на что лично я бы не согласилась никогда. Но Аю предложила это сама, а значит…
И тут Роен посмотрел на меня. Я на него. Кажется мы оба подумали об одном и том же - Аю крышевал кто-то из верхушки Танарга. А это значит, что она не просто провезла на Тайрем запрещенное оборудование вместе с веществами, но и провела тайремских следователей, ведущей за ней круглосуточное нападение.
«Если твое предположение верно, есть шанс, что Аю не только сохранят жизнь», - сообщил мне Эрих.
«Гадство, конечно… - ответила задумчиво, а затем перестала кривить душой и честно призналась: - В какой-то степени я рада, что она останется жива. Вчерашняя ночь долбанула по моей нервной системе так, что я понятия не имею, как из всего этого выберусь. Эрих, я десантник. Десантник, а не асс! Но то что вчера произошло, было не боем, а бойней… Мне понадобится сеанс психотерапии с Кэлом, и не один».
Помолчав, мой архонт высказался:
«Что ж, кажется, я ее сейчас сам убью!»
Перехватила его за руку, удержала, посмотрела в любимые глаза, и поняла насколько паршиво сейчас моему любимому. Наверное, даже паршивее чем мне.
«Справлюсь, не переживай», - мягко сказала ему.
«Не уверен, - мрачно ответил он. – И на будущее - если я прошу дать мне час, просто дай мне его, а не влезай в бойню. Не знаю, заметила ли ты, но последних пятерых убил я!».
Что ж, на это оставалось лишь признать:
«Я заметила, что ты убил троих»…
«Мелани… - почти стон, только мысленно, - Мелани, зачем?!»
К сожалению, ответ на этот его вопрос у меня был.
И я просто позволила ему услышать то, что услышала вчера.
«Носки, матушка. Состав безупречен, следов не останется. А камеры подтвердят тот факт, что интимный акт был ван самой Меланией Олидрад. Танаргу будет совершенно нечего предъявить нам. Архонт Дагрэй так же будет вынужден принять данный факт молча. Это, несомненно, ранит его, но… я утешу».
Темно-серые глаза седьмого архонта медленно потемнели почти до черного цвета.
«Если честно, я не уверена, что тебя после подобного можно было бы утешить, - моя прямолинейность порой зашкаливала, и все же, я все равно продолжила:- Однако лично я подобного бы не пережила. Удар по гордости был бы слишком сокрушительным. Я не такая сильная, как Блондя, я так не смогу. Просто не смогу».
Несколько мгновений Дагрэй молча смотрел мне в глаза. Затем осторожно стянул с моего пальца кольцо-анализатор, передал его Гвен и сжал мою ладонь. Сейчас, столкнувшись с подковерными тайремскими играми, я уже понимала, что в целом оказалась не готова ко всему этому. И что Удав был по-своему прав, недвусмысленно оставив для меня яд. Но…
«У меня есть план, как разобраться с отбором, - сообщила любимому».
Любимый нежно поцеловал мою ладонь, и сообщил в свою очередь:
«Я нашел способ разобраться с архонтами».
«Мы справимся, - с улыбкой мысленно заверила его».
Эрих молча кивнул.
Другого пути у нас не было. Любое бегство в итоге могло обернуться тем, что архонты рано или поздно нас все равно найдут. Это Эрих был для них слепым пятном, а вот меня они могли видеть примерно так, как Эрих когда-то «увидел» Ирдэрана Нэльсвера для риантана Харсейди. Так что нашим единственным выходом было одержать победу здесь, на их поле. «Точно справимся!» - уверенно заключила я.
И благополучно потеряла сознание.
***

Глава 25

На восстановление добрая вдовствующая гадина дала мне ровно пять суток, после чего возобновила как обучение, так и свидания с претендентами.
С обучением меня прикрывала Алкеста, она как-то в целом изменила отношение ко мне, словно теперь ее шефом стала именно я, это было странно и непривычно, особенно появившаяся у морфа привычка слушать меня, почтительно склонив голову. Мне от этого сильно не по себе было. К счастью хоть Блондя оставалась собой, что радовало. А еще шефство надо мной полномасштабно взяла Гвен. И все мои свидания заканчивались одинаково - ровно в момент, когда я переступала порог очередной встречательно-организовательной беседки, появлялась Гвен и дословно заявляла, что: «Моя дочь не готова к отношению с мужчинами, но мы готовы рассмотреть кандидатуры женщин, а еще лучше девушек». К счастью, традиционные семейные ценности не позволяли Тайрему пойти навстречу Танаргу в данном вопросе, так что все свидания катились к нестабильному атому. Чему лично я была только рада.
Мне и без свиданий было чем заняться.
Потому что я до одури была озадачена одной конкретной фразой вдовствующей: «Аю, нашим традициям более десяти тысяч лет».
Какие, к детонаторам, десять тысяч?!
Я перепроверяла все трактаты и летописи, все, что могла достать сама, с помощью Эриха, и даже с Роен с парой манускриптов помог, но все равно не сходилось никак.
На данный момент шел 1277 год настоящей цивилизации. Из двенадцати столетий, два прошли в формировании обоих народов, в четвертом веке разделение оформилось уже основательно, в пятом начинаются атаки кочевников на земледельческие поселения, и спустя двести лет достигается определенный консенсус, хотя по факту победили кочевники. Но земледельцы, у которых по каким-то непонятным мне причинам женщины были в основном светловолосыми… при том, что мужики вполне себе являлись брюнетами, выкрутились и в ситуации полного поражения, создав альянс, в котором женщины кочевников несмотря ни на что оставались на вторых позициях. Таким образом, максимум, что можно было сказать о традициях текущей цивилизации – им было от роду лет так пятьсот, не больше.
И тогда остается большой вопрос – к чему говорить о десяти тысячах лет, если мы имеем всего пятьсот по факту?
Этот вопрос пока оставался без ответа.
Днем и ночью, продолжая практиковать интервальный сон, я учила трактаты по добродетели. Именно это качество превозносилось в праведной жене тайремского архонта. Но по сути, жизнь первой жены была сущим адом. Из всего требуемого, я выделила для себя несколько основных пунктов:
Голос жены должен звучать тише голоса мужа, когда же в доме присутствуют гости - голоса жены не должно быть слышно вовсе.
Добродетельная супруга должна вставать в четыре часа утра, в преклонном возрасте в пять.
Ведение хозяйства включает в себя учет расходов, планирование бюджета, а так же, удовлетворение потребностей детей в образовании, и родителей в лечении.
Трудолюбие – не просто достоинство, а целый гребаный образ жизни, ибо безделье грех, отдых – грех, сидеть в присутствии родителей супруга так же грех. По факту брак для местных женщин был не союзом любящих сердец, а переходом в вечное служение, где служить ты обязана всем с утра до ночи и спать в лучшем случае пять часов в сутки… это если сильно повезет. Женщина, управляющая хозяйством, экономна и трудолюбива, бережлива и прилежна. И еще строга с прислугой. Очень строга.
Религиозные обязанности. Добродетельная жена должна была взять на себя все религиозные обязанности. Она должна была устраивать поминальные торжества по предкам, в случае же кончины кого-либо в семье ее обязанностью было устройство похоронных церемоний, контроль за надлежащим исполнением скорби и поддержание каменного изваяния супруга в надлежащем виде…
И вот где-то тут мой мозг сделал стойку. Как гончая на охоте.
«Поддержание каменного изваяния супруга в надлежащем виде»?! Серьезно. Не статуи, не памятника, ни именной таблички, которой удостаивались остальные члены семьи, а поддержание каменного изваяния супруга в надлежащем виде? Возможно, я бы не обратила на это внимания, сочтя за огрехи перевода или вообще пропустила бы… но я никогда не забуду как каменел в моих объятиях Эрих. Буквально превращаясь в камень!
И тут с урока вернулась Алкеста.
Морф шипя и сквернословя уползла в кровать - спать. С того момента как мы перебрались к Гвен, а моя танаргская семья жестко потребовала этого, более не нужно было скрываться, так что мы просто перетащили все из полуразрушенного дворца вдовствующей сюда, слугам все равно было запрещено входить в этот дворец.
- Алкеста? - позвала я, когда морф уже захрапела радостно.
- А чтоб тебя целым астероидом! – высказалась она.
Иногда я подумывала о том, что ругань Алкесты можно было записать в отдельный разговорник и неплохо заработать на этом. Но не суть.
- Вопрос: Что должна делать добродетельная жена в случае кончины супруга? - спросила я.
Ответ последовал незамедлительно:
- Рыдать так, чтобы кишечник порвался, не менее семи дней в случае смерти родителей мужа и три года в случае смерти супруга, - сонно пробормотала морф.
- Кишечник порвался? – охренела я.
- По идее сначала должно разорваться сердце от горечи и скорби, но учитывая количество требуемых рыданий не исключу и разрыв кишечника.
Хм. Как интересно. То есть первая жена должна следить за тем, правильно ли скорбит вторая жена и прочие члены семьи, в то время как вторая исключительно рыдать.
- А слежение за местом захоронения? - поинтересовалась я.
Алкеста зевнула, повернулась ко мне спиной и ответила:
- Речь шла только о скорби.
Ее действительно готовили исключительно как наложницу… Уроды.
- А что по хозяйственной части? - так просто спросила, даже не подумав особо.
Но ответ потряс до глубины души:
- Уборка, стирка, починка одежды, приготовление мыла, сидеть, не раздвигая колени, мыть кастрюли, готовить…
Далее храп.
- Так, а что с прислугой? - в очередной раз помешала я ее сну.
- О прислуге ни слова, - Алкеста зарычала и поинтересовалась: - Все?
- Вроде да, - ответила задумчиво. Но опровергая собственные слова, задала еще один вопрос: - А что с мужем?
- Да чтоб ты подохла! - высказалась морф.
Ладно, позже спрошу.
Сработал таймер и следующие пятнадцать минут я спала.
Когда вновь по таймеру проснулась, Блондя уже принесла еду, Эстер корзину с травами, а Гвен ноголомы и фарфоровые тарелки. Травоведение я учила грациозно шагая в ноголомах, в процессе поедания обеда прямо на ходу.
- А ты очень изящна, - внезапно сказала Гаракхай.
- Опыт не пропьешь, - плавный разворот, перехват ложки с рисом, протянутый Блондей, и я продолжение выслушивания информации о травах от наложницы Роена.
- Интересно, - протянула Гвен, - мы с тобой в бою случайно не сталкивались?
- Абсолютно точно нет, - еще один плавный поворот.
Сегодня я добилась того, что ни одна фарфоровая тарелка с моей головы не свалилась.
- Откуда такая уверенность? - улыбнулась гаракхай.
Прожевав новую порцию риса, спокойно ответила:
- Я видела как ты действуешь - ты не оставляешь врагов в живых. Так что если бы мы столкнулись в бою, меня бы сейчас не было в живых, - просто ответила «матушке».
Гаракхай помрачнела. Я продолжила занятие.
Таланта и врожденного изящества мне определенно не доставало, но чтобы достичь совершенства требуется всего один процент таланта и девяносто девять процентов упорства. Упорства у меня хватало. Более чем.
«Аю, нашим традициям более десяти тысяч лет»…
Эта фраза не отпускала.
Было и еще кое-что, что реально беспокоило – в тот момент, когда мы покидали Джангуа и Эрих слегка переоценил свои силы, он начал каменеть. Я старалась вспоминать об этом как можно меньше, но опыт есть опыт - моя интуиция постоянно намекала, что здесь что-то не так. Определенно не так.
Еще одна проходка, плавный поворот, и я задаю вопрос:
- Эстер, как хоронят архонтов?
Мы всегда выясняли погребальные традиции планеты, на которой предстояло провести боевую операцию. Потому что именно погребение дает больше всего информации о менталитете, страхах и глубинных традиций народа. Вообще надо было раньше спросить, мой косяк.
И тут Эстер тихо ответила:
- Архонтов не хоронят, они превращаются в камень.
Я остановилась, чуть не потеряв блюдце с головы, и посмотрела на наложницу. Девушка, несколько замялась под моим вопросительно-потрясенным взглядом, и запинаясь ответила:
- Их оставляют покоиться на Земле Предков, в Саду Камней, среди прочих… камней.
Мое сердце пропустило удар, а горло гулко сглотнуло.
То есть, это получается там, на орбите Джангуа Эрих вполне себе так натурально подыхал, а я и не врубилась!Очаровательно!
Шаг, еще шаг, поворот и новый вопрос:
- Процесс превращения в камень необратим?
Эстер была очень старательной, и потому сначала подумала, вспоминая, что могла, затем ответила:
- Это возможно, но только ценой жизни усилителя. Однако архонтов много, а усилителей всего два, поэтому…
Продолжать она не стала.
А я, продолжая оттачивать каждое движение, тихо охреневала с этой каменеющей нации. Нет, так если подумать, то способности у архонтов крутые, с этим не поспоришь, но иметь в перспективе окаменение это такая себе перспектива.
- С травоведением на сегодня закончили, - сообщила я наложнице.
И включила наушники, прослушивая оцифрованный вчера Блондей манускрипт с легендами Тайрема. Потом Алкеста ушла на новые занятия, а я не прекращала собственных. Мне нужен был статус жены Эриха, позарез нужен, даже если Исинхай приказал иное.
Где-то спустя двенадцать часов, когда Алкеста давно спала, а Гвэн заняв позицию у дверей никого не впускала, Блондя тихо спросила:
- Кэп, а что вы думаете по поводу окаменения архонтов?
К этому моменту я уже вымоталась, но не так чтобы полностью, и все равно была основательно раздраженной.
- Стандартный естественный отбор - природа всегда регулирует численность населения тем, или иным способом. Инструменты регулирования у каждой планеты разные, мы пару раз сталкивались с тем, что при перенаселении треть населения рождалась бесплодной, на Тайреме примерно та же хрень, если учесть что усилители практически вымерли. Следующий этап явное вымирание архонтов. Поразмыслив, Блондя высказалась:
- Хреновый расклад для вас, кэп.
Я это понимала не хуже агента. Но десант никогда не сдается - нас учили сражаться до последнего. А учили хорошо настолько, что сражались мы реально до последнего, до самого последнего врага.
- Нормальный расклад, - я сняла фарфоровую тарелку с головы, передала Блонде, - как говорил сержант Страйк: «Парни, мы их всех поимеем».
- Эээ…- было мне недоуменным ответом. - «Парни»?
Молча кивнула, и переключив с текста на музыку, начала отрабатывать танец, воспроизводя все движения Аю из тех, что запомнила. Сегодня Роен и еще двое моих братьев спешно покинули Тайрем, к моей досаде оставив Аю здесь и не предъявляя ей никаких обвинений. Мне было интересно, кто та шишка, что рискнула предать Танарг, но вот что не интересовало вовсе, так это то, что с шишкой этой сделают, там был только один приговор - смертная казнь. И все же, зачем? Зачем кому-то вступать в сговор с Аю, зачем так подставляться, и главное - ради чего. Что такого могла знать эта принцесса?
- Так, все, я задолбалась, - честно объявила присутствующим и слезла с ноголомов.
Мне нужна была помощь, и хоть просить не хотелось, но реально задолбалась голову ломать. Так что пробравшись в потайную комнату, которую мы оборудовали во дворце Гвен, а моя танаргская семейка отказалась возвращать меня во дворец вдовствующей, я взяла сейр и нехотя набрала одного конкретного гада.
***
Удав ответил почти сразу, несмотря на то, что был занят.
Ну, ничего, я терпеливо подождала пока его радостно ножиком потыкают полтора десятка личностей с татуировками астероидного братства, и пока он ножиком потыкает, куда успешнее нападающих. Потом на сейр брызнула кровь, слегка испортив зрелище, так что еще более терпеливо пришлось ждать, пока Удав сотрет кровь с экрана, беззастенчиво использовав для этого обрывок одежды одного их уже трупов. И вот только после этого всего спец класса Титан соизволил произнести:
- Приветствую доблестных работников сферы сексуальных услуг. Ну как, уже пошла на повышение до пятидесяти мужиков в день, или еще остаешься в статусе «не знаю, не пробовала»?
Гад ходячий!
- Второе, - как можно равнодушнее ответила я.
- Да не красней ты на ровном месте, - продолжил издеваться Удав, - мы люди взрослые, знаем друг друга в мельчайших интимных деталях, так что давай, жалуйся. Можешь даже пустить слезу и тогда добрый дядя Удав так и быть вытащит тебя с этой гнилой планетки.
Молча показала ему очень неприличный жест.
- Не, у меня больше. Хотя кому я говорю - ты же его видела. Красивый, да?
Урод гребаный!
Но не на ту нарвался.
- Хм, - я оглядела окрестности за его спиной, прикинула татуировки только что почивших, и поняла, что улыбаюсь, коварно так. - Ммм, а ты, как я смотрю, на семьсот девятом астероиде, братство Тумана, да? Полагаю ищешь базу ИсКинов? Знаешь, можешь даже пустить слезу и тогда добрая тетя Мегера так и быть поможет тебе с инфой.
Теперь помрачнел Удав.
Постоял, мрачно глядя на меня, затем нехотя произнес:
- Спрашивай.
Вот сразу бы так.
- Несостыковка. Этой цивилизации менее двух тысяч лет, но я слышала разговор о том, что традиции насчитывают десять тысяч лет. Где копать?
Помолчав, Удав ответил:
- Копать правильное слово. Исчезнувшая цивилизация всегда оставляет след, чаще всего погребенный под новой цивилизацией. Кстати, я слышал, что принцы Тайрема допускаются к переписыванию древних свитков. Делается это вручную и копии уничтожаются с окончанием обучения.
Час от часу веселее.
- Теперь твоя очередь, - напомнил о своеобразном соглашении Удав.
Мило улыбнувшись, сообщила:
- ИсКины не убивают. Никогда. Так что нет смысла искать их на территориях братства Тумана. Удачи, малышка.
- Я не…- начал было агент.
А я взяла и сейр вырубила. Внаглую.
Когда я вышла в свою комнату, меня уже ждало новое платье и, соответственно, новое свидание вслепую с очередным архонтом. И я подумывала о том, чтобы отказаться от этого крайне сомнительного удовольствия, просто подбирала повод, но тут Эстер сообщила:
- Это Ассен, принц из Шестого дома. Он ребенок совсем, ему всего двадцать, еще учится. Не понимаю, зачем его…
Она что-то там еще говорила, но я услышала главное – еще учится. А значит у меня есть шанс.
- Флоренс, мои реактивы. Эстэр, я должна быть шикарна, но подвижна. Гвен, ты не идешь.
- «Мама», - меланхолично поправила меня гаракхай. - И да, принимать решения буду я, как твоя законная мать, а ты… нос еще не дорос!
Они на этом Танарге все чем-то основательно долбанутые.
***

Глава 26

Основательные тренировки прошли не зря – теперь я шла на ноголомах уверенно, не спотыкаясь и не боясь вывихнуть ногу. К тому же крепящий ремешок был благополучно подрезан, так что скинуть сандалеты я могла в любой миг, это успокаивало. Десять слоев ткани мы давно заменили на пять, Эстер неплохо обращалась с ниткой и иголкой, и дошила мне нужное количество воротников и каемок на рукавах, так что подлог был незаметен. Но кое-что мы добавили – силиконовые перчатки на руки, и такой же манжет на шею. Единственное, что могло мне помешать это прикосновение архонта, который выкачает из меня всю силу, так что мы предприняли все возможные меры во избежание подобного исхода. Помимо этих уловок, у меня с собой были благовония, духи, мешочек с ароматными травами и веер, который лучше было бы не использовать, но десант такой десант, мы всегда готовимся к худшему.
На встречу с очередным претендентом я шла спокойно и уверенно. Вел меня главный евнух, Блондя делала вид что поддерживает за руку, а на деле сама валилась с ног, потому что последние двое суток она практически не спала - помощь команде в обосновании на Тайреме я перекинула на нее, полностью сосредоточившись на подготовке к отбору. Позади нас следовала вся прочая свита - четырнадцать человек. Как по мне перебор, но меня никто не спрашивал.
В молчании и при свете бумажных фонарей, мы миновали дорогу от дворца Гвен, до очередного сада. Примерная карта этого места у меня уже была, Эвин и Нир постарались, но только Шнур заметил, что периодически путь меняется полностью. Потому что в дворцовом комплексе стены, как оказалось, смещались, каналы перекрывались бетонными плитами, мосты порой складывались, и вот утром ты стоял на мостике, любовался рыбками в пруду, а к вечеру на этом же месте внезапно оказывается сад, тупо сад с деревьями и нет никакого пруда.
И все же весь дворцовый комплекс пазлом не был, дворцы никуда не смещались, так что примерно я теперь знала, что и где находится. Сейчас мы двигались в направлении выхода из внутреннего двора, куда мужчины по идее входить права не имели, но Нгоэну на такие мелочи было плевать, что бесило. Зато радовало другое – после происшествия в Цветочной беседке отпрыск Первого дома подозревал Шестой дом в нападении, и судя по слухам, которые передавала Эстэр, сейчас вел допрос некоторых членов данного дома, и допрос велся с пристрастием. Но круче всего было то, что Шестой дом сильно подорвал доверие к себе, когда вскрылась история с паразитами, подчиняющими разум. Вероятно, в этом и была причина того, что на отбор они отправили мальчишку, вообще не рассчитывая на успех.
Архонт Ассен тоже ни на что не рассчитывал, и в отличие от остальных претендентов, которые стояли все такие красивые козыряя аристократичной осанкой и новыми нарядами, ожидая моего появления гордо плечи расправив и стоя, парнишка в ученической форме сидел за вторым столом, и что-то усердно переписывал.
И вдруг все изменилось.
Я впервые видела такого молодого архонта, остальные были старше как минимум вдвое, а потому для меня привычными была надменность, сдержанность и прочая херня в этих тайремских мудаках, но вот чего я никогда столь наглядно не видела, так это своего влияния на самих архонтов.
Парнишка, только что увлеченно пишущий, вдруг замер.
Затем вскинул голову и закрыл глаза.
Вдох, шумный и резкий.
И стремительно повернув голову ко мне, Ассен так же шумно выдохнул и медленно, жутко угрожающе, поднялся. Мне пришлось трижды напомнить себе, что это всего лишь мальчишка. Но жути он нагнал не только на меня.
- Может, вернемся? – тихо спросила Блондя.
Желание вернуться да, было сильное. Прямо зашкаливающее такое движение.
Но я запихнула поглубже интуитивное ощущение ужаса, выпрямила спину до хруста в позвоночнике и отправилась на встречу с претендентом. И вот чем ближе подходила, тем страшнее становилось. Этот Ассен издали казался вполне себе нормальным парнишкой, но вот сейчас вел себя как зверь - он неотрывно следил за каждым моим движением, плечи ссутулены, поза готового к атаке хищника, на лице практически оскал. Может Шестой дом не такой уж и тупой, и пацана мне подкинули, чтобы показать что такое архонты в целом? Просто остальные держали себя в руках, были цивилизованными, тактичными, сдержанными, воспитанными, держали эмоции под контролем, а тут натуральный архонт без налета цивилизованности.
- Добрый вечер, - поднявшись по ступенькам, но не входя в беседку, вежливо поздоровалась я.
Парнишка не ответил. Он все так же неотрывно смотрел на меня, дышал глубоко и часто, ссутулился еще сильнее, а еще он сжимал кулаки, очень крепко. Атом нестабильный, меня так даже Нгоэн не пугал. И в целом если бы не конспекты этого ученичка, я бы уже отсюда смылась, причем в ускоренном режиме и теряя тапки.
- Ваша силость, держите себя в руках, - попыталась призвать архонта к порядку наложница Миртэн.
«Ваша силость»? Я искренне понадеялась, что просто неправильно перевела.
- Ваше высочество, - обратился ко мне евнух Линсо, - архонт Ассент очевидно плохо контролирует себя, я полагаю нам лучше вернуться.
Несмотря на жуткие ощущения от этого архонта, я все же ответила:
- Вот вы и возвращайтесь.
И решительно шагнула в беседку.
В ту же секунду шестой вскинул руку и мирные безмятежные ростки бамбука рванулись в ненормальный рост, под ненормальными углами, с ненормальной скоростью, и меня отрезало от Блонди, Эстер и всей свиты. И если бы пострадал только вход - психанутые растения оплели всю беседку за пару секунд, в целом напрочь изолировав нас двоих от всего мира.
- Ммм, и что вы делаете? - мило поинтересовалась я у архонта.
Шестой, с невменяемым взглядом и жуткого вида лицом, ответил хриплым рыком:
- Моя!
Оригинально.
- И когда свадьба? - невинно поинтересовалась я.
И сильно удивилась, услышав рычащее:
- Усилитель не может принадлежать одному архонту… - и тут лицо его перекосило жуткой улыбкой и парень добавил, - но в саду предков я могу выбить себе год.
И на этом архонт направился ко мне. Не так, как это делали другие. Никакого изящества, величавой поступи и красивых жестов не было – ко мне шел не принц, ко мне приближался зверь, у которого весь разум куда-то канул, оставив одни базовые инстинкты на поверхности. Ну, сам напросился.
Я спокойно достала духи, и нагло пшикнула прямо в морду юного архонта. Эффект должен был быть моментальным, но прошло секунд десять прежде, чем сильно удивленный и уже очень пахнущий жасмином представитель Шестого дома компактно сложился на пол, избавляя меня от своего жуткого вида.
Следующим моим действием было поправить фильтры в носу и зажечь благовония. И вот уже после всего этого, я нацепила визоры и пошла шариться по вещам шестого архонта. Мне реально повезло, легенды я обнаружила в сумке учащегося среди пятнадцати других рукописных книг. Но вот в чем не повезло - времени было мало. Засеки кто-либо, что меня интересуют именно легенды, у вдовствующей гадины был бы шанс догадаться, что я задумала, поэтому действовать пришлось быстро. Переключив визоры на режим съемки, я быстро пролистала весь рукописный труд, затем еще несколько книг наугад, так чисто, чтобы было, после сложила все в сумку, и вовремя – этот встал.
Не знаю как, в благовониях дозировка была такая, что я даже с фильтрами головокружение ощущала, а этот взял и поднялся. . Как зверь. Абсолютно невменяемый зверь. И адски опасный.
Я осторожно поднялась, стараясь чтобы каждое движение было плавным и незаметным, и сама не поняла, почему вдруг мысленно заорала:
«Эрих!»
Догадалась позже, когда четвертая порция духов, выпущенная в оскаленную морду архонта, не дала ровным счетом никакого эффекта. Я просто чисто сознательно не поняла сразу этого, но подсознание сработало быстрее и провело параллель между неэффективностью благовоний и слишком быстрым пробуждением шестого.
За стол я успела отскочить в последний миг, и тут же этот каменный столик Ассен отшвырнул не глядя, загоняя меня в угол, и заставляя всерьез задуматься о предстоящей схватке, а я вообще-то поговорить хотела, информацию выяснить может какую, и вообще он издали даже милым казался, кто же знал, что у него крыша поедет.
И тут крыша реально поехала, именно реальная крыша. С хрустом, скрежетом и кучей обломков, которые посыпались не прикрывшуюся меня и на вообще не обратившего внимания неадеквата.
Эрих спрыгнул сверху, компактно оказавшись между мной и невменяемым ахонтом. Дальше последовал удар, и Ассена отшвырнуло в другой конец беседки. Отшвырнуло, но не остановило. Он тут же вскочил, встряхнулся как волчара после купания, и вновь ринулся в атаку, на сей раз уклонившись от кулака Эриха, но вот от удара ногой уклониться не получилось, и принц полетел обратно, во все тот же противоположный угол беседки. А вот Эрих, мой любимый Эрих, взял и пошатнулся.
- Прости, это благовония, - запоздало предупредила я. Не оборачиваясь, мой архонт напряженно ответил:
- Нет, это Ассен, он сильнейший в своем поколении. Тебе не стоило приходить.
И вскинул обе руки, держа ладони вертикально и четко параллельно друг к другу, а потом, заметно вкладывая силу в это движение, резко сблизил обе… И стены беседки, усиленные тростником и лианами, схлопнулись, зажав шестого прямо в движении. Зажав жестко, но не смертельно, видимо потому что Эрих не хлопнул ладонями, а значит, он намеренно не хотел убивать этого архонта.
Шум и гам начались почти сразу после этого. Заявился Нгоэн, еще несколько архонтов в белом, стража, слуги, но все это не имело никакого значения для меня - я стояла и обнимала Эриха, но одними объятиями мы не ограничивались.
«Ты видел подобное раньше?» - взволнованно спросила я.
«Да, - с мрачным отчаянием ответил мой любимый, - с матерью. Молодые архонты с трудом могут себя контролировать при обнаружении усилителя. Прости меня».
И мы как-то оба и разом вспомнили Тамрана и его несомненную правоту во всем, вообще умный мужик это Тамран, сразу видно и опыт и возраст и в целом умный.
И тут Эрих приподнял мой подбородок, заставив встретиться с ним взглядом, и мысленно произнес:
«Я не могу более рисковать тобой. Может для тебя риск в порядке вещей, но я не могу больше. Я нашел способ скрыть тебя от взора других архонтов, это было моей главной целью возвращения на Тайрем, и способ я нашел».
Надо же, а у меня имелись как бы вообще противоположные цели, и более того – они все еще имеются. «После отбора начнется подсчет баллов, соберется большой совет. Чтобы изолировать влияние извне территория внутреннего дворца будет блокирована, но не для меня. Твоего агента я вытащу, Алкеста, впрочем ее имя Лейра скроется самостоятельно, Роен подберет ее после нашего исчезновения. Твою команду я прикрыл, их не найдут. И мы…»
Я улыбнулась.
Эрих осекся, слегка подвиснув на моих губах, а я невольно подумала что это даже приятно, когда мужик слегка теряет нить повествования за смотревшись на твою улыбку. Очень приятно. Но были и неприятные моменты.
«Хорошо, оставим это как план Б, - и я улыбнулась шире».
«Мэг… - Эрих явно злился, иначе не назвал меня практически по кодовому прозвищу».
Но меня это не остановило.
«О, да, я Мегера, - и улыбка становится еще шире, - и я собираюсь победить на отборе, добиться поста твоей первой жены и затем поста твоей второй жены. А после мы свергнем Первый дом и вернем роду Дагрэй лидирующие позиции».
Эрих помрачнел.
«Это единственный способ сохранить поддержку как Гаэры так и Танарга, и при этом решить вопрос с Тайремом, - вполне разумно высказалась я».
«Победить на отборе? Мелани, это нереально».
«Да ладно, когда-то ты был уверен, что я не выкраду твоего офицера и что в итоге?». По губам Эриха скользнула едва заметная улыбка, но затем он вновь помрачнел, отрицательно покачал головой и сообщил:
«У меня будет всего одна возможность скрыть тебя. Ради этого мы прибыли на Тайрем, понимаешь?»
Я уже мало что понимала в плане цели нашего прибытия, и оставайся я лишь десантником, сейчас бы чесала затылок на тему «У руководства крыша поехала», но два года в разведке научили строить собственные планы, строить и воплощать в реальность.
«План Б, - я больше не улыбалась. - В любом случае реализовывать его ты собираешься после отбора… А так в целом знаешь, думаю тебе нужно пройти тренинг на тему Доверия, а то лично мне как-то не слишком приятно в последний момент узнавать, что все, к чему я готовилась ты вообще не брал в расчет».
«Брал. Но на тот момент я не знал, получится ли у меня. Теперь знаю».
Постояв еще немного, я поняла что к нам уже некоторое время обращается неведомо как появившаяся тут так быстро Вдовствующая гадина, а потом врубилась - она это спланировала. Обычно Гвен разворачивала меня на пороге очередной беседки, но даже моего появления на пороге хватило бы Ассену из Шестого дома, чтобы сдуреть на ровном месте. А судя по его движениям и скорости, даже Гвен пришлось бы нелегко. И что тогда? А тогда появился бы Нгоэн и героически бы меня спас…
«Достали! - не сдержалась я, ощущая нарастающее бешенство».
Эрих наклонился и едва ощутимо прикоснулся к моим губам и как-то весь негатив схлынул моментом, хорошо так стало.
- Ваше высочество Мелания, подобное поведение недопустимо! – возмутилась вдовствующая.
Да плевать я на все это хотела, и желательно плевать нестабильной плазмой.
Но вслух ответила:
- Мне нужен окситоцин. Я перенесла нападение и покушение на мою честь, психологов у вас тут нет, психиатров тоже, а мне необходимо успокоиться. И если вам что-то не нравится, можете отвернуться, я разрешаю.
И наплевав на всех остальных, и даже на Эриха, прикасающегося ко мне очень осторожно, чинно и почти пристойно, я подалась к нему, обняла за шею и поцеловала сама, отрываясь по полной программе.
«Мелани!» - предупреждающий окрик.
«Что ты мне там говорил на своем корабле когда связал и уложил в свою постель? Что-то про «расслабься и получай удовольствие»? Возвращаю совет, расслабься и наслаждайся».
Лично я наслаждалась по-полной – все прикосновения были блокированы защитными перчатками, так что прикасаться к Эриху я по факту могла только губами, и лишь целуя его, я поняла насколько соскучилась, и как сильно мне его не хватало. Все эти дни и ночи с книгами напролет, гребаный традиционный тайремский, с которым мозг можно было сломать, и витаминизированные питательные батончики с бутилированной водой вместо нормальной пищи. Гвен настаивала, что в ее дворце я могу, есть все, что захочу, что еда безопасна, но имелась одна маленькая проблема - я не могла доверять Танаргу. И не могла доверять Гаэре. И я устала, безумно устала… но хрен сдамся.
«Если продолжишь в том же духе, невменяемым станет уже Нгоэн, - мягко предупредил Эрих».
И я остановилась. Постояла еще пару секунд прижимаясь к его губам, затем опустилась обратно на платформу ноголомов, а то так стояла на носочках, и огляделась – на нас смотрели все. Человек сто пятьдесят примерно. Но если, находясь в отношениях с Регой я бы смутилась от подобного внимания, то вот сейчас - мне было плевать. Вообще плевать. Только настроение стало вконец поганым.
«Осталось три дня, - напомнил Эрих. - Для меня это проклятая вечность».
«А для меня гребаный мизер количества времени, - я отошла от любимого. - Не скучай».
Когда мы с Блондей и свитой уходили, вдовствующая распекала Эриха за неподобающее поведение, Эрих вежливо молчал, но я точно знала - вообще ни о чем не жалеет, как и я.
- Снижаем время интервального сна с пятнадцати до десяти минут, - сообщила я Блонде, едва мы вернулись во дворец Гвен.

Глава 27

Гвен мою фразу услышала и она ей сильно не понравилась. Через час слуги притащили к нам стол, заваленный фруктами, овощами и зеленью. Осознание того, что Гвен раскусила мои пищевые предпочтения было не самым приятным, но для меня вся эта еда была сродни героину для нарика подсевшего на героин. В десанте всегда хватало сладостей и мяса, а вот со свежими фруктами, овощами и зеленью напряженка, их есть мы могли только на основной базе, где имелась своя гидропонная ферма. И такая свежая зелень для десантника как символ возвращения домой, в полную безопасность. Гвен била по самому больному вообще!
- Воду, батончики, - приказала я Блонде и ушла в нашу новую тайную комнату.
Вообще в ней спала Алкеста, которая судя по всему не Алкеста, а Лейра, но независимо от имени морфу хватило одного взгляда на мою мрачную рожу, чтобы свалить по-тихому.Но когда она показалась в основной комнате, тихо там быть перестало - Гвен узнала обо всем и, пылая негодованием, вызвала вдовствующую. Ругались они часов шесть, но в итоге танаргская мать наехала со всей серьезностью танаргской авторитарной системы и добилась того, чтобы до отбора ни одного архонта рядом со мной не было. Это порадовало меня, но ввергло Алкесту в перспективу лишиться отдыха напрочь. Что повлекло за собой ругань еще часа на полтора, когда Гвен и вдовствующая утопали, но это вообще никого не волновало, меня особенно.
Все что занимало меня и мою команду, это три фразы:
«Нашим традициям более десяти тысяч лет».
«Архонты после смерти каменеют».
И «Усилитель не может принадлежать одному архонту, но в саду предков я могу выбить себе год».
За истекшие шесть часов Нир и Эвин перерыли все убогое информационное пространство Тайрема, и начали поиск по всей галактике, но пока безрезультатно. Шорох и Стэм обходили самые убойные питейные заведения в столице, и осторожно прощупывали народ на тему сада предков. Бугай, работающий теперь поваром у моей танаргской родни, чтоб ее, ушел во дворцовую кухню типа за продуктами, но на самом деле за инфой.
Через двадцать четыре часа стало ясно, что запрос тупиковый - мы не нашли ничего.
Сада предков на Тайреме не было, но в каждом их семи правящих домов имелся свой Храм Предков, куда почтительно ходили молиться все потомки. По остальным вопросам информации в целом не обнаружилось. Так что спустя сутки мы сидели и бухали – Бугай передал мне через Эстер чистый спирт, и я напилась с горя. Остальные тоже приобщились, и только Шнур не пил ничего, потрясая своей выдержкой. Ну и Кот не пил из солидарности с братом.
- Голяк полный, кэп, - докладывал Шорох.
- Я взломал сервера всех правящих домов, кроме дома Дагрэй, - сообщил Шнур.
- Мм, ты его пожалел? - поинтересовалась устало.
- Нет, я его не взломал, - Шнуру наши пьяные рожи не нравились, он вообще старался на нас не смотреть, но у нас была конференция по общей связи, так что в принципе не видеть нашего алкогольного угара было сложной задачей.
- На Тайреме мало садов, - сообщил Эвин, - имеются священные деревья, их берегут и почитают, но ни одного почитаемого леса или сада.
Я прокрутила видео с учебником принца из Шестого дома. Почерк у него был отвратный, да и конспект так себе, явно он эти летописи переписывал без должного старания и вообще кое-как, но одну фразу я все же обнаружила:
«На берегу синей воды».
И я решила попытаться зайти с этой стороны.
- Народ, где у нас в принципе имеется синяя вода на Тайреме?
Мой вопрос вызвал кратковременное зависание всей команды, но затем парни включились в работу. Первым среагировал Шнур, ну потому что трезвый, и просмотрев карту Тайрема, отчитался:
- Синий цвет только у соленых морских вод, океанические имеют зеленоватый оттенок, реки – зеленовато-серый. Но это может быть лишь метафорой. Прибрежных садов на Тайреме нет, я перепроверил. Это тупик, кэп.
- Островных? – мне тоже хотелось бы сдаться, но я тут капитан, так что мне сдаваться и опускать руки было нельзя.
- Островные, - протянул Эвин, придвинувшись к экрану и проверяя инфу.
- Островные… - эхом отозвался Нир, тоже приступив к поискам.
- Деревушки на островушке, - Стэм был в дрова еще до нашего общего попоища.
И тут у меня в голове словно что-то щелкнуло: Почему деревушки? Если архонты после смерти каменеют, то при их массовом захоронении деревьям расти было бы проблематично, на камнях вообще мало что растет. С другой стороны, а с чего я взяла, что их вообще закапывали?
- Так, парни, отбой в плане деревьев. Мне нужен сад из камней! Ищем камни!
Вся команда посмотрела на меня так, что сходу стало ясно – они явно усомнились в качестве выпитого мной спирта, да и в его количестве тоже. Но длилось это секунды две, дальше все встряхнулись и включились в работу.
- Сад камней, - Шнур работал быстрее всех, - на берегу моря отсутствует. Но в центре Мертвой воды имеется остров. Вот!
И Шнур вывел на общий экран изображение со спутников, которые вчера же и запустили. Это был остров. Пустынный, покрытый камнями, песком и валунами в человеческий рост размером.
- Это он, Сад Предков, - не то чтобы на данном острове имелась подобная надпись или обозначение, но интуиция десантника штука неоспоримая.
- Девять уровней защиты, - отчитался Эвин.
- Семь подключены к серверам правящих домов, - добавил Шнур.
- Подводная военная база, но это не танаргское вооружение, - Нир не отрывался от экрана.
- Похоже Тайрему есть что скрывать, - усмехнулся Стэм.
Парни почувствовали азарт и теперь копали по-полной.
Я закрыла бутыль со спиртом, и, распаковывая новый протеиновый батончик, приказала:
- Нир, пробей вооружение. Стэм, отследи передвижения принца Нгоэна за последние двадцать лет. Если у Тайрема имеется свое вооружение, сильно подозреваю, что изготавливалось оно на базах Астероидного братства и не имеет базовых заводских настроек.
- Откуда такое предположение? - спросил Кот.
Он все же работал с нами недавно, еще плохо меня знал.
- Потому что архонты достаточно умны, чтобы не показывать свои слабые стороны псевдо союзнику. Шнур, мне нужен взлом танаргской системы, начни с Гвен, далее вскрой инфу Роена и всей семьи Олидрад, есть предположение, что Тайрем курируют именно они. Боров, Шорох, осуществите проникновение на остров, мне нужны снимки лучшего качества как минимум, а как максимум свои люди на подводной базе. Эвин, ты их прикрываешь 24 на 7. Бугай, устрой семейству легкое пищевое расстройство, мне нужно, чтобы их вырубило часов на двадцать. Свалишь вину на Первый дом
- Это не сложно, - криво усмехнулся спец по боям без правил, - я принес сегодня из дворцовой кухни специи и приправы, так что…
- Не говори – действуй, - отрезала я. - Блондя, Кот, на основе моих записей по тайремскому травоведению, подберите нужный состав из местных трав, минуя Эстер расположите нужные благовония во дворце танаргского посольства, так, на всякий случай.
- Кого подставим? – уточнила Блондя.
- Принцессу Аю, - нет, я не мстительная, я просто злая. – У них там диалог как раз наладился, крайне нам не выгодны, так что пора вносить разлад. И тут я еще кое о чем вспомнила, о фразе Удава «Принцы Тайрема допускаются к переписыванию древних свитков».
И вот интересно стало - а Эриха допустили? Что-то мне подсказывало, что нет, иначе бы Эрих не рисковал мной, чтобы попасть во дворец.
Но мне даже спрашивать не пришлось.
«Нет, я не был допущен. Сад Предков – существенно удивлен, но да - задачей Нгоэна была закупка оружия, в то время как я отстраивал флот на Танарге, активно демонстрируя неспособность создать качественное вооружение на Тайреме».
Нормально так.
«Если ты не знал о Щебнях предков, в чем состоял твой план?»
«Злишься? – догадался Эрих».
«И как же ты догадался? – не то чтобы я не подозревала, но да – злилась неимоверно».
«Ты намеренно оскорбила моих предков, - пояснил мой архонт. - План в традиционном Тайремском бракосочетании».
«Это еще что за зверь?» - не поняла я.
«Тебе не понравится», - «утешил» Эрих. И вот как-то даже не сомневалась. Но не смогла не отметить:
«Ты прикрывал Нгоэна и Тайрем от Танарга, несмотря ни на что. Прикрывал бы и дальше, да?»
Пауза и сдавленное:
«Да».
Час от часу, как говорится.
«То есть если бы не я… – начала было я».
«Но ты есть, - пресек дальнейшее Эрих, - и я сделал свой выбор. Оправдываться не буду, жалеть тоже. Еще вопросы?».
Я отрицательно покачала головой. Парни, которые моих мысленных переговоров естественно не слышали, решили что упилась я окончательно, а вот лично я сидела и думала о том, что между мной и родной планетой которой Эрих несмотря ни на что был предан, выбрал Дагрэй меня. Удивительное осознание того, что я для него важнее целой планеты…
«Сам в шоке, - язвительно признался мой архонт».
«Изыди, я тут наслаждаюсь осознанием собственной значимости, не мешай процессу, - зевнув, ответила я».
И Эрих вдруг вспылил:
«Мел, ты хоть помнишь, чему вас на курсах социальной адаптации обучали?»
«Ну так, относительно, - я снова зевнула, понимая что надо бы поспать».
Но я почти проснулась, едва Дагрэй разъяренно уведомил:
«Мужчинам недостаточно поцелуев. Мне этого недостаточно! Так что, пожалуйста, осторожнее с со словами, и давай еще двое суток обойдемся без упоминания наслаждения и окситоцина».
Зря он так.
«Не мои проблемы, - я просто еще из образа Мегеры не вышла.- И раз уж ты влез в нашу планерку, прикроешь Борова и Шороха, а то мало ли, я за парней переживаю».
На этом я дала отбой своей команде, перелезла с пола на кровать и вырубилась, не дожевав надкушенный батончик.
***
Таймер сработал через пятнадцать минут после того, как я вырубилась, что было обидно - не успела перенастроить будильник. Сонно поковырявшись в настройках, я дожевала протеиновый батончик, запила водой и вырубилась.
И вот только я вырубилась, как начало происходить что-то очень странное.
Для начала я словно наяву услышала слова Удава: «Цивилизация всегда оставляет след, чаще всего погребенный под новой цивилизацией», а вот затем у меня появилось стойкое ощущение, что я проваливаюсь прямо в кровать, с кроватью, с полом… И меня несет куда-то атом его знает куда, но все так же несет…
А потом я оказалась на поляне где-то между гор, возле небольшого озера, босиком на изумрудно-зеленой траве, в обрамлении странных нежно-розовых и почему-то кустовых орхидей. На небосклоне заходило солнце, окрашивая в такой же нежно-розовый серые горы, в озере отражалось лазурное небо… Красота и безмятежность, почти идиллия… Только я не поняла, с какого нестабильного навигатора мне тогда так страшно? И я точно осознавала, что это сон, я помнила, где и как заснула, и то, что перевела таймер помнила тоже, но сон или не сон, я начала действовать сходу.
Первое - убраться с луга, потому что орхидеи просто так на траве не растут, это растения-паразиты, им нужно на чем-то паразитировать, да и озеро не вызывало доверия - слишком правильная форма, однозначно намекала на неправильность происходящего.
Второе – домчавшись до ближайшего серо-голубого валуна, найти оружие. С оружием были проблемы, но несколько ударов ногой заставили не самый крепкий и изрядно подъеденный орхидеями валун расстаться небольшой его частью. Торопливо подгребла к себе четыре образовавшихся скола и несколько небольших камней.
Третье - зов к Эриху. Может это все и сон, но Эрих мне даже во сне не помешает.
Но Эрих не ответил.
Ничего, я не гордая – позвала еще раз… В ответ тишина, только браслет на запястье становится все теплее, почти обжигает.
А затем я заметила движение и сосредоточилась на приближающейся опасности.
Их было двое. Один высокий, с узким разрезом глаз, в летящих светло-голубых одеждах, с длинными почти до пояса черными волосами, возрастом где-то около сорока, и странной обувью. Второй в темно-зеленой хламиде, которая все же выглядела посовременнее наряда его спутника. Да и волосы были собраны, а глаза нормальные такие, круглые, без хищных заужений, зато с очень зверскими намерениями. Он так на меня смотрел, что эти намерения стали ясны еще издалека.
«Пятый и шестой самые древние из нас, я не в курсе всего спектра их возможностей», - вспомнились мне слова Эриха.
Что ж, по закону подлости передо мной были именно они – пятый и шестой дома! ! И ладно бы это были сами дома, но все обстояло хуже, это были их представители. И я вот лично не представляла, на что они вообще способны.
Как оказалось, они были способны вести диалог.
- Такая юная, - произнес узкоглазый, и чем ближе он подходил, тем хреновее выглядел – глаза были внушительные, не зря издали разглядела их форму.
Такие внушительные и жуткие глаза… Отлично подошли бы предводителю какого-нибудь особо запредельно жестокого Астероидного братства. Хотя, если уж честно, такого бы и в Летящей комете побоялись, а туда берут только убийц, причем из двух одного, типа «Хочешь к нам? Убей друга». Жуткое там у них сообщество, и при этом самое продажное среди всех пиратских организаций.
- И очень красивая, - произнес второй, не отрывая от меня раздевающего взгляда.
Но там было бы что раздевать - на мне имелся местный тайремский аналог удержателя груди, не особо справляющийся с ролью, и нижняя часть бельевого дуэта, ну больше чем стринги, но меньше чем шорты. Так что фантазии разгуляться было однозначно негде.
- Сколько ей? - продолжил голубой.
- На вид лет пятнадцать, - высказал свое мнение зеленый.
Эх, не видели они меня в пятнадцать… В пятнадцать, я бы ни в лиф, ни в трусы эти не влезла бы! Там такие мышцы были, да одна грудь в охвате была пошире, чем у них сейчас, у обоих.
- Красивая, юная, нежная, - продолжил зеленый, но взгляд у него теперь какой-то кровожадный стал.
- Я первый, - вторгся в прилагательные голубой.
И в следующее мгновение корни орхидей взвились в воздух как змеи, причем такие вполне себе целевые змеи, в том смысле что у них определенно имелась цель, и этой целью была я… И еще никогда капитан Мелани Элис не прыгала так высоко и далеко, причем даже без экзоскелета. Каким образом я умудрилась захватить с собой два скола от камня, это вот уже вопрос. Но как оказалось, вопросы имелись только у меня.
- Вид сзади тоже весьма привлекателен, - ничуть не удивившись побегу жертвы интимных планов, задумчиво протянул зеленый.
Как оказалось, у него имелись причины не удивляться, и не волноваться по поводу моего забега - светло-голубая тень метнулась справа, и монументально возникла передо мной узкоглазым архонтом пятого дома.
И от столкновения меня уже ничего не могло спасти, потому как сила инерции это такая хрень, с которой сильно не поспоришь. Мы встретились со скоростью двух тел, одного которое рвало когти, и поэтому неслось на всех порах, и второго, которое никак не ожидало, что его целостности могут вдруг повредить - а потому, всаживая на полном ходу каменный осколок в один из узких глаз, я надеялась на эффект неожиданности.
Надежды были напрасны.
Пока я, пыталась восстановить дыхание, которое из меня словно снесло ударом, индивид с каменным осколком в глазу, не подавая признаков крови там, боли или иных повреждений, извлек камень из собственной глазницы, задумчиво осмотрел, и безмятежно поинтересовался:
- Откуда такая кровожадность?
- Да так, - ответила, перекидывая второй, он же последний, камень в правую руку, - характер у меня поганый, детство было такое себе, да и в целом вы явно не соответствуете моим интимным предпочтениям. А что с глазом? Вставной?
Индивид пугающе-хищной наружности медленно растянул губы в улыбке, на смуглом лице сверкнули белоснежные чуть заостренные зубы… По сравнению с этим челом, та генномодифицированная акула на Гаэре была ангельски-милой. Даже ностальгия по океану проснулась, ну и по акуле тоже.
- Милая Мелани, ты знаешь, кто я? - немного растягивая гласные, вопросил пятый архонт.

- Извращенец? - невинно предположила я.
На руке все сильнее нагревался браслет Эриха, уже не то чтобы обжигал – а практически сжигал кожу, но тип с узкими глазами меня волновал сейчас гораздо больше. И вот этот вот тип, медленно подняв руки, начал неспешно снимать с себя одежду. Сначала сбросил длинный светло-синий халат без завязок, потом расстегнул пуговицы, и отбросил на камни, затем развязал завязки на нижней рубашке, и раскинул ее полы, открывая вид на основательный такой и прокаченный пресс. Грудь тоже была вполне себе ничего, не такая как у десантников, конечно, но уровень развития мускулатуры впечатлял. Как и шесть кубиков на животе…
Но если по началу, я смотрела на все это слегка охренев от бесплатного мужского стриптиза, то едва архонт предстал передо мной во всей красе обнаженного до брюк мужчины, мое сердце ёкнуло.
Этот пресс я знала.

Глава 28

Изучила вдоль и поперек, могла воспроизвести до последнего кубика, даже едва проснувшись. Потому что точно такой же идеальный пресс был у Реги! Один в один! И можно было бы предположить, что у этих двоих был к примеру один фитнес-тренер на двоих, но я десантник, у меня интуиция сверхразвита развита, иначе хрен бы я выжила… так что одного взгляда на пресс мне хватило, чтобы осознать в целом, что произошло. Рега принадлежал к архонтам. Конкретно - к дому вот этого пятого архонта, потому что тренировками такое совпадение не объяснить, а вот генетикой вполне.
Медленно подняв взгляд от до неимоверности идеального пресса, я посмотрела прямо в раскосые глаза урода, и медленно произнесла:
- Свалил нахрен, отход свинофермы!
И самодовольства на хищной морде поубавилось. Пристальный прожигающий взгляд и насмешливо:
- Так значит это ты.
- Что именно «я»? - переспросила, прикидывая, как много Рега успел передать своему «родственнику».
Гребанный нестабильный атом, почему я не запалила эту тварь сразу?! Почему? Да, в тот момент мне разбили сердце, да мне было мерзко и погано, ведь я реально влюбилась, а он оказался подонком, который соблазнял женщин на спор… Но где были мои мозги?! Когда я выкачала инфу из Кельма, это было лишь верхушкой айсберга, и я знала, что спецы внутренней службы выяснили процентов на девяносто больше того, что за ночь узнала я.
Но почему, во имя всех Сверхновых разом, я не продолжила расследование?! Почему?! И постельные победы Реги… Это ведь ненормально! Там было свыше двухсот фотографий, и это менее чем за два года. Почему в тот момент, я не подумала о том, насколько это… странно! Рега привлекательный мужик, спорить не буду, но двести «побед» за примерно полтора года? При условии наличия работы, которой Рега как и все в разведуправлении посвящал большую часть времени… Викрианская фауна, да мы пахали так, что на сон порой было не более часа в сутки, так когда он успевал покорять женщин? Когда?! Если рассматривать пример со мной, то Рега ухаживал несколько месяцев, таскал обеды, принес одеяло в мой кабинет, зная, что я часто остаюсь спать на работе. Нашел атом его ведает где подушку из лавандового геля, на ней спалось потрясно… И все это время… он уделял мне это самое время, но что с другими? Двести за полтора года и так, что я, которая с ним встречалась больше четырех месяцев ничего не заподозрила, не увидела, спалила его.
Это ведь ненормально! Это было ненормально с самого начала! И еще я вдруг только сейчас подумала - история с Кельмом… так ли все было однозначно?! Каким вообще образом осторожный и виртуозно скрывающий свои похождения Рега, вдруг взял и допустил слив информации? Нир, конечно, шикарных хакер, но…Тирад из команды Реги изначально была талантливее, мы все это знали и страховались по-максимуму, поэтому у меня в команде было три хакера, в то время как у Реги всего один…
И вот теперь страшный вопрос, Мегера, что, если этот слив информации был не случаен?
Что, если Рега спецом сдал Кельма, чтобы снять подозрения с себя?
И вот еще момент - моя техника выкачки инфы была инновационной, мы с парнями сами ее разработали, но за всю ночь я вытащила из Кельма только инфу о сотрудничестве с Илонесом и банковские счета в запрещенных секторах галактики, и на этом все. А вот спецы из отдела внутренней службы выкачали из него все, вплоть до сговора с Танаргом. Но, я работала по своей технике после много раз, и всегда я получала полную информацию, тот же захваченный на Франциске офицер Тайрема не сумел утаить ничего, я все получила…
Так можно ли предположить, что с Кельмом я так же получила всю инфу? А прочее… на Танарге дивные системы психологического программирования, которые для них разработали тайремцы. И еще - Кельма расстреляли. Быстро расстреляли. Слишком быстро для Гаэры, у нас правосудие на расправу не скорое…
И в общем:
- Рега ваш сын? - вскинув подбородок, прямо спросила я.И полуголый архонт пугающе медленно улыбнулся, а затем отшвырнул камень, который я ему в глаз засадила. И вот она странность - камень был окровавлен. Значит, я все же нанесла повреждения, но пятый архонт устранил их с такой легкость, словно был в принципе неуязвимым. Идеальное управление собственным телом, просто таки виртуозное! И если он умеет проворачивать подобное со своим лицом, тогда можно смело предположить, что с остальным телом он способен проворачивать все прочее… У Реги было гражданство Гаэры полученное по праву рождения, типичный для Гаэры генотип, четвертая положительная группа крови, и внешность жителя центральной части моей планеты.
А спалился он лишь по одной причине - из-за нездоровой любви к обнаженке в моем кабинете.
Пятый архонт сделал медленный шаг ко мне, затем еще один… с третьим он оказался на расстоянии полушага от меня. Я лично даже с места не сдвинулась, слишком злая, чтобы сейчас бояться за свою жизни.
- Кто-то, - волосатый и определенно не настолько узкоглазый, как пытался продемонстрировать, архонт, склонился к моему лицу, и продолжил, - по какой-то неведомой мне причине, совершил действия, приведшие к тому, что мой сын оказался… в заключении. Ты случайно не знаешь, кто?
О, я знала. Реге сильно не повезло напороться на двух десатников - меня и Шайтана.
Иначе его бы давно освободили за недостаточностью улик.
- Кто-то, - я подалась ближе к полуголому с узнаваемыми шестью кубиками, - надоумил сыночка сделать все, чтобы на Франциску отправилась я. Вы случайно не знаете кто?
И архонт выпрямился.
Затем медленно заложил руки за спину, окинул меня внимательным взглядом, и произнес:
- Ты должна была выбрать Дагрэя, а не его офицера. Я сомневался, что ты справишься, но сын назвал тебя специалистом в области невыполнимых миссий. Никто не ожидал, что такой ценный специалист окажется усилителем.
О, это точно.
Но вот чего я не поняла:
- Я должна была выбрать Дагрэя? - переспросила у родича Реги.
Архонт медленно кивнул, и даже снизошел до пояснений:
- Нам требовалась информация от него.
И тут мне поплохело так разом. Основательно вообще поплохело.
«Нам требовалась информация»?! Атом нестабильный, у Реги нет доступа к информации, добытой другими командами. На этом держится вся безопасность разведотдела! Таким образом, кого бы я не выбрала, и что бы я не сделала, Хам не мог бы об этом узнать! Никто, кроме руководства не мог бы! Глист викрианский, у них есть кто-то в верхушке!
И зажмурившись, я мысленно заорала:
«Эрих, мне плевать как, но вытащи меня отсюда немедленно!!! ЭРИХ»
И скала под моими ногами задрожала, потом заходила ходуном, а затем на нас рухнуло небо. Я как раз глаза открыла, поэтому проследила за тем, как облака мокрой взвесью рухнули вместе с небосводом, и чуть не заорала… Хотя может и заорала бы, но что-то не давало воспроизвести истерический вопль…
И когда я проснулась на своей кровати, я поняла что именно - Эрих меня целовал. Упоенно, страстно, жадно, словно пил из живительного источника, а источник-то был не бездонный.
- Ммм! - замычала я, осознав, что никто тут прерывать поцелуй не собирается.
Дагрэй дернулся, и поднялся, держа свое тело на вытянутых руках.
А я лично ощущала себя так, словно из меня только что выкачали всю воду, вместе с кровью. Подняла руку, посмотрела на тощее запястье, осознала, что это не ощущение такое было, а реальность самая что ни на есть натуральная.
- И что это было? - в шоке спросила у архонта.
- Я бы иначе тебя не вытащил, - хрипло признался Эрих.
- Ааа, - понятливо протянула я. – Ну тогда ладно, сдвинься. Мне срочно к начальству нужно.
***
Первым что я услышала от Багора, было:
- Прикройся.
Исинхай отреагировал совершенно иначе:
- К бракованному навигатору формальности. Кто кроме Реги?
Генерал Макартиан отвечал за проверку всех наших кадров, так что ответственность лежала сейчас на нем, и нехилая.
Беймур мрачно глянул на него, затем спросил у меня:
- Как давно ты заподозрила Регу?
И тут попробуй ответить необдуманно - закопает. Он может.
В целом разведуправление держалось на трех китах – шефе, он отвечал за распределение задач и весь личный состав, генерале Макартиане – он отвечал за подбор нужных кадров, и генерале Беймуре - в его ведении была вся внутренняя служба, а он был так сказать наблюдающим за наблюдающими. Легендарная тройка разведотдела Гаэры – и так облажались.
- С операции на Франциске, - осторожно ответила я.
Генералы переглянулись между собой. Их я в принципе обманула.
Их, но не Исинхая.
- Капитан Элис, - насмешливо протянул бывший, а может даже и нынешний король преступного мира, - вы уверены, что это именно тот ответ, который следовало бы озвучить?
Под взглядом его узковатых глаз я невольно поежилась, и поняла, что придется выкладывать все на чистоту.
- У нас был роман с Регой, - и я внезапно поняла, насколько же мне реально стыдно за то, что эти отношения вообще имели место.
Просто стыдно и неприятно. Но с другой стороны – я только закончила курсы по социальной адаптации, а там первым пунктом значилось «Создание семьи». С точки зрения выбора объекта для продолжения рода Рега был вполне себе неплохим таким генофондом - умный, рассудительный, осмотрительный, полностью здоровый, высокий и красивый. И не десантник, потому что все десантники мне как братья, даже если они по факту сестры, в общем, десантников я никогда в плане партнеров не рассматривала. А Рега мне понравился почти сразу, с первого приказа, когда всем стало ясно, что мужик реально умный. В разведуправление попасть не так просто. Отбор жесткий, а для тех, кто претендует на руководящую должность, Багор вообще устраивал ад. В самом прямом смысле слова. На шестой базе имелся подземный бункер, в нем был устроен лабиринт со всем набором для негуманного смертоубийства – свернув не туда, можно было вполне себе не выжить. Где-то за поворотом ждало пламя, где-то ядовитые лужи, где-то то, что вылавливали после попыток пиратского братства таки добиться прорыва в генетике. В общем, жуткое было местечко. Я прошла отбор чисто на инстинктах, но Рега – он все просчитывал. Рисовал схемы, выводил вероятности, составлял проценты вероятности. Из лабиринта невредимыми вышли только мы двое, и оба получили место в разведуправлении и право формирования собственных команд. И в тот момент, я смотрела на Регу огромными от восхищения глазами, я реально восхищалась его умом, собранностью, тем как он реагирует на опасность… да много чем.
И если рассматривать с этой точки зрения – то чего мне стесняться?
Ну были чувства и были, с кем не бывает? У меня была гормональная перестройка, социальная адаптация и стресс на новой работе.
Короче:
- Сами виноваты, - уверенно заключила я.
Генерал Маккартиан молча переглянулся с генералом Беймуром, после оба вновь уставились на меня. А я что? Я теперь вообще в другом подразделении работаю.
- Поставили бы сходу запрет на личные отношения на работе и проблем бы не было, - пояснила тем, кто еще не понял где, как и в чем виноват.
Генералы переглянулись снова, Беймур задумчиво сделал пометку у себя в блокноте, Багор не сдержал усмешку и только Исинхай, вдруг подавшись к экрану так, что его зауженные глаза мигом увеличились, вкрадчиво спросил:
- Капитан Элис, мне бы хотелось подробнее услышать о ваших… личных отношениях с Регой.
Вот генератор бракованный. Все разведуправление было в курсе, что у самого Исинхая личных отношений толком вообще не было, видимо поэтому так активно чужими и интересуется. Нет, здорово таки, что я свалила из разведки. Представляю какая там сейчас вообще текучка кадров.
И тут Багор произнес:
- Вопрос некорректный.
Вот, шеф - наш человек… был бы, если бы не вся эта история с Гэсом, Сэйли и Суном, даже думать не хочу о том, что у шефа ко мне были какие-то чувства. Может ему теперь тоже стыдно?
- Вопрос, может, и некорректный, - мягко, но со стальными нотками в голосе, произнес Исинхай, - однако зная капитана Элис, я убежден, что она обратила внимание на капитана по определенным причинам. Мне бы хотелось, чтобы капитан их озвучила.
Жжжесть. Если он таким тоном с нашим народом разговаривает, то на Гаэре, наверное, уже вообще разведчиков не осталось – все разбежались. Лично я бы разбежалась сразу, и плевать на два упущенных года для карьеры.
- Задавайте ваши вопросы конкретнее, - недовольно согласилась я.
Два оставшихся «кита» разведуправления с интересом посмотрели на Исинхая, который, получив мое согласия настолько плотоядно улыбнулся, что если бы я еще не перешла в Зоопарк, то вот после такой бы улыбки о переходе и задумалась.
А дальше Исинхай размял пальцы, словно собирался вволю поиграть на моих нервах, и прямо спросил:
- Когда вы впервые увидели капитана Регу?
Чуть было не ответила, что в багоровском аду, но потом вспомнила что нет, не там. Если подняпрячь память, вспоминалась аудитория, тестирование рассчитанное на тридцать часов, стук падающих тел тех, кто не справился с обезвоживанием и умственной нагрузкой. Это мне после десанта тестирование далось легко, а народ большей частью полег в самом прямом смысле слова. И вот сейчас, вспоминая, как я в очередной раз отвлеклась от работы, чтобы вызвать врача для очередного рухнувшего соседа, я вспомнила Регу. В черном терморегулирующем костюме, всклокоченный, напряженный… Тогда по краю сознания раздражающей мыслью прошлось «Этот помощь для стажеров не запросил ни разу», после чего я снова сосредоточилась на выполнении задачи.
Но вот сейчас…
- Первый раз – на пробном тестировании, - ответила, вспоминая двухлетнее прошлое.
- И впечатления он на вас, судя по всему, не произвел, не так ли? - тон у Исинхая становился все вкрадчивее.
Прямо до дрожи от его голоса пробирало.
- Тогда нет, - признала я.
- Ммм, продолжайте, - приказал Исинхай. - И когда же вы заметили капитана как женщина?
Жуткий он тип, не знаю, почему Стэм по нему тащится.
Сдержав желание послать нового шефа разведки куда-нибудь на планетку с вечной мерзлотой, с усмешкой ответила:
- Если уж честно, я бы его и как мужчина заметила - в «аду» Рега показал себя с наилучшей стороны. Если я проходила лабиринт чисто инстинктивно, особо не задумываясь – он думал, просчитывал, проводил расчеты и делал выводы. Выводы оказались верными, учитывая что «ад» Рега прошел успешно.
И тут Исинхай сказал мне:
- Стоп.
После чего повернулся к Багору, и произнес:
- Насколько мне известно, отборочный полигон имеет сто девяносто семь программ, каждая из которых выбирается хаотичным путем ручной жеребьевки. Таким образом просчитать «лабиринт» нереально, но всегда есть шанс вмешаться там, где царит хаос - жеребьевка. Беймур, предоставь мне список всех, кто имел доступ к настройкам «лабиринта» за месяц до испытания капитана Элис. Макартиан, характеристика на Регу от проверяющего психолога, и да – я хочу видеть его кровь!
Даже я поежилась от подобного заявления. Нет, ну все в курсе, что Исинхай жестокий как вся плотоядная рыба на Дерме, но видеть своими глазами все же было как-то жуткова-то. Одно дело происходи все где-то в глубоком космосе, на отдаленных планетах или в астероидном братства, и другое дело прямо на Гаэре, в оплоте цивилизованности!
Исинхай как-то странно посмотрел на меня и мрачно спросил:
- Капитан, что с лицом?
- А? – не сразу поняла, что вопрос ко мне.- Да все шикарно!
Взгляд Исинхая стал еще более жутковатым. Жуткий тип, откровенно жуткий. Как народ с ним работать будет? Я бы не смогла.
Между тем, новый глава разведуправления, продолжил отдавать распоряжения генералу Макартиану:
- Все анализы, абсолютно все. И… проверь результаты у мозгоправов, они так же берут кровь на анализ.
Это да, как приходишь к психотерапевту, так сразу начинается - мазок изо рта, игла в палец, волосок и частица кожи. Процедура в принципе стандартна, производится одновременно и мгновенно, а укол в палец вообще фактически неощутим. Да и как-то не особо обращаешь на это внимание, морально подготавливаясь к тому, что сейчас тут будут копать, и объектом раскопок станет твоя психика. Неприятно, конечно, но необходимо - пост травматический синдром штука опасная, чем раньше вылечишь, тем лучше. Багор молчал, генерал Беймур судя по выражению лица считал это тупиковой затеей, и уже открыл свои файлы, начав копать так, как умеет только внутренняя служба, и так прошло минут двадцать.
Я зевая сходила за водой и еще одним протеиновым батончиком, заодно поставила себе капельницу с глюкозо-витаминным составом, и тоже принялась ждать. Раз высокое начальство ждет, мне с чего привередничать.
И тут генерал Маккартиан внезапно побледнел, и произнес:
- Есть странности в анализах. Притом, что ДНК тесты везде идентичны, группа крови дважды менялась.

Глава 29

И на лице Исинхая заиграла зловещая усмешка. Жуткий тип, без шуток, но одного не отнять – умный очень.
- Таким образом, - произнес Исинхай, соединяя пальцы под подбородком, - мы приходим к неутешительному выводу, что Тайрем давно и вполне успешно внедрился в наши ряды. Капитан Элис права, Рега не мог самостоятельно получить доступ к итоговой информации, значит, ищем сообщника. Макартиан, запускай проверку всех наших сотрудников. Включая высшее руководство и все руководство разведуправления.
Я чуть не присвистнула. Нет, ну ладно проверять спецов разведки - на это у Исинхая имелось полное право, но высшее руководство Гаэры? Кто-то явно переоценивал свои возможности, его за подобное самоуправство и снять с должности могли.
Однако, я с изумление проследила за тем, как генерал Макартиан кивает, и отвечает:
- Приказ принят к исполнению.
- Подключаюсь к расследованию, - вторил ему Беймур.
И тут Багор задал вопрос:
- Что делать мне?
Окончательно обалдев, я чуть не промахнулась мимо вены, загоняя себе вторую капельницу. Просто чтобы Багор хоть когда-нибудь хоть у кого-нибудь спрашивал «Что делать мне?», я такого в жизни не видела.
- Вы с агентом Эринс продолжаете выполнение задания, спасение жизней всегда в приоритете, - ответил Исинхай.
- Понял, - кратко отчитался Багор.
И все не прощаясь отрубились.
Все кроме Исинхая.
И в итоге, я с двумя капельницами в вене, сидела и давилась протеиновым батончиком под пристально-изучающим взглядом нового главы разведуправления и мне как-то вообще не по себе было. Зачем только Эрих ушел?
И в общем король преступного мира продолжал пристально смотреть на меня. Я, не понимая, что вообще происходит, продолжала жрать батончик, вообще уже вкуса не чувствуя, а Исинхай все так же прожигал меня взглядом.
Нервы сдали минут через десять.
- Вам что, заняться больше нечем? - спросила я, запив треклятый батончик всей бутылкой воды.
Криво усмехнувшись, шеф разведки медленно проговорил:
- Капитан Элис - двенадцать минут и сорок четыре секунды. Неплохой результат.
Это что, такая проверка была? Если так, то должна признать - Багор с его «адовым лабиринтом» оказался еще ничего, Исинхаю можно было даже без полигона на выживание обойтись.
Невольно поежившись, невозмутимо поинтересовалась:
- А у вас там сейчас большая текучка кадров, или очень большая текучка кадров? Так, чисто любопытно.
Вместо ответа на мой вопрос, Исинхай задал свой:
- Капитан Элис, как давно вы смотрелись в зеркало?
Припомнила - ответила:
- Сегодня.
Никак не комментируя мой ответ, глава разведуправления произнес:
- Паршиво выглядите, должен сказать.
Чуть не ответила, что он тоже далек от идеала мужской привлекательности, но Исинхай продолжил далее:
- У меня не самые глубокие познания в медицине…
Кто бы говорил, он закончил три медицинских университета, и это только на Гаэре, и это лишь то, что мы знали. Сколько точно образований у Исинхая не знал вообще никто.
- …Но судя по тому, что я вижу, вам требуется помощь, и немедленно.
- Справляюсь пока, - беззаботно ответила я.
- Правда? - и Исинхай подался ближе к экрану, разом придвинувшись ко мне. - Давайте откровенно, капитан Элис. Вы истощены до предела, ваше психологическое состояние оставляет желать лучшего, но все проблемы вы продолжаете решать самостоятельно, держа свою команду на расстоянии и полагаясь на них лишь при необходимости поиска информации. Вы осознаете последствия? Ему на меня что, Стэм нажаловался? Хотя нет, Стэм не стал бы. Он, конечно, обожает Исинхая, как и весь преступный мир, но я его кэп, в Стэме я была уверена на все сто. Как и в проницательности Исинхая, не зря репутацию свою получил.
Убрав из вены иглу закончившейся капельницы, я залепила ранку пластырем, повернулась к главе разведуправления и спросила:
- Это вы меня сейчас учите, как нужно работать?
Исинхай промолчал.
А я не стала.
- Я - десантник, даже после гормональной терапии, я остаюсь самым сильным и выносливым членом моей команды. Добавляем к этому ответственность, которую я несу как командир, и знание возможностей моих людей. Так что… избавьте меня от нотаций.
Усмешка, и укоризненное:
- Мегерой вас прозвали не зря.
Но Исинхай не был бы Исинхаем, если бы сдался на этом.
- Капитан Элис, - проникновенно начал он, пристально глядя мне в глаза, - вы держите свою команду в стороне, потому что они работают на Гаэру, а вот вы… Полагаю, интересы архонта Дагрэя сейчас для вас на первом месте.
В точку попал! Мне даже ответить нечем было.
- Так же, - продолжил Исинхай, - по причине необходимости сохранить политическое равновесие, вы не станете выступать против Танарга.
Снова в точку.
- Мне интересно, чего вы добиваетесь в конечном итоге? Полагаю, вашей целью является трон правителя Тайрема, не так ли?
Я промолчала. Крыть было нечем. Да, в конечном итоге мне нужно было, чтобы седьмой архонт занял свое место во главе управления планетой, это решило бы практически все проблемы разом, как минимум с посягательством на меня всех архонтов. И я бы вышвырнула отсюда Танарг. Не сразу, конечно, но в будущем, вероятнее всего.
- Глупая идея, Мегера, - как-то по-отечески наставительно сказал Исинхай. - И для начала, прежде чем принимать подобные решения, стоило бы посоветоваться с тем, кого вы собираетесь посадить на этот трон. Отдыхайте.
И он отрубился.
Я осталась сидеть, слушая предупреждающий писк капельницы, которая недвусмысленно требовала заменить почти пустую упаковку.
Вернулся Эрих. Прошел через тайный проход, притащив мне тарелку каких-то красных ягод. Всучив ее, сам произвел замену капельницы, пересадил меня с пола на кровать, сел рядом и спросил:
- Что конкретно произошло?
Я молча села обратно на пол, подтянула колени к груди и принялась есть ягоды, мрачно глядя в пустоту.
- Почему на полу? – Эрих сел рядом.
- Думается легче, - призналась, нервно жуя ягоды.
Они были вкусными, сладкими с легкой кислинкой, и в тысячу раз лучше, чем опостылевший рацион из протеиновых батончиков. Но я почти не обращала внимания на вкус, забрасывая одну за другой в рот.
Все, о чем я сейчас могла думать - слова Исинхая. Мое главное преимущество было в том, что я являлась десантником. Но в этом была и моя слабость. Мы – десант. Мы прибываем на место боевой задачи и выполняем боевую задачу. Там где проблему требовалось решить точечно работали ассы - тайные убийства были в их компетенции. Но когда необходимость возникала в масштабном вмешательстве - в бой отправляли десант. Спасение заложников, разгром базы, захват планеты - это все к десанту. Мое семнадцатилетие мы с отрядом отметили на Иссадене - планете, захваченной под контроль искусственным разумом. И в противостоянии киборги против десантников - уверенно выигрывал десант. Мы сумели прорвать обороны и уничтожить основную базу, техники подключились на последнем этапе и перекрыли искусственному интеллекту возможность резервного копирования. Дальше была зачистка, передача людям власти и мы, успешно отпраздновали завершение операции, едва добрались до казармы.
Но вот что мне вспомнилось - новый президент Иссадены особо счастливым не выглядел. Люди, привыкшие во всем полагаться на роботов и ИИ, оказались не готовы управлять собой самостоятельно. В результате там была еще одна революция, которую затеяли реформисты, потом еще одна. Потом попытка вернуть права искусственному интеллекту, потом много чего еще. Так вот – люди хотели, чтобы их спасли - это факт, но брать на себя ответственность даже за свою собственную жизнь никто из них не хотел. И вспомнив обо всем этом, я повернулась к Эриху.
- Слушай, я вроде еще ни разу не спрашивала, но так, в целом, какие у тебя планы на жизнь?
Дагрэй воззрился на меня своими темно-серыми умными глазами, взгляд его скользнул по моему обнаженному плечу, потом по краю спортивного лифа, снова поднялся к лицу и архонт все же ответил:
- Планов особых нет. Есть цель – сделать все, чтобы один конкретный капитан разведки… в смысле Зоопарка, оставался в безопасности, и на этом, в принципе, все.
Звучало вообще не амбициозно.
- Эрих, - я даже не знала, как поднять этот вопрос, - а ты в целом хотел бы жить на Тайреме?
- Нет! – мгновенно ответил Дагрэй.
Бракованный навигатор…
Я даже не стала спрашивать почему. В принципе, я могла его понять – мне тут тоже не слишком нравилось.
- Мэл, тебя огорчил мой ответ? – напряженно спросил Эрих.
Пожав плечами, я осталась сидеть молча. Огорчений не было, с чего тут огорчаться, просто… стратегию теперь придется менять в срочном порядке, как и планы на будущее.
- Прости меня, - Эрих обнял за плечи, натянув рукав на собственную ладонь, чтобы не прикасаться собственной кожей, даже частично, к моей обнаженной коже, - за все вот это… прости.
Повернув голову, посмотрела на своего высокомерного аристократа, который сейчас совершенно не аристократически терзался муками совести, и спросила:
- Эрих, ты с какого астероида рухнул?
Дагрэй непонимающе воззрился на меня.
- Да я готова была бы тебя расцеловать, даже если бы не любила, - с улыбкой сказала ему.
И когда непонимания в любимых серых глазах стало больше, я плавно переместилась так, чтобы сидеть на коленях между его разведенных ног, на полу находиться кто-то тут явно не привык, и это он, потом потянулась к нему, несмотря на протест обняла ладонями бледное лицо самого потрясного архонта во вселенной, и прямо сказала:
- Эрих, если бы ты не вел себя как придурок, я бы не узнала о способностях архонов. А если бы ты не привез меня на Тайрем, вряд ли мы столь быстро засекли бы Регу и его сообщников. И это в тот момент когда Тринадцатый отдел, разведуправление и Зоопарк работают сообща, накрывая сеть работорговцев. Так что не нужно говорить «прости». Можешь сказать «всегда пожалуйста», потому что лично я благодарна тебе до глубины своей души, и я серьезно. Еще сильнее натянув рубашку на ладони, Эрих нежно обнял меня за талию, все так же избегая незащищенных прикосновений, хотя я лично прикасалась к нему свободно и ладоней от его лица не убрала.
А вот затем мой архонт, не отрывая пристального взгляда от моих глаз, тихо спросил:
- Ты была влюблена в него?
В кого «него» уточнять не требовалось, я давно смирилась с тем, что Эрих слышит то же, что и я. Не всегда слушает, конечно, но разговор с шефами разведуправления он не пропустил.
Тяжело вздохну, ибо устала как собака, я посмотрела на него и рассказала:
- Сержант Страйк нам всегда говорил: «Парни, не парьтесь - свою бабу вы узнаете сразу, с первого взгляда, сердце сходу подскажет. Так что не паримся, а сражаемся за Гаэру аккурат до увольнения».
Улыбка тронула бледные губы моего надменного аристократа, и Дагрэй язвительно заметил:
- Ты не парень.
- Но своего мужика узнала сразу. Иначе с чего бы тебя было целовать тебя на Франциске? До сих пор не врубаюсь, зачем я это сделала, серьезно. Но не жалею ни капли.
Эрих молча смотрел мне в глаза. Я не отрывала взгляда от его глаз. В его глазах отражалась я, такая, какой сейчас была - растрепанная, изможденная, тощая, в одном спортивном лифе и коротких шортах, с трубками капельниц и счастливой улыбкой на лице.
Последующие 36 часов я провела за учебниками, вновь с интервальным сном.
И, в конце концов, страшный день настал.

Отбор наложниц. 
Утро началось для меня в шесть.
Час на физическую разминку, и я была очень благодарна Эриху, что позаботился обо мне в ту ночь, и Коту за новый состав стимуляторов.
Затем последовал час медитации.
Я выставила Блондю из тайной комнаты, отрешилась от голоса Алкесты, которая крыла матом всю прислугу, а в отношении вдовствующей повелительницы озвучивала совсем уж интимные пожелания разнообразия в личной сфере, но я старательно не слушала. Медитация перед сложным испытанием штука важная. И я старательно прорабатывала собственное эмоциональное состояние, загоняя куда-то в самую глубину подсознания страх, переживания, волнения и дурные предчувствия. Я должна была выиграть сегодня на двух отборах. В истории Тайрема подобного еще не происходило никогда. По их традициям первой женой должна была стать блондинка из земледельческих кланов, второй – та, чьи потомки пошли по иному пути развития цивилизации. И у тех, и у других были свои преимущества, к примеру, их обучали с раннего детства, у меня же времени на обучение было в обрез.
Но я справлюсь.
Вдох, девять ударов сердца, выдох.
Вдох, десять ударов сердца, выдох.
Вдох, двадцать ударов сердца, выдох.
А затем я стремительно ускоряю дыхание, вгоняя себя практически в состояние панической атаки, довожу до предела, до дрожащих мышц и покрывшейся потом кожи.
И снова вдох, задержка дыхания, выход. И так до полного успокоения.
Эту практику мы применяли в десанте только в самых крайних ситуациях. После десанта я намеренно вгоняла себя в панику лишь раз - перед испытаниями Багора, и вот теперь.
Когда я вышла из тайной комнаты, была спокойна как скала - вообще никаких эмоций. Техникой доведения тревожности до максимума, уже прогнала мое сознание и через победу и через поражение, я дошла до глубин отчаяния, и взлетала на вершину эйфории - так что теперь переживать было не о чем. Для моей психики и худшее, и лучшее уже случилось, так что спокойствие было абсолютно.
- Кэп, - Блондя едва успевшая выставить служанок, с тревогой воззрилась на меня, - ты в порядке?
- Более чем, - безразлично ответила ей.
И ушла принимать ванну.
***
Теплая вода с ароматом роз, вся была усыпана лепестками этих самых роз. Я лично понять не могла, как в принципе можно было нормально помыться в этом? Но на лепестках роз никто не остановился - служанки притащили корзину с фарфоровыми и стеклянными баночками - подарок от вдовствующей. Не то, чтобы мы сразу отказались, мы просто взяли и увлеклись изучением «дара». Причем самой увлеченной оказалась Гвен.
Она притащила портативный танаргский анализатор, и началось - в креме для лица содержался аллерген. Шампунь шикарно мыла голову, очищение тупо до скрипа - в смысле смывала шампунь вообще все, даже волосы. А вот крем для тела напротив - вызывал усиленный рост этих самых волос, чем очень меня заинтересовал. У меня, как и у всех десантников, волос на теле не было вообще, мысль о том, что можно возродить волосяные фолликулы была весьма интересной. Но на Гвен крем не сработал, Эстер отказалась быть подопытной, а Блонде вообще было не до этого, она мне как раз голову мыла, причем нормальной качественной танаргской косметикой. Красила меня Эстер.
Остальные откровенно говоря не умели. Вот морду набить у нас умельцев хватало, а так чтобы раскрасить вовсе не синяками и ссадинами, тут имелась проблема, так что Гвен и Блондя просто стояли рядом и наблюдали. Эстер выбелила мне лицо, скрыв темные круги под глазами, потом подвела глаза, нарумянила щеки, измазала губы алым порошком. Вышло ярко, для меня необычно, для местных стандартно. Короче макияж как макияж.
И тут появилась Алкеста.
Мрачно оглядев меня, она пожелала Эстер интим с уже поднадоевшим нам всем военным крейсером, и пока наложница краснела, выслушивая, как и в каких позах должна отдаться данному виду космического флота. Между вполне красочными и масштабными описаниями разврата, Алкеста успела потащить меня в ванную, вымыть, пару раз макнув головой в воду, после чего я стояла, обтекала и отплевывалась от лепестков роз. Кажется парочку я вообще съела невольно.
Алкеста просто наносить макияж не стала. Все было хуже. Притащив откуда-то холодильную сумку с кучей косметики, морф, которая сама между прочим вполне обходилась местным видом эротическо-боевой раскраски, за меня взялась капец как основательно.
Крем следовал за кремом, и так слоев шесть точно. Но когда она отошла, дав мне возможность взглянуть в зеркало, я была вынуждена признать, что Алкеста профи. Реально профи. Вместо унылой выбеленной кожи, у меня теперь была сияющая и идеальная, но накрашенная таким образом, что присутствия кремов на коже заметно не было вовсе. Потом бывшая сотрудница Исинхая занялась глазами и еще никогда мой взгляд не был таким выразительным, а невзрачный сине-голубой цвет приобрел глубину, яркость и… короче красиво было. Губы Алкеста накрасила ярко-алым тоном, в четыре приема, так что внезапно губы вполне себе обрели пухлость, и вообще - я была красотка.
- А теперь немного освежим, - довольно зловеще прошипела морф.
И в несколько штрихов добавила сияния, после чего с коварно-ядовитой улыбкой отошла на шаг, явно наслаждаясь результатом. Гвен и Блондя стояли в шоке, Эстер с приоткрытым ртом, а вот Алкеста не скрывала мрачного торжества.
- Порви их там, - произнесла она, почти срываясь на шипение. - Всех этих тупых куриц! И наставников! Пусть эти падлы кровью умоются… Кстати, чуть не забыла закрепитель. Глаза закрой.
И достав еще один спрей, она нанесла его на лицо, пояснив:
- Это фиксатор. Когда эти гадюки увидят твое лицо, будь уверена - пару ведер воды тебе обеспечено. Когда она уходила, мы все проводили ее задумчивыми взглядами.
- Твоя подмена права, потребуется что-нибудь влагостойное.
- Ведро воды еще ничего, главное чтобы чаем не плеснули, - высказалась Блондя.
- Я схожу за платьем, - сказала Эстер.
Когда она нас покинула, я решила, что пришло самое время поговорить с «матерью».
- Гвен, - позвала, все так же разглядывая себя в зеркало – красиво получилось, вообще улетно, - отбор наложниц я пройду…
- О, сомневаюсь, - протянула гаракхай.
- Пройду! - уверенно сказала я. - Но моей главной целью является отбор жен.
«Маман» мигом подобралась и деловым тоном спросила:
- Что требуется?
- Честный подсчет баллов, - я посмотрела на нее. - Действительно честный. И потому, мне требуется изоляция принимающих решение от внешнего мира. Полная изоляция.
Слегка прищурившись, Гвен размышляла около минуты, затем молча кивнула и произнесла:
- Я прикрою, не переживай.
И это собственно то, что мне требовалось больше всего. После отбора, когда начнется подсчет баллов и голосов, мы с Эрихом свалим отсюда. И чем больше форы у нас будет, тем лучше.
А потом пришла Гвен.
Бледная девушка, нервно выговорила, что наряд уже несут, но волновало ее вообще другое. Абсолютно другое. Только вот выговорить это ей удалось далеко не с первого раза. Сначала Эстер заикалась, потом краснела, потом бледнела, а потом Гвен сказала, что ее это начинает злить, и несчастная наложница торопливо выдохнула:
- Отбор наложниц не будет проходить в традиционном формате. На отборе будут присутствовать архонты, а для тех, кого нет во дворце, будет вестись трансляция…
И она посмотрела на меня так, словно вообще небо перевернулось, хотя я лично вообще не поняла в чем проблема.
- Тебе конец, - донеслось из тайной комнаты от Алкесты.
Ну, прозвучало не слишком обнадеживающе.
А потом вспомнилось, что наложницы там себе в рот показательно совали, во время занятий, и я начала догадываться, что будет мне сейчас охренеть как весело.
***

Глава 30

Наряд наложницы состоял из одного шелкового платья на голое тело, и одного халата поверх. И то и другое алого цвета, разве что верхний халат был с золотой вышивкой, ну и все собственно. Оглядев одеяние, Гвен пожелала вдовствующей испытать все то, что недавно Алкеста пожелала испытать Эстер, и ушла к себе. Вернулась моя танаргская мать с комплектом красного весьма эротического белья, черными чулками и шикарным темно-красным комбинезоном, который к низу расходился широкими брючинами. Короче бой разврату был дан основательно и бесповоротно. Штаны правда пришлось подрезать, Гвен все же была меня существенно выше. Всю подпольную галактическую сеть?! Бракованный навигатор, это как минимум Дарстан, Эрхада и Шангеа – три крупнейших игровых планеты, и если отбор будут транслировать там, количество зрителей превысит двести миллиардов. Вопрос - что такого интересного может быть в банальном отборе второй жены какой-то третьесортной планетки, а Тайрем все же не гигант на политической арене, так что реально третьесортная планетка.
- Алкеста, - крикнула я, - есть что-то, о чем я не знаю?
Из тайной комнаты раздался дикий ржач, и морф сообщила:
- Ничего, узнаешь.
Судя по всему, меня ждала подстава. Основательная такая подстава.
И тут в довершение ко всему, в голове прозвучал голос Эриха:
«Не выходи из комнаты! Мы пытаемся перекрыть трансляцию, но еще не выяснили источник. Не смей выходить, поняла?».
Все что я поняла – придется выкручиваться.
Постояв немного, скомандовала Блонде:
- Линзы уровня А, и передатчик. И пошло оно все к бракованному навигатору. Я еще не знаю как, но я из сделаю!
В глазах Гвен промелькнуло откровенное восхищение, Блондя ринулась за оборудованием, а Эстэр стояла бледная как полотно и мелко тряслась.
- Не дрейфь, солдат, и не из таких передряг выбирались! - попыталась я ее приободрить.
- Но я не солдат, - пискнула Эстер. - Да и вы тоже…
- А войне как-то плевать, кто солдат, а кто нет, - вставляя принесенные Блондей линзы, меланхолично ответила я. И едва вставила наушник, спросила: - Парни, все на связи? Ответом мне был нестройный хор нестройных голосов.
- Короче, - я все же была адски зла, - я не в курсе, кто это устроил, но они сами подставились. Шнур, за работу – взломай связь дворца, используй канал трансляции, и ломай к атому им все, что сможешь. Если в деле Дарстан, Эрхада и Шангеа, они будут решительно удерживать канал связи, используя всю мощность трех планет, Тайрем просто еще не в курсе, во что ввязался. Нир, Эвин, вы на подхвате у меня, похоже потребуется информационная поддержка. Блондя, не психуй. Гвен, хватит прожигать меня взглядом - да, моя команда продолжает работать со мной и мне плевать, что по этому поводу думает Танарг.
Гаракхай стояла, сложив руки на груди, и явно была в бешенстве по поводу моего «предательства».Но затем криво усмехнувшись, заявила:
- Суровые времена требуют суровых решений - из моей команды на Тайреме трое. Сразу предупреждаю, все убийства мы берем на себя… задолбало быть милой женушкой, хоть развлекусь.
И она вышла.
Мы с Блондей переглянулись. Эстер дрожала.
- Да расслабься, - сказала ей агент, - они еще не в курсе, с кем связались. Когда я последний раз видела капитана такой злой, целая планета полетела к чертям.
Теперь Эстер не тряслась, она теперь вообще дышать перестала.
- Соберись, - приказала я ей, - впереди будет весело. Причем нам.
***
Мы шли втроем - Эстер, пытающаяся слиться с окружающим пейзажем, вся такая в ярко-алом и золоте я, и даже шагающая бесшумно Блондя, что недвусмысленно указывало на переход агента в боевой режим. Позади нас следовало в два ряда шесть служанок, двенадцать наложниц, и почти полсотни евнухов. Та еще процессия.
«Мелани, я бы не стал, - произнес для меня Эрих».
Он старался говорить меньше, потому что и ему и мне нужно было беречь силы.
«Десант не сдается», - выдала я ему прописную истину.
Но, так как Дагрэй все еще продолжал самым бессовестным образом сомневаться в моих способностях, я уныло добавила:
«В крайнем случае, Гвен всех прикончит, так что расслабься».
И вот слова про Гвен Эриха успокоили. А мне вообще-то обидно стало – я, конечно, не гаракхай, и не кадет S-класса, но тоже ведь не промах.
«Не обижайся, - словно почувствовав меня, сказал Эрих. - Я уверен, что трансляция дело рук пятого архонта. И это явно месть, иного смысла в произошедшем я не нахожу».
Хм, месть. А нехрен было мне свои шесть кубиков демонстрировать, мне их уже так надемонстрировались, что пятый архонт сам себя сдало. И сыночка своего сдал. А дальше уже пожинайте плоды, как говорится.
«Еще посмотрим, кто кого», - мрачно ответила я.
И продолжила идти вперед.
***
Я ожидала, что отбор наложниц будет проходить в очередной идиотской беседке, и оказалась права, но лишь отчасти. Для отбора они построили целую новую беседку! С одной ее стороны было озеро, с традиционной для данного тропического климата зеленоватой водой, с северной стороны непроходимыми зарослями рос бамбук, справа расстилался зеленый сад с ухоженной и подстриженной травой, и над всем этим цвели деревья. В целом, все то время, пока я тут пребываю – эти деревья вечно цветут, что уже бесит.
Ну а сама беседка размером превышала остальные, в которых мне довелось побывать, а еще - над входом ярко сиял огромный экран, попирая стилистику местного экологического пейзажа. И вот он парадокс - когда я тренировалась наложниц было всего ничего, штук пятнадцать, а теперь там имелось не менее сорокета баб, готовых обогреть моего между прочим мужа. И даже издали были видны обнаженные плечи, выставленная на показ грудь, которую оголили чуть ли не до предела, и соблазнительные позы искусительниц. В самой беседке так же находилась отборочная комиссия - четыре женщины, один евнух, и два архонта преклонного возраста. Зато перед беседкой, в радостном предвкушении, обосновалась целая толпа. И там были все кандидатки в жены, вместе с явственно торжествующей принцесской Аю, и толпа архонтов, которые тоже пришли посмотреть. Но более всего выделялся среди них один! Высокий рост, сложение тела, в котором читалась сила, хищный взгляд чуть зауженных глаз, волосы у висков собранные в косички, и вплетенные в сложную прическу, ну и традиционная длинная синеголубая хламида, которую тут носили уже как минимум пару тысяч лет. И вот он, пятый архонт, стоял чуть в отдалении от всех прочих наблюдающих. Стоял, сложив руки на груди, и победно взирая на меня.
Да, Эрих был прав – трансляция определенно была его работой. Чувак знал обо мне больше, чем кто-либо из всей кодлы архонтов, и явно был в курсе, что у меня имеется гордость. Так что удар был выверен и мог бы стать убойным. Просто… что папаша, что сын, слегка не врубились, с кем имеют дело.
Я на отбор второй жены пришла последней. Все прочие кандидатки уже расселись за низкими столиками и были готовы к началу конкурса, а я вот запоздала. Но стоило появиться мне, как всеобщее внимание мне же и досталось.
И метаморфозы со зрителями произошли разительные - остолбенели кандидатки в жены, слегка потеряли дар речи архонты, и даже слуги, коих тут так же было множество, застыли, потрясенно разглядывая меня. А я отстраненно размышляла о том, что Алкеста все же гений, заберу ее в свою команду, если захочет, а если нет сделаю так, чтобы Исинхай ее не нашел. А еще танаргская обувь тоже зачетная - я вышагивала изящно и грациозно, как когда-то давно учила Сейли Эринс, а она в походках толк знает.
«Кэп, вы на всех экранах, - вообще не порадовал Нир».
Мысль о том, что сейчас как минимум на трех планетах меня демонстрируют вообще без спросу, и в целом демонстрируют, она нервировала. Но трудностями десант не напугаешь. Я вскинула подбородок выше, взгляд опустила ниже, изображая скромность, и продолжила шествие, старательно совершая каждый шаг.
- Она подобна небожительнице… - прошептал кто-то из служанок.
- Такая красивая, - выдохнула еще одна.
- Какое изящество… - прошелестело в толпе.
- И скромность, - добавил судя по голосу какой-то евнух.
- Изумительная красота, - высказался еще один.
Да нет, просто Алкеста в макияже профи.
- Восхитительная… - еще какая-то из служанок.
- Ничего такого, - прошипела принцесса Аю.
Так и знала, что она выскажется. После того, как все закончится, мы еще побеседуем… Как минимум о масках смертников, которые она напяливала на евнухов.
- Кэп, камни впереди, - предупредила Блондя.
Я и сама увидела уже, благо старательное изображение скромности имело свои преимущества - все, что находилось под ногами, я видела преотлично. И определить каменные плиты измазанные воском для пущей скользкости труда не составило. Но, на мне была танаргская обувь и весь опыт десанта.
«Мэл, осторожнее!» - предупредил Эрих.
Мило улыбнувшись всем и вся, но вообще-то именно ему, я подошла к заготовленной ловушке, из-под опущенных ресниц бросила насмешливый взгляд на Аю и совершенно спокойно наступила на плиту. В толпе зрителей раздался дружный вздох - все служанки и евнухи, похоже, были в курсе происходящего. И теперь все ожидали, что я сейчас рухну, самым не изящным образом, а если бы на мне ко всему прочему находилось то одеяние, что мне пытались всучить, то при падении обнажилось бы все, включая органы для детопроизводства. Что ж, я постаралась никого не разочаровать.
Шаг.
Поворот, словно в танце, и я блестяще вышла из положения, остановившись как раз напротив оторопевшей Аю. Моя коварная победная улыбка, была для нее основательнее любой пощечины. Но я не бессловесная терпила, так что в дополнение, громко озвучила:
- Мне просто интересно, со сколькими танаргскими чиновниками ты переспала, чтобы заполучить настолько современную лабораторную аппаратуру и иммунитет к преследованию. Один человек обеспечить подобное не сумел бы в принципе, так что их явно было не меньше трех - слишком уж разные области ты затронул. И мы тут с матушкой поразмыслили, и пришли к выводу, что поимели тебя от трех, до семи высокопоставленных танаргцев. Не меньше. Надеюсь, хотя бы не разом, а то это было бы уже как-то слишком.
Цвет лица ее высочества сравнялся с цветом моего одеяния, однако я еще не закончила.
- До начала отбора на роль супруги архонта Дагрэя, по тайремской традиции, каждая девушка должна пройти осмотр тела. Учитывая имеющиеся у семейства Олидрад подозрения, осмотр вашего тела, принцесса Аю, будет публичным. Готовьтесь.
И с этими словами я гордо продолжила путь.
До следующего триумфа мне оставалось ровно семнадцать шагов.
Я совершила их с поистине царской грацией (в экзоскелете с мое побегаешь, и не такой грации наберешься) и когда остановилась радом с явно ожидающим меня пятым архонтом, мило улыбнулась уроду, и вежливо поинтересовалась:
- Как поживает ваша потенция?
Явственно менее всего ожидающий подобного вопроса архонт, застыл, едва ли не заскрежетав зубами.
- Все еще плохо? - с искренним участием вопросила я. - Очень жаль, мне хотелось верить, что в прошлый раз у вас просто был стресс, усталость и все прочее, сильно воздействующее на потенцию. Но, видимо дело в возрасте. Мужайтесь. Это, конечно, неприятно, но я слышала, что на Дарстане импотенцию успешно лечат. У них имеется свой, уникальный, инновационный и не имеющий аналогов во всем освоенном космосе метод! Не лишайтесь надежды, вы еще мождете познать… все грани интимного удовольствия.
У архонта заметно дернулась щека.
«Кэп, вы явно в ударе, - раздался голос Эвина, - на Дарстане вам аплодируют стоя».
Еще бы. Дарстан действительно славился одной своей уникальной и не имеющей операцией - по смене пола. Это была практически визитная карточка данной нелегальной планеты. Ну и помимо нанесения чудовищного оскорбления пятому архонту прямо в прямом эфире, я так же поставила урода в известность о том, что мне все известно. Так что этот ход был за мной.
- Стерва! - прошипел всего одно слово пятый.
Бедняжка, все еще с трудом переживал свой позор. Неудивительно - явно стоял тут, подбирал слова, чтобы сообщить мне о трансляции, готовился полюбоваться тем, как я бледнею там, или в обморок падаю, а теперь сам оказался ниже плинтуса.
- Да не переживайте, позор дело такое…- я сверкнула наглой улыбкой, - несмываемое.
И торжественно продолжила путь на плаху, старательно сдерживая смех, причины для которого имелись.
«Кэп, - Нир угорал так, что явно свалился со стула, - кэп, на пяти планетах начали делать ставки, объект - пятый архонт. В ближайшие лет пять ему лучше вообще даже не кашлять - любое обращение к врачу засекут тут же. Ну, кэп, ну вы даете!»
Да, я такая, со мной лучше вообще не связываться никому и никогда. Рега в целом совершил большую ошибку, спровоцировав выполнить задание на Франциске. Думал, подставит? Подстава штука такая, непредсказуемая, так что в итоге подставила я. И его, и его отца, и, если Исинхай всех причастных вычислит, а он точно вычислит, тогда по факту можно считать что я подставила всю их шайку!
И тут главный евнух поднялся, в отличие от всех прочих членов комиссии, поклонился мне, и вежливо произнес:
- Прошу вас занять свое место, ваше высочество.
Ну и тут началось то, что предсказывала Эстер - в меня попытались плеснуть водой. Одна из кандидаток в постель, сидящая в первом ряду ближе всех ко мне, сто процентно воспылав завистью по поводу моего шикарного макияжа, «случайно» вскинула руку с чашкой и благополучно вылила все на себя - сила у Эриха была все же охренительная, и горе являлось к тому, кто пытался навредить мне.
И вот пока я следовала на свое место, среди кандидаток повально происходили обливания водой, чайные компрессы горячим же чаем, шпильки летали и возвращались к владелицам несколько травмоопасным образом, а вот я вообще не парилась, с изяществом устроившись за своей партой.
И экзамен начался.
Для начала от нас, всех присутствующих, потребовали тишины и сосредоточенности.
- Да хватит вам уже самоубиваться! - не сдержалась Блондя.
За это ее выставили.
«Минус один боец, - констатировал Эвин».
«Плюс четыре букмекерских организации подключились к трансляции, - отчитался Нир».
Им там что, заняться больше нечем?
Но, судя по всему, ожидалось что-то явно грандиозное, и мне лично уже было крайне интересно что.
Поднялся евнух-распорядитель. Один из помощников церемонно поклонился и подал ему широкий деревянный изукрашенный золотом поднос, содержимое коего прикрывала золотая ткань. Глава приемной комиссии торжественно сорвал покров с подноса, конкурсантки прекратили самоубиваться и застыли, настороженно и жадно взирая на поднос. Справа от меня кто-то начал молиться, и я не сразу поняла, что это Эстер. Когда поняла, тихо скомандовала:
- Сдвинься влево.
Просто мало ли, вдруг тут драться придется, а первый удар я обычно наношу правой, вдруг еще задену наложницу. Не то чтобы я переживала как перед Роеном оправдываться буду, просто Эстер жалко.
Девушка тенью сменила положение.
Между тем, с конца беседки по проходу с поклоном двинулись четыре служанки, держа пустые подносы на вытянутых руках. Когда они приблизились, все так же в поклоне, к распорядителю, тот величественно разложил свитки с заданиями. Отстраненно подсчитала - сорок. И вот мне до сих пор интересно - каким образом, из пятнадцати претенденток, в отбор попало четыре десятка? Они тут что, почкованием размножились?! И это все вообще законно?
Судя по тому, что задания приготовили для всех – все было законно.
Так что мне оставалось только ждать.
Четыре служанки, получив каждая по десять свитков, двинулись по проходам. Прислуга каждой из наложниц с поклоном почтительно брала свиток и передавала хозяйке, та с поклоном принимала свиток и укладывала на стол перед собой. Никто не спешил открывать, так что и мне пришлось сидеть и терзаться неизвестностью.
Наконец все свитки раздали. Подательницы скрылись в конце беседки. Члены комиссии выпрямились и вперились в нас подозрительными взглядами. Короче, судя по их взглядам они нас всех уже подозревали если не в желании устроить теракт, то в заговоре с целью списать на экзамене точно.
Главный распорядитель вскинул руку и едва тишина стала еще более напряженной, чем была, торжественно произнес:
- Приступайте!
Со всех сторон тут же зазвучал шорох развертываемой бумаги. После где-то радостные возгласы, где-то полные скорби стенания - в общем, кто-то к экзамену оказался готов, а кто-то нет. С некоторой нервозностью, я резко выдохнула, стараясь успокоиться, и медленно развернула свой свиток.
И, короче, зря я в это ввязалась. Вообще следовало послушать всех и разом, и не ввязываться. И стало ясно, почему Алкеста так ржала как ненормальная.
«Кэп… - осторожно позвал Нир».
Агент всегда был очень деликатным, а благодаря линзам видел сейчас то же, что и я. Эвин молчал, потому как… а хрен тут что скажешь.
В отборочном конкурсе было три задачи:
1. Основные женские добродетели, классическое трактование.
Это я выучила, писать конечно долго придется, но не смертельно.
2. Траур по родителям супруга, традиции седьмого дня после похорон.
Уже чуть сложнее, но и это я выучила, не зря сидела на интервальном сне.
Зато третий вопрос…
3. Оральная стимуляция двадцати пяти минут, для полноценного ублажения супруга. Демонстрация с пояснениями.
Короче, охренеть, что тут еще сказать.
И я сидела, чувствуя, что мне явно нехорошо и не хорошеет с каждой секундой все сильнее. А в это время девушки уже ознакомились со своими заданиями, и теперь служанки порхали по павильону, к отдаленным и скромно прикрытым карликовыми деревьями и деревянными ширмами стеллажам, возвращаясь с …так сказать демонстрационным материалом. В общем, тут были мужские половые органы, мужские половые органы, соединенные с тазовым дном, мужские половые органы с телом, и все прочие части имитирующие собственно тела этих самых мужчин.
- Госпожа, я принесу необходимый для демонстрации объект, - робко сказала Эстер.
Я так и представила, что где-то во второй нашей тайной комнате, ржет до упаду Алкеста. И если честно, будь я на ее месте, мне бы тоже было весело. Но, увы, я не на ее месте, я на своем! Тысяча нестабильных атомов!
- Госпожа? - Эстер заметно нервничала. - Если не поторопимся, их всех разберут.
Да по атому!
И тут еще Удав ко всему нарисовался, и я услышала:
«Итак, нас ждет потрясающее зрелище - девственница, демонстрирующая навыки орального интима! Мегер, так чисто для информации - я поставил на тебя довольно приличную сумму, не подведи там».
Гггад психованный!
Вообще, если бы не утренняя медитация на час, с доведением собственной психики почти до нервного срыва, сейчас у меня были бы сложности. А так сил на переживания не осталось вообще, слава сержанту Страйку и его военной подготовке.
Секунда на принятие решение и я приказала:
- Эстер, тащи бумагу. Мне нужны большие широкие листы и дополнительный набор чернил и кисточек.
А затем, прикрывшись ото всех свитком с экзаменационным заданием, я приказала уже своим:
- Нир, найди мне самую пошлую порнографическую книгу, максимально популярную, такую которую все читают, но хрен в этом признаются.
«Понял, выберу по количеству скачиваний».
- Эвин, у нас в училище, в курс социальной адаптации входил так же курс… А, к викрианским паразитам, мне нужна Сейли.
«У тебя есть я, - мурлыкнул Удав, явно получающий неимоверное удовольствие от всего происходящего».
- Не переживай, Удав, я это… помню, - угрожающе ответила ему.
В этот момент вернулась Эстер.
- Держи пока большие листы в руках, - приказала ей.
И взялась за работу.

Глава 31

Девушке по соседству со мной повезло - одним из ее заданий была варка мыла, чем кандидатка в наложницы с явным упоением и занималась. Но повезло только ей, лично мне не очень – дым долетал, искры, воняло основательно так. Наложница в двух партах от меня слева, в качестве практического задания получила массаж, и сейчас на столе ее лежал демонстрационный кусок мужика, без головы и ног, а она судорожно вспоминала, все точки, которые необходимо было задействовать, и бездумно водила руками по рельефной деревянной мускулатуре. Но повезло не всем, и оральные ласки выпали не только мне. С некоторым потрясением и вообще шоком, я пронаблюдала за тем, как наложница сзади, засовывает в себя нечто так глубоко, что это можно было бы прировнять одновременно и к пыткам и к медицинской операции, а ей ничего, даже не подавилась. Вот что значит сноровка и длительное обучение. Но я оглядывалась на товарок редко, а вот на меня смотрели с повышенным интересом абсолютно все. Вообще все. Особенно когда выяснилось, что один конкретный инструмент для демонстрации все еще остается на экзаменационном стеллаже, и торчит там с вызовом, недвусмысленно намекая, что его забыли. Не дождутся.
И я принялась писать.
Основные женские добродетели по идее должны были быть одинаковыми для всех женщин, но на деле имелось расхождение. Так первая жена должна была просто быть верной, скромной, сдержанной, тихоречивой, заботливой и вежливой. Но для второй жены добродетели определены были реально варварски.
«1. Первая добродетель - смирение. Переступая порог дома семьи супруга, жена оставляет обрывает все родственные узы, чистой и смиренной ложится она в супружескую постель, смиренно принимая свою судьбу».
Вообще бред, я бы на месте такой жены дом спалила, и может быть даже смиренно.
«2. Вторая добродетель – послушание. Покорно склоняется вторя жена у ног родителей мужа, ниже пояса склоняется перед старшей женой, никогда не поднимет головы в присутствии мужа».
«Что, серьезно? - удивленно спросил Удав. - А это только на бумаге, или у них реально все так устроено?»
Не сдержавшись, прошипела сквозь зубы, чтобы не было сильно заметно, как разговариваю:
- А ты смотайся на Дарстан, смени пол, а после вернись и проверь на собственной шкуре!
«Понял, не отвлекаю, - с ходу просек причину моей злости агент. - И да, у тебя там, в иероглифе последнем ошибочка. Нижнюю линию чуть продли. Да, так хорошо».
- Сссспасибо, - да, я вежливая.
«3. Третья добродетель трудолюбие. Большое безделье вытекает из малого, и лишь ежедневный кропотливый труд спасение для добродетельной жены».
Ааа, как они меня бесят!
«4. Четвертая добродетель – подчинение. Послушна жена своему супругу, приказом для нее звучат слова родителей мужа, законом – слова старшей жены».
«5. Пятая добродетель - служение. Старательное служение родителям, а впоследствии родителям мужа, искреннее служение мужу, преданное служение старшей жене. Таковы главные женские добродетели».
И я подумала, что мне бы сейчас выпить.
Но на повестке был второй вопрос: «Траур по родителям супруга, традиции седьмого дня после похорон».
В целом, по сути, как и сказала Алкеста, второй жене следовало рыдать до разрыва кишечника. Сомневаюсь, что в этом случае, можно было бы вообще дожить до седьмого дня после похорон, но традиции тут были суровы.
Что ж, я размяла руки и начала вдохновенно писать:
«Смерть родителей мужа невыносимое горе, вызывающее вполне закономерный вопрос – а каким образом они умудрились умереть разом в один день?»
«Эм, - раздалось в наушнике, - Мегер, тормози».
Удав был прав.
Я смяла второй листок, отдала его Эстер, и начала писать то, что следовало:
«На седьмой день после трагической смерти родителей супруга, второй жене надлежит снять малый траур, заливаясь слезами в невыносимой скорби и неумолимых страданиях».
И в общем краткость сестра таланта. Если учесть, что второй жене следовало быть немногословной, то я вообще ответила наилучшим образом.
И вот теперь следовало переходить к самому интересному.
- Нир, что у нас там с эротической литературой? - вопросила я, любовно разглаживая большой чуть желтоватый лист на парте, которая для этого листа была слегка маловата.
«Эммм… - не слишком уверенно ответил мой хакер. - Кэп, я не уверен что…»
- Слушай, я точно уверена, что не стану ни засовывать себе в рот эту гадость…
Тут Удав издевательски хмыкнул.
- Забейся! - нервы были ни к черту. - Короче, рассказывать все это я тоже не собираюсь.
- Но у тебя в задании четко указано слово «демонстрация», - ехидно напомнил Удав.
Основные женские добродетели по идее должны были быть одинаковыми для всех женщин, но на деле имелось расхождение. Так первая жена должна была просто быть верной, скромной, сдержанной, тихоречивой, заботливой и вежливой. Но для второй жены добродетели определены были реально варварски.
«1. Первая добродетель - смирение. Переступая порог дома семьи супруга, жена оставляет обрывает все родственные узы, чистой и смиренной ложится она в супружескую постель, смиренно принимая свою судьбу».
Вообще бред, я бы на месте такой жены дом спалила, и может быть даже смиренно.
«2. Вторая добродетель – послушание. Покорно склоняется вторя жена у ног родителей мужа, ниже пояса склоняется перед старшей женой, никогда не поднимет головы в присутствии мужа».
«Что, серьезно? - удивленно спросил Удав. - А это только на бумаге, или у них реально все так устроено?»
Не сдержавшись, прошипела сквозь зубы, чтобы не было сильно заметно, как разговариваю:
- А ты смотайся на Дарстан, смени пол, а после вернись и проверь на собственной шкуре!
«Понял, не отвлекаю, - с ходу просек причину моей злости агент. - И да, у тебя там, в иероглифе последнем ошибочка. Нижнюю линию чуть продли. Да, так хорошо».
- Сссспасибо, - да, я вежливая.
«3. Третья добродетель трудолюбие. Большое безделье вытекает из малого, и лишь ежедневный кропотливый труд спасение для добродетельной жены».
Ааа, как они меня бесят!
«4. Четвертая добродетель – подчинение. Послушна жена своему супругу, приказом для нее звучат слова родителей мужа, законом – слова старшей жены».
«5. Пятая добродетель - служение. Старательное служение родителям, а впоследствии родителям мужа, искреннее служение мужу, преданное служение старшей жене. Таковы главные женские добродетели».
И я подумала, что мне бы сейчас выпить.
Но на повестке был второй вопрос: «Траур по родителям супруга, традиции седьмого дня после похорон».
В целом, по сути, как и сказала Алкеста, второй жене следовало рыдать до разрыва кишечника. Сомневаюсь, что в этом случае, можно было бы вообще дожить до седьмого дня после похорон, но традиции тут были суровы.
Что ж, я размяла руки и начала вдохновенно писать:
«Смерть родителей мужа невыносимое горе, вызывающее вполне закономерный вопрос – а каким образом они умудрились умереть разом в один день?»
«Эм, - раздалось в наушнике, - Мегер, тормози».
Удав был прав.
Я смяла второй листок, отдала его Эстер, и начала писать то, что следовало:
«На седьмой день после трагической смерти родителей супруга, второй жене надлежит снять малый траур, заливаясь слезами в невыносимой скорби и неумолимых страданиях».
И, в общем, краткость сестра таланта. Если учесть, что второй жене следовало быть немногословной, то я вообще ответила наилучшим образом.
И вот теперь следовало переходить к самому интересному.
- Нир, что у нас там с эротической литературой? - вопросила я, любовно разглаживая большой чуть желтоватый лист на парте, которая для этого листа была слегка маловата.
«Эммм… - не слишком уверенно ответил мой хакер. - Кэп, я не уверен что…»
- Слушай, я точно уверена, что не стану ни засовывать себе в рот эту гадость…
Тут Удав издевательски хмыкнул.
- Забейся! - нервы были ни к черту. - Короче, рассказывать все это я тоже не собираюсь.
- Но у тебя в задании четко указано слово «демонстрация», - ехидно напомнил Удав.
Пауза, и Нир, гулко сглотнув, спросил:
«Ладно, мне что делать?»
- Читай, - скомандовала ему.
Перекидывать изображение на линзы было бы сложно, я и так собиралась перекидывать изображения, потому как придется все это срисовывать, но пока можно было обойтись чтением, я собиралась обходиться чтением.
- Читай давай, ты же не девственница, - поторопила Нира.
«Только не забывай, что читать все это ты будешь девственнице, - ядовито напомнил Удав».
- Слушай, а что ты вообще тут забыл?! - психанула я.
«Деньги, - Удав был такой удав, - я тут собираюсь сколотить целое состояние, так что вперед, десант ты наш, в бой, на эротическую демонстрацию!».
И я внезапно поняла, что не буду я ничего рисовать даже схематически. Ну, его к атому так позориться. В конце концов, есть и другие способы. К примеру, сделать так, чтобы стыдно стало не мне, а им…
И тут я подняла голову и посмотрела на членов комиссии.
А это мысль!
И склонившись над листом, я позвала:
- Шнур?
«На связи, - пришел мгновенный ответ».
- Ты взломал дворец? - осторожно спросила я.
«Весь дворцовый комплекс, - не без гордости ответил мой нариковский гений».
- Шикарно. Пробей мне этих семерых. Каждого по отдельности. Накопай что-нибудь очень-очень-очень непристойное. Нир, ты на подхвате с порнолитературой. Погнали, парни.
***
Писала я дольше всех, дольше вообще всех.
Кандидатки на вечное смирение и трудолюбие вставали и гордо направлялись к приемной комиссии, хотя как по мне гордиться тут вообще было нечем. Но они гордились. Сдавали первые два вопроса по теории, после переходили к практике.
А практика была… она была нечто.
Пару раз меня лично чуть не стошнило, разов семь мне было очень интересно, особенно когда дело касалось тонизирующего и расслабляющего массажа. Я знала и тот и другой вид, нас этому учили, но тут была своя специфика, и вспоминая, как я пыталась размять каменеющие мышцы Эриха, я поняла, что, во-первых, делала все неправильно, а во-вторых, надо бы потом изучить этот массаж получше.
Одной из наложниц достался мужик в полный рост. В смысле макет мужика. Кандидатка в наложницы, поводя обнаженным плечиком, потому как с нее халатик слегка сполз, а она этому кокетливо не препятствовала (короче то что Эрих уже пришел и тоже тут, я поняла и до обнаженного плечика), начала демонстрировать все мужские эрогенные зоны.
Мы слушали.
Даже Удав ехидных замечаний больше не вставлял, внимая весьма занимательной информации.
Не сдержавшись, язвительно поинтересовалась:
- Реально собираешься сменить пол?
«С чего вопрос? - мрачно вопросил он».
- Ну ты так старательно изучаешь мужскую анатомию… так старательно…
«Молчи, язва девственная, - ответили мне».
И тут появилась Сейли.
«Мегер, прости, с трудом вырвалась с базы, у нас финальная стадия подготовки. А у вас что?»
Я бы ответила, но у нас внезапно начался стриптиз.
Хотя это он для меня, видимо, начался внезапно, а кандидатки вполне себе были в курсе того, что их ожидает. И члены экзаменационной комиссии, узрев, что я все еще продолжаю корпеть над заданием с кистью в руке, в то время как все уже все сдали, перешли, так сказать, к четвертому вопросу.
Короче, к стриптизу.
Заиграла музыка, за ширмой, что примечательно. Музыкантов, значит, они стеснялись, а то что перед беседкой толпа народу собралась, это вообще ни кого не парило. Даже девушек.
Первая из них гордо вышла, встала перед столом экзаменаторов… Грациозное движение и вся одежда спадает с гибкого тела, чуть зацепившись за внушительную грудь.
- Минус два очка, - сообщает одна из женщин.
А между прочим, одежда зацепилась за одну грудь, а не за две!
Смущенная наложница, торопливо подхватила одежду и скрылась с глаз, не забывая соблазнительно покачивать бедрами.
«Ммм… - протянул Удав. И внезапно предложил. - Может ты свалишь?»
«Мегер, что происходит?» - запаниковала Сейли. «А я говорил, оставайся с Багором, - заявил внезапно возникший на связи Гэс».
- А тебя вообще никто не звал, - рявкнула я.
И сделала вид, что это я наорала на Эстер. Бедная служанка стояла бледная, и вообще уже не знала что думать, исходя из того, что чужих реплик она не слышала, только мои.
- Прости, - бросила я наложнице. - Сейли, я дописываю, а ты… придумай что-нибудь с этим гребаным стриптизом.
«Задачу поняла», - не слишком уверенно отозвалась девушка.
Бракованный навигатор, ну что за жизнь? Только с демонстрацией орального интима разобралась, как вдруг внезапно на мою голову свалился прилюдный, транслируемый на хрен его уже знает сколько криминальных планет, стриптиз!
- Нир, читай дальше.
И я продолжила писать. А наложницы картинно раздеваться. А Сейли нервничала, и чем дальше, тем больше. Но я хорошо знала Сейли, и Багора, который натаскивал ее с детства практически, так что даже сомнений не было в том, что она точно сейчас решит данную проблему.
«Требуется уверенно взять его левой рукой, фиксируя основание, затем начинать производить поступательно колебательные движения правой», - читал между тем Нир.
Я переписывала, переделывая на ходу.
Время истекало стремительно, стиптизоориентированные кандидатки заканчивались, а на меня все поглядывали с предвкушением, ожиданием и готовности развлечься за мой счет.
«Мелани, - Эрих хоть и старался беречь мои силы, но не сдержался».
«Справлюсь, - кратко ответила ему».
И дорисовала два последних иероглифа на седьмом листе. Все, с этим я закончила.
Оставалось еще всего три наложницы передо мной.
Мне срочно требовалось решение вопроса со стриптизом.
Сэйли молчала.
Она молчала когда выступила первая из трех кандидаток в наложницы, продемонстрировав всем охрененные формы. Молчала когда свое выступление с обнажением завершила вторая.
И только когда пошла раздеваться третья, Эринс подала голос:
«Продемонстрируешь запястья. На тебе линзы категории А, расфокусируй сейчас взгляд, я скину основные танцевальные движения».
Запрокинув голову, невидящим взглядом уставилась в потолок.
Сейли, в банном халате с широкими рукавами, начала танцевать. Плавные движения, поворот, от которого волосы красиво взметаются и не менее красиво опадают, изящные движения кистей, задействованные в танце пальцы, звук флейты на заднем фоне.
«Запомнила?» - агент остановилась, с тревогой глядя на меня.
- Еще раз, - сдавленно попросила.
Девушка повторила все движения, останавливаясь в те моменты, когда мне нужно было зафиксировать позы.
И тут прозвучало:
- Ваше высочество, мы ожидаем вас.
То есть и последняя девица завершила с прилюдным раздеванием.
Что ж, я вежливо подождала, пока кандидатка покинет пространство перед столом оценочной комиссии и нагрузив Эстер свернутыми листами, величественно поднялась.
Когда я шла по проходу, чувствовала себя убийственно спокойно… в том смысле, что если что-то пойдет не так, Гвен их всех тут прикончит, и эта мысль реально успокаивала.
Встав перед длинным столом комиссии, я для начала поклонилась, вежливо и с достоинством.
Затем, величественно выпрямившись, произнесла:
- Принцесса Мелания Олидрад, дочь почтенной семьи Олидрад, почтительно приветствует господ судей.
«Господа судьи» заулыбались - ни одна из кандидаток не проявила почтительности к ним, тем более не стала кланяться, а зря - сегодня поклонишься ты, завтра нагнешь тех, перед кем склонился.
- Мы приветствуем дочь уважаемой семьи Олидрад, - произнес евнух-распорядитель. - Готовы ли вы к ответу на первый вопрос вашего задания?
Вновь поклонившись, я передала ему свиток с моими экзаменационными вопросами.
Быстро пробежавшись взглядом по тексту задания, распорядитель невольно взглянул в сторону стеллажей, где одиноко торчал явно необходимый для демонстрации объект, после чего евнух воззрился на меня. Я была сама невозмутимость.
- Что ж, приступим, - постановил распорядитель. - Итак, ваш первый вопрос «Перечислите женские добродетели».

Глава 32

И вот тут я совершила первый ход конем.
- Добродетельной женщине не стоит часто говорить.
После чего, взяв у Эстер свиток с первым ответом, с поклоном передала его главе комиссии.
Евнух-распорядитель, развернул бумагу, вчитался, одобрительно покивал и передал далее коллегам, озвучив для учетчика:
- Мелания Олидрад. Первое задание - десять баллов.
Высший бал, как приятно.
Сидящая рядом с ним женщина, ознакомившись с ответом, явно нехотя выговорила:
- Десять баллов.
Архонты дали мне по десять баллов даже не взглянув на написанное, евнухи вчитывались внимательно, но результат был тем же - я получила высший бал от всех судей.
Едва оценки были зафиксированы, распорядитель громко произнес:
- Переходим ко второму вопросу: «Траур по родителям супруга, традиции седьмого дня после похорон».
Снова грациозный поклон, и я двумя руками передала второй свиток главе экзаменационной комиссии.
Торжественно развернув, величественный евнух прочел ответ, и постановил:
- Великолепно. Кратко и по существу.
И отдав лист всем остальным, он, не дожидаясь оценок остальных членов комиссии, громко возвестил:
- Третий вопрос: «Оральная стимуляция двадцати пяти минут, для полноценного ублажения супруга. Демонстрация с пояснениями».
Прозвучало оглушительно.
И позорно.
И вся толпа перед беседкой дыхание затаила, в ожидании того, как я тут сейчас буду позориться. А члены оценочной комиссии вовсе отложили мое второе задание, и тоже воззрились на меня в предвкушении. В общем тут все были против меня, один Эрих стоял и реально переживал. Я посмотрела на любимого, улыбнулась, и произнесла Эстер.
Когда девушка передала мне семь свитков, все решили, что она сейчас побежит за «демонстрационным объектом», но наложница отступив на несколько шагов, осталась стоять, опустив голову и нервно кусая губы. Понятия не имею, по какой причине она нервничает, лично я с этого момента больше вообще не переживала.
И подойдя ближе к столу, я без поклона, но с очень коварной усмешкой протянула первый свиток евнуху распорядителю.
Несколько насторожившись по поводу моей резкой смены поведения, он развернул свой свиток, и издевательски начал читать:
- «Она скользнула в его комнату ранним утром, за несколько минут до рассвета. Ее обнаженное тело было покрыто капельками лавандовой воды, трепетная плоть жаждала»…
И тут рука евнуха дрогнула, и он стремительно вчитался в надпись «капельками лавандовой воды», после чего медленно поднял взгляд на меня.
А я улыбнулась. И глядя на бледнеющее лицо мужика, который вообще не евнух, но очень успешно им прикидывался, вежливо сообщила:
- Демонстрация может происходить различными способами. Я избрала письменный способ демонстрации. Надеюсь, вы не станете возражать?
И улыбка становится шире. У меня. Исключительно у меня. Потому что распорядитель вцепился в свиток с таким видом, что стало ясно - он его скорее сожрет, чем передаст остальным членам комиссии.
- Не переживайте, я обо всем позаботилась, - подмигнув, весело заверила его.
И пошла разносить остальные шесть свитков. Именных. Написанных конкретно под каждого члена экзаменационной комиссии. И история повторялась с каждым - скепсис, недоумение, напряжение, осознание произошедшего, откровенный ужас в глазах, и поспешное сокрытие улик, посредством сворачивания рулонов, чтобы вдруг кто-то другой не прочитал.
А я стояла перед столом и улыбалась, стараясь казаться вежливой, а не злорадной.
- Высший бал, - наконец произнес евнух-распорядитель. За оба… зззадания.
Внизу перед беседкой раздались негодующие возгласы, кто-то писклявым женским голосом потребовал, чтобы демонстрация все же состоялась - если это опять Аю, я просто дам ей в морду, достала уже.
Однако шум прекратил распорядитель, резко поднявшись и провозгласив, что кандидатка Мелания Олидрад великолепно прошла все три испытания.
- Пусть переходит к четвертому! - крикнули из толпы.
Евнух медленно опустился на стул, более всего желая, чтобы я сейчас свалила отсюда и ему никогда не пришлось видеть меня вновь. Остальные смотрели на меня с тем же желанием, однако толпа была права - требовалось еще выполнить четвертое задание.
- Могу я узнать, - очень вежливо начала, потупив взгляд и изображая вселенскую скромность, - в чем состоит суть четвертого задания?
Никто из комиссии не пожелал мне ответить, меня они все теперь основательно боялись, и было за что.
- Распорядитель? – мягко напомнила, что жду ответа.
Гулко сглотнув, евнух с трудом ответил:
- Демонстрация искушения красотой тела.
- Благодарю, - я склонила голову, благодаря распорядителя за ответ и посмотрела в сторону музыкантов – заиграла флейта.
Взмах рукой, вытянутая шпилька и волосы опадают на плечи и спину. А я закрываю глаза, и повторяю все движения Сейли. Шаг, поворот, прогиб назад, ткань алого халата скользит по левой руке, обнажая запястье, пальцы правой скользят следом за тканью, но не долго - пять сантиметров, и ни сантиметром больше. Снова поворот, прогиб назад, вскинутая правая рука, пальцы левой скользят по обнаженной нежной коже… но тоже лишь чуть-чуть. Остановка, теперь обнажены лишь кисти рук, и я стараюсь повторить все, что показала Сейли, и сделать это плавно и изящно. А потому я вода, плавная и текучая, я ветер - легкий и почти невесомый, я ивовая лоза - гибкая, но крепкая. Музыканты продолжали играть, а я продолжала танец, боясь открыть глаза и вплетая в движения все, что показывала Сейли. Вроде бы получалось.
Еще один поворот на 360 градусов, и я опускаюсь на пол, завершая танец.
Тьма космическая, надеюсь, я все сделала правильно.
И тут в наушнике раздалось:
«Детка, а на кой дерсенг тебе сдался этот тщедушный архонт? Может со мной попробуешь?» - гребаный Удав.
«Кэп, это было шикарно», - Нир всегда умел поддержать.
«Мегера, ты нечто! - восторженная Сейли это нечто новое. - Я такого никогда не видела!»
И я рискнула открыть глаза.
Вообще потрясенные взгляды членов приемной комиссии меня не удивили, получив мое третье задание в письменной форме, каждому хватило ума, чтобы понять, что это шантаж, откровенный и наглый, поэтому в том, что они мой танец одобрят у меня сомнений не было. Но вот у зрителей необходимости хвалить меня не было никакой, однако сначала кто-то один начал хлопать в полнейшей тишине, затем к аплодирующему присоединились остальные, и я так понимаю, это были архонты. Исключительно архонты.
Все еще не поднимаясь, я напряженно спросила у Эриха:
«Ну как?»
И ощутила волну эмоций, от желания, которое осталось во мне теплом и неутоленной жаждой, до восхищения, от которого можно было взлететь, если руками взмахнуть.
«Ты прекрасна, - все что сказал мне Эрих». Подошла Эстер, помогла мне встать.
Члены приемной комиссии, заметно обалдевшие, озвучили свое веское «Высший бал».
На доске, где указывались имена участниц отбора и набранные ими баллы, слуга старательно выписал мой общий бал - 280. Распорядитель от доброты душевной выдал мне еще десять баллов за «Проявленную женскую добродетель», и с результатом в 290 баллов, я официально стала второй женой своего мужа! Меня сдержанно поздравили члены отборочной комиссии.
Дружно и довольно-таки громко прокляли тридцать девять лишенных возможности попасть в постель Эриха.
Кандидатки в жены мою победу встретили гробовым молчанием, и стало ясно, что меня они будут гасить не в пример жестче, чем на отборе наложниц.
Но все это не имело никакого значения, потому что когда я спускалась по ступеням вниз, покидая беседку, мне подал руку Эрих, и в его глазах было столько счастья, что мы сейчас, кажется, оба начнем летать.
- Говорила же, я справлюсь, - прошептала ему.
Эрих мало что мог сделать на публике, но наплевав на всех присутствующих, он поднес мою ладонь к своим губам и с нежностью поцеловал.
И тут Удав, как всегда все испортил.
«Мегер, танец был херовый».
Чуть не послала, если честно.
«Реально херовый, и последствия у него будут херовые, - продолжил Удав. - Детка ты моя, все еще девственная, теперь тебя хотят толпой поиметь не только на Тайреме. Короче не танцуй больше, особенно на публике».
Реально все настроение испортил.
И не только мне – Эрих все тоже слышал.
«Агент Сэддер, вы не правы! - высказалась Сейли. - Танец был великолепен!»
И тут Удав вкрадчиво так поинтересовался:
«Малышка, помнишь тебе на Хассите ребро сломали?»
В эфире повисла тишина.
«Так я могу повторить… - коварно произнес агент уровня Титан».
Стремительно прикрывшись Эрихом от всех, я быстро приказала:
- Шнур, заблокируй наш канал связи от посторонних!
«Я не посторо…» - начал было Удав, и он же закончил, потому что Шнур это Шнур, он гений, хоть и нарик.
Сейли же в ярости прошипела:
«Так это был он! С каких пор агенты спецслужб Гаэры работают телохранителями у криминальных боссов? Это вообще законно? Я из-за этого урода троих убить не смогла! Да мне тот бой в кошмарах до сих пор снится! Да как он…»
«Сэйли, остынь, - вмешался Гэс».
И тут в наш междусобойчик вмешался механический голос:
«Мегера, передай своему самцу, что я с заданием справился». В полном изумлении я посмотрела на Эриха. Дагрэй, держа меня за руку, повел прочь, не позволяя никому из толпы в принципе приблизиться, и задал вопрос вовсе не мне:
- Всех пятерых?
«Естественно, - гордо заверил Ссун, - я же высококлассный специалист, отвечаю за каждое свое слово».
«Ссун! - возопил Гэс. - Падла рыжая, я же тебя по всей вселенной искал! А ты тут, с этим сговорился?»
«У меня было важное высокооплачиваемое задание, - величественно ответил кот».
Я посмотрела на Эриха, он отрицательно мотнул головой, намекая что позже поговорим, и повел меня дальше, ко дворцу Гвен.
У дворца танаргской маман, Эриха остановили, и дальше ему идти, как бы, не полагалось. В итоге я смотрела как архонт Дагрэй медленно, палец за пальцем, отпускает мою ладонь. И менее всего мне хотелось, чтобы он это делал. Стоя под цветущей акацией, щедро посыпающей нас белыми лепестками, я думала о том, сколько всего потеряла в пору юности. У меня не было первого поцелуя в школе, не было клубов и гулянок до рассвета, не было парня, от которого просыпались бы все гормоны разом и штормило бы от одного прикосновения пальцев.
Зато все это происходило сейчас.
Я столько порнухи пересмотрела и тогда, на танаргском крейсере, и в целом по жизни, но мне никогда не доводилось видеть ничего более эротичного, чем его пальцы, скользящие по моей ладони.
- Ну и долго еще собираешься пялиться на него? - раздраженно спросила Гвен.
Долго. Очень долго. Кажется вообще всю жизнь. На его лицо с тонкими красивыми чертами, на его черные волосы, не доходящие до плеч, и в его сине-серые глаза, в которых я тонула, прямо вот так, стоя на месте.
«Мегера, пульс!» - раздался в наушнике голос Кэла.
Да, пульс зашкаливал.
- Слушай, - я остановилась на последнем пальце, и теперь лишь он был в ладони Эриха, - я тут подумала, когда все это закончится, давай рванем куда-нибудь на Детру, оторвемся по-полной, и я тебе кучу интересных мест покажу.
Вообще предложение было классным и от всей души.
Но моя команда отреагировала странно:
«Бедный мужик, - высказался Шорох»
«Да, не повезло, - добавил Нир.
«Кэп, - Эвин всегда был очень деликатен, но почему-то не в этот момент, - давайте откровенно – все, чего сейчас хочет ваш мужик – это затащить вас в постель. На пару месяцев безвылазно, так что»…
Договорить он не успел.
Эрих мягко привлек меня к себе, обнял, нежно обрисовал костяшками пальцев овал моего лица, и прошептал, склонившись к самым моим губам:
- Мелани, для меня это тоже первая любовь. Хочешь на Детру? Значит, полетим туда. Я выполню любое твое желание, Мел. И я выполню все твои желания. Абсолютно все.
- Почему? - дурацкий вопрос, да.
Мягкое касание к моей щеке, и переданное мысленно:
«Потому что я счастлив только тогда, когда счастлива ты».
- Так все, хватит, у нас еще второй тур и он будет посложнее первого, - напомнила Гвен.
Когда я уходила, на Эриха оглянулась раз сто.
Я до такой степени оглядывалась, что пару раз чуть в очередную деревянную колонну не врезалась, благо Блондя была рядом. А еще я улыбалась. Улыбалась и все никак не могла перестать улыбаться.
- Кэп, соберитесь, - сказала Блондя, запихивая меня в горячую ванну.
Фигня, я все равно улыбалась.
- Фло, а ты влюблялась? - тихо спросила я, когда агент принялась наносить мне какое-то масло на голову, которое наносилось до шампуня.
- Да, - после небольшой паузы тихо сказала девушка. - Мне было пятнадцать, ему почти семнадцать. Школьная любовь. Я была так счастлива, что порой мне казалось, стоит руками взмахнуть и я взлечу. И солнце сияло так ярко, несмотря на то что была зима. И было тепло, даже в самый сильный мороз. И когда он прикасался к моим губам, я вообще переставала замечать все вокруг, и слышать, и видеть. Лучшие дни моей жизни…
Я ждала, что она продолжит, но агент смыла масло, нанесла шампунь и начала старательно промывать пряди.
И не выдержав, сама спросила:
- А дальше что было?
Руки Блонди дрогнули, и агент сдавленно ответила:
- Я красивая. Я привлекала внимание других парней. Янис погиб в драке, на пустыре за школой, где мы тайком встречались сбегая с уроков. Пятеро на одно – расклад для неподготовленного семнадцатилетнего подростка фатальный. А я… я тогда не смогла ничего сделать - их было слишком много, а я была слаба. На похоронах Яниса я похоронила и нашего ребенка. Изнасилования малыш не пережил. Потом был выбор – психушка или спорт. Но я хотела стать сильной, поэтому выбрала спорт. Этих пятерых уродов я закопала живьем. Дело расследовали, меня замели, но вместо казни в мою камеру пришел Багор. В штат он меня не взял, сказал, что я слишком Когда мы вернулись на Гаэру, выбора мне уже никто не дал, мне светила психушка и без разговоров. Но тут вмешались вы. И я никогда этого не забуду.
Она смыла шампунь, и, нанося бальзам, так же тихо сказала:
- Кэп, вы сильная. Берегите ваши чувства и вашу любовь. Потому что второго шанса может и не быть. Так что… не смотрите по сторонам, наслаждайтесь каждым мгновением рядом с тем, кого вы так сильно любите.
- Это так заметно? - спросила, размышляя над тем, точно ли подохли те пятеро уродов, или все же проверить инфу и добить подонков если что.
- Заметно, - Блондя улыбнулась, - очень заметно. И да, с Кэлом переговорите?
И она накинула мне на волосы полотенце, а я впихнула в ухо наушник.
«Кэп, - раздалось сразу, - а вы в курсе, что у вас сердце слабое?»
Начинается.
- Насколько слабое? - насторожилась я.
«Ваш пульс подскакивал до трехсот двадцати ударов в минуту!» - сорвался на крик Кот.
- И? - вообще проблем, если честно. - Нормальный пульс, не вижу повода для паники.
«Нужно понизить пульс и уровень стресса, иначе… кэп, вы больше не в десанте, вы свалитесь и, возможно, в самый ответственный момент».
Сваливаться в ответственный момент не хотелось.
- Ладно, скидывай рекомендации.
***
Мне принесли роскошный обед. По всем меркам роскошный. Тут была курица, жаждущая чтобы ее съели, и утка с теми же желаниями, и паровые булочки с мясом, и зелень, и местная соленая капуста странного вида, и пирожные в три ряда, и вино, и чай, и сладости, и…
- Вам протеиновый батончик с клубникой или стандартный без вкуса? - поинтересовалась Блондя.
Взяла с клубникой. В итоге сидела за столом, заваленным снедью, и остервенело жевала батончик и запивала все это водой из бутылки.
Одновременно, используя линзы категории А, просматривала отчет от Кэла. По всему выходило, что мне хана, и лучше бы меня Удав еще там, на Джангуа прибил. Но потом я вспомнила как Эрих нашел меня в темных подземных переходах Женского пути, и как вытащил с этой жуткой планетки не только меня, но и десантников, которым приходилось выживать на глубине песчаного моря, и… в общем, гори оно все плазмой, я справлюсь. Выдворив служанок, я предложила Гвен, которая все уговаривала меня поесть, присоединиться к трапезе, раз уж ей так хочется, и Блонде с Эстер так же. А сама, захватив еще один протеиновый батончик, ушла на кровать, думать.
Подумать было о чем.
Это в пятнадцать я с таким пульсом могла гасать сутками, но теперь мне двадцать семь, организм сильно ослаблен как гормональной перестройкой, так и посылания всех рекомендаций врачей к дерсенговой матери, и это не говоря о том, что сейчас у меня там внутри полным ходом шла революция гормонов, и самоконтролем имелись явные проблемы.
Почему-то вспомнила, как танцевала перед приемной комиссией и поняла - я не для них танцевала, я старалась для Эриха. Знала, что он смотрит, и хотела, чтобы ему… приятно было. Если так вспомнить с чего все начиналось, то ранее я бы испытав желание сделать ему приятно, треснула бы ему бутылкой по затылку, а теперь… теперь я за него была готова убивать, вот как все изменилось.
- Так, я спать, - объявила своим.
И отложив унылый график перспектив моего здоровья, вырубилась едва обняла подушку.
Судя по тому, что просчитал Кэл, у меня впереди намечалась полномасштабная истерика. Погасить приступ на корню можно было, и у меня даже имелись препараты для этого, но вот позволить себе успокоительные сейчас я не могла. Отбор жен будет на порядок жестче и сложнее, чем отбор наложниц, и мне потребуются все ресурсы моего мозга, а с нервами… потом с Эрихом окситоцинчиком подлечусь. Или истерику закачу. Одно из двух.
***

Глава 33

Мой сон продлился семь с половиной минут, а после вдруг раздался стон Гвен, и вопль:
- Мой живот.
Я аж села. Гаракхай это гаракхай, при необходимости они камни жрать могут, и им за это ничего не будет - их пищевая система способна переварить вообще все.
- Дохлый дерсенг! – Блондя тоже схватилась за живот.
И только Эстер, исключительно из не решившаяся сесть за стол, хотя ей и предлагали, теперь стояла хоть и растерянная, но явно счастливая по поводу того, что в туалет срочно бежать не нужно.
- Я же, - Гвен издала еще один стон, - я же все проверила!
Ну да, ну да, проверила… танаргской системой определения состава. А у нас тут имелась еще и традиционная тайремская медицина, с травками, выжимкой из лап тараканов и мозгов сверчков - тайремцы вообще любили заморочиться.
- Так, рядовой Эстер, кажется нас осталось всего двое, - поднимаясь с постели, невесело констатировала я.
И была права.
- Два укола и я буду в строю! - заверила Гвен.
- Я с ней, - решила Блондя.
Когда обе они выскочили, я ощутила себя так, словно меня бросили. Причем была точно уверена, что до конца отбора они не вернуться.
- А, чтоб их всем братством Лунного света накрыло, - выдала Алкеста, выбираясь из тайной комнаты.
Кого «их» она не уточнила.
- Ладно, - Алкеста, которая в принципе не Алкеста, оглядела меня с головы до ног, - займусь тобой лично. Пошли в ванную комнату.
Не очень то и хотелось, но с метаморфом уже спорить такое себе, а с морфом так вообще опасно.
Эстер же получила от Алкесты целый список того, что необходимо, и уволокла меня в ванную мыть голову. Это не взирая на то, что мы с Блондей ее уже вообще-то вымыли и даже волосы частично уложили. Но возражать Алкесте, тем более что она не Алкеста, было небезопасно.
- Кстати, видела трансляцию отбора наложниц, - окуная меня головой в подостывшую уже воду, сказала морф. – А ты молодец, давно я так никем не гордилась.
А потом она надела перчатки и мне стало как-то не по себе.
- Глаза закрой, этот состав повредит даже линзы категории А.
Послушно зажмурилась, изо всех сил вцепившись в борта деревянной ванной кадки, пока морф не слишком бережно распоряжалась с моими волосами. Несколько раз воняло адски. Запах серы запомнился особенно хорошо, но Алкеста смыла его прежде, чем я решилась спросить, что это была за хрень. Потом, замотав волосы пленкой, воду из кадки слили, и раздев меня вообще полностью, Алкеста выдала:
- Глаза не открывай. И да – не красней давай, чего я там вообще не видела?
- Да как бы я не смущалась, - пришлось признаться.
Признаваться еще и в том, что я несколько струхнула, не хотела.
- А, то есть тебе не стыдно? Херово тогда, значит у тебя на отбеливатель кожи аллергия. Ну ничего, потерпишь.
Через пару минут я готова была взвыть. Это Алкеста была в перчатках, а мне на всю кожу вообще везде наносили нечто не только с жутким запахом, но и вызывающее жжение и ожоги.
- Терпи, десант, а то сержантом не будешь, - явно издеваясь, высказалась Алкеста.
И окатила меня ведром ледяной воды.
За этим ведром последовал еще один состав, и от него ощущение было хуже, чем от депиляции, у меня вообще возникло ощущение, что с меня кожу живьем содрали, и если бы не очередное ведро ледяной воды, у Алкесты был бы шанс выяснить на что способен морф против разъяренного десантника.
Но не дошло.
Домыв меня все так же ледяной между прочим водой, Алкеста и с волос смыла все той же исключительно холодной водой, и кое-как укутав десантника, у которого зуб на зуб не попадал, вытащила из ванной, и уронила на стул перед зеркальным трюмо.
Вот там я и охренела окончательно - из меня сделали блондинку. Причем цвет волосы был не стандартным для вдовствующей и той же Аю темно-золотым, а холодного оттенка, словно особенный оттенок платины, очень необычно, и очень подходило к тому оттенку кожи, что теперь у меня был - бело-розовый, теплый, нежный, по всему телу, то есть лицо, шея, плечи, руки.
- Как брюнетка ты бы получила сходу минус десять баллов, - берясь за расческу и масло для волос, сообщила Алкеста. - И еще минус пятьдесят балов, если бы твою кожу сочли слишком смуглой. А теперь самое интересное - тебе двадцать семь, старше тебя только Аю, остальным претенденткам от семнадцати. На Тайреме у светловолосых ценится юность, так что… сейчас будем делать из тебя пятнадцатилетнюю красотку.
- Как в пятнадцать не получится, - вздохнула я. - В пятнадцать я была шикарна!
- Поспорим? - хмыкнула морф.
И достала ножницы.
Нет, спорить с ней я не нанималась.
За час из меня сделали девочку. Ничего общего с той Меланией Олидрад, что не так давно уделала всех наложниц на отборе вторых жен. Вообще ничего. Мою грудь Алкеста забинтовала намертво, талию ужала так же, бедра были скрыты, и за этот час несчастная Эстер дважды перекраивала подготовленный наряд. Ко всему прочему Алкеста сорвала одну из льняных занавесей, раскроила ее, и Эстер пришлось все это зашивать в срочном порядке.
Когда с приготовлениями было покончено, морф усадила меня, практически не способную дышать, на стул и распахнула свою косметичку. Смирившись с неизбежным, я закрыла глаза и отдалась на растерзание.
На этот раз на кожу нанесено было всего два крема, один Алкеста втерла в шею, плечи и руки, видимо для увлажнения. После начала колдовать над лицом. Я только отмечала прикосновение кисти к глазам, ресницам, скулам. Очень много времени агент Исинхая потратила на губы, и поэтому когда Алкеста развернула меня к зеркалу и сказала «Можешь смотреть», первое на что я посмотрела – были губы.
И вот если в прошлый раз они были ярко-алые и шикарные, то сейчас казалось, что на них нет вообще ничего кроме блеска. Что-то типа увлажняющей помады. Но зато – сами губы казалось стали вдвое больше, еще они были по детски пухлыми, а на лице выделялись огромные широко распахнутые полные детского изумления глаза. И волосы - чуть присобранные наверху, они вьющимися локонами обрамляли кукольное личико, были украшены цветочными заколками и в ушах тоже едва заметно поблескивали нежные розовые серьги в виде маленьких цветочков персикового дерева.
- Эстер, закончила? – раздраженно спросила морф.
Я же перевела взгляд на нее, и была вынуждена признать:
- Алкеста, ты волшебница.
- Я же морф, - самодовольно усмехнулась она. - Преображение - моя сильная сторона. А если серьезно ты так уделала наложниц, что у меня появилась надежда на то, что и жен сможешь умыть, не зря же ты вообще практически не спала последние дни.
Я невольно улыбнулась и тут вошла Гвен.
Гаракхай шаталась, и стоять могла только держась за двери, и то с большим трудом.
- Дочь, где ты? – начала было она.
А затем увидела меня. Вгляделась. Обалдела. Но высказать свое мнение не успела.
- Уколы и промывание желудка не помогли. Я в ауте, твоя Флоренс тоже. Я вызвала МПЖ.
- А они были неподалеку? - сильно удивилась я.
- Они да, а вот мундиры пришлось шить в полете, - Гвен даже врать не стала.
Но после, разглядывая меня, спросила:
- Можно я где-нибудь тут сдохну?
- Бросай свои кости на кровать, - милостиво разрешила ей Алкеста.
- Да я пока еще жива! – возмутилась Гвен.
- А мне как-то все равно, - равнодушно ответила ей морф. - Эстер, время, тащи нижнее платье.
На белоснежной обуви я стояла пошатываясь, аки былинка на ветру. Похоже вот сейчас мне и пригодятся все тренировки по обрабатыванию плавной походки.
Одевали меня Эстер и Алкеста, Гвен лежала и пыталась не сдохнуть, особенно после того, как Алкеста дважды поинтересовалась, где бы она предпочла быть закопанной на корм местным червям. Я так в общем поняла, что Алкеста и Гвен явно не сработаются. А потом к нам пыталась ворваться решившая проявить «заботу» и «участие» вдовствующая, которой кто-то донес, что у мне «вдруг» стало плохо, но ее остановили еще на входе, а затем раздался по-военному чеканный шаг и в мою скромную спальню вошли строем представители войск Моральной Поддержки Жен. Двадцать гаракхай в ало-белых мундирах, с черными фуражками на коротко стриженных волосах и в черных форменных брюках, потому как белые явно раздобыть не успели.
- Смена цвета обуви! – отдала приказ одна из защитниц моих прав.
Синхронный щелчок каблуками всех гаракхай и черные сапоги, доходящие чуть выше колен, меняют окрас на белоснежный. Теперь мундиры смотрелись вообще внушительно и парадно.
- Эх, мне бы такие сапоги, - простонала, глядя на свои традиционные тайремские ноголомы, в которых бегать нереально, ходить проблематично, а семенить вот в самый раз.
- А я для тебя захватила, - произнесла одна из гаракхай.
И я узнала Ариси – она была моей поддержкой во время Танаргской свадьбы.
- Ариси! – даже не знала, что так обрадуюсь.
Но гаракхай сурово выпрямилась и наставительно сказала:
- Зови меня тетя. Мы с твоей матерью названые сестры.
Да ладно! Гвен хоть старше меня, но с Ариси мы где-то плюс-минус одногодки.
Однако, вредничать смысла не было - тетя Ариси принесла мне сапожки. А потом вместе с Эстер и Алкестой натягивала их, а затем вместе с другой гаракхай настраивала, придавая чисто визуально форму местной жуткой обуви. Пока они возились с обувью, Алкеста с маниакальным видом нарезала на полоски еще одну занавеску. Нижние шелковые штаны. И это при наличии белья и того самодельного корсета, в который утянула меня до невозможности нормально вдохнуть Алкеста. Следом сорочка, шелковая, до самого пола, и по подолу Алкеста умудрилась еще наклеить крохотные цветочки, которые срезала с заготовленного наряда. Все что меня в данной ситуации радовало - танаргские сапоги, прямо душу грели. Но затем последовала вторая нижняя сорочка, чуть короче той, чей подол теперь был украшен. Затем нежно-голубая раскроенная Алкестой и сшитая Эстер накидка из прозрачного льна. Ее Алкеста затянула на мне так, что прежняя попытка утянуть до предела, показалась мне разминкой. Под накидкой затянули еще и юбку, более менее пышную, из-под которой торчало кружево, которое Алкеста так же украсила. И только после на меня натянули халат с широкими рукавами, и вот теперь, абсолютно вся моя фигура была скрыта напрочь. От подбородка, где начиналась ткань второго платья, до кончиков пальцев, прикрытых широкими рукавами. Голубой цвет нижней накидки, подчеркивал цвет необычных волос и огромных глаз, а Алкеста визуально сделала из реально раза в два больше, персиковая верхняя накидка заставляла сиять кожу.
В общем, себя я в зеркале не узнавала, но одно могла сказать точно – из всех девушек, что я тут видела, я теперь была самой красивой.
И тут Алкеста сходила в ванную, а вышла… Блондей.
- Не оставлять же тебя одну, - склонившись у зеркала, и быстро преобразуя свое лицо, произнесла она.
И тут Гвен стошнило. Не знаю, что ей дали, но это было явно что-то убойное.
- Так, ты, - одна из гаракхай начала снимать с себя мундир, - эстетику эффектного появления следует соблюдать. А я тут останусь.
Алкеста не возражала.
Когда я выходила из спальни, по обеим сторонам от меня военным чеканным шагом следовали войска МПЖ. Маленькая и скромная, по кукольному беззащитная и хрупкая я изящно двигалась в центре. Не поднимая глаз, держа руки сложенными перед собой, и судорожно вспоминающая все, что только могла вспомнить.
Я знала, что на отборе жен все будет на порядок сложнее, чем на отборе наложниц. Алкеста дала мне огромное преимущество, подправив мою внешность, но судить будут по уму. Смогу ли я что-либо противопоставить тем, кто в отличие от меня учил все это едва ли не с рождения, а не как я, за несколько дней?
Опустив голову чуть ниже, я отправила запрос:
- Шнур, что-то удалось выяснить?
И впервые мой наркоманистый гений ответил напряженное:
«Нет. Я проверил всю комиссию трижды. Они убрали судей отбора наложниц из основного состава, и заменили архонтами. На архонтов копать бессмысленно».
Вот, атом нестабильный.
Я нервничала, и у меня для этого имелись причины. Одной из них был страх, что нервная система может дать сбой в любой момент. К сожалению, повторно провернуть трюк с медитацией было опасно. Успокоительные – применять в такой ситуации, тоже не слишком разумно. А утянула меня Алкеста так, что и о дыхательной практике можно было только мечтать.
Но я должна справиться.
Голову еще ниже, и почти беззвучное:
- Боров, Шорох, доложите обстановку.
«Проникновение прошло успешно», - отчитался Шорох.
«Я в главном управлении базы, - добавил Боров».
Ну, хоть что-то. Мой план Б на случай, если какая-нибудь кандидатка в жены меня уделает.
***
Я шла под усиленным конвоем, стараясь не поддаться соблазну и не начать шагать строевым шагом, как лже-представительницы войск МПЖ рядом со мной. Никто из них вообще ничего о моральной поддержке жен понятия не имел, зато гаракхай умели убивать. Так что меня сопровождали девятнадцать убийц, которым не было равных, и одна морф - которой равных тоже не было.
Где-то на пути попытался возникнуть пятый архонт, видимо счел, что нам есть о чем поговорить, но оказавшись под прицелом десяти бластеров и с двумя прижатыми к артерии ножами, быстро передумал затевать беседу.
Вторым внештатным моментом стала лужа воды, в которой имелось нечто повышенной скользкости. Догадаться, кто тот единственный на Тайреме получивший танаргское образование химик было несложно, но план Аю провалился полностью.
- Впереди опасность, - без каких-либо эмоций произнесла одна из гаракхай.
И мы сменили дорогу, легко и просто.
Не просто дело закончилось лишь для Аю.
- Запрашиваю канал связи с высшим руководством. Обнаружение секретной разработки вне Танарга, - произнесла последняя в строю гаракхай.
И еще до того, как Аю кинулась к ней, явно пытаясь замести следы, отослала и снимки, и состав, и химические реактивы, которые были применены. К тому моменту, как Аю успела подбежать, спасать было уже нечего.
- Тебе конец, - сообщила ей мой представитель войск МПЖ.
И я подумала, что не так уж это и плохо, иметь такую моральную поддержку.
К сожалению, в само место проведения экзамена войска моральной поддержки не допускались. За мной, по ступеням вверх поднялись Эстер и Алкеста в мундире. Но Алкесте преградили путь.
- Всего одна служанка, - издевательски-вежливо произнесла распорядительница.
Алкеста схватила Эстер за плечо и вышвырнула с террасы, повезло, что ту подхватили гаракхай.
- И, речь шла о служанке, а не о телохранителе, - распорядительница расплылась в гадливой улыбочке.
Гаракхай молча вернули Эстер на ступени, Алкесте пришлось проваливать в оцепление. Мне вообще весело не было, мне было страшно. Во-первых, потому что я адски нервничала, а во-вторых… кандидаток в жены было семьдесят.
Семьдесят!
Милые золотоволосые красавицы, одна прекраснее, нежнее и свежее другой, встретили меня милыми улыбочками, и я поняла, что попала. Не удивительная, что прекрасная Аю так и не обрела супружеского счастья на Тайреме – среди этого цветника она была поганкой. Совершенной поганкой. Она не умела ни держать лицо, ни казаться вот такой вот милой и невинной, ни смотреть так, словно весь мир сосредоточен в одном человека, ни двигаться столь изящно, ни вообще ничего.
И в целом, когда разъяренная Аю заняла свое место и встала возле столика в трех местах от меня, выглядела она слоном в посудной лавке. И это отчетливое понимание до глубины души шокировало меня. Но Алкеста была права - Аю тут была самая старшая. А за годы, проведенные на Танарге, она растеряла, похоже, все навыки элегантного обольщения. Так что моей соперницей была вовсе не она, потому как… обе мы с ней и в подметки не годились тем феям, что собрались на отбор жены для Эриха.
Гребаный викрианской глист, куда я сунулась?!
И вдруг меня окутала волна нежности, счастья, и чего-то теплого, что заставило перестать дрожать от нервного напряжения.
«Ты притягиваешь все взгляды, именно ты, а не они, - голос Эриха как тысяча самых лучших успокоительных разом. – И знаешь, в этой изысканной красоте столько фальши, что в какой-то момент мои предки разучились любить. Возможно, поэтому и появились усилители».
Я собиралась вдохнуть и выдохнуть, окончательно успокаиваясь, но… Алкеста затянула меня так, что проблемы возникли еще на этапе вдоха. В общем, делать глубокие вдохи я резко передумала.
Между тем, вдовствующая гадина выползла на середину павильона Испытаний, и провозгласила:
- Как приемная мать моего дорогого сына седьмого архонта Эриха Аммирэд Дагрэя, я объявляю отбор начавшимся! Продемонстрируйте все, на что вы способны. И помните – призвание истинной жены в служении своему мужу и господину. Приступайте.
И цветник вокруг меня, которому я в подметки не годилась даже после волшебного макияжа Алкесты, принялся рассаживаться, умещаясь в своих пышных юбках на неудобные низенькие стулья, под неудобными низенькими столиками.
А я осталась стоять.
Во-первых, потому что Эстер от меня отодвинули, а сесть одной было проблематично.
А во-вторых… Состязание ведь уже началось. Пора начинать зарабатывать баллы.
И когда все прекрасные прямо до моего личного бешенства, и главное – ни одного знакомого лица среди присутствующих, то есть все те не особо уклюжие девицы кандидатками вообще не были, но не важно, капитан Мелани Элис, ты сейчас успокоишься и нанесешь первый удар.
И когда грациозные феи, все вместе представляющие собой чуть ли не целый цветник, расселись, Вдовстующая гадина обратила внимание на то, что я продолжаю стоять. Вежливо чуть опустив голову, еще более вежлио опустив взгляд, держа руки в жесте уважительной покорности, но… продолжаю стоять.
- Ваше высочество, - произнесла вдовствующая повелительница, - разве вы настолько плохо знаете наш язык, что не смогли понять необходимость сесть?
Вот… чтоб ее всем крейсером, прямо по лучшим заветам Алкесты.
Но легкий поклон, и не поднимая глаз, я произнесла:
- Разве подобает добродетельной жене сидеть в присутствии свекрови?
Когда вокруг все начали стремительно подниматься, столы двигаться, писчие предметы падать на пол, чернила разливаться, цветник нервничать, а судьи скрипеть писчими перьями, засчитывая мне первые балы, я все так же стояла, разве что теперь приходилось сдерживать улыбку.
Один-ноль, гадины тайремские.
Когда порядок был более менее восстановлен, в смысле все кандидатки в жены поднялись, а «свекровь» последовала моему мысленному посылу «изыди», я опустилась на стул, и так как у меня у единственной ничего не опрокинулось и не растеклось, преспокойно села за выполнение задания.
А задания были не простые.
1. Наставления для внутреннего двора. Краткий обзор, основополагающие моменты.
Сложный, запутанный трактат, в коем одно и то же повторялось множество раз, будучи лишь слегка перефразировано. Сложность заключалась еще и в том, что своими словами пересказывать столь одиозный труд монаршей особы было непозволительно.
2. Основные добродетели первой жены.
Тоже непросто, но выкручусь.
3. Почитание мужа.
Тут все было просто.
4. Служение мужу.
А тут начиналось нечто. Нечто очень-очень странное. Как добродетельная женщина должна была быть трудолюбива, так благородный муж должен был быть сдержанным. То есть секс не чаще раза в месяц, причем обязательно в полную луну. Вот как с брачной ночи начинали в полную луну, так и продолжали. И раз в месяц это было еще очень часто и подобное допускалось лишь в первый год брака, в дальнейшем ночевать с добродетельной супругой благородный муж мог не чаще раза в год, а то и в два. Ибо женщине полагалось смирение, а мужчине - сдержанность.

Глава 34

Но все это было сущей мелочью по сравнению с пятым вопросом.
5. Религиозные обязанности добродетельной супруги.
Я оглянулась на других претенденток — они вдохновенно строчили идеальным почерком, удерживая кисть идеальным движением и даже собственные головки поддерживая столь изящно, что сами девушки, откровенно говоря казались произведениями искусства. Восхитительными произведениями искусства.
Невольно посмотрела на Аю — принцесса все еще казалась слоном в посудной лавке. Моим плюсом было то, что из-за нападений архонтов и спасения Эриха отощала почти до состояния скелета, вообще странно, что еще грудь осталась, но Аю с нормальным худощавым телосложением среди всех этих нимф казалась громоздкой и крупной. Пусть не толстой, но с широкой костью точно. И старше всех едва ли не в два раза. Впрочем, тут девушкам было в основном 16-17 лет, Аю же как минимум 40 уже стукнуло, а может и больше. Когда принцесса оглянулась на меня, я вдруг поняла, что мне ее жаль. Для планеты, где брак это главная жизненная цель любой девушки, ходить в невестах среди подруг, у которых дочери уже в возрасте невест, это как-то… не слишком приятно.
— Ваше высочество, что-то не так? — взволнованно спросила Эстэр, подойдя ко мне.
Да, что-то было не так. Пятый пункт — религиозные обязанности. Я могла бы четко изложить то, что находилось в большинстве трактатов, но проблема была в другом — я не знала, что мне указать в плане происходящего с телом архонта после гибели. Они каменели, это я знала. Все прочие кандидатки в жены, тоже должны были знать об этом. Вот наложницы едва ли были в курсе процесса окаменения, но жены должны были знать.
Только вот… Эриха я спасла тогда поцелуями, объятиями, прикосновениями и тем, что напрочь отказывалась отдавать его смерти. Потому что любила. И потому что не видела ничего ужасного в том, что женщина, может прикасаться к телу мужчины собственным телом, кожа к коже, но эти кандидатки в добродетельные жены даже спать с мужем ложились, будучи одеты в исподнее. И не какую-то ночную рубашку, о нет — жене полагалось спать в просторных белых носках, белье, и пижаме. А волосы добродетельной жены должны были быть собраны. Для интима, эротики и страсти в таком браке места не оставалось вовсе. Место в постели занимали вторые жены, но им не доставало образования, ума, кругозора и времени, для того чтобы заполучить сердце мужа.
«Тебе нужна помощь?» — Эрих был где-то рядом, и это так успокаивало.
«Знаешь, — разглаживая лист, задумчиво протянула я, — мы столько времени вместе, я твой усилитель, ты — мое счастье, мое сердце и моя нежность. Но еще ни разу, мы не были близки в том плане, что секса у нас ведь не было, Эрих. Ближе всего к сексу можно было бы считать то, что произошло на твоем крейсере до того, как я благополучно сбежала на Деран, но… Тогда, несмотря на все что творилось в постели, ты не усиливался, а я не слабела».
Я словно бы услышала его тяжелый вздох вдали, и Эрих уточнил:
«О чем ты?»
«Пока не уверена, — я начала выводить свое имя на листке. — Но кое-что кажется мне очень странным. Почему, по словам твоей матери, все усилители блондинки, то есть можно сказать все они принадлежат к родам земледельцев, но при этом в семейной жизни добродетельная супруга должна быть добродетельна до одури, а благородный муж настолько сдержан в своих желаниях, что не прикасается к супруге чаще раза в год?».
«Ммм, — Эрих был в некотором замешательстве. — Таковы традиции?»
«Все традиции имеют свою причину, — ох, боюсь, что этот экзамен я завалю».
Почему усиление происходит через секс? Что с ним не так? Почему именно секс?
«Мелани, я могу забрать тебя оттуда прямо сейчас», - сообщил Эрих.
Он мог, я знала.
Но имелся момент, который я все никак не могла понять.
Активация линз, подключение наушников и микрофона, и прикрыв лицо ладонью, я позвала:
«Сейли?»
Эринс была на связи. А еще Эринс, несмотря на свой возраст, в плане взаимоотношений между мужчинами и женщинами, была профи.
«Чем помочь?» - мгновенно отозвалась протеже Багора.
«Короче, слушай, - одновременно я пыталась сделать вид, что пишу, но выходило не очень. - Что не так с сексом?»
«А что с ним не так?» - не поняла агент.
«Что-то явно не так, - вероятно слова Кэла о надвигающейся истерике были правдой, меня трясло все сильнее. - Я не могу понять, почему архонты стремятся установить интимный контакт с усилителем, несмотря на то, что по факту, для усиления им достаточно прикосновения».
Сейли промолчала.
«Это странно, - продолжила я. - Смотри, у нас есть бесконтактные дозаправщики, и ими пользуются наравне с контактными – ведь нет разницы, каким образом зарядить десантный шаттл, так ведь?».
«Мегер, стой, - резко сказала Эринс. - Ты пытаешься оценивать отношения людей категориями боевой техники. Это так не работает. Давай вернемся к твоему изначальному вопросу - что не так с сексом».
Теперь промолчала я, давая возможность агенту продолжить. И Сейли продолжила.
«Между сексом и простыми прикосновениями существует огромная разница в плане восприятия ситуации женщиной. Понимаешь, мы все равно живем базовыми инстинктами. Любой секс - всегда вероятность беременности. Таким образом, желает того женщина или нет, переспав с мужчиной, она начинает подсознательно воспринимать его как отца своих будущих детей. И соответственно…»
- Заботиться о нем! - да, я врубилась.
«Мм, ну в принципе, - согласилась Эринс».
А меня понесло.
- Для любого бесконтактного дозаправщика, имеется правило - первая заправка шаттла происходит контактным способом, и система регистрирует и запоминает шаттл. Это позволяет избежать дозаправки вражеских кораблей в пылу боя. Если данная ситуация применима к схеме усилитель-архонт, в таком случае сексуальный контакт позволяет установить более прочную связь, возможно эта связь работает даже на расстоянии.
«Аллегория странная, но в целом - вероятно, ты права», - согласилась Сейли.
Я совершенно точно была права.
На сто процентов.
И тот факт, что в повседневной жизни на Тайреме существовало четкое разделение на женщин для партнерских семейных отношений и женщин для секса - наложниц, только подтверждало сделанные выводы. Изначально, все традиции этой планеты вели к тому, что у любой влюбленности не было и шанса трансформироваться в любовь. На стадии влюбленности застревали и первые жены и вторые. И случайностью это не было - это делалось намеренно.
- Ваше высочество, - воззвал ко мне один из судей. - С вами все хорошо?
Типа того. Просто сижу тут, охреневаю потихоньку.
- Все замечательно. Простите, что заставила волноваться, - да, я могу быть милой.
Иногда.
И прикрыв лицо ладонью, спросила:
«Боров, Шорох, вы на позиции?».
«Главное управление базы под полным и основательным контролем, - отчитался Боров».
А Боров молоток, усек наш жаргон слету - основательный контроль означал, что весь личный состав не в курсе вторжения и будет вырублен по щелчку пальцев, как только я отдам приказ.
«Связь под контролем, - отчитался Шорох.
Отличненько.
- Запускаем протокол «Ультиматум», код черный, - распорядилась я.
И с трудом подавила усмешку. Народ, вы не знали, с кем вы связались. Со мной лучше не связываться, вообще никогда.
«Не хило, - потрясенно выдохнула Сейли. - А что с отбором? Продолжать уже как бы бессмысленно».
- Десант не сдается, - ответила я, принимаясь за ответ на первый вопрос. - Десант не сдается никогда. Вообще никогда.
Я подняла голову и взглянула на стоящих строем гаракхай в мундирах войск МПЖ, после на судей, среди которых в основном были архонты. Если этих гаракхай допустили на Тайрем, значит это те, кто прошел переподготовку у Эриха и способен противостоять приказам архонтов. Причем я-то об этом знаю, а вот для архонтов - сюрпризом будет. Остается только одна проблема – нужно столкнуть лбами гаракхай и архонтов. И сделать это изящно и красиво, с позиции жертвы, с которой обошлись очень несправедливо.
Мой ответ будет идеален. На все вопросы. По всем пунктам. И плевать на то, что нервная система, походу, на грани.
***
Семьдесят фей неземной красоты, с милыми улыбками на идеальных лицах, сосредоточенно упражнялись в каллиграфии, украшая свитки узорчатыми письменами. Каждое движение кандидаток было изящным, выверенным, точным, красивым, грациозным и в целом - восхитительным.
Меня в данной ситуации утешали только два момента - я знала Кейсиди Моррис, и вот она реально была краше всех тут. А вторым моментом была Сейли Эринс - и вот она была способна соблазнить любого мужика секунд за тридцать, так что… В общем, особых комплексов по поводу внешности я здесь не испытывала. В отличие от Аю, которая даже писать толком не могла. Ее дважды «совершенно случайно» облили чернилами. Причем выглядело все так невинно, что даже я не могла бы заподозрить этих милых девочек в подобной низости.
И не заподозрила бы, не попытайся они облить меня.
Но тут им сильно не повезло - войска моральной поддержки были на стреме, так что каждую из пытающихся мне навредить ожидало мрачное:
- Советую подумать дважды.
Гаракхай умели говорить так, чтобы их услышали, это факт. Так что меня ничем не облили. Но я почему-то все равно оставалась на стороже, и в целом внутреннее напряжение росло. И казалось бы чего нервничать? Но видимо причины были.
«Наставления для внутреннего двора. Краткий обзор, основополагающие моменты».
«Обязанность жены следовать указаниям супруга, не упуская ни мельчайшей детали…»
«Любая мелочь значима, если исходит от супруга»…
«Глаза жены принадлежат мужу, и взгляд ее направлен туда, куда укажет муж»
Бред такой.
Я старательно писала, воскрешая в памяти все ранее прочитанное, но думала совершенно об ином - какой термит использовать в Саду Предков? Заявленный код Ультиматума был черным, соответственно речь должна была идти о полно уничтожении. А мы имеем дело с камнями, одного взрыва острова будет недостаточно - камни есть камни, при желании их можно и достать со дна морского и собрать воедино, клей в этом деле штука незаменимая.
Так что у меня был выбор между термитом АА170 и ААА224 - первый оставит серую пыль после себя, второй не оставит вообще ничего, и его использовать было бы прагматичнее, но первый выглядит куда как более ужасающе…
- Ваше высочество, вернитесь к начертанию!
Судьи тут точно не дремлют.
С первым вопросом я справилась, память не подвела.
Второй «Основные добродетели первой жены» тоже был занудным, но не сложным. Ко всему прочему я добавила к добродетелям крайне интересный пункт - сильно удивлюсь, если судьи не заценят.
Третий «Почитание мужа» - переписала половину пунктов из первого ответа.
Четвертый «Служение мужу» - переписала большую половину из первого и третьего вопросов.
Пятый вопрос «Религиозные обязанности добродетельной супруги» - пришло время показать когти.
Я позвала Эстер и сдала работу одной из первых.
После сидела, безучастно глядя вперед. Для непосвященных это выглядело бы как правильное поведение кандидатки в первые жены, а сведущие сходу врубились бы, что я старательно пытаюсь загнать эмоции под контроль. Выходило хреново, но я все равно старалась.
Когда все семьдесят две работы были сданы, их прогнали под сканер - первая проверка была автоматической.
Работы вспыхивали в трехмерной проекции под потолком, ошибочное окрашивалось алым, если процент ошибок переваливал за десять процентов - кандидатка проваливалась.
Так, после первого этапа, встали, поклонились и свалили в закат двадцать шесть девушек. Их провожали мрачными, неодобрительными и даже брезгливыми взглядами, и мне оставалось только догадываться, что их ждет дальше. Определенно по головке дома их никто не погладит.
Мою работу проверяли раз пять.
Безэмоциональная экзаменационная комиссия на этот раз эмоции выдавала по полной – неверие, недоумение, снова неверие, изумление, непонимание. До меня доносились возгласы «Кто посмел?», «Ее высочество жила на Тайреме?», «Ее высочество принадлежит к избранному дому?». Нет, ее высочество просто задолбалась сидеть на интервальном сне и учить всю эту херню, но зато я справилась. Приятно.
В какой-то момент вдовствующая гадина вбежала практически в беседку и я тут же поднялась, приветствуя «свекровь». Совершенно зря, в принципе, потому как я интересовала эту гадюку в последнюю очередь - маман пришла отстаивать права Аю. Программа выдала двадцать процентов погрешности, неверное цитирование и искажение фактов, но Аю все равно оставили.
- Шнур, - позвала я, стараясь почти не шевелить губами, - придай ситуацию огласке.
Хочешь поймать больше рыбы? Взбаламуть воду. Личное вмешательство вдовствующей гадины поставило под сомнение легитимность и беспристрастность проводимого отбора. Даже если я не пройду, ее действия дадут мне повод опротестовать результаты. И не только мне. Те девушки, что только что ушли с позором, допустили меньше ошибок, чем Аю, но их прогнали, а ее нет. Что ж, мне оставалось лишь довести до сведения их семей, что имела место подобная несправедливость.
Ко мне подошла Алкеста, протянула бутылку с водой. Я молча взяла.
- Держишься? - тихо спросила морф.
Молча кивнула.
- На грани? - Алкеста была адски проницательна.
Снова кивнула.
- Гвен под капельницей, Флоренс тоже. Семья Олидрад начала разбирательства, - сообщила последние новости морф.
Вот атом нестабильный!
- Угроза жизни присутствует? - тихо спросила я.
- Нет, выживут обе, но их забирают на Танарг, - сказала Алкеста. - Мне вмешаться?
- Да, - после недолгого размышления. - Вытащи Фло.
Девушка лет семидесяти пяти, не меньше, внимательно посмотрела на меня. Я понимала о чем она – Блондю-то она вытащит, но я останусь без прикрытия.
- Справлюсь, - заверила ее. - Действуй.
Когда Алкеста ушла, вообще не оглядываясь, я поднялась снова, потому как вдовствующая повелительница покидала беседку. Вдали между тем слышались нарастающие голоса, отголосок споров, и судя по всему, скандал формировался нешуточный.
«Приказ исполнил», - отчитался Шнур.
Медленно опустившись на неудобный стул, я открыла бутылку с водой и сделала медленный глоток - шикарное ощущение надвигающейся бури.
Между тем судьи, игнорируя грядущее, перешли ко второму этапу отбора.
Осталось сорок шесть участниц.
Второй этап включал в себя письменный ответ на всего один вопрос:
«Жемчужины добродетели».

Глава 35

«Жемчужины добродетели»…
Это определение не могло относиться к мужским добродетелям, так как жемчуг в культуре Тайрема символизировал женщину.
Еще жемчуг символизировал красоту. Таким образом, вероятнее всего, вопрос подразумевал описание красоты женщины. По идее, следовало делать акцент на описании внешних качеств. К ним относились - гладкая белая гожа, длинные красивые волосы, большие глаза, темные подчеркивающие белизну кожи брови, нежные руки с тонкими пальчиками. Красота, покоряющая города и государства.
И вот тут интуиция десантника сделала стойку.
Темные брови, подчеркивающие белизну кожи? Но первые жены сплошь блондинки. Красоту их кожи можно было подчеркнуть дорогими одеяниями, но никак не бровями. Надо же, чуть не повелась.
Вновь закрыв глаза, я мысленно перенеслась в чистилище интервального сновидения.
Жемчужины добродетели…
Ошибиться нельзя, эти не простят мне ни единой ошибки, поэтому свой ответ я начала писать крайне осторожно:
«Смирение, трудолюбие, послушание, учтивость, внимательность, умеренность, стойкость, бережливость, прилежность и действия, что не вызовут в дальнейшем раскаяния».
Кратко, четко, по существу.
Завершив, я отложила кисть и огляделась – среди наложниц, я сдавала работу последняя, среди жен опять первая.
Эстер подошла, поклонилась, взяла мой экзаменационный лист и унесла к комиссии.
Когда члены комиссии ознакомились с ответом, то всей толпой мрачно воззрились на меня. И вот сижу я вся такая блондинка, а они сидят и смотрят и определенно готовы меня придушить разом и по отдельности. Хотя вот архонты смотрели менее враждебно, но более похотливо. Я бы улыбнулась им всем, но… это отбор на роль жены, надо проявлять сдержанность.
В общем, сижу и проявляю.
Оставшиеся сорок пять работ проверяли не столь придирчиво, как мою. Вновь был запущен сканер, и под потолком испытательной беседки началось фактически побоище.
Девушка справа от меня сходу получила ярко-алое свечение на своей работе и результат - 0 баллов. Она выбежала в слезах, свалив по дороге два столика и испачкав пару участниц в чернилах. Девушки было возмутились, но тут бежать пришлось и им - я оказалась права, «Жемчужины добродетели» были вопросом с подвохом. И не смотря на то, что этих кандидаток готовили едва не с детства, они все же считали себя очень красивыми, а соответственно сочли, что вопрос подразумевает под собой красоту телесную.
Из сорока шести участниц осталось трое - я, Аю и какая-то очень красивая кандидатка с севера Тайрема. То что она с севера выдавало присутствие меха в отделке ее наряда, и чуть более зауженные глаза. Еще она определенно была старше остальных, что-то где-то в пределах моего возраста. Мы переглянулись - девчонка не сдержала многообещающей усмешки, и обещания в той усмешке были основательно угрожающими. Но если бы она так посмотрела лишь на меня - Аю тоже достался точно такой же взгляд.
Взяв веер, лениво обмахнулась им, в целях сокрытия своего собственного рта, и отдала приказ:
- Шнур, результаты этого отборочного тура оставь втайне. Но заготовь сфабрикованный вариант, в котором ответы участниц осудили несправедливо. Если я проиграю - обнародуешь.
«Понял, кэп», - мгновенно отозвался хакер.
И тут произошло странное, и в эфир неожиданно вмешался агент Сэддер.
- Удав, изыди, - сходу среагировала я.
Но не реагируя на мои слова, агент уровня Титан сходу сообщил:
«Девка позади тебя из клана, передавшего Танаргу систему тренировок гаракхай».
И тут мне поплохело. Основательно так.
Медленно обернувшись, еще раз посмотрела на блондинистую кандидатку в жены Эриха. Так если посмотреть, то за Эриха я ей сама глотку перегрызу не глядя, но если бы вопрос не казался моего склонного к самоубивательству без меня архонта, я бы свалила отсюда прямо сейчас. Потому что оценивающий взгляд этой северянки, мне сразу не понравился.
Отвернувшись, воспользовалась тем, что комиссия ожесточенно спорила над тремя победившими работами, и дала знак подойти одной из войск МПЖ. Гаракхай незнакомого мне вида, быстро приблизилась.
- Короче, - на танаргском начала я, - девица позади меня по силе равна как минимум каждой из вас.
Гаракхай пристально посмотрела на «девицу», и ответила мне:
- Вас поняла.
Ну, теперь вроде переживать можно меньше.
Вновь открыв бутылку с водой, сделала мелкий глоток.
У меня имелось четыре плана действий на случай поражения, два на случай немедленного отступления, мина замедленного действия в образе разгневанных родственников не прошедших отбор кандидаток и… основательная подстава в первом экзаменационном ответе. По идее я подстраховалась со всех сторон. Но почему-то на сердце было тревожно.
«Нервничаешь?» - вновь вклинился в эфир Удав.
- Да, как-то не спокойно мне, - прикрывшись бутылкой, ответила ему.
«Забей. Мы и так тут всем управлением гордимся тобой. Забавно, всегда думал, что десантники тупые».
Уддддддддав!
- Я передам Шакалу твои слова, - десант не только умный, но еще и мстительный.
«Вот ты… Мегера!»
- Шнур, отруби посторонних, - приказала я.
И Шнур повиновался мгновенно, Удав даже возразить, как в прошлый раз не сумел.
Между тем все посторонние экзаменационные ответы были убраны, и теперь перед комиссией имелись ответы только последних трех кандидаток.
И вот я даже не сомневалась, что первой вызовут меня.
- Ее высочество принцесса Мелания! - объявил главный евнух.
Шапка у него была зачетная – идеальная мишень для самого слепого снайпера во всем изученном космосе.
Поднявшись, я низко поклонилась, и произнесла:
- Жена, что выходит замуж, для своей родной семьи подобна стакану воды, выплеснутому на горячий песок. Но, так как я еще не стала женой, в данный момент моя забота о матушке не требует объяснения. Прошу отложить мою экзаменацию до момента, как мне сообщат о здоровье моей потерявшей сознание, и еще не пришедшей в себя матери. Прошу проявить понимание.
И я стояла склонившись ровно до тех пор, пока члены комиссии не осознали, что выбора у них особого нет. Дочерняя почтительность вещь не подлежащая осуждению.
- Мы готовы проявить понимание, садитесь, ваше высочество, - произнес первый архонт.
И еще раз поклонившись, я села.
Комиссия же, объявила имя следующей кандидатки:
- Принцесса Андан!
Вот атом нестабильный, и эта тоже принцесса.
Кандидатка с севера столь плавно прошла к столу экзаменационной комиссии, что у меня возникло иррациональное ощущение полета – походочка у нее была атасная. Судя по взгляду Алкесты она тоже заценила. Судя по тому как вытянулись лица остальных войск Моральной Поддержки Жены – они и заценили, и оценили, и в целом поняли, что девица явно не промах.
Я же напряженно ждала ее ответов.
Система оценивания на этот раз изменилась.
Больше не было автоматической проверки и сканера – теперь все основывалось исключительно на субъективном мнении экзаменателей.
Перед каждым из них слуги положили деревянный поднос, на коем имелись таблички с оценками. «Без оценки» - худший из всех вариантов. «Ответ не соответствует требованиям» - тоже в минус. «Ответ удовлетворительный, но не выдающийся» - снова отрицательный. «Хороший ответ», «Великолепный ответ», «Безукоризненный» и самый лучший «Ослепительное великолепие».
Мне нужен был последний.
- Принцесса Андан, как поживает ваша матушка? - вежливо осведомился первый архонт.
- Матушка на днях принесла отцу девятнадцатого сына, - с поклоном ответила девушка.
От Аю мгновенно донеслось:
- Вот гадюка плодовитая!
Сказано было на танаргском, но… бракованный навигатор, я вот впервые была полностью согласна с Аю. Это если сыновей девятнадцать, то дочерей сколько?!
- Прекрасная новость!
- Процветания вашему роду!
- Архонт Шессад благословлен богами!
В общем, реакция экзаменационной комиссии была самая что ни на есть восторженная. А я растерянно посмотрела на своих гаракхай. Командир роты войск моральной поддержки, внезапно взяла и выразительно проведя пальцем по шее, вопросительно взглянула на меня. Нет, ну жест был понятен. Мотивы тоже. Но идти на столь кардинальные меры? А с другой стороны, что я теряю? У ее матери столько детей, что отсутствия одной узкоглазой дочери она и не заметит, наверное. Интересно, сколько у нее дочерей?
«Двадцать семь, - ответил мне Эрих».
Да, кажется, я действительно полностью согласна с Аю.
«Так, на всякий случай, предупреждаю сразу - я отказываюсь столько рожать!» - заявила практически или фактически мужу.
Зависит от того, можно ли считать наш танаргский брак законным на территории Тайрема.
«Если бы я не был архонтом – брак бы считался законным. По поводу количества детей… Мелани, мне хватит и одной тебя. О детях я никогда даже и не мечтал. Мне нужна ты. Рядом. Всю мою жизнь».
Смущенно послала ему мысленно:
«Изыди!».
«Я же не Удав! - возмутился Эрих».
«Эрих, Удав меня просто бесит, а вот когда ты условно «рядом», у меня мозг толком не работает и вообще… изыди. Точка».
Реакцией был тихий смех и нежное:
«Я люблю тебя».
Ну и все, я растаяла. Сижу, с трудом пытаюсь сдержать улыбку, ответ этой явно плодовитой принцессы вполуха слушаю, вся концентрация внимания полетела к бракованному навигатору, и вообще…
И тут в мой восторженно-влюбленный мирок ворвалось убийственное:
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
Чуть не взвыла. Все семь судей выставили самую лучшую оценку. В отчаянии посмотрела на условно говоря «табло» трехмерной проекцией висящее под потолком. На первом месте ранее была я с отметкой - 200%, это то, что выставила мне автоматическая система. Принцесса Андан Шессад ранее располагалась на втором месте - автоматически, за первый ответ ей было выставлено 98%, за второй 99%, Аю плелась на третьем месте с количеством 195%, и вот ее оценку можно было оспорить. Но за выполнение третьего задания Андан получила 100%, и общий балл теперь был 297.
Повыть, что ли?
Смиренно поклонившись, принцесса развернулась и насмешливо посмотрела на меня свысока - по факту она уже победила. Третья оценка слишком субъективна, получить от всех судей сверхвысокий балл для меня, иноземки и не самой желанной персоны, по факту нереально.
Но, седьмое правило десанта: «Хамло побеждать не должно». Не должно и точка.
А я очень правильный десантник, и потому – мило улыбнулась принцесске. Если проиграю, пожалуюсь гаракхай, они ее по косточкам разберут, чтоб ее! А так никаких эмоций, никакого гнева, спокойствие и уверенность. У меня имеется козырь в рукаве, и нехилый такой. Должна справиться.
Второй ушла отвечать Аю.
Судя по взгляду, которым она проводила торжествующую Андан, рассчитывать дочери первого архонта было не на что особо. Но Аю все равно пошла отвечать. И я поняла почему, когда первый архонт, выделяющийся белыми одеяниями, зачитал:
- Основные добродетели первой жены, - и ласково добавил, - ты справишься, доченька.
Чуть не рухнула! У них тут вообще сплошное кумовство и прочее?! Хотя чему я удивляюсь - то что Аю дочь первого дома я знала, просто была не в курсе, что этот крепкий и плотоядно поглядывающий на меня дедок является ее отцом. Вот влипла же!
Итог был предсказуем:
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
Да чтоб вас всех целым танаргским крейсером поимели, долбоящеры глюченные!
- И, личное благословение от отца, - добавил первый архонт.
И под потолком засияло сначала 295, а затем 297%!
Охренеть, вот что значит иметь связи.
Аю повернулась к нам сияющая и цветущая. Бросила торжествующий взгляд на принцессу Андан, с откровенной оскорбительной жалостью посмотрела на меня, и гордо проплыла к своему месту.
Все, короче я злая. Очень злая.
- Шнур, будь наготове, - приказала, поднимаясь.
К месту казни, расположенной перед длинным столом экзаменационной комиссии, я шла решительно, и напряженно. Походняк принцессы Андан все равно переплюнуть было нереально, так что я отчеканила шаг по-военному, и когда остановилась на месте экзекуции, даже не нашла в себе сил на вежливую улыбку – желание было только одно, точнее начиналось мое желание с удара в морду одному конкретному архонту, который только что возвеличив дочь, которая между прочим вообще старше меня вполовину почти была, теперь пялился на все, что прикрывал мой наряд. Недвусмысленно так пялился. С предвкушением. И вот это бесило. Чего он на Андан не пялился? Она и на морду посимпатичнее будет, и плодовитостью отличается и вообще на порядок лучше меня, о чем мне сейчас явно «намекнут». Но нет – имел взглядом архонт исключительно меня. Урою ведь, и даже стыдно не будет.
- Итак, - мою грудь облапали взглядом, - ваше высочество принцесса Мелания.
Мегера я! Мегера, мать вашу!
Так, нужно как-нибудь успокоиться.
- К вашим услугам, - вежливо произнесла я, цепляя на лицо маску учтивости.
Хрен его знает, вдруг получится прикрыть этим свой зверский оскал.
- Приятно слышать, - первый архонт многозначительно усмехнулся.
Я вот слегка не поняла – это что, флирт? А это вообще нормально? Никого ничего не смущает? Все сидят и делают вид, что все нормально?!
Нервно посмотрела на свои войска МПЖ – им нормально не было. Мои поддержательницы стояли, и медленно хрустя пальцами, шеями и кистями, которые разминали, определенно планировали банально набить морду первому архонту. Но ни атома - я ему морду начищу первая! Выбесил.
- Принцесса Мелания, - он даже имя мое умудрялся произносить жесть как пошло, - ваши ответы безупречны. Однако, посовещавшись, мы пришли к выводу, что вы недостаточно раскрыли пятый вопрос первого экзаменационного задания. Сможете процитировать.
Урод престарелый излишне склонный к интиму, значит, для своей дочери ты не поленился повторить вопрос, а мне предлагаешь вспомнить, о чем речь.
Короче все, нервы мои сдали.
- С удовольствием, - вежливо ответила я. - Пятый вопрос первого экзаменационного задания звучал следующим образом: «Религиозные обязанности добродетельной супруги».
Первый архонт одобрительно покивал, зато остальные члены экзаменационной комиссии явно были не в восторге. Надеялись, что я ошибусь? Что пропущу хоть слово? Не на ту нарвались – десант не проигрывает. У нас так - если устал, то упал, отжался, и дальше пошел. Но вот конкретно в этом случае… сами катитесь к нестабильной плазме! Все, достали! Встав в позу оратора, я устремила свой взгляд вдаль, поверх голов судейской комиссии, глубоко вздохнула и начала:
- Добродетельная супруга дарит тепло, заботу и свет семье мужа своего. Но если же случилось несчастье, и судьбой предначертано было умереть ему, то испытывая невыразимую, невыносимую, нестерпимую боль, должна жена, рыдая так, что сердце разрывается… сделать выбор решительный. Ведь между термитом АА170 и ААА224 имеется разница.
Доселе слушавшие меня с показным снисхождением члены комиссии перестали кивать в такт речитативу, изумленно воззрились, а первый архонт потрясенно переспросил:
- Что?
Что «что»? Десант показывает когти, вот что. А когти у десанта стальные. Привыкайте, гады тайремские.
- Я говорю, - взгляд мой переместился с «далей неизведанных» на первого архонта, - что добродетельной супруге, если судьбой уготована гибель супружеская, предстоит сделать выбор поистине трудный. А после на остров отправится дальний… с координатами 18 градусов южной широты и 42 восточной долготы.
У первого архонта заметно дернулся глаз.

Глава 36

Остальные члены комиссии вообще ничего не поняли, и начали взволнованно переговариваться между собой. Но я смотрела только на одного человека. Того, кто сейчас отчетливо понимал ЧЕМУ я угрожаю.
- А выбор то действительно не простой, - с самой милой улыбкой продолжила я. - Первый термит серую пыль после себя оставит, собирать ее правда не советую – любую тару разъест со временем, да и от рук собирающего ничего не останется… А после второго и пыли не возникнет. Исчезнет, к моему огромному сожалению, маленький остров с координатами 18 градусов южной широты и 42 восточной долготы. Есть ли у вас еще вопросы? Ни у кого вопросов не было, кроме первого архонта.
Багровея от бешенства, он начал медленно подниматься, с тихими словами на танаргском, видимо, намереваясь скрыть происходящее от членов экзаменационной комиссии:
- Даскрэи ахтар эргеш? - в дословном переводе – «Да как ты смеешь?»
Хреновый у него был танаргский.
Но мой не то чтобы намного был лучше, так что я ответила на тайремском:
- Добродетельной супруге следует почитать предков мужа. К примеру… связь с ними поддерживать…
Разъяренно глядя на меня, поднявшийся первый архонт молниеносно достал из складок своей мантии связное устройство, всмотрелся в него и побелел.
Да-да, связь с островом, на котором находился реликтовый Сад предков - отсутствовала напрочь. Мои ребята профессионалы, с этим не поспоришь.
- Ты!.. - теперь у первого архонта дергались оба глаза.
Я, с самой милой улыбкой продолжила:
- Через четыре недели скорби невыносимой, добродетельной жене следует снять большой траур, облачиться в траур малый, и… - улыбка моя становится запредельной, - отдать приказ. Дело это , несомненно, морально сложное, но технически столь легко выполнимое… всего одного слова достаточно.
И улыбаться я перестала. Хватит уже с них моих улыбок.
И первый архонт, осознав, что шутить тут никто не будет, медленно опустился на свое место.
- Моя оценка, - сдавленно произнес он, - ослепительное великолепие!
- Вы мой спаситель, - я склонилась в поклоне. - И ведь не только мой…
Поклон оказался идеальной штукой, чтобы прикрыть коварную усмешку.
- Всем… кто не желает стать моим врагом, советую… - продолжил первый архонт.
Вот, сообразительный мужик, сходу все сообразил.
Члены комиссии сообразили не все, но главное поняли - с первым архонтом лучше не спорить.
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
- Ослепительное великолепие!
Каждый из них поднял табличку с соответствующей оценкой и под потолком вспыхнуло:
«Принцесса Мелания Олидрад – 300%.»
В этот момент у кого-то что-то треснуло.
Обернувшись, поняла, что треснул стол у принцессы Андан. Принцесса Аю мебель не крушило, видимо силенок было недостаточно на подобное, зато выругалась по танаргски так, что вся моя моральная поддержка, определенно готовая навалять Андан, резко переключила все свое внимание на Аю.
Между тем, члены комиссии не обратили ни малейшего внимания на произошедшее - первый архонт сидел с таким выражением лица, словно потерял все на свете в один миг, а все остальные вообще не могли понять, что происходит.
Но все это уже не имело никакого значения - я победила! Этот факт стал шокирующим для всех.
Покидая беседку, я видела Нгоэна, стоящего с видом человека, который все потерял и потерял безвозвратно. И пятого архонта, который смотрел на меня как на чудо, спустившееся с небес, но спустившееся не к нему. Вдовствующая гадюка вообще на меня не смотрела, она была потрясена настолько, что невидящим взглядом взирала на землю, видимо в ожидании, что та сейчас разверзнется. Эстер помогала мне спуститься со ступеней и чуть не пританцовывала. Войска МПЖ разделились - одни все так же поддерживали меня, другие остались навалять Аю - ну, сама виновата, не нужно было оскорблять мою мать, тем более что она тут всем гаракхай была названой боевой сестрой.
А Эрих ждал меня с огромным букетом орхидей. У них был белый цвет, цвет моральной поддержки, и я так поняла, что на победу мой архонт не рассчитывал.
«Это ты зря, я же из десанта, мы не проигрываем», - мысленно сказала ему.
Эрих улыбнулся, покачал головой и так же мысленно ответил:
«Ты первый усилитель за всю историю Тайрема, сумевший пройти отбор. И… ты первая девушка, сумевшая стать и первой женой и второй. Не удивительно, что я не делал ставку на твою победу».
Вот гад же! «Выкрасть твоего офицера было не сложнее, чем пройти отбор, - высказалась я».
И тут до меня добрались мои.
«Мегер! Мегера, ты победила!» - визг Сейли оглушил до звона.
«Кэп, зачет!» - Эвин всегда отличался сдержанностью.
«Это было нечто! - Нир тоже сдерживался».
«Девять крупнейших биржевых контор принимали ставки. Я себе крейсер новый куплю! Кэп, вот с самого начала знал же, что вас держаться надо, вы не подведете!» - Стэм, сволочь, мог бы и за меня ставку сделать, я бы от крейсера тоже не отказалась.
Эрих быстро подошел ко мне, вручил цветы, и тихо пообещал:
- Я куплю тебе крейсер.
Серьезно?
- DJTX7000? - недоверчиво уточнила я.
И даже Сейли визжать перестала.
- Какой скажешь, - сдался Эрих.
«Глюченный навигатор, на DJTX7000 мне не хватит, - расстроено констатировал Стэм».
А я поняла, что иметь богатого мужа это в целом кайфово, и вообще очень даже не плохо, и цветы тоже ничего.
- Так, и что у нас там дальше? - обнимая свой букетище, поинтересовалась я у супруга.
- Свадьба, - Эрих улыбался, но в принципе почему-то нервничал.
«Истерика, - с уверенностью профессионала, заявил Кэл».
Вот атом нестабильный.
- Вероятность? - спросила я у мозгоправа.
«99.9%» - чисто профессионально ответил мне Кот.
Так, кажется похитить одного тайремского офицера, все же было легче, по меньшей мере, морально.

Глава 37

Так, кажется похитить одного тайремского офицера, все же было легче, по меньшей мере, морально.
Мгновенно обнявший меня за плечи и поведший подальше отсюда Эрих, напряженно спросил:
- Остановить это как-то можно?
Все мои, как-то слегка подзабыли о способностях Эриха, и на вопрос отреагировали нервно. Но Кэл был профи, и ответил как профи:
«Без вариантов. Кэп, у вас нервные срывы раньше бывали?»
Что-то не припомню, если честно.
Хотя так, навскидку, пару раз было. Один раз на планете номер 95857394409399 - сорвалась, долго била прикладом чувака из астероидного братства Летящая комета. Название красивое, а вот члены банды отморозки еще те, и когда я увидела что этот урод сделал с заложниками… немножко понервничала. Мужик там, конечно, выжил, но кости я ему переломала почти все, пока не появился сержант Страйк и не оторвал меня от жертвы избиения. Кроме него больше не смог, на меня потом еще пару месяцев косились. Еще одна истерика случилась на тренировочной базе. Мне было двенадцать, психика нестабильна, нагрузки запредельны, один урод из Университета Космических сил слишком ехиден. Мы сошлись на нелегальном спарринге. Он, я и толпа наших соучеников и сокурсников. За полчаса студент сделал из меня котлету. Не удивительно, в принципе, учитывая мой возраст. Но в правилах этого боя имелось всего одно правило - мы должны были драться до тех пор, пока кто-нибудь не упадет. Мои знали что в этом заключается главная подстава – мы десантники, когда мы падаем, мы становимся сильнее. И в миг отправления меня в нокаут, студент самого крутого на Гаэре военного учебного заведения, он уже проиграл. Потому что я упала, отжалась, и встала. А потом у меня упала планка и студента я избила до состояния фарша. Отдирал меня от него все тот же сержант Страйк, и отодрал с трудом.
Короче, если меня накроет, это проблема.
- Держи парализатор наготове, - предупредила Эриха.
- Я не стану стрелять в тебя.
И тут мне пришлось признаться любимому:
- Слушай, тут такое дело - ты не сержант Страйк, так что… заготовь парализатор, иначе хрен его знает, что будет, когда у меня крыша поедет.
Помолчав, Эрих спросил:
- Что-нибудь еще?
- Да, - тоже слегка поразмыслив ответила я, - на этот раз, я хочу, чтобы на свадьбе присутствовал Тамран. Серьезно, он заслужил.
Дагрэй пристально посмотрел на меня и молча кивнул.
А я с самой счастливой улыбкой подумала, что впереди меня ждет свадьба… и не с самой счастливой о том, что впереди меня ждет истерика.

Традиционная Тайремская свадьба 
Гвен особо лучше не стало, но она упорно держалась рядом со мной… крепко держась за капельницу, которую катила за собой. Всех тайремских служанок выставили, принесенные ими наряды тщательно проверили и сожгли. Я, сидевшая за столиком с зеркалом, и снова истязаемая Алкестой, уже хотела было спросить, в чем тогда я буду выходить замуж, но спецотряд войск МПЖ как оказалось, никогда не действует непродуманно, потому что у них собой был принтер. Три Д принтер. И пока из меня делали сногсшибательную красотку, вернув моим волосам нормальный первоначальный цвет, МПЖ буквально печатали мне платье, введя в него дополнительные новшества. Первым новшеством были штаны до середины лодыжки. Они были белыми, странными, облегающими и с поясом.
- В общем смотри - если понадобится в туалет или еще чего там, пряжка на поясе активируется только кодом. Код сгенерируй и введи сама, о нем должны знать только ты.
Я знала, что Сейли Эринс носит такие штаны. У нее там какая-то психологическая травма по поводу беспомощности в обморочном положении была, поэтому она сделала все, чтобы оставаться защищенной, даже если ее вырубят и она свалится без сознания. Похоже, эта деталь одежды была из той же оперы. А еще я поняла, что Гвен волнуется. Очень волнуется за меня.
И в этот момент распахнулась дверь. Стоящие на страже войска МПЖ с воодушевленным хрустом в суставах размяли руки и уже собирались набить рожу хоть кому-то, а гаракхай хлебом не корми дай кого-нибудь побить, желательно трижды в день, но не в этот раз. Едва хрупкая золотоволосая женщина в длинных светло-зеленых одеяниях вошла в покои невесты, я радостно воскликнула:
- Мама Эриха!
Как маман молча вскинула руку с бластером, собираясь пристрелить меня на месте. Нашла где стрелять – гаракхай скрутили ее играючи. Алкеста, оторвалась от меня, пошла освободила мою будущую свекров, и вежливо отвела в уголок, где вот вообще не вежливо усадила на стул и привязала к нему вообще все, что возможно. Расширители для глаз тоже не забыла. В итоге, перед несчастным и последним доступным усилителем на Тайреме был установлен экран, в уши вставлены наушники, в плечо введен специальный препарат. В рот кляп, так, на всякий случай. И Алкеста запустила программу промывки мозгов.
- Что происходит? - пошатываясь вместе с капельницей, висящей на штативе, спросила Гвен.
Бросив взгляд на несчастную мать Эриха, честно ответила:
- Прочистка мозгов.
- Зачем? - не поняла гаракхай.
Вот кто бы не понимал, но не они же - на Танарге первое, что предпринимают, это тотальный промыв мозгов. Причем промыв основательны. Но, именно из-за того факта, что в психологии Танарг рулит, мне пришлось осторожно выкручиваться.
- Мать Эриха - источник увеличения силы архонтов. Если моя теория верна, они используют ее даже на расстоянии, а сейчас мне очень важно, чтобы у них не осталось козырей в рукаве.
Мать Эриха мучительно застонала, и мне жаль ее было неимоверно, но я должна была сделать все, чтобы разорвать связь между ней и архонтами, даже если эту связь установили на основе самых глубинных инстинктов.
- Ммм, не ожидала от тебя такой жестокости, - хмыкнув, сказала Гвен.
Не стала отвечать - десант недооценивают, а зря. Мы жестоки, потому что иначе хрен выживешь. Да, нам далеко до ассов и гаракхай в плане единичных убийств, но мы первые по массовым убийствам. Подростки жестоки, эмпатия снижена – на самые бесчеловечные задания кидают обычно подростков. Пятнадцать-шестнадцать лет - самый пик. После восемнадцати боевые задания градируют, потому что восемнадцатилетние десантники не станут подвергать опасности местных жителей, а это, иногда, к сожалению, необходимо.
Слыша, как стонет мать Эриха, как скрипит стул под трясущейся почти в припадке женщиной, я чувствовала себя хреново. Очень хреново. Но знала, что это правильное решение. Один курс сейчас, после еще полгода реабилитации под присмотром Кота. Я вытащу ее из этого вечного круга используемой всеми жертвы, я ее точно вытащу. Просто лекарства они по большей части горькие, а уколы болезненные – но и то и другое необходимо, если хочешь выздороветь.
- Слушай, - Гвен подошла ближе, и теперь угрожающе качалась рядом со мной, - а почему свадьбы не во дворце?
Потому что никто не даст нам пожениться здесь. Я это понимаю, архонты это понимают, и даже войска МПЖ тоже что-то подозревают, иначе бы не наделили меня подобными штанами.
- Свадьба будет проходить в священном для архонтов месте, и это не дворец, - ответила частично правду.
- Хм, как странно. Ладно, священное место, так священное место, - согласилась Гвен. - Надеюсь, там хоть прилично.
Там не безопасно, и это главное.
Тут принтер закончил печатать мое платье, и меня принялись одевать.
Приталенное платье из смеси двух цветов - белого и нежного светло-голубого. Поверх расшитый серебром легкий халат. Следом пояс, украшенный жемчугом. Под них защитные штаны. Туфельки тоже вышедшие из принтера. Традиционная Тайремская свадебная корона была отправлена в утиль едва гаракхай проверили ее - состав был убойный на этом головном уборе, настолько убойный, что если бы не перчатки, Ариси была бы сейчас с волдырями на пальцах. Так что корону тоже печатали принтером. Вообще зачетная штука, надо будет у Эриха попросить такой же.Т
Когда новоиспеченную корону водрузили мне на голову, серьги вдели в уши, на руки нанизали колец, а все это прикрыли вуалью, я услышала внутренний голос Эриха:
«Готова?»
Я посмотрела на Алкесту - морф сплавила Блондю с Тайрема, но сама осталась. Я была благодарна ей за это, сама бы точно так не накрасилась, и вообще выходила бы замуж блондинкой, но вот сейчас Алкеста была проблемой.
«Я вытащу ее вместе с матерью», - успокоил седьмой архонт.
Чем дальше, тем больше он мне нравится, если честно. И несмотря на все трудности, я была так рада, что он со мной, что не погиб, спасая меня от той акулы, что был рядом со мной на Джангуа, когда я собиралась завершить свою жизнь, подчинившись обстоятельствам.
«Я люблю тебя», - мысленно прошептала ему.

Глава 38

«А я тебя безумно люблю, - так же тихо ответил он. И, надеюсь, ты не передумаешь во время свадебной церемонии».
Третья фаза операции «Свадьба» начиналась.
И вот вроде победила на обоих отборах, надо бы как-то радоваться, но такой мандраж, и еще дрожь по телу, и, кажется, мигрень начинается. Справлюсь ли?
Алкеста подошла и молча протянула мне наушники. Вставила оба, взяла портативный сейр, растянула, врубила плейлист с тяжелой ритмичной музыкой. Гвен, проследившая за всем этим, спросила:
- Нервничаешь?
- Адски, - и вот это было правдой.
Постояла, разминаясь под музыку, жестом приказала Алкесте оставаться с матерью Эриха и торжественно направилась к выходу. Войска МПЖ мгновенно организовались в почетный караул и мы действительно эпично покинули Дворец Невесты.
Торжественно вышли, торжественно спустились по ступеням, под взглядами толпы приглашенных, но совершенно не радостных, и едва мы оказались в низу, в шуме гула голосов, я, пользуясь прикрытием вуали, нажала на наушник, активируя связь со своей командой, и приказала:
- Шнур, начинаем.
Жуткая сирена в тот же миг сотрясла все древние стены дворцового города. Люди падали и кричали от ужаса, гаракхай мгновенно достали оружие, а меня стремительно подняло вверх.
- Дочь! - раздался вопль Гвен.
Но больше я ничего не услышала.
Небо, облака, ошалевшие птицы, флайт, радостная улыбка Тамрана.
- Хоть на одной вашей свадьбе побываю, - торжествующе произнес он.
- Да, но только если у нас все получится. Меняемся местами, - скомандовала я.
Тамран без слов пересел на пассажирское кресло, я же заняла место пилота, сняв с себя вуаль и передав ее офицеру.
«Они подняли сорок флайтов», - отчитался Шнур.
- Гаси их, - отдала приказ.
«Я загасил девятнадцать, остальные не удалось», - мрачно ответил хакер.
Ааа, бракованный навигатор, не весело.
- Ладно, справлюсь, - сдалась я.
Но тут вмешался Нир:
«Шнур, я подключаюсь к тебе, будем гасить в полете», - опыта у Нира было больше.
- За дело!- скомандовала обоим.
И переключилась на максимальную скорость.
Рывок вверх, надеюсь эта посудина выдержит, хотя флайт Эриха, а Эрих всегда выбирает только лучшее, значит должен выдержать.
- Хорошо пристегнулся? - так, на всякий случай спросила у Тамрана.
Тамран взял и использовал дополнительные ремни безопасности - разумно.
И гонка началась.
Мне нужно было выиграть время для Эриха, архонтам сделать все, чтобы не допустить меня к Саду Предков, а Эриху вытащить Алкесту и свою мать. Нам повезло - он слепое пятно для архонтов, значит сейчас они уверены, что в этом флайте мы оба. И потому я точно знала, что меня не убьют, но вот на счет Эриха я не была уверена. Потому что я им нужна, а Эрих нет…
«Будь осторожен», - попросила почти мужа, ну или уже мужа, если принять во внимание свадьбу на Танарге.
«Не волнуйся обо мне... - пауза, и неожиданное, - прикажи Тамрану быть готовым взять управление на себя. Пусть активирует функцию второго пилота».
«Поняла».
И я быстро пересказала все офицеру Эриха.
***
Истерика начала накатывать примерно минут через тридцать. Внутри все давило так, что хотелось сорвать с себя одежду, но это было только началом - следом пришел приступ клаустрофобии. Меня трясло, казалось, что кабина флайта сжимается, еще немного и железо сдавит меня со всех сторон, заключая в стальном гробу. Перед глазами все плыло, голова пульсировала болью, руки дрожали. Атом нестабильный, надо держаться, но не помогало ни дыхание, но методики избавления от стресса.
- Мелани, ты в порядке? - настороженно спросил Тамран.
Посмотрела на свои руки, цепляющиеся за штурвал - дрожали ладони так, что это стало заметно.
- Будь готов взять управление на себя, - с трудом проговорила я.
И тут в наушнике раздалось:
«Кэп, справа по борту!»

Глава 39

И тут в наушнике раздалось:
«Кэп, справа по борту!»
Я резко свернула влево, избегая захвата, затем ушла в крутое пике, уходя еще от двух преследователей, и нырнула в каньон, несмотря на предостерегающий визг системы безопасности флайта.
И тут меня накрыло окончательно.
За годы службы в десанте мы неоднократно находились на грани физических сил, но психика всегда держалась под контролем. Те, кто мог конкурировать с искусственным интеллектом и киборгами, неизменно находились под присмотром мозгоправов. Потому что любое физическое повреждение не шло ни в какое сравнение с психологическим. Сломанную ногу можно вылечить в гелликсе за несколько часов, или стандартным путем с наложением гипса за пару месяцев, но сломанную психику восстанавливают не менее двух лет, а это не тот срок, что десант может себе позволить.
И вот сейчас я ломалась.
Буквально.
Перенапряжение, истощение после интервального сна и ограниченной диеты, переутомление из-за ударных темпов обучения, и стресс, стресс, стресс. Но главный гормон стресса не так уж и плох, если в целом рассматривать. Кортизол позволяет мобилизовать силы организма, сконцентрироваться в опасной ситуации, и выжить даже в самой безвыходной ситуации. Но это как яд – в минимальной дозировке полезен, в максимальной - убийственен.
А я пересекла черту.
И сейчас все что оставалось, это фактически наблюдать за усилением состояния панической атаки.
Учащенное дыхание, учащенное сердцебиение, чувство нехватки воздуха, боль в груди, головокружение, холодный пот, тошнота. И симптомы становились все сильнее.
Но даже не это являлось главной проблемой - мой организм был ослаблен, нервная система истощена, стресс слишком продолжительным, и я боялась, что все может закончиться обмороком. И Эрих видимо тоже подумал об этом, раз приказал подключить Тамрана к управлению флайтом, вот только я не была уверена, что офицер с этим справится.
«Кэп, справа!» - окрик Шнура, и я ухожу от очередного захвата.
С этим всем нужно было что-то делать, долго я не продержусь, а из Тамрана летчик посредственный.
И я увеличиваю скорость. Максимально. На предел допустимости.
- Тамран, управление! - приказ, и одновременно я отпускаю штурвал и откидываюсь в кресло.
Вдох, и я мысленно переношусь в симуляцию полета. Нас учили пилотированию с девяти лет, обучая на симуляторе. Это было огромным плюсом - симулятор давал огромное пространство для маневров, и абсолютную уверенность в своей безопасности. Для нас в том возрасте это было сродни компьютерной игре с эффектом полного погружения, мы отрывались в симуляторе, и это вошло в привычку. Поэтому из десантников выходили самые безбашенные пилоты. У нас уже к двенадцати имелась лицензия на управление военными кораблями, но нас никогда не допускали к пилотированию пассажирских экипажей. Потому что тот, первый, совершенно свободный от ограничений опыт никогда не забывался.
И вот сейчас я напряженно вгоняла себя в то, кайфовое состояние пилотирования в симуляции. И вгоняла успешно. Казалось, сейчас поверну голову вправо, а там сидит весь на энтузиазме Челка, который азартно лупит по врагу подводными минами, а если глянуть влево, там Черепушка, мат через слово, зато пилотировал он как бог, он горел полетами. Он жил ими, его даже хотели перевести в Космический университет одно время, но Черепушка остался в десанте. И в итоге сгорел заживо при десантировании…
Не о том думаю.
Три…
Два…
Один…
Резкий выдох и открыв глаза, я сжала штурвал.
- Тамран, отрубайся!
Небо Тайрема превратилось в симуляцию. Корабли и флайты в точки подлежащие уничтожению. Отсутствие боевого снаряжения моего флайта в усложненную задачу, для которой следовало найти решение. Тамран в моем восприятии просто исчез. Его не было. Была одиночная кабина симулятора, нереальность происходящего, и конкретная боевая задача.
Я начала с двух флайтов, угрожающе летящих на перехват.
«Кэп, манера вашего полета изменилась. Все в норме?» - вопрос от Шнура.
Но Шнура больше в моем восприятии реальности не было. Архонтов не было. Не было ничего, кроме конечной точки полета и боевой задачи. И я начала действовать так, как действовала бы в двенадцать, не думая о безопасности, жизнях и последствиях.
Два флайта прямо по курсу. Оба существенно больше моего. Оснащены электро-магнитным механизмом захвата, и силовым полем. По факту - без вариантов. Но по сути…
И я вырубаю двигатели, не реагируя на возглас Тамрана.
Свободное падение тридцать десять секунд, определение силы, скорости и направления ветра. Расчет опасного уровня для обледенения.
Погнали!
Мы летели над горами. Я шла с наветренной стороны, поток воздуха поднимался по находящейся под флайтом горе, и планировать было просто. Для меня просто. Оба вражеских флайта шли против ветра, но их системы захвата были рассчитаны одна на тягу двигателей, вторая на электромагнитную составляющую работающего флайта. А у меня не работало ничего. Я даже курс не изменила, пройдя четко по прямой, но они все равно не смогли ничего сделать. А вот я смогла. Резкий поворот штурвала, и я тараном сбиваю второй флайт, швыряя его в поток воздуха, прорывающийся между вершин гор, и потому многократно усиленный.
Падение, попытка справится, не приведшая ни к чему, вспышка рухнувшего в снег вражеского флайта.
Один:ноль.
Резкая активация двигателей и уход вверх, в слой облаков под углом в девяносто градусов. Второй флайт ринулся за мной, но их градус подъема был шире, соответственно и время нахождения в верхних слоях атмосферы дольше.
Взлет над облаками, писк системы, срабатывающей против обледенение. Вырубание двигателей.
Мы рухнули вниз в режиме свободного полета, но я рассчитала все идеально, и когда до острых вершин гор оставалось метров двести, перестроилась на восходящий поток, отсчитывая про себя секунды.
Пилот тайремского флайта оказался не готов к использованию особенностей ландшафта, и их время нахождения в стратосфере было больше - так что система не справилась с обледенением. Флайт рухнул там же в горах.
Два: ноль.
Еще шесть флайтов по правому борту и крейсер на хвосте. Задачка со звездочкой, мать его!
Резкое снижение высоты, отключение двигателей, определение зон турбулентности, построение примерного плана действий.
Первый и четвертый флайт я подставила, свернув в природную арку между скалами, пилоты не успели сманеврировать - столкновение, взрыв.
Четыре: ноль.
На столкновение со вторым пошла нос в нос, и ушла пользуясь направлением ветра, так и не врубив двигатели – тайремский флайт чисто ласточкой вписался в заснеженную вершину горы.
Пять: ноль.
Сложнее было с крейсером. Он военный, танаргского образца, там учет особенностей ландшафта идет автоматически - на Тайреме реально умеют строить военную технику.
Вычислила наиболее талантливого пилота из оставшихся четырех. Получила три повреждения корпуса флайта и внезапное бормотание Тамрана – походу молился. Восприняла как дополнительное звуковое сопровождение симуляции, и загнала вражеского пилота в удачно расставленные сети – они слишком боялись мне навредить, поэтому осознав, что снесет меня, пилот рванул вверх – в единственное незащищенное место крейсера, который видимо после дозаправки, не закрыл правую нижнюю часть «брюха». Танаргские технологии не имеют себе равных, но тайремский пофигизм сделал свое дело.
Взрыв!
Семь: ноль.
Уход в крутое пике, планирование на воздушном потоке между гор, взлет под облака, снова падение – и последовавший за мной флайт не справился с управлением. А я справилась. Перегрузки, падения, резкие повороты - все воспринималось со стороны, словно я наблюдатель, и сижу в симуляторе, сосредоточившись исключительно на выполнении боевой задачи. На сложной боевой задаче.
Восемь: ноль.
Три оставшиеся флайта прекратили преследование в горах, поспешив к горящему среди снега крейсеру, и я рванула вперед к точке назначения.
«Кэп, - прорвался сквозь пелену ограниченного восприятия голос Нира, - спец Алкеста покинула Тайрем».
Не смогла ответить.
Каждый переживает критическую стрессовую ситуацию по своему – у меня блокируется речь, я не Черепушка с Челкой, я остро-кризисной обстановке молчу.
Потянулась к пульту управления, выстроила маршрут к Саду Предков. Всмотрелась, запомнила и отрубила систему навигации. Флайт тайремский, система навигации с вероятностью в 80% сходная, использовать ее было бы глупо. Мысленно перестроила маршрут, просчитала количество топлива, осознала, что на обратный путь при режиме максимального сжигания топлива не хватит, и хладнокровно, без колебаний перешла на сверхскоростной режим.
Нет, не зря бывшим десантникам категорически запрещено управлять пассажирскими экипажами - мы реально больные на голову.
- Мелани, вы… - начал было Тамран.
А я была не в состоянии ответить. Я выжимала из флайта все, что только можно было, но и то чего было нельзя, я выжимала тоже. Вряд ли эта хрень еще раз сможет взлететь, но это уже неважно.

Глава 40

Обряд основательного единения 
Сад Предков встретил меня ярким солнечным светом, соленым морским бризом, синим морем, сливающимся на горизонте с таким же синим небом и валунами различной величины и формы. Валунов было завались. А у меня имелось это самое завались в плане стресса.
Дверь пришлось выбивать, отпорный механизм не сработал, так что я разом сломала и дверь, и каблук.
Постояла, пошатываясь, сообразила, что трап тоже не работает, сломала второй каблук на туфлях и спрыгнула вниз. Тамрану тоже пришлось прыгать, но он сделал это куда осторожнее, и в целом проявляя осторожность, держался подальше от меня.
«Кэп, - раздался голос Борова, - кэп, вы в норме?»
Я все еще не могла говорить.
Переключилась на линзы, шатаясь, подошла к ближайшему валуну, и быстро нарисовала символ Черного кода, второй подраздел.
«Вас понял, - отчитался Боров».
«Кэп, ты точно в норме? - спросил Шорох».
Написала на валуне:
«Заглох!»
«Вы в норме, - решил Шорох. - Минирование успешно завершено».
Ответила ему символом:
«Зачет».
И отрубив линзы, прислонилась к валуну лбом, пытаясь нормализовать дыхание. Выходило хреново, совсем хреново. Настолько хреново, что внезапно валун высотой метра в три, начал крошиться и осыпаться. Сначала подумала, что у меня глюки, но потом что-то позади крикнул Тамран и я врубилась – это не глюк. Совсем не глюк. Валун реально трясся и рассыпался. А я стояла в ахере воззрившись на данный процесс, и окончательно шокирнулась, когда валун осыпался, открывая погребенного в нем старика в белом с длинной белой бородой. И этот старик был… архонтом.
Судя по одеянию определенно из первого дома, а чуваки из первого дома бесят меня особенно. Особенно когда вот так вот вообще хрен знает с чего оживают, открывают глаза и протягивают ко мне загребущие лапы с эротичным стоном:
- Усилитель.
Сломала ему нос. Вхлам. Одним ударом. Я тут стальную дверь только что выломала, не напрягаясь, что мне какой-то нос.
- Ты, - прикрывая обломки носа и напрягая стремительно краснеющей бородой прохрипел дедок. - Ты за это ответишь!
Удар с ноги в корпус отправил архонта впечатываться в следующий валун. Хруст костей был жутким и намекательным на то, что столкновение не прошло без повреждений, но мне было вообще все равно.
Пошатываясь, прошла к ближайшему каменюке, вновь активировала линцы, вывела приказ:
«Боров, выдвигай ультиматум, код Черный, ставь на автоматическое срабатывание, не замыкай на себе».
Постояла, и добавила:
«Шорох, равнозначный приказ - автоматически-механическое срабатывание, не полагайся на себя».
Еще одно переключение:
«Нир, Эвин, Шнур, Стэм, – полный контроль воздушного и подводного пространства. Переход к основной фазе, готовность использования второго параграфа, код Черный».
Постояла, пошатываясь, чувствуя, как все плывет перед глазами и как дрожит под ногами земля. Если это была земля. Я уже была ни в чем не уверена.
Тамран подошел ближе, но держался на расстоянии шагов пяти. Меня трясло все сильнее. Тамран подумал, и на всякий пожарный отошел еще на шаг. Понимаю, я бы на его месте вообще сваливала отсюда и даже не по-тихому, а так, чисто на максимальной скорости.
- Мелани, а это нормально, что вас так трясет? - рискуя головой, осторожно спросил Тамран.
- Да, - вообще без угрызений совести солгала я.
И запрокинула голову.
С безмятежного синего неба на нас угрожающе спускалась целая флотилия. Корабли ожидаемо подвисли, для них на острове не хватило бы места, а вот флайты ринулись вниз. Но, проблема в том, что и для всех флайтов тут тоже не хватило бы места, так что мне стало интересно, как они будут выкручиваться.
Оказалось все просто – каждый флайт выбросил тросы, и я так поняла, что местные собираются десантироваться.
Но это была плохая, очень плохая идея.
Прикоснувшись к наушнику, приказала:
- Шнур, переход на чистоту тайремских кораблей.
Шнур исполнил все мигом, в наушнике что-то щелкнуло, зашипело и я услышала:
«Не прикасаться!»
«Не стрелять!»
«Использовать только механические захваты!»
А воздухе уже зависла пара тысяч чуваков чисто тайремской внешности, из тех кто офицеры, потому что все были качки, которые перекачки, и я не знаю как эти груды мускул тросы в воздухе удерживали.
Зато я точно знала, что мне будет сейчас очень весело наблюдать за тем, как эти сползающие по тросам индивиды начнут радостно карабкаться обратно.
«Внимание! Сообщение всем кораблям! Сад Предков заминирован. Радиус активации минных устройств - 15 метров. Удачи, мальчики»
Я отключилась и сложив руки на груди, с интересом пронаблюдала за тем, как все десантируемые сначала замерли на месте, видимо получая указания руководства, затем все разом посмотрели на мою тощую фигурку, отличающуюся уже не очень нарядным свадебным платьем, а вот потом кто как мог ринулись по канатам назад во флайты. Очень быстро ринулись. Прямо вот ооочень.
- Красиво карабкаются, - абсолютно безучастно к страданиям неближних заметила я.
- Да, но силенок при такой перегрузке надолго не хватит, - авторитетно сказал Тамран.
И был прав.
Первый мужик свалился почти добравшись до корпуса флайта, но сил не хватило, механические крепежи походу тут не использовали и в общем мужик огромной мышечной массы свалился в воду, потому как флайт предусмотрительно вильнул вправо, избегая падения своего десантника на остров.
Так что чувак упал в воду.
Я посмотрела на это сначала с безразличным спокойствием, а вот потом напряглась – тайремцев к бракованному атому хрен поймешь. Может это падение было не преднамеренным, как и сказал Тамран, а может это такой хитрый план по захвату уже захваченной моими спецами подводной военной базы.
Вновь подключившись к тайремской частоте, приказала:
«Никаких посторонних элементов в воде!»
То что меня прокляли все и разом было ясно даже без ругани отдельных представителей неудавшихся десантных войск. Флайт потерявший «мартышку», помчался к воде, доставать своего неудачника, остальные вспомнили, что у канатов встроена функция втягивания обратно в корпус, и приступили к возвращению своих офицеров путем активации механизмов.
Процесс, правда, немного тормознулся, когда «невеста», то есть я, начала активно выполнять приседания. Потом отжимания. Потом бег на месте. Потом я задолбалась, вновь подключилась к радиочастоте и прошипела:
«Хватит пялиться!»
И лузеры десантных войск ретировались с утроенной скоростью. А я вернулась к отжиманиям, что б их.
***
К тому моменту как появился Эрих, все угрожательные флайты исчезли в набежавших облаках. Но, к моему искреннему сожалению, явился Эрих не один. Вообще не один. Но прибывшие вместе с ним зависли в воздухе, предоставляя право первого спуска жениху.
Гранитно-серый хищный двухместный флайт уже был знаком мне по Франциске. Не скажу, что обрадовалась встрече, напротив - вконец настроение испортилось.
Но потом флайт приземлился, дверь распахнулась и мой любимый решительно направился ко мне. Настроение улучшилось.
И тут Эрих взял и сказал:
- Дай доступ флайтам великих домов Тайрема.
Еще даже не подошел, а уже сказал.
- Не дам! - психанула я.
И Эрих остановился, не дойдя до меня шагов трех.
Внимательно оглядел меня, обнаружил что кто-то уже босиком. Потом посмотрел почему-то вдаль – там, вдали, к острову отчаянно плыл старик, путаясь в своей бело-алой бороде, у которой нашлись поклонники - стайка акул радостно гнала по пятам архонта, явно планируя завершить день ранним ужином, ну или очень поздним обедом.
И это натолкнуло меня на очень печальную мысль:
- Я на этой гребаной планете ни разу даже не поела нормально.
Эрих постоял, подумал, развернулся и ушел к своему флайту. Остальные остались выжидательно зависать в воздухе. В море акулы уверенно побеждали в гонке за ужином, потому как старик основательно путался в своей бороде.
- Между прочим, это старейшина всех архонтов, - возвращаясь от флайта, сообщил Эрих.
- Как видишь - акулам без разницы, - указала на очевиднейшую вещь я.
- Возможно, - не стал спорить мой любимый архонт, - но проблема в том, что наше бракосочетание должен провести именно старейшина.
Разочарование было убийственным.
Вот просто убийственным.
- Ладно, - в сердцах согласилась я, - вытаскивай урода.
Подумала и добавила:
- Акул после свадьбы покормим.
Посмотрела наверх и мстительно добавила:
- Рацион будет пообширнее.
Эрих молча протянул мне сухпаек из своего флайта. Короче, у акул и тех ожидается вполне себе свадебный пир, а мне значит сухпаек? Даже обидно стало.
- Там есть шоколадка, - приукрасил действительность Дагрэй.
- Спасибо, не фанат, - гордо вернула ему упаковку.
И вообще настроение было до крайности поганое. Никогда не думала, что скажу это, но свадьба на Танарге мне уже нравится больше.
Эрих медленно подошел, осторожно взял за руку… Сам был в перчатках. Еще более осторожно коснулся моего лица, с нежностью провел по щеке, заглянул мне в глаза и вдруг сказал:
- Прости.
- Ни-ког-да! - настроение реально было хуже некуда.
Ну нормальная же свадьба на Танарге была, красивая, масштабная, роскошная! Но нет, надо было все испортить и заявиться на Тайрем!
- Аааа! - заорал старикан, до которого акулы, таки сделав рывок, почти добрались.
Эрих вскинул руку, старика подняло из воды, пронесло по воздуху и водрузило на берег, где архонт начал страдать и натужно откашливаться, бросая недобрые взгляды то на меня, то на акул. Даже не знаю, кто ему досадил больше.
Потом Эрих отдал приказ по рации, и остальные флайты начали по одному, в строгой очередности, спускаться, дефилируя цветами своих домов. То есть сначала первый дом, то есть белый флайт, потом второй, и так далее. На острове не задерживались, высадив пассажира, летательный аппарат снова поднимался в воздух.
Из флайтов выходили по одному. Почему-то все в белом, и только кулоны на шеях отличались по цвету, а так вообще все в белом. Прямо как я. Один Эрих в черно-сером одеянии, но тоже не таком красивом, как на Танарге.
- И что, свадьба будет тут? На свалке? - негодующе спросила я.
- Милая, это храм, - осторожно поправил Эрих.
- Свалка! - категорически не согласилась с ним.
Совсем осторожно приобняв меня за талию, Дагрей тихо сообщил:
- Это храм, Мелани. Единственное место во вселенной, где архонты соединяют свои судьбы. И лишь достойные удостаиваются права покоиться в Саду Предков.
Обозрела храм повторно, подумала и решила:
- Нет, ты тут захоронен не будешь - как все это закончится, взорвем всю свалку к нестабильному атому!
И я была тверда в своем намерении.
В конце концов, я на этом гребанном Тайреме даже ни одного здания не разрушила, это мне нужно ставить памятник за терпение.
И тут Эрих взял, подключился к моей частоте связи и задал вопрос:
- Кэл, что с Мелани?
Я в обалдении уставилась на будущего супруга, который внезапно обзавелся интересной перспективой - поплавать в водичке с акулками, а мой командный псих неожиданно меланхолично ответил:
«Как специалист я могу дать вам только один совет – сматывайте оттуда. Десантники в случае столь основательных эмоциональных перегрузок могут впасть в состояние неконтролируемого стремления к уничтожению. Сваливайте, я серьезно».

Глава 41

И я даже загордилась собой внезапно.Потому что совершенно четко осознала – это не мне, это им всем нужно бояться!
- Объективно говоря, они сильнее, - мягко высказал Эрих.
- Еще более объективно говоря - мне плевать! – определенно нарываясь на продолжение диалога, высказалась я.
Эрих посмотрел на собравшихся архонтов, потом на деда, к которому поспешили на помощь, потом на меня, а в итоге взял меня за руку и внаглую потащил за собой, куда-то за каменюки. И не знаю как остальные архонты, а вот Эрих точно был сильнее меня - даже упираясь ногами в валун, я не смогла высвободить руку и меня потащили дальше.
Отойдя ото всех шагов на двадцать, Дагрей развернул меня к себе, захватил пальцами подбородок, склонился и поцеловал. Впервые испытала на себе технику «Заткнуть рот поцелуем». Техника был интересная. Примечательная даже. Она включала в себя губы, дыхание, крепкие объятия и отрыв от реальности по полной программе.Я растворилась в Эрихе с первого прикосновения. Вся, без остатка. Стресс, эмоциональный срыв, перегруженная нервная система? Все укатывалось к нестабильному атому под шум прибоя, крики чаек, шум гудящих в небе флатов и дыхание моего любимого мужчины. Такого сильного, решительного и красивого. Самого красивого среди всех архонтов. И в целом во всей вселенной. Моего Эриха. Только моего, исключительно моего и полностью моего.
- Я люблю тебя… - тихий шепот уносит соленый ветер.
- А я безумно люблю тебя, - он остановился, взглянул в мои затуманенные глаза своими невероятными темно-серыми. - Бесконечно люблю. Забавно, я смотрела на него, думая о том, что он теперь мой, но на самом деле это я принадлежала ему, принадлежала целиком и полностью. И было немного страшно подумать, что когда-нибудь он это поймет. Действительно страшно. Но даже этот страх не мог заставить меня отказаться от желания быть с ним. Для себя я все решила еще на Джангуа, в том самом Женском пути, и менять решение уже не собиралась. Плевать что будет дальше. Я десантник, на моей груди было прочерчено столько памятных полос, что там едва ли оставалось свободное место, но Эриха я не готова была потерять. Ни за что. Говорят, хороший герой пожертвует любимой ради спасения мира, а плохой - пожертвует миром ради спасения любимого человека.
Среди десантников нет хороших парней - мы спасаем своих, порой ценой целых планет, для нас это норма. Так что я не была хорошим парнем. И уж точно не была хорошей девочкой. Я стала той, кто ощутил, что такое любовь, но лишь сейчас меня накрыло совершенно четким осознанием: Любовь - это свобода. Пьянящая, головокружительная, срывающая все покровы, уничтожающая все границы и позволяющая осознать – мир принадлежит нам! Нам двоим. Тогда я не понимала, но сейчас осознала четко - отказавшись от власти на Тайреме, Эрих и подарил мне это чувство свободы.
Яркое, острое, ослепительное предвкушение жизни без ограничений, приказов и поставленных руководством задач кружило голову, обостряло эмоции и погружало в состояние эйфории, абсолютного счастья и желания испытать эту вселенную на прочность.
- Осталась только эта свадьба? - тихо плавясь от счастья в его объятиях, спросила я.
- Да, - прошептал Эрих, не отрывая взгляда от моих глаз. Я улыбнулась, не в силах сдержать то чувство вселенского предвкушения, что накрывало меня. Впереди целая жизнь. Огромная целая жизнь! И новый флайт! И свобода! И Эрих… мой Эрих рядом – ради этого можно было пройти все испытания по-новой, я бы не возражала.
- А в чем цель этой свадьбы? – спросила, пытаясь окончательно не улететь в облака.
Витать в них сейчас было не самой лучшей идеей, там до атома вражеских флайтов зависло, так что не навитаешься.
- Установление связи, - по-моему Эрих витал в облаках вместе со мной. - Связь между супругами не позволяет использовать ее кому-либо кроме супруга…- судорожный вздох и восхищенное: - У тебя глаза сияют счастьем, и азартом, и предвкушением и… я тебя такой никогда не видел.
- Я себя тоже, - заверила его. И выпутавшись из объятий, постановила:
- Все, пошли жениться.
И я ответственно пошла.
Эрих нагнал, обнял со спины, прижал к своей груди, и прошептал:
- Если что-то пойдет не так – скормлю их всех акулам.
Вот, наш человек!
- Но этот твой взгляд… - его объятия стали крепче. - Мелани, я весь мир скормлю акулам, лишь бы твои сияющие счастьем глаза никогда не погасли.
Обернувшись, улыбнулась своему окончательно зависшему в облаках архонту и серьезно напомнила:
- Так, оставить витание в облаках, там вражеские флайты тусуются. Что касается акул, поступим проще - разнесу к нестабильному атому весь этот остров вместе с архонтами, только бы ты был счастлив, вот как сейчас. Тихий смех и сжав меня в последний раз, Эрих отпустил, затем стянул с себя перчатки, перехватил мою ладонь, и повел жениться в очередной раз.
***
Закатное солнце раскрасило синее море в золотые цвета. Облака развеялись и флайтам пришлось валить в атмосферу, подальше от глаз. Наматывали круги вокруг острова жаждающие свадебного ужина акулы, радостно вопили чайки, видимо тоже собирающиеся приобщиться к пиршеству, нервничали архонты, рассевшиеся полукругом на каменистом берегу и стояли на плоской каменюке мы с Эрихом.
И нам было абсолютно все равно на архонтов!
Вот вообще все равно. Мы были двумя эгоистичными, дерзкими, наглыми влюбленными, переполненными эмоциями, гормонами, счастьем и осознанием того, что вся вселенная у наших ног. В смысле валить теперь можем куда угодно, и творить что угодно тоже. Обычно брак это что-то такое основательное, фундаментальное и ограничивающее, но в нашем случае впереди нас ждала свобода. Такая основательная, абсолютная и беспредельная свобода. В смысле беспредел творить точно будем.
Старикан-старейшина в очередной раз начал нести что-то явно не то, потому что Эрих перевел счастливый взгляд с моих счастливых глаз и бросил мрачный взор на старейшину. Но говорить ему что-либо не пришлось – тут была я.
- Взорву к дерсенгам всю вашу мемориальную свалку, - мило пообещала я.
Старикан затих, архонты занервничали.
- Между прочим, усилителей во вселенной еще явно много, а такая вот каменюка островная у вас точно только одна. Советую хорошенько поразмыслить и правильно расставить приоритеты.
И все это радостно глядя на Эриха. Я вообще собиралась в ближайшее время смотреть только на Эриха, и гори все нестабильной плазмой.
«Угрожать ты определенно умеешь», - только для меня сказал мой любимый.
И я улыбнулась. Угрожать я действительно умела, очень хорошо умела, профессионально так сказать.
И тут Эрих взял и посрамил все мои профессиональные умения.
«Но знаешь, что пугает больше всего? - все так же мысленно спросил он, не отрывая сияющего счастьем взгляда от моих глаз.- Больше всего пугает неизвестность. Сейчас ты скажешь, что пятый дом нанес тебе оскорбление. Поняла?»
«В каком плане я это скажу? - просто я ничего не поняла».
«В угрожательном».
«Теперь поняла», - не то чтобы совсем поняла, но подыграю мужу, так и быть.
И развернувшись к сидящим полукругом архонтам, я величественно высказалась:
- Здесь и сейчас я стану законной женой седьмого архонта Тайрема. Но до того, как начнется церемония и за мои дальнейшие поступки начнет нести ответственность мой муж (да, я круто в местных законах поднаторела), я вынуждена поднять вопрос, который требует немедленного разрешения!
Сказано все было на древне тайремском, догадываюсь, что он мне теперь в кошмарах будет сниться, но об этом я подумаю позже.
- Пятый архонт, встаньте! - громогласно потребовала на весь остров.
Причем реально громогласно - Тамран, стоящий чуть поодаль, весь вздрогнул и выхватил оружие.
А вот пятый архонт, которого теперь знали чуть ли не на всех планетах азартных игр, реагировать не спешил.
- Ну что же вы, - я даже улыбнулась этой мрази, - смелее. Главное халат не развязывайте и кубиками не сверкайте, поднадоело уже, если честно.
У пятого архонта заметно дернулся глаз. Очень так заметно. Но это меня волновало мало, и я нервно спросила у Эриха:
«Что дальше?»
«Улыбнись, - просто сказал седьмой архонт».
«Как улыбнуться?»
«Как умеет только легендарная Мегера».
И я улыбнулась, да.
И продолжала улыбаться, когда остров содрогнулся и от Сада Предков отделился огромный такой валун, под полный ужаса возглас пятого архонта.
«Как там действует твой термит АА170? - невозмутимо поинтересовался Эрих».
Прикинув ситуацию, ответила:
«Драматичное распадение объекта на частицы подобные серому пеплу, легкие такие, их легко подхватит даже самый слабый ветерок».
«Понял, - отозвался Эрих».
И огромный валун над нашими головами начал красиво рассыпаться не менее красивым пеплом. Пятый архонт вскочил и взвыл, остальные сидели, пребывая в полнейшем шоке, Эрих несколько помрачнел, потому как уничтожал валун сейчас он. Но из всех архонтов управлять неодушевленными предметами мог только он, седьмой, однако Эрих этого не афишировал. Сейчас для всех присутствующих все выглядело так, словно каменюку уничтожаю именно я.
«Старательно работаешь над моим имиджем?» - поинтересовалась у любимого.
«Ввожу одну неизвестную в уравнение под названием Мелани Элис, - Эрих с нежностью улыбнулся мне. - Не надейся, что они сидят тут и мирно любуются нашей церемонией - только что они усиленно пытались захватить контроль над твоими спецами».
«Это они зря, Боров и Шорох не на себе замкнули управление, - быстро ответили ему».
Улыбка Эриха стала совершенно неотразимой, я даже подзависла, если честно, и мой любимый ответил:
«Я знаю, но если у твоих парней после этого задания на всю жизнь останутся приступы мигрени, тебя это расстроит, а я не хочу, чтобы расстраивалась».
И черно-серый пепел над нами взорвался ослепительной вспышкой, а после так же вспыхнули и те части, что успел унести ветер.
«Люблю тебя», - мысленно сказала Эриху.
- Еще одна попытка навредить моим людям, и я вспомню, что смертельное оскорбление мне нанес не только пятый архонт! - жестко пригрозила всем остальным. Весь остаток церемонии я продолжала смотреть на седьмого правителя Тайрема, адмирала Эриха Дагрея и больше меня вообще ничего не интересовало. Ну, почти. Вспыхивала и гасла каменюка, на которой мы стояли, взявшись за руки. Несколько раз сиять начинал весь остров и дрожать весь Сад Предков, так забавно оказавшийся каменным – никогда не забуду, как мы искали нормальный сад, а не вот этот каменистый остров посреди моря.
Под конец церемонии, в наушнике раздалось:
«Кэп, вы неофициально лишены звания усилителя, и официально стали первой и второй супругой седьмого архонта».
Отличные новости.
И тут Эрих протянул руку.
Подошел Тамран с золотой, украшенной редчайшими серыми алмазами шкатулкой, и картинно распахнул ее. Там, на черном бархате, лежал белый эмалированный браслет, практически идентичный тому, что уже давно принадлежал мне.
Эрих осторожно поднял его, поднес к моему запястью и посмотрел мне в глаза.
Стало очень тихо вокруг.
Так тихо, что казалось даже волны притихли.
А он смотрел на меня, такой красивый, такой близкий, такой сильный. Ветер трепал его темные волосы, но ни один ветер не смог бы сломить самого Эриха Дагрэя. И он, тот которого не сломить никогда и никому, глядя мне в глаза, проникновенно сказал:
- Удостоившиеся чести сочетаться браком в Саду Предков, готовятся к этому событию множество лет. Старательно пишутся, заучиваются наизусть и в итоге торжественно произносятся клятвы, даются нерушимые обеты, звучат возвышенные обещания - вот атрибуты бракосочетания избранных в святыне Тайрема. Но у нас с тобой все иначе.
Он поднес мою ладонь к губам, нежно прикоснулся поцелуем к дрогнувшим пальцам.
- Dastanaa…- слово, от которого содрогнулась уже вся я. – «Dastanaa» - и я понял, что любим тобой. Ты помнишь это?
С моих ресниц соскользнули слезы.
- «Не умирай», - продолжил Эрих, - и там, на Джангуа, я осознал, что не смогу даже дышать, если в этом мире не будет тебя.
Слезы вообще никто не просил появляться на данном мероприятии, но они, походу, сами решили, что им тут место, и теперь вообще не останавливались. Никогда не думала, что буду так рыдать на собственной свадьбе, позор такой.
Эрих улыбнулся, прижал мою ладонь к своей щеке, и тихо, лишь для меня одной, произнес:
- Dastanaa… - его серые глаза смотрели, словно в самую душу, - только не умирай, Мелани, это единственное, о чем я прошу тебя, единственное, о чем я готов умолять, единственное, что имеет значение.
- Да? - переспросила, поспешно вытирая слезы. - А любовь там, верность, клятва быть вместе до гроба и все такое? – ну просто как бы другие вещи вроде как говорят на свадьбах.
Мягкая улыбка тронула его такие красивые губы, и архонт Дагрей выдал нечто:
- Мелани, если в этом мире не будет тебя, я его уничтожу. Вот тебе моя клятва, мое обещание и моя угроза.
Прозвучало… впечатляюще.
- Мм, а как красиво все начиналось, - я окончательно избавилась от мокрых следов на щеках. - Слушай, а ты вообще как, не боишься говорить мне такое?
Но он не боялся. Вообще. Он стоял, одной рукой держа меня за запястье, а второй держа брачный браслет и, походу, вообще ничего не боялся.
- Нет, одного я боюсь - потерять тебя, - озвучил Эрих.
И быстро отяготил меня вторым своим браслетом. Я себя прямо скованной по рукам почувствовала, хорошо хоть у них по ногам не сковывали, уже плюс.
- Да как бы… и по ногам тоже, - внезапно произнес Эрих.
И опустился на одно колено, а Тамран поспешно подал ему еще одну шкатулку… Откуда он ее вообще достал.
«Ножные браслеты – неизменный атрибут бракосочетания вторых жен. Не переживай, потом можешь снять».
Скептически понаблюдала как меня сковывают и по ногам тоже.
Потом Тамран отступил и снова потерялся на заднем фоне, Эрих поднялся, вновь взял меня за руки, проникновенно посмотрел в глаза и вот вообще ничего не сказал.
Белобородый старейшина в белом, но слегка потасканном акулами балахоне что-то опять вещал, архонты сидели один мрачнее другого, а я с нескрываемой подозрительностью смотрела на Эриха. Вот я буду не я, если он сейчас что-то там не скрывал от меня.
В последний раз вспыхнула плоская каменюка, сияние охватило все четыре моих браслета, Эрих, казалось, вздохнул с плохо скрываемым облегчением, архонты стали еще мрачнее и на этом церемония была завершена.
***
Мы покидали Сад Предков последними.
Несмотря на нескрываемое горе пятого архонта, ему все же пришлось свалить раньше нас, правда его уволокли, идти сам он был не в состоянии.
Стоя в объятиях своего в очередной раз мужа, который после заключения брака вообще не отпускал ни разу, я проследила за тем, как голубой флайт пятого дома взмывает вверх, и наконец-то смогла спокойно спросить:
- И по какому поводу истерит этот извращенец с шестью приметными кубиками на прессе?
Упоминание рельефа чужого пресса Эриху явно не понравилось, и я почему-то это ощутила очень отчетливо, но справившись с приступом ревности, он все же ответил:
- В Саду Предков нет указания принадлежности могилы. Это правило введено по многим причинам, одна из которых - зависимость силы рода от сохранности тела его основателя. Так что угроза целостности Саду Предков, это в первую очередь угроза положению и влиянию архонтов.
Поразмыслив, уточнила:
- Ты хочешь сказать, что так сказать «я» только что нашла то, что найти по идее не могла, и показательно уничтожила основателя рода дома пятых архонтов, тем самым лишив их сил?
- Угу, - подтвердил Эрих, продолжая заниматься тем, чем занимался уже довольно продолжительное время - целовать мои волосы.
- Надо же, какая я… - протянула потрясенно.
- Очень опасная, - подтвердил Эрих.
После пятого архонта в небо взмывал флайт с шестым.
- А почему на мне два браслета?
Настало время Тамрана улетать, и когда он загрузился в свой сильно потрепанный жизнью и мной флайт, мне даже интересно было - взлетит или не взлетит. Взлетел. Криво, правда, но взлетел.
А Эрих, пользуясь тем, что свидетелей не осталось, потому как даже старик вернулся в свой камень и сейчас старательно обрастал скальной породой, сместил поцелуи с волос на плечо, и ответил:
- Я замкнул связь, ты больше не усилитель.
Оу…
- А что, так можно было? - сильно удивилась я.
- Да, с разрешения совета всех домов и при одобрении старейшины Сада Предков, - ворот моего платья сдвинули и у меня слегка закружилась голова, от того что с моей шеей начал вытворять Эрих.
Но пытаясь не уплыть в сплошной поток окситоцина, я отчаянно попыталась внести ясность в ситуацию:
- Эрих, а если так можно было, то почему мы этого сразу не сделали? Ты спец в шантаже, я в угрозах, можно было бы сразу пойти простым путем!
Меня молча развернули, и устало глядя на меня, Эрих объяснил:
- Да, так можно было сделать сразу. Это остановило бы архонтов, официально принадлежащих к семи правящим домам, но все незаконнорожденные, и в том числе Ирдэран Нельсвер, а так же менее влиятельные дома, чьи предки не покоятся в Саду Предков, не подчинились бы. Для того, чтобы полностью обезопасить тебя - мне нужен был законный и проведенный в соответствии со всеми традициями Тайрема брак. Теперь, любой попытавшийся посягнуть на тебя, автоматически будет объявлен вне закона и его казнят собственные родичи.
- Ммм, - протянула, сделав вид, что все понятно.
Хотя ни дерсенга не понятно было.
Ну и остался один последний вопрос.
- Эрих, - я мрачно посмотрела на него, - одно мне объясни - ты зачем мне всю свадьбу испортил? В его серых глазах промелькнуло непонимание. Но актер из него такой себе. Пришлось сделать вид, что верю, безгранично прямо, и уточнить:
- Вот к чему была эта хрень про «Мелани, если в этом мире не будет тебя, я его уничтожу»?!
Тяжело вздохнув, Эрих прикоснулся к наушнику, что все еще был при мне, хотя он почти всегда при мне, и активировал его касанием.
«7777-1-97» - отчетливо прозвучало в наушнике.
Код смерти. Где-то сейчас погибал специалист Зоопарка, и рефлекторным порывом было немедленно вызвать свою команду и приступить к спасательной операции. Но на меня пристально смотрел Эрих, а я прекрасно помнила сказанное им: «Мелани, если в этом мире не будет тебя, я его уничтожу».
- Нет, ну так не честно! - выпалила раздраженно. Он мягко, чуть снисходительно улыбнулся, и обняв меня за талию, нехотя признался:
- Код пришел во время завершения церемонии. Зная тебя, я вполне обоснованно опасался, что ты сейчас бросишь все, и ринешься спасать неизвестного тебе сотрудника твоего нового спецотдела. И ты бы ринулась, не оглядываясь и не раздумывая, ты такая. Поэтому я фактически озвучил угрозу.
Он помолчал, виновато глядя на меня, и добавил:
- К счастью для меня, призыв о помощи оказался ложным.
Да, это ему сильно повезло. Но кто мог пустить код по внутренней связи Зоопарка? Это не та спецслужба, в которую можно было бы легко внедриться. ИсКины? Они бы использовали точечное оповещение, а я с ними никогда не сталкивалась, значит не они. Кто-то из архонтов? Но Эрих четко обозначил, что для правящих домов я теперь недоступна, а всем прочим грозит смерть от рук их же родичей и положение вне закона. Впрочем, я уже знала одного архонта, у которого и родителей не было, и с законом имелись серьезные проблемы.
Подключившись к связи, скомандовала своим парням:
- Валим отсюда.
Потом переключилась на линзы, обняла Эриха за шею и закрыла глаза. На внутренней частоте Зоопарка творился хаос. Мерцало число смерти, прерывалось кодом отмены, и вновь возникало требованием о помощи. Я могла бы подключить к этому делу Шнура, думаю он справился бы, но это была бы лишь временная мера. Так что я перешла к тому, что мы с Эрихом оба знали, умели и практиковали – к угрозам.
- Слушай меня внимательно, Нельсвер, - мой голос разнесся по всем центрам связи Зоопарка, - я из десанта, красиво говорить не умею, так что скажу прямо. Единственным архонтом, не полагающимся на свои способности, является Эрих Дагрэй, а ты без них - пустое место. Вот и подумай, что произойдет, если я «случайно» уничтожу твой центр силы, а я это могу.
И сбоить внутренняя частота связи перестала.
А ответ меня не интересовал вовсе, поэтому я отключилась от связи, открыла глаза и посмотрела на Эриха.
- Неплохо, - практически похвалил мой архонт.
Мило улыбнулась любимому, и красиво отомстила за испорченную свадьбу:
- Эрих, если в этом мире не будет тебя, я этот остров уничтожу.
Вот так вот, не только он угрожать умеет.
Усмехнувшись, Эрих признал:
- Да, я сглупил, уничтожив предка пятого дома. Подзабыл слегка, что ты у меня чертовски сообразительная.
- Да я такая, - и вдруг поняла, что стою и улыбаюсь.
Эрих тоже почему-то улыбался.
- Моя плохая девочка, - с нежностью произнес он.
- А среди десантников хороших людей не бывает, - весело сообщила ему.
- Ты знаешь, среди архонтов хороших тоже нет, - ответил Эрих, уже не пытаясь сдержать улыбку.
А вокруг красота такая, закат, птички, волны шелестят, валуны культурного и не только наследия, и счастье, переполняющее нас.
Такое безграничное, безудержное и бесконечное счастье.

ЭПИЛОГ

На средней климатической полосе Танарга стояла чудесная поздневесенняя погода, ПВСПГ цвел и пах, торжественно совершали пробежку студенты военных училищ, не менее торжественно совершали прогулку хариетты, выгуливающие детей младенческого возраста, и совсем не торжественно пялились на меня гаракхай из отряда, приставленного охранять «миледи Дагрэй». Ну вообще не торжественно, а скорее даже осуждающе как-то.
- Удав, ну что там, он раскололся? - спросила я, просматривая сводки в открытом режиме сейра.
- Да, Шайтан сказал, что птичка запела, - с усмешкой ответил агент Сэддер.
- Да? Досадно. Получается зря я тут так старательно ко вторым родам готовлюсь.
На меня разом очень осуждающе воззрились стоящие над душой бездушные убийцы Танарга.
- Мэгер, откуда в тебе столько садизма? – лениво поинтересовался Удав. - Серьезно, ты иногда меня поражаешь. Пожалей мужика, он после первых твоих родов поседел, вторые просто не переживет.
Слабак потому что. Эрих вот пережил вполне нормально, правда, руки потом с месяц подрагивали, а так ничего, крепкий у меня мужик, уважаю. Но благодаря реакции Эриха, я придумала как расколоть Регу - на детальном отчете по моим родам, а рожала я на Танарге, Эрих настоял, мы воссоздали симуляцию и прогнали через нее Регу. Недоархонт оказался слабаком и после пережитого впал в кому, за что я по первое число получила и от Исинхая, и от Бульдога, один Багор, ставший министром вооружения, не ругался, а просто пожелал мне светлого семейного счастья. К счастью у меня имелся Кот, а он был спецом высочайшего класса, и после полугодового лечения вывел Регу сначала из комы, потом из ступора, и в итоге мы начали получать информацию. Наконец то. Но тут такое дело – у меня вторые роды были на подходе, хотелось тоже использовать с пользой.
- А садизма во мне много, потому что я беременная женщина. Но вот откуда в тебе взялось столько садизма, это уже вопрос, - нагло ответила Удаву.
Недвусмысленно намекая, что я в курсе того, кто потырил созданную Шнуром и Эвином симуляцию, и коварно ее использует в собственных целях, причем целях далеких от блага родины. Нет, я бы возможно и не узнала, но на общегалактическом слете криминальных банд, глава оппозиционной астероидному братству коалиции, месяцем ранее внезапно резко изменивший свою принципиальную позицию, впал в истерику при виде беременной женщины. Видео разлетелось по всему космосу, Шнур показал его мне, я вспомнила кто у нас тайно покрывает пиратов и имеет доступ к разработкам Зоопарка, вот так вот Удав и спалился.
- Да хватит злиться уже, - деланно возмутился агент класса Титан.- Между прочим, ты беременная женщина, в твоем положении нужны только позитивные эмоции.
- А кто сказал, что при мысли о мести, я не испытываю позитивные эмоции? - переключая вкладки, поинтересовалась я.
Возникла пауза.
Тут такое дело - Удав может и сказал бы мне что-нибудь, но как выяснилось, в этой вселенной имелся псих покруче самого психанутого агента Зоопарка, и звали его Эрих. Удаву хватило одного полета к сверхновой в режиме неуправляемого корабля, чтобы понять, что расстраивать немножко беременную миледи Дагрей несколько небезопасно, потому что я-то попсихую и забуду, а вот Эрих нет. А с его способностями перехватить управление одним кораблем на любом расстоянии ничего не стоит.
- Ладно, говори чего хочешь, - сдался Удав.
Чудненько! Вот сразу бы так.
Мило улыбнувшись, я произнесла всего одно имя:
- Алкеста.
- Она не Алкеста, - мрачно огрызнулся агент Сэддер.
- Да мне как-то все равно, Алкеста она или не Алкеста, но ты меня понял – вытащи ее из Летящей кометы.
Удав совершил то, что совершать на Танарге определенно не стоило, переключился на видео и всей своей укоризненной физиономией воззрился на меня с прозрачного экрана сейра. Прямо на глазах у приставленных ко мне гаракхай. Вообще внаглую.
- Мегер, а что у нас с совестью? - прошипел разъяренный Удав.
- А она беременна, - безмятежно уведомила я.
И с нежностью демонстративно погладила свой животик. И Удав намек понял. Вообще я могла бы попросить и Эриха, ему даже угрожать не надо было, он бы сам с готовностью помог, но Алкеста была морфом, причем полноценным, поэтому найти ее на расстоянии Эрих не мог, а вот Удав тайно состоял в совете этого опаснейшего из всех астероидных братств клана.
- Черт, она же даже не работает на тебя! – окончательно психанул обычно очень сдержанный агент класса Титан.
- И что, если не работает? Мне теперь сидеть и молча смотреть, как ее убивают? - поинтересовалась я.
Удав отрубился.
Я так понимаю, пошел чего-нибудь крушить, психовать и ругаться не самым приличным образом, он это умел. А я умела настоять на своем, и ему об этом было известно. Так что я с самой коварной улыбочкой ждала, пока он там напсихуется и вернется - выбора у него не было.
И тут в мою иддилию счастливой семейной жизни в счастливом браке с тем, кого даже Удав вполне разумно опасался, вторгся голос сержанта Гронда.
- Миледи Дагрей, а вам не кажется, что вступать в переговоры с вражескими Танаргу спецслужбами находясь прямо на Танарге, несколько… слишком?
Подняв на него безмятежный взгляд, нагло ответила:
- Не-а.
И вернулась к работе.
- Миледи Дагрей!
Удивительное дело – от беременной меня нервы начали сдавать даже у гаракхай. Это уже третий сержант охранительного отряда, которому отказала выдержка.
- Кстати, а где там мой ребенок? - печатая сообщение Эвину, невзначай поинтересовалась я.
И отвлекать меня перестали мгновенно. А все потому, что ребенка у меня потырили самым коварным образом, в нарушение вообще всех законов этого самого Танарга.Но так как коварную ворюгу покрывали все гаракхай, включая прикомандированных ко мне, то вся моя охрана сделала вид, что вообще ничего не слышала. И даже синхронно шаг назад сделали.
- И еще десять шажочков, пожалуйста, - вежливо попросила я.
- Запрещено отходить от вас дальше, чем на семь шагов, - процедил Гронд.
И эти Эриха боялись.
Ну и ладно, мне и так нормально. И я вернулась к зашифрованной связи, мне было чем заняться - Блондя и Боров сейчас вели слежку на Ассадене, учитывая, что имели мы дело с неизменными, пока что дело ограничивалось только слежкой и сбором информации. С новыми расами всегда так, пока поймешь что к чему, масса времени пройдет. Я скоро второй раз рожу, а нам до сих пор неясно, какого дерсенга эти крутятся вокруг Кахоры, а там Сейли слегка беременная.
Уныло просматривая отчет Блонди, я в очередной раз просмотрела, что косящие под выходцев с Гаэры ели на завтрак - омлет и оладьи, что на обед - куриный салат и хлебцы, а на ужин - салат «Парио». В любое другое время на этом я бы закрыла отчет и занялась бы чем-то другим, но поздний токсикоз закончился и появилось желание радовать Эриха хоть чем-нибудь, а желательно вообще всем чем можно. Так что я полезла искать рецепт этого самого «Парио» и едва сеть выдала результат с картинками, я выдала охреневшее:
- Твою мать!
Гаракхай разом придвинулись, но они хотя бы не вытаскивали оружие при любом моем ругательстве, как это делали тайремцы, собственно поэтому они меня и охраняли.
- Что не так? - встревожено вопросил Гронд.- Тошнота? Головная боль? Схватки?!
- Все хуже, - резко подавшись вперед и стремительно печатая, ответила я. - Яйца! Там везде яйца!
И погружаясь в работу, отрезала:
- Исчезли.
Когда Удав вылез на связь, процедив: «Алкеста летит на Гаэру, Исинхай согласился прикрыть ее ради тебя. Исключительно ради тебя», я потрясла его ответной фразой: «Святые яйца». Обалдевший Удав выдал: «Да ты бредишь!». Я ответила безапелляционным: «Выслала копию отчета Блонди. Смотри на еду и выборку по отбросам». Вообще хотела предупредить, что там есть и фотографии содержимого мусорных баков до утилизации, но не стала - садизм беременных женщин, он такой садизм.
Слегка позеленевший Удав явил мне свой облик где-то через час, когда я уже закончила свой отчет Бульдогу, и обрадовал мрачным:
- Тероморфы.
- Впервые вижу, чтобы изменчивые так круто шифровались под неизменных, - была вынуждена признать я.
- Поработаешь с мое и не такое увидишь, - парировал Удав. - Дальше по протоколу.
Я кивнула и отключилась.Отозвала Блондю и Бугая с Кахоры, Борова с Эштона, Шороху и Стэму передала приказ возвращаться на базу. Ну и собственно дело закрыто и мы умываем руки.
И тут нежные руки легли на мои плечи, и я услышала самый любимый голос во вселенной:
- Развлекаешься?
- Уже почти закончила, - и запрокинув голову, поймала ласковый поцелуй того, при виде которого у меня до сих пор замирало сердце.
Эрих улыбнулся мне, огляделся, и с некоторым напряжением спросил:
- Где Эарон?
И стерегущие меня гаракхай сделали вид, что их рядом тут вообще не существовало.
Потягиваясь в кресле, я безмятежно ответила:
- А, его Гвен потырила. Думаю к вечеру вернет. Наверное.Мрачный взгляд достался всей моей охране, но мне Эрих не сказал ничего. А что тут сказать? Да, Гвен проиграла суд и после развода с риантаном Олидрад, она не получила права опеки над его детьми и внуками, более того мой мстительный «отче» вовсе добился судебного запрета на встречи моей бывшей «матери» и меня. Но я плевать хотела на запреты танаргского суда, а Гвен покрывали все гаракхай разом, так что иногда она воровала Эарона. Чаще всего Эрих об этом не знал.
- Гронд, - очень тихо произнес Эрих.
Когда он вот так вот спокойно говорит, плохо сразу становится всем, даже мне слегка.
- Вас понял, - отозвался гаракхай.
И рванул бы к Гвен за мелким, у него выбора не было, но у меня то был.
- Ай! - сказала я, хватаясь за пузик.
- Мелани?! - Эрих мгновенно присел рядом, встревожено вглядываясь в меня.
- Эрих, - я вскинула руку и прижала ладонь тыльной стороной ко лбу, - любимый, я люблю нашего сына, но мне что-то не хорошо… я без сил… голова кружится…
- Ты сидишь! – вот за что его не люблю, так это за то, что слишком умный.
- И что с того, что сижу? - на миг вышла из образа. - Я беременная женщина, у меня и в сидячем положении голова кружится.
- Ясно.
Прости.
Вот так бы сразу.
Вновь откинувшись на спинку кресла с видом умирающего лебедя, добавила слабым голосом:
- Любимый, каждому ребенку нужна бабушка. Особенно в те моменты, когда мать поглощена вынашиванием второго малыша…
- Работой его мать поглощена, - походу, знал Эрих больше, чем я рассчитывала.
В общем, проехали.
- Короче, он с Гвен, - перестала я ломать комедию. - Какие-то проблемы?
С вызовом посмотрела на мужа.
Проблемы точно были и будут, по факту мы с Гвен внаглую попирали законы Танарга и авторитет риантана Олидрад, но… будем откровенны, я уже готовила обжалование в суде, а на авторитет приемного отца мне с самого начала было плевать.
- Никаких проблем, - мрачно ответил Эрих, понимая, что спорить с со мной бесполезно.
И отрубив мой сейр, вообще не спрашивая, подхватил меня с кресла и понес в сторону выхода из САПОГА.
***
Мы провели чудесный вечер в нашем поместье - Тамран на заднем тренировочном полигоне тренировал офицеров армады Эриха, упрочившей свой независимый статус, я, пританцовывая вместе с пузиком на кухне, готовила мужу куриный салат, тот самый «Парио», мне рецепт понравился. Эрих вроде как устроился поработать, но в итоге забыв про все свои дела, сидел и не отрываясь смотрел на меня с какой-то абсолютной нежностью. Я отвлекалась то на готовку, то на звонки Блонди, Шороха и Борова, они уточняли детали отхода, протоколы в Зоопарке и в разведуправлении все таки были разными. А Эрих ни на что не отвлекался - он сидел и смотрел на меня, все так же не отрываясь.
Закончив с готовкой, я водрузила на стол перед ним салатницу, в духовке как раз пропеклось мясо, гарниром была местная танаргская крупа – ко вкусу привыкнуть надо было, но так питательная и полезная штука, я давно ввела ее в наш рацион.А я на него. Нам нравилось.
И тут раздался звонок на мой сейр. Мелодия была примечательная, в десанте так сирена срабатывала, короче Шайтан звонил. Хотела быстро подняться, но Эрих удержал, положив руку на мою ладонь и притянув сейр, разместил его передо мной. Не отпуская его руки, ответила на вызов и Шайтан возник на весь экран.
Бывший десантник, а ныне прямо как я раньше капитан разведуправления, даже между прочим в моем кабинете обосновался, сходу оценил обстановку, понял что я не одна и произнес:
- Десятое правило десанта.
- «Идя в бой, не бери цацки с собой», - на автомате вообще ответила. Потом сообразила на что намек был, и добавила: - Шайтан, Эрих уже давно свой, так что если есть что говорить, говори давай без излишней конспирации.
Покривившись слегка, мужик выдал:
- Рега требует разговора с тобой.
Ну надо же, как неожиданно.
На кухне играла ритмичная музыка, мой сын тусовался у бабушки, второй радостно пинался, такая маленькая встроенная в пузик подтанцовка, а Эрих сидел и улыбался.
- О чем думаешь? - наливая себе сок, поинтересовалась я.
- О тебе, - он продолжал смотреть на меня и, судя по всему, прекращать вообще не собирался. - Знаешь, я никогда не забуду тот твой танец с бутылкой в нашу первую брачную ночь, когда мы улетали с Танарга. В том свадебном платье ты была прекрасна. Незабываема, неимоверно, упоительно прекрасна. Я полагал, что ничего восхитительнее уже никогда не увижу… Но я ошибся. В этой майке, шортах, с растрепанными волосами и немножко беременная, ты в тысячу раз прекраснее.
- Засмущал, - я подошла со стаканом к столу, осторожно села.
Готовить Эрих мне еще разрешал, но вот доставать противень из духовки и кашу из кашеварки - уже нет. Так что мне оставалось сидеть, потягивая свой сок, пока в кухонном пространстве летали вилки, ножи и тарелки, навыки Эриха улучшались с каждым днем. Ему теперь даже следить за процессом не приходилось, так что он занимался своим излюбленным делом - на меня смотрел.
- Подключай, - милостиво разрешила я.
Эрих молча приподнял бровь, но ничего не сказал.
Сейр отразил камеру для допросов, изможденного, высохшего какого-то Регу, обросшего, немного с бородой, и мешки у него под глазами были впечатляющими, а взгляд вообще пустой. Такой взгляд бывает у смертников, которые уже в курсе - впереди смерть, и она не всегда бывает милосердной.
- Мэг, - голос бывшего первого красавчика в разведуправлении звучал хрипло и затравлено, - ты такая красивая…
И вот он парадокс - когда Эрих мне это говорит, настроение сразу вверх и от счастья чуть ли не взлететь хочется, а когда Рега… хочется чтобы он тупо заткнулся и все.
- Чего хотел? - прямо спросила я.
Рега жадно вглядываясь в мое лицо, сказать определенно хотел многое, но не рискнул. И озвучил всего один вопрос:
- Как? Как ты догадалась?
Я могла бы издевательски промолчать, но Регу ждала казнь и без вариантов, слишком многое вскрылось еще до его эпичного признания, и на смертный приговор он себе заработал еще до того, как попал в разведуправление. В общем, я его пожалела, и поэтому ответила правду.
- По кубикам, Рега. По твоим кубикам на прессе. Ты стол часто мне свой пресс демонстрировал, что я его наизусть выучила, и когда твой отец скатился в приступ эксгибиционизма, видимо у вас это семейное отклонение, кубики там были точно такие же. Так ты и спалился.
По лицу бывшего капитана разведки прошла судорога, глаз отозвался нервным тиком, но Рега скрежетнул зубами и сдержался. Посидел, глядя на меня, и спросил:
- Что-нибудь еще скажешь?
- Ага, - я широко улыбнулась, - спасибо. Серьезно. От всей души.
Он недоуменно воззрился на меня, не понимая, с чего вообще взялась благодарность, тем более искренняя.
- Ззза что? - сипло переспросил Рега.
Моя улыбка стала шире и счастливее. Думаю я сейчас прямо таки лучилась счастьем, и потому что беременность на меня хорошо влияла, и потому что когда каждый день живешь в любви и заботе, по любому сиять от счастья будешь.
- За подставу на Франциске, Рега.
И он все понял.
Потянувшись, оттрудилась от застывшего в своей камере Реги, переключилась на Шайтана и сказала:
- Мы всё.
- Да я понял, - бывший десантник понимающе улыбнулся бывшему десантнику.
И мы разом отключились.
Эрих убрал сейр, отпустил мою руку, поставил мне салата в тарелку и принялся нарезать мясо, явно борясь с желанием задать вопрос.
Потягивая сок через трубочку, сказала:
- Да спрашивай уже.
Быстрый взгляд на меня, и несколько осторожное:
- Ты действительно ему благодарна?
- Кому?
- Реге.
И напряженный взгляд на меня.
С трудом сдержав смех, отставила стакан, сложила ладони домиком, расположила подбородок на конструкции, и глядя Эриху в глаза, честно призналась:
- Да я в жизни никому не была так благодарна, как Реге, и едва ли буду когда-нибудь. Ведь если бы не он…
Продолжать не стала. Раньше мне снились кошмары о том, что мы с отрядом в горящем шатле падаем навстречу неизбежной гибели, а теперь кошмаром стал совершенно другой сон. Сон о том, что я оказалась от невыполнимой миссии и не полетела на Франциску. Сон о том, что Рега не смог меня подставить. Сон про то, что я не встретила адмирала Дагрэя.
Но я просыпалась, Эрих лежал рядом, обнимая меня даже во сне, Эарон с бутылочкой висел под потолком - своей колыбелькой он научился управлять с четырех месяцев, второй сыночек радостно пинался в животике, и я понимала, что страхи это всего лишь страхи, а реальность реально прекрасна.
Одна проблема осталась – на Тайреме никак не могли решить, к кому приписать нашего второго ребенка. По традиции первого сына рожала первая жена, а второго, у которого меньше прав в наследовании, вторая – но я тут два в одном, а ущемлять сына еще до его рождения не хотелось. Короче как родится на Танарге, дам ему вторую фамилию моего местнозаконного отца, а если архонты начнут возражать, пригрожу уничтожением Сада Предков, мне угрожать не впервой, а разминировать свою военную базу они так и не смогли.
- У тебя такая загадочная улыбка блуждает на губах, - отметил Эрих. - Опять Нгоэна доводить будешь? Он уже не рад, что заполучил пост главы дома.
Ну и Тайрема заодно, потому что Эрих его в конечном счете поддержал.
- Переживет, - а если нет, его личные проблемы. - В любом случае он весь в белом, так что седина ему к лицу.
Нет, даже беременность не сделала меня хорошей девочкой.
- Только не нервничай. Если возникнут сложности говори сразу мне, я ему повторное землетрясение устрою, все равно правительственный дворцовый комплекс мне никогда не нравился.
Нет, даже счастливая семейная жизнь не сделала Эриха хорошим парнем.
- Люблю тебя, - прошептала, счастливо улыбаясь.
- А я тебя безумно, - с нежностью ответил мне мой архонт.
Конец.